Помоги проекту - поделись книгой:
— Я, Димитрио Баретти, — улыбнулся он Грете на её подозрения к его личности. — Клянусь, что не предам Медузу, если она будет беспрекословно выполнять мои приказы. Обещаю не приводить организацию намеренно к краху и не вести людей на бессмысленную бойню в своих возможных операциях. Вера за веру. Жизнь за жизнь.
Только Димитрий закончил произносить клятву, как печать засияла.
— Арх! — почувствовал он жжение на левой грудине. Расстегнул рубаху и увидел на коже чёрное тату в виде черепа с щупальцами.
Грета тоже щурила терпеливо лицо от формирования идентичной печати.
Оправившись от приступа боли, она посмотрела на молодого главу ордена восторженным взглядом, полным искренней преданности. Откинула полы длинного мундира и встала на одно колено, склонив голову.
— Теперь же позвольте поприветствовать вас подобающе, мой господин…
Урсула Ванцвах, хрюкнув, с нечеловеческой силой потянула на себя двери, ведущие в мастерскую Илоны Старс. Замки, не выдержав нагрузки, с треском лопнули и открыли путь. Кабаниха прошла внутрь. Позади неё, в коридоре, лежали десятки мёртвых тел. Как человеческих, так и роботизированных. Она не пожалела никого, уничтожив всех, кто встал на её пути.
Маленькие, но свирепые глазки сразу же нашли искомое. В центре мастерской, на металлическом пьедестале, под защитным стеклянным куполом, лежал Куб Времени.
— А вот и ты, малыш, — прохрипела Урсула довольно и направилась к нему.
Едва её копыто с цоканьем стукнуло о металлический пол, как внезапно свет в мастерской замерцал. Пространство вокруг завибрировало. И перед кабанихой открылся портал. Из него вышли две женщины. Первая — старая, седая в жёлтой шляпой, ещё и разодетая в традиционные тибетские одежды. Вторая — молодая, лет тридцати, с тёмными волосами и в странной синей накидке, украшенной золотыми узорами. На её руках — перчатки, сияющие золотым светом, явно магические.
— Магистр, — произнесла молодая женщина, обращаясь к старушке, — мы вовремя?
— Я всегда вовремя, Целестия, — ответила та спокойным, ровным голосом.
Урсула взглянула на них обеих и презрительно фыркнула:
— Двумя трупами больше, двумя меньше. Какая разница, — и сплюнула на пол: — Хотя-я, я уже достигла своей цели, — она взглянула на куб, а затем на незнакомок. — Эй, вы. Даю вам шанс. Если не съебётесь сейчас же, то обе умрёте. Оче-е-ень мучительной смертью. Вы и в подмётки мне не годитесь.
— Мы и не собирались устраивать противостояние, — ответила старуха. Взвешенно, ровно, словно её голос был подобен течению реки. — Но, видишь ли, на кону судьба мира. И отдать Куб Времени твоей хозяйке… Такого мы позволить не можем. Однако, у нас есть предложение, воительница.
Урсула изогнула бровь, а затем, и вовсе, рассмеялась. Громко, злобно. Но затем резко оборвала своё напыщенное веселье и прохрипела холодным, решительным тоном:
— Вы не в том положении, чтобы предлагать мне сделки. Я — Урсула Ванцвах. И беру всё, что пожелаю.
— В таком случае, бери Куб, — пожала плечами старушка, — но… знай, скоро твоя хозяйка уничтожит тебя, вместе с остальными. И когда этот момент настанет, вспомни обо мне. И о том, что я пыталась спасти не только мир, но и твою никчемную жизнь.
Она отступила в сторону, пропуская кабаниху к Кубу.
— Магистр, — молодая женщина с тревогой посмотрела на старуху, — вы… уверены?
Та лишь кивнула с непроницаемым лицом.
Урсула хмыкнула, подошла к Кубу и протянула к нему грязную руку. Но в последний момент остановилась. Слова старой волшебницы застряли у неё в голове, словно заноза.
