Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта

Майор проверил по своим каналам, не вылетал ли из Петербурга Самохин В.А. Выходило, что не вылетал, не было таких сведений. Мог бы он, конечно, перебраться на автомобиле через финскую границу и вылететь из Хельсинки, однако уж если объявили его в розыск, то на границе уж смотрели бы внимательно.

Если бы не обгоревший труп, то Веригин посчитал бы, что Самохин улетел за границу по чужим документам, но следовало все же проверить. Опять же словам Мазая, который упорно искал Самохина из-за своих больших денег, в данном случае можно было верить: не выезжал Самохин за границу.

Опознать труп можно было при помощи зубной карты. Самохин был мужчина небедный, за зубами своими исправно следил, наверняка посещал дорогую клинику два раза в год.

Веригин сел поудобнее и набрал номер компании «Трастфинанс», который сообщила ему все та же секретарша Света, на которую напало удивительное трудолюбие.

Трубку долго не снимали, наконец ответил грубый голос, оказавшийся охранником.

– Фирма закрыта, не работают они.

– Так никого и нету? Что, ни одного сотрудника? – поинтересовался Веригин. – Это вообще-то из полиции беспокоят, мне бы кого-нибудь найти, кто в курсе.

– Да кто там в курсе… – проворчал охранник, – говорят тебе, сотрудников всех разогнали, все опечатали, личные вещи и то не позволили забрать. Да ваши же и были.

– Не наши, – строго поправил Веригин. – Я, отец, вообще-то по другому делу, убийство расследую в коттеджном поселке «Холодный ключ». А те, кто были, из другой организации.

– А мне без разницы! По мне, что одна организация, что другая, один черт! – по инерции задирался охранник, видно, ему было скучно в пустом помещении.

Однако спокойный тон Веригина подействовал, так что охранник не стал вешать трубку.

– Вроде бы в бухгалтерии кто-то есть… – неуверенно проговорил он после недолгого размышления.

– О, в бухгалтерию, значит, пускают? – оживился Веригин.

– А что ты думаешь? В любом случае с бухгалтера все спросят – и наши и ваши! – авторитетно заметил охранник. – Хозяин вернется, ему отчет полный дать надо? Денежки-то, они счет любят…

Веригин подумал, что, судя по всему, хозяин «Трастфинанса» не вернется уже никуда и никогда, но промолчал.

– Главбух Нина Ивановна больничный взяла, – продолжал болтать охранник, – на всякий пожарный. Так вроде бы Алла Марковна на месте, заместитель ее. Сейчас узнаю.

– Так ты переключи меня на бухгалтерию, мне бы только спросить кое-что…

– Ага, какой умный, – заворчал охранник, – все телефоны отключили. Один только номер у меня и остался.

Послышался шум шагов, скрип двери, потом ответные шаги, судя по стуку каблуков – женские.

– Да? Кто это? Что вы хотели? – Голос был взволнованный и запыхавшийся.

Веригин мимолетно пожалел незнакомую ему Аллу Марковну, которую, судя по всему, собирались сделать козлом отпущения. Главбух-то подстраховалась, больничный взяла, а на эту безответную теперь все и свалят.

– Я бы хотел узнать, какую зубную клинику посещал владелец и директор вашей фирмы господин Самохин? – спросил он. – У вас ведь есть сведения?

– Да, конечно, ведь через нас проходит оплата, – отозвалась она, – рядовые сотрудники ходили в «Стому», у нас с ней договор, как раз недавно перезаключали. А Вячеслав Андреевич с семьей посещал «Нева-дент».

«Ясно, – подумал Веригин, – чтобы с сотрудниками в очереди к врачу не сидеть рядом…»

– Адрес клиники не подскажете? – спросил он.

– Да, конечно, сейчас посмотрю…

Снова майор услышал стук каблуков. Как видно, у Аллы Марковны в бумагах был полный порядок, потому что она вернулась быстро и продиктовала адрес клиники одним духом.

– Скажите… – голос ее звучал теперь совсем испуганно, – Вячеслав Андреевич… умер?

Очевидно, пока ходила, Алла Марковна успела сопоставить все сведения – и что происходит расследование убийства в поселке «Холодный ключ», и зачем понадобилась зубная клиника. Неглупая женщина Алла Марковна!

– Официально ничего не могу вам сказать, – ответил Веригин, – а личный совет примите: увольняйтесь как можно быстрее с этой работы, ничего хорошего вам тут не светит.

Алла Марковна ахнула и повесила трубку.

Веригин удовлетворенно разгладил листок из блокнота, на котором записан был адрес. Что ж, придется съездить в эту клинику, чтобы официально установить личность покойника.

В это время за дверью его кабинета раздался шум, визг Светки, что-то свалилось с грохотом, наверное, папки со шкафа.

Дверь распахнулась, в комнату вошли двое – высокий мужчина в черном костюме и темном же похоронном галстуке и женщина в таком же костюме, сухая, как вяленая вобла, и холодная, как айсберг. Жидкие волосы мышиного цвета были зачесаны в хвост на затылке, тускло-серые глаза смотрели сурово.

– В чем дело? – спросил майор Веригин, поскольку вошедшие не сказали ни слова.

За свою службу повидал майор всякого, так что вошедших просветил сразу, как рентгеном – несомненно, это были люди из важной государственной конторы.

– Вы – майор Веригин? – спросила женщина, не утруждая себя приветствием.

– Это написано на дверях кабинета, – холодно процедил майор, принимая ее тон.

Правда, на дверях его кабинетика висела надпись, художественно выполненная от руки Светкой, которая не удержалась и пририсовала к буквам легкомысленные завитушки.

Веригин тут же уловил искорки смеха в глазах мужчины. Женщина не шелохнулась, судя по всему, эти тонкие бледные губы не умели улыбаться. Она буркнула что-то неразборчивое и показала Веригину корочки удостоверения. Махнула быстро перед его лицом и собиралась уже убрать корочки в карман, но майор был не лыком шит и ловко удержал ее руку. Реакция у него была отличная, несмотря на мрачноватый вид и скупые движения.

– Так-так… Специальный сотрудник Соколова Н.В…

Он не успел произнести вслух название организации, выдавшей удостоверение, так как женщина с силой вырвала свою руку.

– Не забывайтесь, майор! – рявкнула она и обожгла Веригина взглядом. – Не давайте волю рукам!

У Веригина было такое чувство, что он по ошибке взял в руки ядовитого дохлого паука, который плохого уже никому не сделает, но все равно противно. Он с трудом подавил желание вытереть под столом руки.

– Вы по какому делу? – сухо спросил он. – Садитесь и излагайте! Только коротко!

Мужчина все так же молча сел на неказистый стул, женщина же осталась стоять.

– Что у вас с пожаром в доме Самохина? – отрывисто спросила она. – Что там с трупом?

– А почему вас это интересует? – медленно спросил Веригин. – У вас к этому дому и этому трупу какой интерес?

Что в самом деле – приперлись без приглашения, да еще так разговаривают по-хамски! С чего это он должен докладывать этой бабе все подробности дела?

– Вячеслав Самохин проходит по нашему делу, подробности я вам сообщить не могу, – процедила Соколова.

Майор хмыкнул – чего там, все подробности он уже и без нее знает. Наехали на Самохина по полной программе, видать, не угодил он кому-то влиятельному, вот теперь и хотят бизнес отобрать. Что ж, он в эти разборки на высшем уровне встревать не собирается, ему бы со своими делами разобраться.

– Нас интересует труп, что найден в сгоревшем доме, – требовательно продолжала Соколова, – вам известно, чей он? У вас есть заключение эксперта?

Она попыталась схватить у него со стола заключение, но майор придержал его твердой рукой.

– Что-то я не успел прочитать, из какой вы организации… – начал он задумчиво.

– Слушайте, Веригин, это уже переходит всякие границы! – Голос ее в крике был похож на звук железа, скрежетавшего по точильному камню. – Вы обязаны показать мне заключение!

