Помоги проекту - поделись книгой:
Воительницы «Медузы», точь-в-точь тёмные ангелы, сошедшие с небес, ворвались в толпу гибридов с мечами наперевес. Началась мясорубка. Кровавая резня. Ад прямо здесь, на земле.
В это время группы «спасателей», продвигаясь за ними, вытаскивали раненых. Героинь, злодеек, наёмниц… Неважно. Всех, кто ещё цеплялся за жизнь. Они уносили их в безопасное место, за энергетические щиты, где медики «Медузы» уже оказывали помощь. Сотни инъекторов с лечебными препаратами использовались ежесекундно, лазеры зашивали раны, наноботы восстанавливали повреждённые ткани. Все работали чётко, слаженно, как одна большая боевая машина.
Снежана, отбивая атаку одной из мутанток, снова посмотрела на НЕГО, стоявшего сейчас в центре всего этого хаоса и смерти.
«Почему он здесь? — пронеслось у неё в голове. — Он сошёл с ума⁈ Что если он погибнет!»
Она хотела крикнуть ему… Предупредить, чтобы он уходил… Ведь в этой бойне не победить. Это самоубийство. Но её голос утонул в шуме сражения.
— Убирайся! Слышишь⁈ Убирайся отсюда! — прокричала она снова, но её слова заглушил очередной взрыв.
— Что за крыса тут раскричалась⁈ — перед ней объявилась Ребекка со злобной ухмылкой и растопыренными иглами на спине. — Видимо я недостаточно надрала тебе зад!
Она замахнулась кулаком, целясь Снежане в висок, но в этот момент её отбросило в сторону. Рина Роут, ударив её ногой в прыжке, приземлилась и вытерла с губы кровь. После чего бросила взгляд на воительниц ордена и одиноко стоявшего незнакомца в чёрной маске.
— Кто это? — спросила она у Снежаны. — Они на нашей стороне?
— Арр! Тот парень! — прорычала Снежана в свою очередь, бросаясь на ежиху, — он… мой! Я сама его убью, если он не свалит!
Рина, нахмурившись, присмотрелась к фигуре Несущего Смерть, что стоял в центре битвы.
— Парень? — она удивлённо приподняла брови. — Подожди… то есть…
В её памяти всплыл образ молодого человека, победившего её в тёмном переулке, а затем и в примерочной бутика.
— Это ОН! — воскликнула она.
Петра оторвала разорванный рукав костюма, чтобы не мешался. Взгляд, полный ярости, шарил по полю битвы, ища только одного человека… ЕГО.
И среди мелькающих гибридок и воительниц ордена снова увидела его фигуру.
— Теперь и я убийца, Дима… — прошептала она и, прорычав, оторвала голову противнице. После чего бросилась на следующую…
— Твоя мелкая подружка, похоже, съехала с катушек! — прохрипела Лона, наблюдая за безумием Петры.
— Как тут не съедёшь… — ответила Алиса, не отрывая взгляда от Димитрия.
— Эй! — Лона толкнула её в плечо. — Очнись! Мы же с тобой можем получить его когда захотим! Так что… — она ухмыльнулась, — давай покажем ему, на что мы способны!
И первой бросилась на Мириам.
Та, отразив её атаку щупальцами, зашипела:
— Опять вы… — она презрительно оскалилась. — Никак не сдохнете, суки! Я же сказала, что сделаю вас своими личными рабынями! Смиритесь!
— Посмотрим, каракатица! — прорычала Лона, бросаясь на неё с новой силой.
К ней присоединились Алиса и обезумевшая Петра.
— Отряд семь, — командовал в это время по голосовой связи Хамелеон. — Прорывайтесь к отряду два в направлении пяти часов. Им нужна поддержка.
— Есть! — тут же ответили в гарнитуре.
— Отряд четыре, — перевёл он взгляд к другому сектору. — Со стороны трёх часов вдарьте гранатомётами.
— Принято!
Гибридов было слишком много. Тысячи. Волну за волной приходилось останавливать, усиливая пробитую брешь новым отрядом агентов. Люди, сдерживая натиск, гибли ежесекундно.