— Я тоже это чувствую, — хрюкнула она тихо и, отчего-то, неуверенно. — Хозяйка… она… Она хочет избавиться от меня. Как и от моих сестёр. Что за сделку ты предлагаешь, волшебница? Если только попробуешь меня обмануть, умрёшь.
И обернулась с глазами, горящими злобным огнём.
Похоже одна из преданных генералов Марии Фон Думс предчувствовала, к чему шло их всеобщее «возмездие»…
Огромный зал из полированного мраморного пола и стен, украшенных фресками с изображениями древних богов и мифических существ, наполнялся холодным, белым светом. В центре, на возвышении, стоял трон. Как контраст всему и всем. Сделанный из чёрного обсидиана, он был украшен головой Медузы Горгоны, чьи глаза представляли собой два драгоценных камня.
Перед этим самым троном, ровными рядами, стояли сотни женщин. Все — в чёрной униформе, с эмблемой ордена на груди. Элита. Лучшие из лучших. И сейчас все они стояли на одном колене, склонив головы в знак послушания.
— Не верю… — прошептала одна из них почти неслышно, — неужели мы нашли его? Несущего Смерть?
— Я слышала, что он — тот самый жнец, — ответила её соседка.
— Жнец? — первая удивлённо посмотрела на неё. — Вот как… Жаль. Я думала, он некто более могущественный.
— В смысле? Считаешь, Жнец не опасен?
— Насколько я слышала, он не сильнее Асгардии. Так что… — она нахмурилась, — возникает вопрос, а не липовый ли наш новый господин?
— Если вы обе немедленно не заткнётесь… — раздался за их спинами холодный, властный голос, — то госпожа Вольфрам устроит нам всем веселую ночку. Так что, закройте рты, или я закрою их вам навсегда.
Обе девушки, испуганно опустив головы, тут же замолчали. В зале царила тишина.
— Внимание! — раздался громкий, чёткий голос у дверей. — Главнокомандующий! Господин Димитрий Баретти! Несущий Смерть изволит прибыть!
Димон, в своём костюме Чёрного Жнеца, прошёл в зал не один. Справа от него — Грета Вольфрам в военном мундире, слева — Роксана в чёрном плаще. Они прошли мимо строя офицерш, и Димитрий краем глаза отметил на их лицах беспокойство. Замешательство.
«Етить-колотить! — пронеслось у него самого в голове. — Какого хрена, вообще, происходит⁈ И это она назвала „небольшим совещанием“⁈ Да тут полтысячи человек! Фанфар не хватает…»
Он подошёл к чёрному трону, увитому стальными змеями, и пробормотал:
— Нет, это уже слишком.
Сам же повернулся ко всем присутствующим воительницам, и несколько секунд молча разглядывал их. Понимал, что сейчас от него зависит многое.
— Солдаты, — прозвучал его голос громко и чётко, разлетевшись по залу. — Поднимите головы.
Шуршание ткани, и сотни лиц агенток ордена устремили на него свой оценивающий взор.
— Знаю… — продолжил он, — вы многие годы ждали исполнения пророчества о пришествии Несущего Смерть. Верили, что он придёт и поведёт вас по правильному пути, спасая наш мир от тьмы. Скажу вам честно. Я не тот, кого вы ждали. Я не Мессия. Я просто человек, который оказался не в том месте, не в то время.
Он взглянул на старуху Грету, что наблюдала за ним с непроницаемым лицом. И снова посмотрел на толпу.
— Однако… — его голос зазвучал неожиданно грозно, с нажимом, — командующая Вольфрам верит в меня. Она верит, что я смогу возглавить «Медузу». И я не подведу её. Как и всех вас. Понимаю, вам непросто принять меня, как своего лидера. Но сейчас… — сжал он кулак, а затем резко отвёл его в сторону, растопырив пальцы, — у нас нет времени на сомнения! Наш мир под угрозой! Тьма надвигается на Нью-Йорк, и только «Медуза» способна её остановить!