– Пока не получу приказа от своего непосредственного начальства, я вам ничего не обязан, – твердо ответил Веригин.

– Хорошо, вы его получите, но вы пожалеете, что сами не пошли на сотрудничество! – Она уже тыкала сухим пальцем, похожим на рыбью кость, в кнопки телефона.

Пока шли разговоры, Веригин переглянулся с молчаливым напарником Соколовой. Тот осторожным взглядом дал понять ему, чтобы не упирался и отдал этой дамочке все, что она хочет. Потому что Соколова – это такая стерва, запросто может качественно жизнь испортить. Упертая и злопамятная, если на кого затаит зло, то будет стараться человеку подлянок накидать. Просто так, из вредности.

Соколова между тем говорила что-то в трубку сухим безжизненным голосом. И вроде бы не шептала, а майор ничего не расслышал. После чего закрыла телефон и уставилась на Веригина холодным рыбьим взглядом. Взгляд этот действовал на неподготовленных людей специфически, а именно: у них начиналось сильное сердцебиение и ломота в висках, а также легкий тремор в руках и ногах, а кое у кого даже позывы к мочеиспусканию и к чему посерьезнее, называемому в народе медвежьей болезнью.

Но, как уже говорилось, майор Веригин был мужчина крепкий и повидал на своей работе многое, так что он выдержал взгляд Соколовой совершенно спокойно. Тем более что ровно через пять минут раздался звонок его собственного телефона и в трубке пророкотал голос его непосредственного начальника.

– Что-то ты, Веригин, не идешь на сотрудничество? – спросило начальство негодующим басом.

И поскольку Веригин ничего на эти слова не ответил, начальник продолжал:

– Мы обязаны им помогать. Все-таки дело-то у нас общее…

Снова Веригин ничего не ответил, только негромко кашлянул в трубку. Начальник понял этот кашель очень хорошо – может, встречался уже с Соколовой, может, вообще недолюбливал людей из этой организации. Но тем не менее строго сказал в трубку:

– Вот что, Степан, ты окажи им помощь, какую попросят. – Он помолчал немного и добавил тише: – Но… без фанатизма.

– Понял, – не моргнув глазом, ответил Веригин. – Слушаюсь!

В первый раз за встречу он увидел в глазах Соколовой человеческое чувство. Это было злорадство.

Он молча протянул ей заключение эксперта и помятый листок с адресом стоматологической клиники. Она пробежала заключение глазами и спрятала листок в карман черного пиджака, по обыкновению не поблагодарив.

– Мы еще встретимся, майор, – прошипела она на прощание и вышла, повелительно кивнув напарнику.

Тот тоже вышел, пожав плечами.

Майор Веригин почесал в затылке и решил поехать в клинику «Нева-дент». Мало ли что эти туда поехали, с ним-то они вряд ли информацией поделятся. А у него убийство нераскрытое на шее висит, с него начальство спросит.

Клиника «Нева-дент» занимала весь нижний этаж большого жилого дома. Двери стоматологии отдаленно напоминали портал средневекового храма, и вывеска, выполненная золотом, весьма впечатляла. Сразу за дверью за низким неудобным столиком сидел охранник. Костюм на нем был явно дороже того, что надевал майор Веригин полгода назад на свадьбу племянницы.

Надо отдать должное охраннику, он сразу понял, кто перед ним. Возможно, этому способствовал тот факт, что Соколова с напарником успели в клинику раньше. Майор провозился с мелкими текущими делами, да еще Светка прицепилась с какими-то протоколами на подпись.

– По поводу зубной карты? – спросил охранник, окинув майора проницательным взором.

– Ну да… – несколько растерялся майор Веригин от такой проницательности.

– Направо по коридору, кабинет старшего администратора, – сказал охранник, – бахилки только наденьте. Ваши уже там.

«Не мои, – подумал Веригин, – моя воля, я бы с ними и двух слов не сказал».

