Теневой каганат

– Не грусти, я никуда не денусь, – пообещала Амелия. – И какая еще Фабиана? Он прибыл один, уж тем более я не видела никого с короткими волосами и шрамами на лице. Будто Дмитровых не знаешь, они бы никого с такой внешностью в дом не впустили бы. Но спасибо, – она улыбнулась и, немного помявшись, скрылась за дверью.

Анастасия стояла совершенно обескураженная. Ведь правда Дмитровы терпеть не могли тех, кто имеет изъяны во внешности и под любым предлогом избегали их видеть на своих вечерах. А уж остриженная девушка в их глазах и то хуже прокаженной. Для Анастасии это было громом среди ясного неба. Она не могла и представить с кем же тогда говорила.

Глава 8

От помпезности дворца по коже бегали мурашки. Общий дух торжества захлестывал каждого жителя Дивельграда и тянул к центрам увеселений. Ко двору стекался весь мир: от знатнейших представителей столицы, до простолюдья и гостей Персти.

Происходящее больше напоминало сказку. Десяток девиц, ряженых в народные костюмы: широкие сарафаны поверх рубах, расшитые камнями, жемчугом и драгоценными нитями. В игривом свете сотен свечей, озарявших теплым сиянием просторные залы, украшения переливались подобно ручью на солнце, а их блеск слепил глаза. От холода защищали меховые накидки и шерстяные тулупы. Девушки являли собой фейерверк красок: синие, голубые, красные и желтые. Особой частью наряда, каждой девицы из именитой семьи был венчавший голову кокошник. Эти головные уборы были не более скромны, чем остальные части наряда. Румяные лица обрамляли свисающие с кокошников бусы: у одних то был жемчуг, у других малахит, у третьих рубин, у четвертых яхонт.

Прибывшие в числе первых три известные особы уже стояли в тронном зале в ожидании короля, да бы поприветствовать его и поблагодарить за оказанную честь. Две из них были одеты в соответствии с обычаями, но надо сказать, что в купе с их бледной кожей, этот наряд выглядел особенно громоздким и тяжелым. Третья же – маленькая темноволосая девушка – упрямо наотрез отказалась рядиться в кокошник, поскольку сочла это неуместным и возможно оскорбительным для короля. Ей как выходцу из простого народа такой головной убор был не по статусу. И хоть ни единой традицией простым девицам не запрещалось надевать его, вот уже много лет такой головной убор носят лишь знатные дамы. А вот сарафан цвета летнего солнца и его детей на земле – подсолнухов – она надела с превеликим удовольствием и выглядела в нем как никогда изящно.

В зале играла тихая музыка, отовсюду доносились голоса, шепотки, тяжелые вздохи и приглушенный смех. Все вместе это сливалось в крайне утомляющую какофонию звуков. Аделаида уже сгорала от нетерпения, она была ужасно взволнована и ей хотелось скорее приступить к задуманному. Ей хотелось бежать прямо сейчас, но вероятнее всего на поиск писания, которое бы дало призрачный намек ответ на волновавшие ее вопросы ушел бы не один час. Мудрее всего сейчас будет поприветствовать Его Величество, а уже после незаметно удалиться. Шум праздника скроет шелест страниц, а дурман, окутывающий гостей с каждой рюмкой все больше, успешно сделает незамеченным ее отсутствие.

В голове Амелии дела обстояли ни разу не светлее. Ее мысли то и дело уносились прочь отсюда.

***

Небо заволокли густые облака, от чего ночь становилась темнее обычного. Улицы скудно освещали фонари с керосиновыми горелками. Их света не хватало, но паре молодых людей на то было все равно. Они шли, держась за руки, делясь друг с другом самыми сокровенными секретами. Они рассказывали друг другу все, что держали в душе и на сердце, от чего оба испытывали огромное облегчение. Казалось, что две родственные души наконец повстречали друг друга.

– Почему ты живешь в доме Аделаиды? – Спросил Александр.

– Так ведь не всегда было, – начала Амелия. Голос ее звучал легко, ни намека на грусть, тоску или былую боль в нем не читалось. – Мы жили не так далеко от их дома. Моя семья, в смысле. У меня были мама и папа, – пояснила девушка.

Александр молча слушал, не отпуская ее руку.

– А потом пришел кочевой народ, – она выдержала легкую паузу, собираясь с силами. – Мама скинула меня из окна. Она плакала и велела бежать куда угодно, – девушка вновь помолчала и вновь продолжила. – Я пряталась в сарае. Когда крики прекратились, я вернулась домой. Их уже не было, – презюмировала Амелия.

– Их убили? – тихо спросил Александр, крепче сжав руку девушки.

– Не знаю. Никто не знает, что с ними стало, – она поджала губы. – А потом Аделаида заметила, что Ана таскает еду из дома. Все поняла и забрала к себе, – она выдавила вымученную улыбку и посмотрела на Александра, тот взглянул ей в глаза, проникая в самую душу.

– Как много тебе пришлось пережить, – произнес он шепотом.

– Что было – то прошло, – улыбнулась она.

Их лица оказались в опасной близости. Так близко, что они чувствовали дыхание друг друга на своей коже. Александр, втянув побольше воздуха, отстранился первый.

– Нам не стоит, – отрезал он. – Ты слишком юна.

– Верно, – отозвалась та. – Хоть и в моем возрасте уже большинство девиц выходят замуж и находят детей, – хихикнула она.

– Абсурд и только! – Возразил парень.

– Это не наше дело, – ответила она улыбаясь. – А какой историей поделишься ты?

– Хм. Смотря, что тебе интересно, – выкрутился молодой человек.

– Ты был влюблен?

– Однажды. Да, – он вперил взгляд в никуда, роясь в самых далеких потемках его памяти.

– И что случилось?

Амелии всегда очень нравились любовные истории. В особенности те, что имели хороший конец. Хотя она понимала, что у этой будет несколько иначе, любопытство брало верх.

– Я сделал кое-что, – он помолчал, обдумывая, как лучше преподнести эту историю. – Я думал, что помогаю, но разрушил ее жизнь.

– Что же такого ты сделал? – с опаской спросила Амелия.

– Преподнес подарок, который уничтожил ее семью, – он не отрывался от какой-то точки в дали, сжимая руку спутницы сильнее, едва ли не до хруста.

– Александр, мне больно! – Воскликнула она.

Крик мгновенно вернул его в реальность. Александр посмотрел на Амелию так, словно вовсе не ожидал ее увидеть. Спустя мгновение он вновь приобрел способность моргать, чуть позднее вернулось дыхание, а уже после – он сам вспомнил, где находится.

– Слушай, это очень темная история, которую я бы не хотел вспоминать, – попытался он объясниться. – С тех пор прошло много времени, я не тот, кем был раньше, – он внимательно посмотрел ей в глаза. – Прости меня.

– Не хочешь – как хочешь, – девушка пожала плечами. – Ты вовсе не обязан рассказывать мне все, – она улыбнулась.

В ответ Александр прижал девушку к себе и крепко обнял. Они стояли так еще некоторое время, вдыхая запахи друг друга и грея свои теплом. Совсем не хотелось отстраняться, но на морозе стоять без движения достаточно опасно. Александр слегка отстранился. Настолько, чтобы увидеть глаза девушки. Немного помедлив, он поцеловал ее в щеку.

Внутри Амелии все перевернулось, в животе запорхали бабочки. Сердце просилось наружу, а лицо пронзила блаженная улыбка.

***

Время шло, но короля все не было, праздник не мог начаться без него. Аделаида нервничала, это было видно по легким заламываниям пальцев на руках. Ее вновь обуревало отчаяние. В этом просторном зале носилось напряжение, оно передавалось от одного к другому. Каждый знал, что король уже не молод и сильно болен. Все осознавали, что очень скоро он уйдет в мир иной и очень этого страшились. Втайне сейчас каждый готовился к трагичным известиям.

– Амелия, – отозвался голос откуда-то из-за спины. На фоне остального шума, эта четкая речь и уверенный тон казались островком стабильности в море хаоса. – Добрый вечер.

Троица резко обернулась. Глаза у каждой из дам были потерянные, как у сонных птенцов. Погруженные в свои мысли, все это время они прибывали словно в трансе, но молодой человек вернул их в реальность.

– Госпожа, – поклонился он Аделаиде.

Амелия потупила взор, она не сразу осознала, что перед ней стоит тот самый, с кем она только что вела душераздирающие диалоги в своей голове. Проигнорировав приветствие, она смерила его, испепеляющим взглядом, с ног до головы. По крайней мере, она очень старалась сделать его таковым.

– Что ж, – начал было молодой человек. – Должно быть заслужено.

Он коротко поклонился и поспешил ретироваться, но не успел тот сделать и пары шагов, как до него донесся тихий оклик.

– Стойте.

Амелия стояла гордо задрав подбородок. Ее лицо заливалось краской, предательски выдавая чувства, но сейчас она не позволила себе опустить глаз.

Александр обернулся, выглядел он очень растерянно. Натолкнувшись на суровый взгляд девушки, ему не нашлось, что сказать, поэтому он просто молчал и ждал. В свою очередь, Амелии в голову тоже не шли слова. Ей хотелось поговорить, но она не была уверена, что готова к этому. Либо же ей просто не хотелось его отпускать.

– Через три часа, я пройдусь по портретной галерее, – сообщила она.

В голове Александра зрел ряд вопросов, но осознание хрупкости положения, не позволило ему озвучить их. Он кивнул и поспешил скорее оставить девушку одну. Это казалось лучшей идеей, нежели мозолить ей глаза и злить еще больше.

– Ты с ним встретишься? – Неожиданно отозвалась Анастасия.

Амелия быстро заморгала, чтобы избавиться от подступающих слез. И если здесь ее дело увенчалось успехом, то ком в горле не позволял вымолвить больше двух слов.

– Не знаю, – ответила она.

На тронном возвышении показался церемониймейстер. Он молча постоял, оглядывая присутствующих. Когда толпа начала понемногу утихать, он наконец громко произнес.

– Король болен, – его голос эхом пронесся по залу. – Но празднованию быть. Его Величество король Василий дает свое благословение каждому из своих подданных познать сегодня все радости королевского торжества.

– Долгой жизни королю! – Донесся голос из толпы.

– Долгой жизни королю! – Подхватили все и проштудировали ровно три раза, с каждым становясь громче и синхроннее.

Несмотря на гнусавость этой мысли, Аделаида порадовалась тому, что сегодня обойдется без лицезрения Его Величества. К тому же, это прекрасная возможность для осуществления ее планов. Она поругает себя позже, но сейчас нужно действовать.

– Родные, – она повернулась к девочкам. – Раз короля сегодня нет, нам придется взять на себя часть светских обязанностей. Веселитесь как можете, а я пойду поприветствую всех гостей.

В ответ Амелия и Анастасия коротко кивнули, а Аделаида направилась в сторону выхода из тронного зала. Попутно она одаривала всех и каждого лучезарной улыбкой, желала благоденствия, поздравляла с праздником и сочувствовала королю.

Спустя каких-то двадцать минут, она уже поднималась по чугунной винтовой лестнице в библиотеку. В голове мелькали воспоминания о давно ушедших днях: вот отец учит ее правописанию, а теперь мать читает сказку о царевне, что обратилась змеей да бы уберечь своего возлюбленного, а на этой самой лестнице она практиковалась в фехтовании с единственным другом.

Библиотека находилась в одной из башен замка, в просторной круглой комнате. Маленькие окна не давали много света даже днем, а ночью без свечей даже дорогу было не найти. Благо, по пути Ада захватила одну свечу с подсвечником, что стояла на столе в коридоре.

В помещении пахло пылью и бумагой. Откуда-то доносились слабые нотки шоколада и кофе. Умиротворяющая тишина наконец позволила женщине расслабиться. Она подошла к путеводителю, лежавшему на столе библиотекаря. Не зная с чего начать, она решила проверить отдел мифов и сказок. Аделаида прошествовала к центру библиотечного лабиринта. Она просмотрела корешки книг, но ничего так и не зацепило ее взор.

Повторив попытку, обратила внимание на книгу в ветхой обложке, выглядевшую старее всех остальных. Она находилась но одной из верхних полок. Несмотря на высокий рост, дотянуться до книги было сложно. Аделаида трепала корешок кончиками пальцев, пытаясь извлечь его с полки, когда почувствовала странное тепло позади себя. Подняв взгляд, она увидела руку, что тянется к той же книге. Женщина резко обернулась, ее дыхание участилось.

– Не стоит портить книги, – теплым голосом произнес тот. – Это кощунство.

Аделаида лишь смотрела, сверля взглядом неожиданного спутника. В белой косоворотке он выглядел более уязвимым. Аде было достаточно не привычно видеть его в простой рубахе, но невозможно не отметить, что выглядел он в ней более чем привлекательно.

– Всегда можно попросить друга о помощи, – он опустил взгляд на книгу, его волосы блеснули в свете свечи, которую Ада очень опасно пристроила на одной из книжных полок. – О, похоже я тебя действительно заинтересовал, – он слабо улыбнулся. – Но если ты хочешь узнать что-то стоящее, – он бросил книгу на пол и поднял свою руку ладонью вверх. Над ней заклубилась дымка, из ниоткуда освещаемая загадочным зеленым светом. Скоро все рассеялось, а в руке оказалась книга в изумрудном переплете и до смехотворного тоненькая. – Рекомендую к прочтению эту.

Аделаида краем глаза оглядела книгу. На ней не было ни имени автора, ни названия. Только зеленая обложка, напоминавшая застывшие в смоле листья. Он протянул ее Аде, но отдернул как только та потянулась за ней.

– Ничего не дается бесплатно, – он продолжал слабо улыбаться.

– Чего ради мне тебе верить? – скептически спросила Аделаида.

– А почему нет? Ведь я ни разу не обманывал тебя, ни разу не предавал, – его голос приобрел стальные нотки.

– Разумеется, – съязвила она. – Так с чего тебе делиться со мной такими знаниями? Должно быть, это связано с долгом, – она потупила взор. – Так чего ты хочешь?

– Чего я хочу за бесценную информацию о моем роде? – Переспросил он. – Чего хочу за знания, коими не обладает ни один ныне живущий человек?

Взгляд Аделаиды стал суровее.

– У всего есть цена. Назови свою, – отрезала она.

Мужчина лишь тихо засмеялся. Его смех всегда очаровывал Аделаиду, но она не позволяла себе поддаться этому лживому спокойствию. Внезапно она осознала, что все это время они стояли слишком близко друг к другу, но решила не тревожить зверя, пока тот готов к переговорам.

– Назови мое имя, – наконец отозвался он.

– Что? – Удивленно переспросила Аделаида.

– Ты много лет не зовешь меня по имени. Я хочу вспомнить каково это, – прошептал он.

Аделаида медлила. Она искала подвох, ждала, что сейчас он засмеется с ее наивности или что-то в этом духе, но этого так и не произошло. Молчание затянулось. Все это время мужчина стоял, изучающе разглядывая ее лицо. Смотрел так, будто ожидал там увидеть ответы на неозвученные вопросы. Наконец тишину прервал глубокий вздох Аделаиды.

– Виктор, – произнесла она тихо. В горле пересохло, от чего первые слоги было совершенно невозможно расслышать. – Виктор, – повторила она чуть громче.

Мужчина откинул назад голову, медленно втянул воздух в легкие и так же медленно выдохнул. Он отстранился и Аделаиде открылась его улыбка. Теплая и притягательная. Виктор молча протянул книгу и как только Ада взяла ее в руки, он коротко поклонился и исчез в темноте.

Немного придя в чувство, Аделаида спрятала книгу в потайной карман под сарафаном и двинулась к выходу. Она была уже на пути к тронному залу, когда услышала голоса, доносившиеся из дамских комнат. И не было бы в том ничего необычного, если бы один из них не принадлежал мужчине.

– Когда? – Шепнула девушка.

– Следующей ночью, – ответил мужчина.

– Все правильно, – в голосе дамы читалась нервозность. – В священную ночь не пристало марать руки, – она бесшумно постучала по стене.

На этих словах Аделаида напряглась. Она дунула на свечу, загасив ее и тихо подошла к двери, прислушиваясь к диалогу. Приняв позу человека, который просто направлялась в уборную, чтобы было проще выкрутиться, если ее застукают, она напрягла слух, стараясь разобрать все слова говорящих.

– Слушай, Виктория, – голос мужчины звучал жестко. – Если мы это не сделаем, то потом будет некому нас защитить. Твоя милая Аделаида и пальцем не пошевелит ради нас, – он замолчал, в ответ послышался тяжелый вздох Виктории.

Аделаида судорожно вздохнула и, испугавшись, что это могло выдать ее присутствие, напрягалась еще больше. Убедившись, что она по прежнему инкогнито, женщина приложила руку ко рту, заглушая звук собственного дыхания.

– Ты уверен? – Спросила она. – Девочка ведь ни в чем не виновата и она еще совсем юна.

– Никто не должен нам мешать, иначе смуты не избежать. Нас давно нет, могли уже хватиться. Идем, – на этих словах послышался грохот и дверь отворилась.

За ней показался Иван Дмитров, а позади него маячила его сестра Виктория. В их глазах мешался коктейль из испуга и непонимания. Аделаиде тоже было страшно: то, что она услышала явно не предназначалось для ее ушей. Чтобы обезопасить себя, она накинула привычный образ шебутной гуляки и произнесла нарочито опьяневшим голосом.

– Простите, – она потупила взгляд. – Днем мне казалось, что тут дамская комната.

Она отметила, что взгляд Ивана смягчается и решила продолжить игру. Внезапно ей вспомнились сплетни, что ходили вокруг этой семьи и решила воспользоваться ими.

– Да, Вы правы, – Иван отошел в сторону.

Аделаида схватила Викторию за руку и громким шепотом, так, чтобы услышал и Иван, спросила.

– Дорогая, но что вы делали там вдвоем? – Она состроила гримасу прозрения и неловкости. – А. О-о-о, – протянула Аделаида. – Я все поняла, – она хихикнула. –  Дела семейные. Я не осуждаю, – она подмигнула и расхохоталась.

Виктория стояла полностью опустошенная, на ее лице застыло выражение представляющее собой помесь облегчения, негодования и боли. Отпустив ее, Аделаида, сопровождаемая своим заливистым смехом, скрылась в дамской комнате, где обнаружила, что все ее тело пробирает озноб, а руки трясутся. Одной неприятностью стало больше и теперь она касается еще и Анастасии.

Глава 9

Портретная галерея, в отличие от банкетного зала, была освещена очень слабо. На стене зажжены далеко не все факелы, от чего комната находилась в полумраке. В этой атмосфере выражения лиц, взирающих с картин кажутся жутковатыми и даже пугающими.