Вечер в Муристане

Страхи были напрасны. В присутствии мужа Фелишии необходимость говорить отпадала, говорил он, остальные немо внимали. По отношению к ней он вел себя всегда безупречно. Даже когда условия игры подразумевали ночлег в одном гостиничном номере, он всегда заботился о том, чтобы это был номер–люкс, с двумя спальнями и двумя ванными комнатами. Если выход в свет происходил в Милане, он всегда отвозил ее в квартиру Фелишии.

В эту квартиру она частенько сбегала и просто так, устав от Дино и от его домашней профессуры. Говорила им, что летит в Тель — Авив, а сама отправлялась на улицу Марио Пики, отсыпалась. Потом на самом деле уезжала в Тель — Авив, где ее неизменно встречал в аэропорту Борька, из бывших мужей перешедший опять в бывшие одноклассники. Приезжал на очередной свадебной машине, и по дороге из аэропорта на светофорах все заглядывали в окна и бибикали «Спартак–чемпион», любимую израильскую бибикалку. В Рамат — Авиве он приносил из машины чемодан, заказывал по телефону продукты. Оставался на ночь. Утром умолял ее не рассказывать об этом матери, потому что та за такие слабости сына ругала. Свадебный салон Левитиных приказал долго жить. Бывшая свекровь шила на дому, свекор работал в парикмахерской, и только сам Борька все украшал свадебные кортежи, да продавал купальники и нитки.

Из Тель — Авива душа рвалась в театры, в музеи, в Москву.

Шумная Москва была заполнена нелепыми новыми зданиями и тягучими, вонючими пробками. Кинопрокат, возрожденный из пепла, превратился теперь в посредника между Голливудом и зрителем. Отечественное кино, хоть и тоже возродилось, но в прокате составляло процент небольшой. Лазарский пользовался связями Орлова, то есть Катерины, то есть Фелишии, и успевал перехватить заграничные новинки первым. Орлов не докладывал боссу, каким образом он достал ту или иную лицензию.

Она все путешествовала, все разбрасывала по трем странам свои вещи — то забудет в Тель — Авиве любимую юбку, то в Москве — записную книжку. Говорила на гремучем суржике. По телефону всегда и везде отвечала «Пронто», а на вопрос «Как дела?» могла в Москве бросить «Беседер».

Она ждала, что после тридцати уйдет внешность, и тогда можно будет доучиться, осесть, родить, начать свою настоящую жизнь. Но внешность все цвела, а она все моталась, обрастая деньгами и разочарованиями.

Апрель 2005 года

Мне тридцать три, и работа моей жизни завершена. Собрание света и тени. Игра игольчатого экрана. Набор файлов. Встреча с Таей. Попытка не разгадать тайну Булгакова, но передать ее на экран неразгаданной.

Мы с Бумчиком просмотрели фильм пять раз подряд. Он, мой соавтор, оператор–постановщик и вообще консультант, в восторге от нашей работы. А я не знаю, что с ней делать. Кому показать?

Май 2005 года

День Независимости провел у Полотовых. Вот где благодать–то! Все цветет, бабочки летают, пчелки. Дана уже совсем большая. Узиэль и Разиэль тоже подросли, помогают деду на плантациях.

Вспоминали, как мы жили втроем в Тель — Авиве, бомбежки девяносто первого года. Предложил им посмотреть фильм. День Независимости — не религиозный праздник, можно включать–выключать телевизор. Кокбекаевы–старшие забрали детей и ушли куда–то в гости, а мы сели смотреть.

Вадьку во время сцены бала у сатаны вырвало. Мы остановили фильм. Он проблевался, выпил воды и велел продолжать просмотр.

Сцена не настолько натуралистична, чтобы вызывать подобную реакцию. Ну, выползают из камина скелеты, но без мяса на костях и прочих отталкивающих подробностей. А дамы и вовсе красавицы, что–то вроде Катьки или Фурдак. Но потом я вспомнил, как нехорошо было мне самому, пока я работал над этой сценой. Стало быть, в Вадьке сильно присутствие Всевышнего, а в этой сцене — присутствие Сатаны.

Когда уезжал, дали мне с собой сетку знаменитого авокадо под обещание сжечь косточки.

Их поселение, да и весь Гуш — Катиф, очень скоро ждет выселение по плану одностороннего размежевания Ариэля Шарона. Но там этого вовсе не чувствуется. Завершены весенние посадки и прочие сельхозработы, хотя, если план будет реализован, урожай будут собирать арабы.

Июль 2005 года

Со вчерашнего дня запрещен въезд в Гуш — Катиф для тех, кто там не проживает. Кокбекаевы — Полотовы выехали оттуда еще месяц назад. Когда поняли, что Шарон не шутит, быстро оформили компенсацию и выехали. Удивительное дело, даже бюрократия тут не задержала дела. Односельчане осудили их.

Шимшон в свое оправдание говорит, что не смог остаться до конца и видеть, как пустеет насиженное место. Свои деревья он лично срубил. Потом жена и Сонька отпаивали его валидолом. Однако, он вывез ящик косточек. С косточками проделали штуку. Сонькина мама из каждой косточки сделала поделку — мышонка, собачку, пингвинчика. При этом завязь осталась в целости, уши и хвосты были наклеены сверху. Эти поделки Шимшон отправил посылкой сестре в Алма — Ату. При этом, по телефону он дал подробные наставления, как эти косточки прорастить. Шимшон соберается вернуться в Казахстан и разводить там авокадо. На это он потратит свою компенсацию от государства.

Сейчас они все, конечно, у Ломброзо. Вадька, сдернув с себя кипу, бегал по лужайке и орал: «По! Ло! Тов! По! Ло! Тов!». Нервный срыв. Насилу Изабелла его утихомирила.

Август 2005 года

На реках вавилонских сидели мы и плакали…

Размежевание завершилось. Всех вывезли. Разрушили синагоги, свитки Торы вынесли, как детей из горящих домов. Почему–то я не верил, что так это и закончится. Мы с папой привязали на машины оранжевые ленточки в знак несогласия с изгнанием.

Ленточки не помогли.

Шимшон Кокбекаев уже оформляет казахское гражданство. Вадька с Сонькой порвали с религией. Для детей это травма, они же выросли в убеждении, что если съешь бутерброд с сыром и колбасой, тут же помрешь. С Данкой я поговорил. Кажется, убедил ее в том, что Всевышнему относительно все равно, какой ложкой в какую кастрюлю мы залезли и смотрели в субботу телевизор или нет.

Чтобы отвлечься, устроил показ фильма у Дедамони и Бабаривы. Были еще родители и Булгаковед с женой. Булгаковед все эти годы не отсматривал рабочий материал. Ждал премьеры.

Смотрели семичасовую версию с перерывами на обед и чай. Потом обсуждали.

Дедамоня пожалел, что не позволил мультипликатору Зиновию Семеновичу взять меня в свои ученики и признал, что оживлять миры — мое призвание. Родители вспомнили, как прятали от меня в детстве самиздатовскую копию «Мастера». Бабарива прослезилась. Булгаковед помянул светлую память Бонни, который сыграл в его судьбе огромную роль — не только предупредил развитие страшной болезни, но и свел его, Булгаковеда, со мной. Бумчик произнес речь о том, что я продлил сценическую жизнь замечательных советских актеров, которые гордились бы таким использованием их посмертного образа.

Дедамоня разлил по бокалам нашей любимой «гранатовки», десертного гранатового вина. Это был мой семейный триумф.

Да что там говорить — меня самого потрясает, что актеры — живые, говорят своими голосами, пользуются своими красками актерской игры. А если я и добавил им новых красок, это вышло естественно.

Договорились пока о фильме никому не рассказывать. Я не хочу превратиться в диковинного кустаря, который на пяти пентиумах сотворил подобное.

Сентябрь 2005 года

Все, из Газы вышли окончательно. Ушли военные, всё разрушили и взорвали укрепления.

Ломброзо говорит, что программа размежевания — очень правильный ход. Скоро население Газы нападет на нас, и мы будем иметь моральное право ответить ударом на удар. Наивный Ломброзо! Он еще не понял, что никто не признает за нами никакого морального права. Никто и никогда. Не знаю, что орали ему в Италии, а в России евреям орали «чемодан, вокзал, Израиль». Уехали в Израиль, и оказалось, что весь мир признает за палестинским народом право на национальную борьбу. А целью этой благородной борьбы является уничтожение Израиля. Так на какой вокзал тащить нам теперь свой чемодан?

«Наш поезд уходит в Освенцим, сегодня и ежедневно… "

Недавно на одном фестивале, на которые Ломброзо исправно меня отправляет, а я исправно прославляю имя нашей студии и приношу премии, показывали документальный фильм об американских евреях. Одна еврейская девица заявила в камеру, что ей стало легче жить после того, как она извлекла любовь к Израилю из своих личных приоритетов.

И ты, Брут!

Между прочим, Израиль предлагал Египту взять сектор Газы под свою юрисдикцию. Не взяли. Не желают избавлять от сионистского гнета своих братьев–палестинцев.

Цурило поймал меня за пуговицу в коридоре и зашептал с жаром:

— Слушай, Миша! Ты вот тут по коридору бегаешь, а раввины сделали «Пульса Денура» Ариэлю Шарону! Это точно! Господь скоро отнимет у него душу!

Он просто двинулся на этом «Пульса Денура». Если опять заставит рисовать псевдофильм — уволюсь к черту!

Январь 2006 года

Новый год встречали у меня, на новой квартире.

Я думаю жениться. После расставания с Талилой у меня были разные девицы, ничего серьезного. Главное, они не мешали созданию фильма. Как только девица начинала интересоваться, зачем мне пять компьютеров, или, тем паче, лезла в один из них, я тут же расставался с ней.

Одну из них я даже, по выражению Бумчика, «донашивал» за Аракелом. Но теперь всё, женюсь, как только найду подходящую кандидатуру. Поэтому и купил себе будущее семейное гнездо недалеко от Дедамони и Бабаривы, которые после смерти Минны Зельц выкупили квартиру у профессорских детей.

Так вот, встречали у меня. Наши, Булгаковед с женой, Бумчик, Катерина и Натик с Гаей. Ломброзо с Изабеллой и Ионатаном на этот раз отправились праздновать в Италию.

После двенадцати старшее поколение отвалило — родители пошли ночевать к своим родителям, Булгаковед с женой тоже удалились. Бумчик уснул в гостевой комнате.

Остались мы вчетвером. Натик пригласил на танец Катерину, а я — Гаю. Я обнял ее за талию, довольно тонкую, между прочим, вдохнул запах ее волос, и понял, что она давным–давно мне нравится. Только она уже пятнадцать лет с Натиком и до сих пор влюблена в него. Он же ведет себя, как подлец.

Январь 2006 года

У Ариэля Шарона два инсульта. Сперва — небольшой, потом — обширный. Премьер на искусственной вентиляции. Тело живо, но душа, душа… Неужели проклятие работает?

Январь 2006 года

Как и следовало ожидать, меня вызвал Цурило. Выдал стопку благообразных бород. Опять просил сделать пострашнее, похудожественнее. Чтоб народ Израиля затрепетал. Я подал заявление об уходе.

Вечер в Муристане

Праздновать было нечего, но праздновали. Вечером в четверг, двадцатого числа весеннего месяца нисана, или двадцать второго апреля, когда Песах уже закончился, а православная Пасха еще не началась, в мансарде Аракела Амбарцумяна собралась компания. Бумчик с хозяином дома выбирали вино для сегодняшнего вечера. Миша соединял ноутбук с телевизионным экраном. Евгения Марковна и Катерина готовили закуску. Отец дежурил в больнице, а мама присоединилась к сыну в поездке в Иерусалим. Натик Фишель расставлял стулья. Гаи с ним не было, она отправилась с оркестром на гастроли.

Со стороны Натика визит сюда был предательством по отношению к отчиму. Когда Миша уволился, Якопо Ломброзо смертно, по–итальянски, обиделся. Натик и Изабелла Евсеевна общались с Мишей тайком от него.

Сегодня, между праздниками и выходными, собрались здесь, на Голгофе, чтобы посмотреть фильм.

Аракела сморило на первых кадрах. Он отправился спать на антресоли. Остальные смотрели, не отрывая взгляда от экрана, а когда фильм закончился, зааплодировали.

— Спасибо. — поклонился Мишка. — Только что мне теперь с этим делать?

— Миша, ты никогда не читал заметок о том, что какая–нибудь старушка нашла на чердаке свернутое трубочкой полотно, скажем, Рембрандта? — спросил непривычно трезвый сегодня Бумчик.

— Не понял. При чем здесь Рембрандт?

— Погоди. Ну–ка, давай список актеров. Он с собой у тебя?

— Да, в компьютере.

— Замечательно! Есть годы рождения и смерти каждого актера?

— Есть. Вот, вся информация сведена в таблицу. — буркнул Мишка.

— О! Умница! Итак, Маргариту, Геллу, Цурило выбрасываем. Остались все советские актеры. Так, кто у нас первый ушел? Даль и Высоцкий умерли в восьмидесятом. Фильм, как правило, датируется следующим годом после завершения съемок, но датируем для верности семьдесят девятым. Добавляем столбец — 1979 минус год рождения, и посмотрим, сколько всем им лет было на момент окончания съемок.

— Бумчик, ты о чем сейчас? На момент начала съемок они все уже умерли!

— Я о картине Рембрандта, которую мы сейчас найдем на чердаке. Не мешай. Вот, сейчас формулу мышкой на всю длину оттяну. Ну–ка, гляди!

		возраст в 1979 году
Мастер	Александр Кайдановский	38
Воланд	Евгений Евстигнеев	53
Понтий Пилат	Ростислав Плятт	71
Иешуа	Олег Даль	38
Левий Матвей	Владимир Высоцкий	41
Фагот (Коровьев)	Олег Борисов	50
Бегемот	Андрей Миронов	38
Азазелло	Савелий Крамаров	45
Михаил Александрович Берлиоз	Юрий Визбор	45
Иван Николаевич Бездомный	Юрий Богатырёв	32
Степан Богданович Лиходеев	Георгий Бурков	46
Никанор Иванович Босой	Николай Крючков	68
Иван Савельевич Варенуха	Анатолий Папанов	57
Григорий Данилович Римский	Николай Рыбников	49
Жорж Бенгальский	Ролан Быков	50
Василий Степанович Ласточкин	Владимир Носик	39
Прохор Петрович	Михаил Жаров	79
Максимилиан Андреевич Поплавский	Зиновий Гердт	63
Андрей Фокич Соков	Юрий Катин — Ярцев	58
Николай Иванович, нижний жилец	Евгений Леонов	53
Наташа	Елена Майорова	21
Алоизий Могарыч	Иннокентий Смоктуновский	54
Аннушка	Татьяна Пельтцер	75
Барон Майгель	Сергей Филиппов	67
Арчибальд Арчибальдович	Владимир Басов	56
Аркадий Аполлонович Семплеяров	Юрий Никулин	58
Профессор Стравинский	Николай Гринько	59
Иосиф Каифа	Евгений Лебедев	62
Иуда из Кириафа	Юрий Каморный	35
Марк Крысобой	Анатолий Солоницын	45

— Мужик! Ты просто гений! У всех возраст соответствует роли, более или менее. Все, считай, что Рембрандт у тебя в кармане.

— Бумчик, да объясни же ты толком! Какой Рембрандт?

— Сынок, я, кажется, понимаю, о чем речь, — встала с дивана Евгения Марковна.

— Господин Чистопольский предлагает тебе выдать свой фильм за старую советскую продукцию, чудом сохранившуюся до наших дней. Не так ли, Абраша?

— Именно, мадам Фрид!

— А кто же тогда Рембрандт? Кто режиссер? — спросила Катерина.

— А это пусть хваленая американская киноакадемия ломает голову. — сказал Натик, — Тарковский это, Бондарчук или Михалков. Этот фильм ценен сам по себе, а не именем режиссера. А когда они зайдут в тупик, Мишка раскороет мистификацию.

— Итак. — пробормотал Мишка. — Вы мне предлагаете заявить, что якобы я нашел у себя на чердаке свернутый в трубочку советский фильм с лучшими актерами того времени. И чтобы я потащил его в киноакадемию с предложением у меня это дело купить. А на каких носителях он был свернут в трубочку с 1979 года? На DVD-дисках?

— На кинопленке. — отозвался Бумчик.

— Каким образом? Сноп–обработка пятиминутного мультика в лаборатории, где есть телекинопреобразователь, стоит три, а то и пять тысяч долларов. Помнишь, Бумчик, заказывали перегон рекламных роликов для фестиваля с цифры на тридцатипятимиллиметровую пленку? Сколько Ломброзо заплатил? А у нас семь часов и ни фига денег.

— Перегоним два- три часа. А остальные добавим, когда раскрутится. — предложил Бумчик.