Из-за двери старшего администратора слышался шипящий голос Соколовой и чье-то возмущенное контральто. Потом с грохотом упал стул, дверь распахнулась так быстро, что Веригин с трудом успел отскочить, в коридор выбежала полноватая брюнетка в голубом халате, который не мог скрыть лишние килограммы. Брюнетка топнула ногой, выругалась сквозь зубы и побежала прочь, столкнувшись по пути с симпатичной блондинкой лет тридцати пяти.

– Черт знает что! – крикнула брюнетка в ответ на изумленный взгляд блондинки.

Майор Веригин не удивился – общение со специальным сотрудником Соколовой у всех вызывало такие сильные и специфические чувства. Блондинка подошла к дверям кабинета и помедлила. Была она без медицинской формы, но, несмотря на это, майор сразу понял, что она тоже имеет отношение к клинике.

«Неужели она стоматолог?» – подумал майор, как все нормальные люди, он боялся зубных врачей.

Жаль, если так, потому что женщина была очень симпатичной – гладко зачесанные светлые волосы, улыбчивые серые глаза.

В это время дверь кабинета уверенно распахнулась, и майор едва успел твердой рукой вывести симпатичную блондинку из-под удара. Из кабинета администратора вышла железная дама Соколова, за ней поспешал ее молчаливый напарник. Соколова так торопилась, что не заметила Веригина с доктором. Из кабинета администратора слышался звон пузырька о стакан, очевидно, там пили валерьянку.

– Ну вот, – сказала блондинка, – кажется, все закончилось. Меня не тронут.

Тут она сообразила, что незнакомый мужчина держит ее за плечо и слегка покраснела.

– Простите, а вы по какому вопросу? – спросила она, мягко отведя его руку.

– Майор Веригин, – вздохнул он, – боюсь, что все по тому же вопросу. Насчет Самохина. А вы можете со мной поговорить?

– Могу, – она грустно улыбнулась, – я – анестезиолог, Вячеслава… Андреевича хорошо знала.

От Веригина не ускользнула та маленькая заминка перед тем, как она назвала отчество Самохина, и он нахмурился. Неужели тут наличествуют неформальные отношения? Жаль… Хотя теперь чего уж…

– Пойдемте в мой кабинет, – пригласила женщина и пошла вперед по коридору. Вид сзади майор Веригин тоже одобрил – ничего вызывающего, но смотреть приятно.

Кабинет оказался маленьким, но очень уютным. Стеллажи с папками, два кресла возле стола, занавески подобраны в тон, на столе – ваза с сухими лепестками, кажется, Светка говорила, что это называется «саше»… Хотя майор не был в этом уверен.

– Меня зовут Елена Викторовна, – сказала хозяйка кабинета, усаживаясь за компьютер, – ваши коллеги…

– Не мои! – тотчас перебил ее Веригин. – Мы из разных структур. Я расследую убийство, мне в первую очередь нужно идентифицировать неизвестный труп и выяснить, от чего он умер.

– Значит, он не сгорел на пожаре? – быстро спросила она. – Понимаете, мне звонила Алла из бухгалтерии, мы близко знакомы. Она сказала, что в доме был пожар… но Вячеслав… Андреевич, его ведь не должно было быть в доме.

– Давайте по порядку, – сказал Веригин, поудобнее усаживаясь в кресле, – вы можете мне предоставить его зубную карту?

– Ее забрали ваши… хм… В общем, эти люди из организации, но… Ираида Петровна, его стоматолог, она в принципе дала утвердительный ответ.

– Эксперт сравнит карту с… с тем, что у нас есть, и даст официальное заключение, – сказал Веригин, – но судя по всему, труп принадлежит гражданину Самохину.

– Ужасно… – тяжко вздохнула Елена Викторовна, – но что он делал в доме и отчего он умер?

– Вот тут патологоанатом тоже теряется в догадках. Вроде бы никаких повреждений, такое впечатление, что он просто пришел и умер. Причем задолго до пожара.

Произнеся эти слова, майор Веригин осознал, что он разглашает материалы дела совершенно постороннему человеку, то есть нарушает все возможные инструкции.