— За Медузу! — кричали они, бросаясь в смертельную атаку.
— За Землю!
— За Главу!
Война. Ужасное творение в любом облике. В любом времени. В любом мире.
Хамелеон стоял посреди битвы, словно маяк в сгущающейся тьме, притягивая к себе взгляды. Взгляды воительниц «Медузы», героинь, злодеек. Гибридов и… ЕЁ.
Мария Фон Думс не отрывала от него глаз. Между ней и им, словно невидимые волны, раскатывались потоки сил. Мощных, противоположных, как огонь и лёд. Как свет и тьма. И всё-таки нечто схожее скрывалось в них.
— Какое знакомое чувство, — прошептала Думс едва слышно. — Будто я уже встречала этого человека…
Димитрий, чувствуя её пристальный взгляд, хмурился. В нём зародилось странное ощущение.
«Кто она? И почему я испытываю такое необъяснимое беспокойство? Словно мы уже знакомы… Очевидно эта бойня —её рук дело. Мне остаётся лишь одно… забрать её жизнь».
Он, наконец-то пошевелившись за всё это время, сделал шаг в её сторону.
— Неужели последняя надежда человечества… — монотонно произнесла Мария, наблюдая за ним, — просто обманщик, возомнивший себя Несущим Смерть? Этот мир полон лжи, как и их последний псевдо-герой…
Аида, глядя, как тот мелкий засранец решил ввязаться в битву лично, распрямилась во весь свой гигантский рост. Теперь она была похожа на истинного монстра. Пять метров мускулов и ярости, тонна неудержимой мощи. Она выдохнула из широких ноздрей кубометры воздуха.
— Убейте его, как грязную собаку, — пробасил её голос.
И указала на него своим единственным глазом.
— Есть, генерал! — хором ответили десять гибридок, стоявшие позади. Её личная гвардия.
Словно стая волков, они бросились вперёд, желая разорвать незнакомца на части. Ослеплённые яростью и жаждой крови. Но даже не представляли, насколько тот был силен… Первая гибридка, с острыми когтями как у медведя, прыгнула на него. Хамелеон не уклонился. Просто выставил вперёд ладонь и схватил её за голову. Затем, с холодным спокойствием, сжал пальцы. Раздался короткий звук ломки костей, и тело гибридки рухнуло к его ногам. Вторая хлыстообразным хвостом попыталась опутать его ноги. Зря. Она лишилась его в один миг, а после и головы. Третья, с панцирем, как у броненосца, бросилась на него, пытаясь сбить с ног. Но встречное колено расплющило её лицо, словно гнилой фрукт. Остальные гибридки, увидев произошедшее, на миг замешкались. В глазах появился страх. Но тот быстро уступил место ярости. Они снова рванули в атаку.
Хамелеон встретил их натиск. Как машина смерти. Безжалостный, неумолимый. Он ломал им кости, вырывал гортани, раздавливал головы. Не оставлял ни единого шанса на выживание. Очень быстро всё было кончено. Десять тел элитных гибридок, превращённые в бесформенную массу, лежали на земле. Он же даже не запыхался.
Касатка вышла вперёд, к центру кровавого побоища. Остановившись в десяти метров от Димитрия, она громко прокричала:
— Сёстры! — прогремел её голос, затмив шум битвы. — Во славу нашей госпожи я желаю лично сразить этого человека! — и посмотрела на него своим крупным рыбьим глазом. — Он — последнее препятствие на нашем пути к новому миру! Так пусть же все узрят этот бой! Как закат их эры! Как крах их надежды!
Тысячи гибридов замерли. Их рычание стихло, а глаза устремились на Аиду. Они подчинились её желанию смертельного поединка.
Воительницы «Медузы» в это время, используя кратковременную передышку, перезаряжали оружие, вводили себе лекарства, перевязывали раны. Лица бледны, пальцы дрожали, но их глаза горели решимостью. Они готовы сражаться до конца.
Вторженцы в это время расступились, образовав вокруг Димитрия и Аиды широкий круг. Всеобщая бойня остановилась. Все взгляды теперь были прикованы к центру площади. К двум фигурам, стоявшим друг напротив друга.
Касатка — исполин наяву, высеченный из чёрного гранита. Её гигантское тело пылало силой, непоколебимой уверенностью. Ноги, мощные и толстые, как стволы деревьев, были широко расставлены, перекаченные руки, заканчивающиеся длинными мощными пальцами с огромными чёрными когтями, спокойно покоились вдоль тела. На её белой морде, с широкой, зубастой пастью играла ухмылка. Ухмылка хищника, уверенного в своём превосходстве.
Хамелеон плавно выставил руку, и в его ладони сформировалась рукоять, а после и клинок меча, переданного ему Гретой Вольфрам. В левой руке же материализовался армейский кинжал.
Дождь лил как из ведра. Холодные капли барабанили по его чёрной маске, стекали по одежде. Мерзкая погода. Особенно, когда та на стороне твоего врага. Под дождём касатка явно ощущала себя комфортней, чем обычно.
— Ты, сопля, действительно, думаешь победить меня? — спросила Аида глухо, угрожающе. — Я больше не та, что прежде. Видишь? — указала она жестом на поверженную Асгардию, лежащую на земле, — сильнейшая из «Валькирий» убита мной. Разве у такого, как ты, есть шанс?
Димитрий молчал. Он не отрывал от неё взгляда. Его глаза, словно два уголька, горели в прорезях маски. Да. Он понимал, что шансов почти нет. Но отступать не собирался. Если проиграет — Грета подорвёт здесь всё, включая и его. Он сам ей приказал.
— Раз ты стала сильнее, — прозвучал хрипло его голос, — значит я могу не сдерживаться.
Всего лишь миг… и он исчез.
Скорость его рывка была настолько велика, что окружающие люди превратились в размытые силуэты. Капли дождя будто зависли в воздухе. Аида, не успев даже моргнуть, увидела его прямо перед собой. Его фигура, его чёрная ужасная маска, материализовались из воздуха. Тут сверкнул клинок, остриё целилось прямо в её сердце.
Но…
Она успела.
Несмотря на свои габариты, её движение вышло невероятно быстрым. Она отклонила в сторону корпус, уворачиваясь от его атаки, и в тот же миг контратаковала. Её лапища с растопыренными когтями вылетела из слепой зоны, прямо к его шее.
Этот удар должен был стать фатальным.
Неожиданно он среагировал.
Вовремя нырнул под её мощную лапу, словно рыба, уходящая от гарпуна.
Вжуууу!
Когти Аиды просвистели над его макушкой, задев маску. Стружка металла отлетела в сторону. Всего царапина. Хамелеон всё рассчитал. Не теряя ни секунды, он нанёс ответный удар. Его кинжал впился в её предплечье, разрезая плечевую мышцу. Кровь, чёрная и густая, хлынула из раны касатки.
— Арррх! — взревела она от боли и пнула его ногой, будто тараном, сшибавшим городские ворота.
Юноша отлетел назад, кувыркаясь в воздухе, и с грохотом приземлился на ноги. Затем выпрямился. Сжал рукоять меча и бросился вперёд.
Касатка же прорычала и набрала разгон. Собираясь, похоже, затоптать его. Переехать, как товарный поезд.
Они столкнулись. Его меч и её когти. Асфальт под ногами обоих треснул. Прозвучал хлопок выброса энергии. Меч Хамелеона, тонкий и изящный, казался какой-то зубочисткой по сравнению с когтями касатки. Как тонкий, гибкий стебелёк, противостоявший острым скалам.
Их взгляды встретились. И Аида и Димитрий горели битвой. Момент, когда против тебя, действительно, серьёзный противник, будоражит. В этот миг их противостояния голой силы, взгляд Хамелеона скользнул вбок, почувствовав неладное, прямо под раздавшийся вопль:
— Беереееегиииись!
Это был крик Снежаны. Полный боли, страха, отчаяния. Ведь к спине Димитрия, будто змея, устремилось щупальце с острым костяным наконечником. Мириам всё-таки не стерпела и решила атаковать его в самый неподходящий момент.
— Умри же… — прошипела она с отрадой.
Однако… Снежана бросилась к нему, закрыв его собой. Принимая смерть вместо него. Смело. Жертвенно. Искренне.
«Держись от него подальше, иначе умрёшь…»
Слова Странницы прозвучали в её голове, словно набат. Будто приговор. Но даже так! Пусть! Она не жалеет ни о чём! Ведь больше не может убегать от своей любви к нему. Отдать жизнь ради любимого… Разве есть чувства сильнее?
Но крепкие пальцы схватили её за плечо и потянули в сторону, уводя с линии атаки. Это был он. Как в последнем танце по инерции движения он занял её место на этом алтаре смерти. Казалось в этот миг, когда она своими любящими серыми глазами встретилась с его такими тёплыми алыми, мир для неё перевернулся. В её взгляде мелькнуло осознание происходящего. Ужас накрыл с головой.
— Неееееет! — раздался её крик, когда щупальце пробило его грудь.
Из-под его маски раздался кашель, прыснула кровь.
— Никто… — прохрипел он тихо. — Никто не заберёт тебя у меня… Никто.
— Я… люблю тебя, — ответила Снежана.
По её щекам катились слёзы. Губы дрожали. Едва она бросилась к нему, как её сбила Аида. Будто грузовик маленькую девчонку. Снежана, кувыркаясь по асфальту, врезалась в разрушенный дом и обмякла.
— Не мешайся, сучка, — хрустнула шеей касатка.
Взгляд Димитрия застыл на неподвижной фигуре своей женщины. И мир вокруг будто взорвался…
Ярость, огненным прутом, пронзила его сердце. Сознание ухнуло в омут. Глаза вспыхнули алым огнём. Он вырвал из груди щупальце и выгнулся в спине, закричал, теряя контроль над собой.
— Ааааааааааааар! — его злобный рёв, полный боли и безумия, прокатился над площадью, заглушая грохот грома и шум дождя.
Он резко повернулся к касатке, и та сглотнула от одного его взгляда.
— Это не человек…
В одно мгновение Хамелеон оказался перед ней. Настолько быстро, что та не успела никак среагировать. Его чёрный меч обрушился на неё с неистовой силой. Разве подобный тонкий клинок может быть столь тяжёлым⁈ Откуда такая мощь⁈ Аида замычала от боли, в попытке защититься своими мощными лапами, но все усилия были напрасны. Димитрий был слишком силён… слишком разъярён. Он рубил её наживую без жалости, без колебаний, словно мясник тушу. Через десяток секунд гигантша рухнула на спину. А он, стоя над ней как палач, бесчувственно воткнул ей остриё меча в сердце. Рыбий тёмный глаз касатки в момент смерти показал страх. Шок. А затем закрылся навсегда.
Димитрий, вытащив из груди Аиды клинок, перевёл взгляд на Мириам. Та, увидев его глаза, полные безумия, вскрикнула и бросилась наутёк.
Он рванул следом, однако на его пути объявилась преграда. Женщина в железной маске и с развевающимся красным плащом. Мария Фон Думс. В её руке магический меч. В зелёных горящих глазах — спокойствие.
Она усмехнулась:
— Чёртово чудовище… Ты довольно позабавил меня, но больше не убьёшь моих людей.
Он же, как дикий зверь, набросился на неё, сыпя удары мечом. Один за одним. От любого из них пала бы, пожалуй, любая из героинь этого мира. Однако, Думс превосходила всех на порядок. Каждая атака была изящно ей блокирована.
— Возьми себя в руки, Несущий Смерть! — раздался в наушнике обезумевшего Димитрия тревожный голос Греты.
— Аррррррр! — тот не слышал. Как съехавший с ума рубака с мечом бросался в атаку.
Думс уклонилась и с левой ударила его в скулу железной перчаткой, отправив в полёт.
Поделиться книгой: