Английский вояж

Наконец, раздевшись, мы вернулись к прежнему положению, причем Луна, в очередной раз меня удивила: расположив головку члена в рту, она замерла, при этом елозя кончиком языка по уздечке и лаская пальцами мошонку. При этом, поглядывая на меня с лукавством. В общем, результатами её стараний был довольно быстро наступивший оргазм.

Ну, а сама Луна, весело улыбаясь, присела по турецки у меня на коленях. Не сказать, что было удобно, но зрелище было завораживающее. Слившись с девушкой в поцелуе, через минуту я ощутил, что уже хочу её.

Девица, со словами «А что это такое интересное у Большого Мозгошмыга?», расплела ноги, и, оседлав меня, насадилась лоном на эрегированный член.

Что сделала, если бы не некоторые мои изменения, зря, так как лишилась толковой опоры и фактически не могла двигаться.

Но изменения были, так что в ответ на жалобный взгляд голубых глаз, я засунул ладони под попу девушки, ну и стал её аккуратно поднимать и опускать, благо сила тела метаморфа это позволяла. Ну а ощущения крепкой попки в руках, да и соски, доступные языку, добавляли ситуации пикантности.

Впрочем, Луна довольно быстро освоилась, да и проявила, наконец, логику, широко раздвинув ноги и упершись ими в поручни кресла. Но, в итоге, сказала, что у Большого Мозгошмыга все и так замечательно выходит, так что в итоге скрестила ноги и уселась у меня на ладонях. Ну, пусть будет так, решил я, наращивая темп и амплитуду движения. Вообще, судя по хитринке в уголках голубых глаз, девушка изначально хотела попробовать «что — то интересное», так что качели на ладонях её более чем устраивали. Ну и мне не тяжело, да и тоже приятно.

И тут со стороны двери раздалось возмущенное сопение и бормотание рыжей «без меня?». Разгневанная своевольством своего гарема Джинни, по дороге раздеваясь, двинула к нам. На мой писк: «девочки, а может в кровать?», гаремовладелица снисходительно помахала рукой, мол, ты продолжай, плечами раздвинула мои ноги и буквально впилась губами мне в мошонку. Не болезненно, приятно, но, довольно агрессивно, как минимум.

Впрочем, Луна была уже близка к пику, да и я, даже без дополнительной стимуляции, к нему приближался, так что через несколько минут мы с Луной кончили. Поднявшаяся Джинни, попеременно поцеловала меня и обмякшую Луну, посмотрела на мои ладони, задумалась, отлучилась на полминуты и заявила, что тоже хочет.

Так что, через несколько минут, Луна освободила место на моих ладонях рыжей. Впрочем, последняя опять проявила свою страсть, насадившись на мой, поднятый уже метаморфизмом член попкой. Ну, точнее, направив его туда рукой.

Моему же взгляду предстала спина любовницы, но Луна, очевидно в компенсацию, попеременно стала ласкать то щелку Джинни, то мою мошонку и промежность, чередуя язык и руки.

Поскольку анус у гаремовладелицы был местом более чем эрогенным, ну а Луна, девушкой старательной и вполне умелой, ко второму оргазму Джинни кончил и я.

И, все — таки, посадив на ладони по девушке, добрался до нашей спальни. Впрочем, продолжения наш внезапный секс не получил — время было позднее, а все мы, все же, усталые. Так что после нескольких поцелуев, обнявшись, мы заснули.

46. Я и бал

Ну, а с утра я проверил яйца. Свои, на наличие, ну и золотое на соответствие читанному. И то и то было, ожиданиям соответствовало, благо, как место проверки ванная прекрасно подходила.

Паразитке, отращивающей ногу, действительно придётся несладко. Черт его знает, как бы не избавиться от неё таким, экзотическим способом желают.

Ну а мне надо думать. Ну, положим, то, что кого — то в стазисе упихают под воду — дело не страшное, упихнутому ничем не грозящее, пока стазис не снят, конечно. А вот мне, надо думать, причем аж в трех направлениях. Согласно очередности, у нас через три недели святочный бал. Вот хрен знает, почему святочный, но обзывают его так. И я, в рамках гарема Джинни, обломлюсь — регламент предполагает пары, а не непонятные многочлены.

Вот, казалось бы, ерунда. Однако, предпочтение кого — то из двух девчонок может иметь последствия, не самые приятные для моих нервов. То есть, скандалов — то скорее всего не будет, но осадочек останется. Да и обижать я их не хочу, тоже фактор немаловажный. В общем, на фиг баб, решил я по первому пункту, пусть сами разбираются кто с кем идет.

Далее следует вопрос освещения события. В ряде фиков толпа народу тупо сидела и пялилась на озеро час. Это, значит, так называемый второй тур турнира, чтоб все понимали. Вопрос в том, что сделать на основе работы иллюзий этакие анимации вполне посильное дело. Да, это будут не камеры, а нечто вроде изображения от первого лица, чемпионского, естественно.

Вот и выяснить, нужны ли мои идеи, работа клана Поттер. Ну и если нужны — что мы с этого поимеем на поговорить и на пощупать.

И, наконец, вопрос самого тура. Ну, положим, лезть голой жопой в холодную мокрую воду — меня не пугает. Да и не голой тоже. Однако, в черном озере тьма всякой водяной пакости, да и ксеносы типа русалки до кучи. Кальмар, положим, не важен: этого хтонического моллюска отымели в мозг чуть ли не основатели, соответственно он часть защитной системы Хогвартса. А так же, как раз смотритель за заповедником, черным озером называемым. Если б не это чудище, то не то что плавание на лодках — просто попытка приблизиться к озеру ближе пары десятков метров заканчивалась бы учебно — боевыми потерями школы выживания.

Но, тем не менее, всякие кельпи, гриндилоу, Бенни — прачка, мораг и многие, многие другие гадкие существа населяли озеро. Часть была амфибиями, часть не агрессивна по отношению к магам, вот только оставшихся хватало, чтобы если не помереть, то банально не отплыть от берега дальше десятка метров.

В теории, нашествия озерных гадов ждать не приходится, все же организаторы не идиоты. А на практике готовиться надо. Но, лично мне, скорее для мобильного передвижения, вопрос оружия — заклинаний не стоит: трости пофиг на водную среду, да и не важно, кромсать материальную фигню или полумагическую.

И вот тут задачка — метаморфничать я излишне не хочу. Ну паранойю, возможно, но все же предпочту казаться слабеньким и необученным метаморфом.

А вот маленький, но любопытный нюанс: щитовые чары не тратят энергию на преодоление и отражение немагических явлений. То есть, я могу банально создать хоть сферу, хоть диск, спокойно перемещаясь в ней в озере. Даже не намокнув притом. Ну и достаточно пафосно и зрелищно, не без этого.

Пакость атакующая магией, естественно может щиты просаживать, но тут вопрос уже организации, сколько их будет и прочее. В худшем случае — схлопну щиты и устрою кровавым артефактом кровавую баню. Да и если подумать — можно и без схлопывания обойтись, правда щитовые нужно специфично сконфигурировать и желательно эту конфигурацию рассчитать. А то на «воле и магии» моя задумка может вообще не выйдет, не вытянут каналы нужный объем магии.

Так что первым делом после проверок и размышлений отправил я деду сову. Все же, он официально организатор, ну а являться к нему напрямую мне не стоило. Великий Светлый официально гневался на рабовладельческого меня.

Впрочем, с попыткой погреть на трансляции мероприятия репутацию и руки дед меня обломал. В рамках Хогвартса создать иллюзию, причем с видом не от первого, а даже от третьего лица оказалось вполне по силам администрации колледжа. Это даже не непосредственное колдовство, а функционал самого Хога.

Ну, нет так нет, махнул рукой я. Заодно уточнил, что с обороткой преподавателей, да и что с рядом заинтересовавших меня фигурантов. Дед меня успокоил.

— Насчет оборотного зелья, Гарри, можешь не беспокоиться, — заявил Дамблдор, — все гости, судьи и преподаватели, перед входом на территорию Хогвартса принесли клятву, что они это они. Ну, а после первого посещения можно не беспокоиться, — рассказывал дед, — я несколько усилил охранные чары, так что на них метки Хогвартса. Нет, не подделать, никак, — добавил он любуясь скепсисом на моем лице.

— А с чего они такие, — помахал я рукой, — странные?

— Людо Бэгмен попробовал себя на чемпионате в роли букмекера, — ухмыльнувшись выдал дед, — крайне неудачно, на данный момент он должен несколько сотен тысяч галеонов. Причем даже гоблинам. Вроде бы, — продолжал он, — пытается спасти ситуацию ставками на турнир. Правда, не скажу какими и на кого, — развел Дамблдор руками, — но с ним стоит быть настороже, — посерьёзнел дед, — ситуация у него не радужная, так что Людо вполне может использовать служебное положение, для влияния на исход турнира. Насчет Крауча не знаю, — продолжил Дамби, — возможно, просто устал, — на что я покивал, возможно, — ну а Каркаров… Вообще — то, он один из рыцарей Вальпурги, — ошарашил меня дед.

— Болгарин? — уточнил я, на что Дамблдор кивнул, — весело, ничего не скажешь. Откупился? — уточнил я судьбу Каркарова после войны.

— Скорее продал, — то ли с раздражением, то ли со злорадством ответил дед, — Выдал министерству кучу информации, насчет алтарщиков в целом и непосредственно по Пожирателям Смерти. Причем через несколько лет выяснилось, что часть, а возможно и вся информация ложна.

— И его впустили в Британию, — задумчиво протянул я.

— Политика, мальчик мой, — развел руками Дамблдор, — выбирая между турниром и возможностью задать старые вопросы на новый лад — выбрали турнир.

— Кстати, директор, — решил уточнить я волнующий меня вопрос, — как вообще получилось, что вейла учится в школе магов, да еще и принимает участие в турнире? Я не считаю её животным, — озвучил я свою позицию, — но при всем при этом, вид паразитирующий на магах, вдобавок неспособный к классической магии, — развел руками я.

— Ты не совсем прав, Гарри, — выдал Дамблдор, — да, безусловно, изначально вейлы — работа алтаря. И в чем — то ты прав, хотя паразитируют, возможно и слишком громкое слово, — задумался дед, — хотя да, правильное, — признал он, — берут, ничего не отдавая взамен. Но, при всем при этом, вейлы способны к классической магии. Да, с трудом, но при должном усердии они могут выправить перекос, невзирая на то, что у них он на уровне физиологии, а не разума. Впрочем, ситуация с мисс Кур довольно забавна. Бобатон к её приему принудило министерство магической Франции, как и настояло, а, подозреваю, потребовало, чтобы мисс Кур участвовала в турнире.

— И зачем это им? — удивился я.

— С обучением — это как эксперимент, по поводу интеграции в социум магов разумных существ. У нас также проводили подобные, — поморщился дед, — не сказать чтобы успешно. Вдобавок, мусье де ля Кур довольно влиятельный алтарщик Франции, пожелал чтобы его наследница потрясла мир, — ехидно добавил дед.

— Наследница? — охерел я, — вейла? — на что Дамблдор кивнул, — директор, простите, но лягушатники ёбнутые, — поставил диагноз я.

— Там достаточно непростая ситуация, я не вникал, но вроде бы причины были, — навел тень на плетень Дамблдор, — а главное, министерство магической Франции ждет, что мисс Кур не переживет турнир.

— А нам то что за дело до расчетов этих мусьё? — уточнил я.

— Ну, — лукаво ухмыльнулся дед, — часть алтарщиков Франции рассчитывает после гибели мисс Кур официально оказать поддержку Тому. На государственном уровне, — уточнил дед, — впрочем, тут они просчитались, реформисты Франции подготовились к такому ходу. При этом выходит, что мисс Кур одни хотят смерти, а другим на неё плевать.

— Даже не знаю, — протянул я, — можно сказать что и жалко её, невзирая на ряд особенностей.

— Это хорошо, Гарри, — стал капать на мозги дед, — что ты не очерствел сердцем и думаешь о других. Впрочем, погибнуть чемпионы на территории Хогвартса не могут, — подмигнув добавил он, — перенастроенная система защиты, плюс моя личная разработка. Безусловно, всех так не обережешь, но трех молодых людей на время турнира — источник Хогвартса вполне выдержит. Ну и вытащит, в случае смертельной опасности, — добавил дед.

— Контроль, диагностика состояния чемпионов и домовики как способ эвакуации? — уточнил я.

— Вообще — то, связка с маховиками, на полсекунды вперед, — открыл любопытный момент дед, — на такой отрезок времени, изменения без катастрофических последствий, вполне возможны.

— Да уж, — прикинул я потребное количество магии, на основании мне известного, — как источник — то вытягивает даже туры?

— А посылается не маг, а домовик, — ответил хитрый директор, — его, скорее всего, развоплотит после возможного вмешательства, — развел руками дед, — но вас он от смерти убережет и вернётся в Хаос.

— Один? — уточнил я.

— Один, — подтвердил дед, — и так на фактически непрерывную работу маховика уходит одиннадцать двенадцатых мощности источника Хогвартса.

После этого я распрощался, ну а у себя пытался осмыслить озвученное. Дед жжет напалмом, по другому не скажешь. Любые изменения с помощью маховика, как я понял из изученного, стирали изменяющего. Возможно, перекидывали в параллельные реальности, а возможно и в жопу — не вернулся еще никто, чтобы просветить. Однако, исследователи допускали возможность некоего «люфта». Точнее, как я понял, только один, общественно признанный идиотом. То есть, ссылки на работы этого неназванного исследователя я находил в книгах, в которых его выкладки подвергались осмеянию.

Ну, а дед взял, да и осуществил. Да, чертовски ограничено, если брать примерными мерками мира людей — вся суточная энергия нескольких мегаполисов была пущена только на то, чтобы час оберегать жизни двух балбесов и одной паразитки. Но все же, рабочая схема работы со временем, осуществленная в реальности… В общем, жжет дед, как не посмотри.

Озадачил гарем Джинни вопросом кто идет с ценным мной на бал. Ну и, признаться, получил массу удовольствия от процесса принятия решения. Собственно, дамы были синхронизированы друг с другом: то дружно предлагали пойти друг — дружке, то не менее дружно утверждали «нет, я пойду!».

В итоге пришлось волевым усилием засадить дам за «Схватку». Потому как все это весело, однако святочный бал приближался, ну а звать в последнюю минуту какую — нибудь там Паркинсон у меня желания не было. Ну, как минимум, потому что хрен она со мной на бал пойдет.

В Схватке победила Луна, причем, по — моему, она пыталась проиграть столь экзотично, что аж выиграла. Звучит абсурдно, но это Луна, она и не такое может.

Ну, а по результатам тяжелой баталии на святочный бал явились мы с блондинкой. Рыжую, впрочем, также пригласили, причем на удивление, некий болгарин, обзываемый Яромир Тарановский. Вот было у меня сомнение, что этот тип болгарин, наверное замаскированный неболгарин.

Впрочем, вроде бы, никаких гадостей он не замышлял, собственно несколько приглашений его было встречено отказом, после чего Браун отловила неболгарина и предложила Джинни, благо то, что я шел на бал с Луной, Лаванда знала. В общем, вроде, не диверсант и не ухажер.

Бал, в отличие от читаного мной в фиках, начался не с каких — то там открытий танцем. Вообще, назвать его балом, как по мне было слишком громко. То ли банкет, то ли прием. В общем, для начала в большом зале пребывали как раз банкетные столы. С металлической, чтоб её, посудой.

Я, конечно, все понимаю, однако суповая тарелка и кофейная чашечка из золота — это, по моему, сродни золотому унитазу. Вопрос не в традициях — это, блин, банально неудобно, в смысле горячо.

При этом банкет был вполне сносен, а приглашенные музыканты — на удивление уместны. Я, признаться, думал что будет какая — то дичь, увидев на сцене в углу большого зала поклонников вокально — инструментальной группы поцелуй. В тертой коже и гриме.

Однако, невзирая на внешний вид, «Ведуньи», как обзывались эти идолы, лабали на удивление пристойную музыку. Этакий фолк — рок, причем больше фолк, нежели рок. То есть, магические аналоги электроинструментов добавляли определенный антураж волынкам, скрипкам и клавесинам, не более.

В общем, по окончании банкета, столы раздвинули, лабухи принялись бренчать плясовые, ну и я в очередной раз убедился, что святочный бал нихрена не бал. Потому как его «не открывали».

Например, Мариныч (кстати, нацепивший на себя гусарский мундир и боярскую, правда коричневого, а не черного, как по прибытии, меха шапку) отодвинулся в сторону вместе с банкетным столом и предавался безудержному веселью. Спутница его ускакала танцевать с кем — то там, что настоящему болгарину ничуть не испортило аппетит.

Де ля паразитка, обзаведшись новой, истинно английской ногой, отплясывала с каким — то типом с Рейвенкло. Тип был явно прибит её шармом, пускал слюни и пугал бараньим взглядом. Впрочем, судя по поведению окружающих, паразитка локализовала свое воздействие спутником.

Дед с мадам Максим так же отплясывали. Причем, на удивление, смотрелись не комично, несмотря на почти двойную разницу в росте: дед вальсировал в открытой позиции, что не только избавило (ну или огорчило) от необходимости обнимать корму партнерши и тыкаться носом в её бюст, но даже позволило ему вести.

Ну и я с Луной решил отдать дань танцулькам. Точнее, я отдать дань, а сама Луна танцевать любила, да и в партнере для танцев нуждалась весьма условно — как я понял, ей составляли пару её эксклюзивные краказябры.

В принципе, невзирая на мои потуги, потанцевать у нас получилось. Луна коварно убирала ножки из — под моих ласт, так что танец испортить у меня не вышло. Не то, чтобы я особо старался, однако опыта танцев у меня было мало, ну и наблюдение за окружающими съедало большую часть внимания.

А по возвращению к банкетным столам нас ожидала пренеприятная картина. Спутник рыжей, неболгарин, общался с каким — то полузнакомым барсуком. Вдруг гадкий неболгарин повернулся к рыжей и зарядил ей сильную пощечину. Не хлопок, а полноценный удар, пусть и ладонью.

Честно говоря, думать у меня в этот момент выходило никак. Просто подскочил к неболгарину и от души зарядил ему тростью по рылу. С хрустом и соответствующей реакцией от земного тяготения.

В общем, навернулся этот распускатель рук и стал кровью течь из дырок на голове. Вроде бы, только естественных, впрочем, мне было на него похер, помрет — не жалко. Джинни была относительно цела, в сознании, ну а наливающаяся гематома дело поправимое простейшими зельями.

Только я собирался разинуть пасть и поинтересоваться у мира вообще и присутствующих в частности, какого хера тут происходит, как ко мне подскочила очередная болгарская рожа.

Рожа эта состроила морду возмущенную и оскорбленную и выдала, медленно и с паузами:

— Я, Урмас Лукксепп, из благородного рода Лукксепп, — с четверть минуты произносил этот тип, — вызываю тебя, Гарри Поттер, на дуэль до смерти, без ограничений. Причиной же вызова является подлое и беспричинное нападение на господина Тарановского, моего товарища, — где — то полторы минуты выговаривал он.

А передо мной встала дилемма: можно было послать этого ме — е–е-едленного. «Беспричинность» существовала исключительно в его заторможенном воображении. Однако, существовала проблема. Мне, как главе клана этого делать не стоило, как раз после удара по неболгарской роже.

Как только ударил — принял на себя все последствия, соответственно, если я откажусь — то я либо трус, либо хреновый руководитель, что несет массу негатива не столько для меня, сколько именно для нашей группы товарищей.

Ну и стоял я сейчас, стоит признать, в позе «зю». На вызов надо отвечать, принятием или отказом. Вариант «ты, морда неприличная, подожди, а мне надо подумать — посоветоваться», чуть ли не худший, чем со слезами просить «не бей меня дяденька».

Так что раскрыл я пасть и выдал:

— Я, Гарри Поттер, принимаю вызов. Бой проведем завтра, на рассвете, в замке Хогвартс, — выдал я.

Ну, может быть, не выспится этот тип. А мне спать, конечно, не светит, однако перенесу я это без негативных последствий.

Собственно, после озвученного я сопровождая рыжую и блондинку удалился, а вслед за мной потянулись сокланы. Браун, еще на полдороге, выдав рыжей некую мазь, скороговоркой выдала уже мне:

— Еще перед ударом поляка, за минуту до него, Каркаров шептал что — то на ухо этому Льюкфеппу, — выдала она, — на Джинни и тебя посматривали, хоть и старались не демонстрировать, — доложила она до кучи.

Хм, выходит это даже не провокация, а конкретная попытка меня прибить. Произведенная, судя по всему именно Каркаровым. Вот только фигня выходит: ежели он правоверный пожиранец, то ему меня, очевидно, надо не убивать, а тырить кровь. На мертвом враге ритуал не построишь. А ежели он предатель пожиранцев, тогда, на кой хрен ему меня убивать?

Собственно, вытащенный из апартаментов домовиком к директору, да и застав у него до кучи и Муди, я эти вопросы и озвучил.

— Вообще, Гарри, ты не совсем прав, — озвучил дед, — для ритуала кровь — плоть — кость подойдет кровь и мертвого, правда лишь в течение шести недель. Вот только, стоит признать, — помахал Дамблдор распечатанным конвертом, — к Каркарову этот инцидент не имеет прямого отношения. Судя по письму отданному горгулье, — продолжал, невзирая на мою охреневающую рожу дед, — Каркаров за час до начала бала отправился портключом в Дурмштранг.

— А я говорил тебе, Альбус, — выдал Муди, — постоянная бдительность! У нас, можно сказать, рассадник двойников, явно желающих нас прикончить, а ты занимался украшением зала! — параноил инвалид.

— Так, погодите, — решил уточнить я, — значит тип на балу — не Каркаров, а кто — то под обороткой или чем — то похожим. Очевидно, кто — то из болгар, потому что сыграть директора вряд ли выйдет у постороннего.

— Возможно, но не факт, — обломал мои построения Дамблдор, — Каркаров довольно долго жил в Британии, так что у нас есть немало неплохо его знающих магов. Понятно, что люди меняются, но сыграть его в течение часа могли многие, — подытожил дед, — впрочем, похоже ты прав, — после раздумий выдал он, — на территорию Хогвартса посторонние не проникали, все с меткой замка, кроме репортеров, но это точно не они.

— Значит, с высокой долей вероятности, Том или его миньоны, — сделал вывод я.

Поговорили, но выводов толковых не выходило. Кто — то имеющий метку замка подменил Каркарова и технично срулил после конфликта. Кто — непонятно, разве что есть вероятность что охотятся за кровью. Так что свернул я свое присутствие и был доставлен домовиком в свои апартаменты.

У себя же пришлось успокаивать Джинни (Луна, вроде бы, не особо волновалась), встречать некоторых сокланов, успокаивать уже их. Впрочем, к полуночи поток волнительных иссяк, так что я даже смог немного поспать.

А на следующее утро произошла дуэль в Большом зале. Распорядителем был Муди, скороговоркой произнесший положенные слова и предложив мне и оппоненту «мочить».

Я попробовал и выходило у меня фигово. Противник закрылся щитами явно артефактной природы и стоял — тупил. Ну, или придумывал победный план, что так же возможно.

Наконец медленный решился, и запустил в меня парой быстрых, но вербальных заклинаний. Аваду я пропустил над плечом, а вот осколками магического льда меня слегка посекло. Что за хрень — я так и не понял, но щит мой они прошли как будто его и не было.

Впрочем, в не успевший сомкнуться щит пролез мой хлыст — концентратор. И, без затей, отрезал медленному голову. Взял и обезглавил нафиг, без пафоса и соплей.

Я, признаться, даже несколько разочаровался, правда в хорошем смысле слова. Нахрен мне не сдались пафосные превозмогания по колено в крови.

Муди оповещал округу о моей победе, снимая щит. И тут меня повело, поплохело, да и стало плохеть дальше. Что блин за хрень, думал теряющий сознание я. Яда во льду точно не было, я бы почувствовал.

Это и были последними мыслями перед затопившей все темнотой.

Примечание к части

Написал. Блин, вроде и писать стал меньше по времени (хоть и ненамного), но уставать больше. Вот вообще засыпаю сейчас, при том что время детское. Но глава вот, в ей все запланированное и невыспатый глаз в ней зрит то чего надо (че не надо — тоже, но это мелочи).