Его слова гремели по залу словно раскат грома.
— Так выйдите же из тени, доблестные воительницы «Медузы»! — прокричал он. — Покажите врагам свои зубы! Свою ярость! Принесите им смерть! Как и ваша легенда когда-то! Вера за веру! Жизнь за жизнь!
В зале повисла тишина.
А затем… раздался крик. Один могучий пронзительный крик, разорвавший тишину:
— Вера за веру! Жизнь за жизнь!
Генералы, стоявшие на колене перед троном, хором повторили лозунг.
— Вера за веру! Жизнь за жизнь!
— ВЕРА ЗА ВЕРУ! ЖИЗНЬ ЗА ЖИЗНЬ! — подхватили крик и младшие офицеры.
Кажется, они приняли его…
…И вот, едва Димитрий в сопровождении Греты Вольфрам и высшего офицерского состава покинул зал, как из ворот бункера выехала колонна. Десятки броневиков, оснащённых самым современным оружием, с рёвом моторов устремились к эпицентру битвы. По пути к ним присоединялись другие группы «Медузы», и вскоре колонна превратилась в настоящую армию…
Хамелеон сидел в одной из бронемашин, внимательно изучая данные, поступающие с дронов, круживших над городом. На мониторах мелькали кадры битвы.
— Первым делом… — обратился он к командирам, — мы должны спасти выживших. Оказать поддержку и медицинскую помощь тем, кто способен сражаться. Для этого придется отвлечь на себя основные силы противника. Во-вторых, пока будем восстанавливать бойцов, нужно созда… — грузовик резко тряхнуло, и Дима ухватился за подлокотник. — … создать укрепление. Возможно, из броневиков.
— Господин, — взяла слово одна из офицеров, — у нас имеются энергетические щиты. Можно использовать их.
— Отлично, — кивнул он, — так даже лучше. — и взглянул на карту города, отображаемую на одном из мониторов. — Раз с этим разобрались, то дальше будем действовать по обстановке. Всё спланировать всё равно невозможно. В сражении главное — своевременное реагирование на происходящее.
Женщины кивнули.
— Проверьте связь, — скомандовал Димитрий. — В ходе битвы буду давать указания. — Он посмотрел на них серьезным взглядом. — И ещё, если со мной что-то случится, то берёте командование на себя. Приоритетная задача —спасти как можно больше людей.
— Так точно! — решительно рявкнули офицерши…
…Ещё несколько минут, и колонна броневиков остановилась на подъезде к площади. Двери машин распахнулись, и воительницы «Медузы» высыпались наружу, как стая муравьёв. Димитрий, встав на платформе, оглядел поле битвы:
— Что ж, устроим здесь ад, — и спрыгнул с брони.
В этот момент раздался рёв. Глубокий, полный ярости и силы. От которого у многих воительниц сердце ушло в пятки.
— Я СПРАШИВАЮ: ЭТО ВСЁ⁈ ГДЕ ВСЕ ГЕРОИ⁈ Я ХОЧУ БОЛЬШЕ КРОВИ! ЖАЛКИЕ ЧЕРВИ! ВЫ НЕ СТОИТЕ И МОЕЙ МОЧИ!
Хамелеон взглянул на своих солдат. Страх. Растерянность. Паника. И понял — они не готовы. Не готовы к такой битве. К такому пугающему противнику. Он видел, как они напуганы, хоть и старательно пытаются скрыть это. Как сжимают оружие. Как опускают глаза. И тогда он включил на рации общий канал, дабы его услышали не только командиры, но и рядовые:
— Воины «Медузы», говорит ваш главнокомандующий… — прозвучал его суровый голос.
Множество глаз устремились на него…
— Вы можете положиться на меня. Всех сильнейших противников я беру на себя. — Он сделал паузу, а затем сказал более веселым, даже ироничным тоном: — Так что укрепите свои сердца и прикончите всех остальных! Хотя, нахер! К чёрту сердца! Укрепите свои задницы! Те, кто жаждет славы и величия… — он сделал шаг вперёд, — за мной! Остальные! Кто ссытся… Бегите прочь к своему папочке! Пусть вас приголубят!
Он рассмеялся и пошёл вперёд, к эпицентру битвы, бросив вызов смерти.
За его спиной послышался шёпот. Тихий, едва слышимый… Затем тот перерос в гул голосов, будто прямо здесь и сейчас пробуждался древний вулкан… И земля задрожала. Воительницы «Медузы» бросились вслед за своим юным командиром, окружая площадь плотным кольцом. Быстро, скоординированно. Неумолимо.
Стоило дыму от взрывов немного рассеяться и все они увидели картину, заставившую на миг застыть в ужасе.
Поле битвы было усеяно трупами. Героини, злодейки, наёмницы, полицейские, военные, гражданские… Сколько убитых…
Асгардия — сильнейшая из «Валькирий» повержена. Вся в крови лежала сейчас на земле. Над ней, поставив ей громадную лапу на спину, возвышалась гибрид. Огромная, мускулистая, с чёрной, словно уголь, кожей и зубастой пастью касатки.
Остальные героини также на последнем издыхании. Силы на исходе, множество ран. Они проигрывали битву за мир.
И позади всего этого хаоса на возвышении из обломков разрушенного здания стояла… она. Мария Фон Думс. Её фигура, закованная в магическую броню, казалась неприступной, божественной. От неё веяло непревзойдённой мощью, давящей на всех, как невидимый груз.
И тогда, в этом мраке всеобщего бессилия и неотвратимости, появился… ОН.
Несущий Смерть.
Ещё одно имя, которое он не желал использовать.
Но увы. У судьбы иные планы.
Его фигура в рваной накидке, казалась ничтожной на фоне этой грандиозной битвы. Для большинства людей он был просто… парнем. Пусть и необычайно сильным для этого мира.
Но…
Способен ли он противостоять… ЭТОМУ?
Множество глаз воительниц «Медузы» устремились на него. На его спину, на его потрёпанный плащ…
Он шёл впереди совсем один. Хрупкий, ничтожный, словно стебелёк сорняка, решивший противостоять разъярённому урагану.
Но почему же он так смел? Что ведёт им? Отвага? Или… безумие?
Гром прогремел над площадью. Дождь хлынул с новой силой, заглушая стоны раненых и рычание гибридов.
Хамелеон остановился. Окинул поле битвы взглядом. Он видел
Алиса и Лона… они живы. Костюмы порваны, лица покрыты кровью, но держались. Джудит? И она здесь? Но почему она плачет? На её коленках лежала голова Эрики. Глаза громилы закрыты, на чёрной футболке багровое пятно. В другой стороне он увидел ещё одну знакомую фигуру, стоявшую на четвереньках. Снежана. На мгновение она подняла голову, и их взгляды встретились. Рядом с ней, вся в крови Петра в своём когда-то синем трико.
— Бежал бы ты отсюда, мелкий сучёныш, — прохрипела касатка Аида, прищурив единственный целый глаз. — Пока я не сожрала тебя целиком, прямо с дерьмом…
Но Димитрий предпочитал действовать, нежели болтать. Его сердце билось глухими, тяжёлыми ударами. Кулак вверх, к серому небу, и в глазах вспыхнул огонь.
— «Медуза»! — прогремел его голос, — А-та-ку-ем!
И в тот же миг… округа взорвалась. Сотни энергетических пушек, заряженных до предела, выстрелили залпом, озаряя площадь ярким, синим светом. Разряды энергии, как молнии, пронзали гибридок, разбрасывая в стороны.
Ошеломлённые столь мощной атакой те бросились на новоприбывших врагов. Битва разгорелась с новой силой.
Поделиться книгой: