Волшебный компас Колумба. Неизвестный шедевр Рембрандта

Адмирал несколько раз глубоко вздохнул, чтобы унять сердцебиение, и продолжил:

– Так вот, на чем я остановился… Если ты откроешь свой короткий путь в Индию – восточные товары пойдут в Европу в обход Константинополя, в обход Средиземного моря, и это значит – в обход Генуи. Твой план, может быть, и хорош, но для нас, для нашего города он губителен. Я не хочу войти в историю как правитель, заживо похоронивший родной город, поэтому я говорю тебе: нет, никаких кораблей, никакой экспедиции!

Кристофоро понял, что аудиенция закончена, и покинул кабинет адмирала.

Едва он вышел – раздвинулась тяжелая бархатная портьера слева от камина, и из-за нее вышел высокий сутулый человек с желчным вытянутым лицом – Джанкарло Спинола, представитель старого знатного рода, член могущественного Совета Десяти, один из самых богатых и влиятельных людей в городе.

– Зачем вы отпустили его, адмирал? – проговорил Спинола, едва сдерживая раздражение.

– Что вас не устраивает, Джанкарло? – примирительным тоном отозвался старый адмирал. – Я отказал ему, как мы и говорили… Как мы решили на Совете…

– Отказать ему – это мало! – воскликнул Спинола. – Вы только что в разговоре с этим выскочкой обрисовали опасности, которыми грозит Генуе его экспедиция. Отказать ему – мало, нужно сделать все, чтобы у него ничего не вышло, и в первую очередь – арестовать Коломбо, заключить в тюрьму пожизненно или просто убить!

– Как у вас все просто, Джанкарло! – поморщился адмирал. – Арестовать! Убить! Простите меня, старый друг, но есть закон, и я его соблюдаю. Этот молодой человек не совершил ничего дурного, ничего противозаконного. За что же мы будем его наказывать? Более того, я уверен – если не он, то кто-то другой найдет этот западный путь, рано или поздно…

– Лучше поздно! – перебил его Спинола. – Мы должны думать о своем городе, о его будущем!

– Как раз я и думаю о будущем! – повысил голос адмирал. – Будущее – за этим молодым мореплавателем! Будущее – за теми, кто открывает новые морские пути, новые земли, новые страны!

– В этом вашем будущем нет места для Генуи! В этом будущем нет места для нас!

– Пусть даже так. Пока что я – правитель этого города. Я прислушался к вам и вашим друзьям и не дал Коломбо денег на экспедицию. Но мешать ему я не буду!

– Пока что! – повторил за ним Спинола и вышел из кабинета, хлопнув дверью.

Коломбо вышел из покоев адмирала расстроенный. Он хотел принести своему городу славу и богатство – но правительство республики не захотело его слушать!

Адмирал посоветовал ему обратиться к другим властителям.

Что ж, он последует его совету. Только сначала поговорит с богатыми генуэзскими купцами – может быть, кто-то из них заинтересуется его планом и даст денег на экспедицию…

Вдруг рядом с ним остановился закрытый экипаж.

Дверца его приоткрылась, и тихий голос проговорил:

– Садитесь, синьор Коломбо!

Кристофоро не стал раздумывать.

Он решил, что судьба сама идет ему навстречу, что кто-то из богатых генуэзских судовладельцев услышал о его проекте и решил финансировать его.

Он вскочил на подножку, открыл дверцу шире и сел на заднюю скамью экипажа, рядом с мужчиной лет сорока в черном камзоле.

– Кто вы, сударь? – спросил Кристофоро незнакомца. – Вы меня знаете, я же…

– В этом нет нужды, – прервал его тот. – Вам достаточно знать, что меня послало важное и влиятельное лицо.

– Он… этот человек… слышал о моем проекте морской экспедиции и заинтересовался им?

– Это лицо слышало о вашем проекте, – сухо проговорил незнакомец. – И это лицо советует вам как можно скорее покинуть Геную.

– Покинуть? Но почему?

– Странный вы человек, – поморщился незнакомец. – Кажется, вы не понимаете простых слов. Умные люди настоятельно советуют вам покинуть Геную – значит, так и нужно сделать. Лучше всего прямо сегодня. Если сегодня вы не успеете собраться – в крайнем случае завтра. Послезавтра может быть уже поздно.

Он замолчал, дав Кристофоро возможность осознать эти слова, и затем добавил:

– Думаю, вам никогда не доводилось бывать в тюрьме на Кампо Пизано. Уверяю вас, отвратительное место. В подвалах этой тюрьмы даже летом сыро и холодно. Кстати, мы уже подъехали к вашему дому, синьор Коломбо. Так что позвольте откланяться. Еще раз повторяю – сегодня или в крайнем случае завтра уезжайте.

Экипаж остановился. Коломбо в глубокой растерянности открыл дверцу, выбрался наружу и поплелся к своему дому.

Только этим утром он был полон надежд, считал, что принесет своему городу славу и богатство – и вот ему ясно дают понять, что Генуя в нем больше не нуждается. Более того, его буквально выпихивают за границу, выгоняют вон в двадцать четыре часа…

Ну что ж, если его великий план не подходит для Генуи – на ней свет клином не сошелся! Есть Венеция, есть Пиза, есть другие богатые морские города…

Тут Коломбо понял, что и в Венеции, и в Пизе ему скажут то же самое, что сказал сегодня адмирал Дориа. Итальянские морские державы не заинтересованы в западном пути, они живут и богатеют за счет восточных морских дорог.

Значит, нужно обратить свой взгляд на запад – на великие державы Испанию и Португалию. Тамошние короли заинтересованы в новых морских путях. Достаточно вспомнить португальского принца Энрике Мореплавателя…

В дверях дома его встретила старая Симона.

– Что с вами, добрый господин? – спросила она, принимая из рук хозяина плащ. – На вас же лица нет! Вы не заболели? Может, послать мальчишку к лекарю?

– Нет, Симона, я здоров. Вели слугам собирать вещи, я завтра уезжаю.

– Уезжаете, добрый господин? – всполошилась Симона. – Пресвятая Божья Матерь! А у меня варенье недоварено! А куда же мы уезжаем, добрый господин?

– Не мы, а я, Симона! Я уезжаю далеко, в Испанию.

– В Испанию? Но это же край света!

Старенький «Форд» остановился перед двухэтажным каменным зданием, на фасаде которого переливалась всеми цветами радуги светящаяся надпись «Мир бильярда». Дверцы машины открылись, из нее выбрались майор Веригин и капитан Нагорный.

– Хорошо же этот Мазай устроился! – проговорил капитан, озирая дом и окружающий его нарядный палисадник.

– Неплохо, – проворчал Веригин и уверенно направился в обход здания.

– А ты куда? – окликнул его капитан. – Нам разве не сюда? – Он кивнул на парадный вход, увешанный разноцветными шариками.

– Конечно же, нет, – усмехнулся майор. – Ты вроде давно в органах работаешь, а не усвоил простую истину: главный вход – для обычных клиентов, проще говоря – для лохов. А для своих обязательно другая дверь имеется, куда посторонним вход воспрещен. И если ты хочешь что-то узнать – надо через эту дверь заходить.

Действительно, за углом обнаружилась лестница, ведущая в полуподвальный этаж особняка.

Перед этой лестницей со скучающим видом прогуливался здоровенный детина в черном костюме, который сидел на нем как кавалерийское седло на корове.

– Как же ты сюда собираешься зайти? – осведомился капитан.

– Молча. – Майор пошел прямо ко входу.

– Вы куда? – осведомился детина, когда Веригин с Нагорным приблизились к лестнице.

– Шары погонять хотим, – невозмутимо ответил майор. – Это ведь «Мир бильярда»?

– Шары – это с другой стороны, – отозвался громила, заступая полицейским дорогу. – Вы что, мужики, вход не заметили? Там специально для вас вывеска имеется, очень крупная, и шариков понавешано.

– А мы с другом плохо видим, – проговорил Веригин, делая шаг вперед. – Не разглядели вывеску.

– Как же вы играть собираетесь, если плохо видите? – ухмыльнулся охранник.

– А на ощупь, – ответил Веригин и, резко выбросив руку вперед, схватил охранника за ноздри. Тот попытался вывернуться, замахал руками, но майор рванул его за нос, едва не разорвав ноздри, и прошипел:

– Не рыпайся, красавчик, а то без носа останешься! Веди нас к Мазаю, нам с ним поговорить надо! Мы с ним старые друзья!

Тем временем капитан Нагорный ловко обшарил одежду охранника и достал из укромных мест два пистолета и десантный нож.

– Ты п…п…покойник! – проблеял охранник. – В… вы оба п…покойники!

– Мне это много раз говорили, но пока, как видишь, бог миловал! – проговорил майор и отпустил нос громилы.

Тот бросился было на него, размахивая кулаками, но майор легонько ткнул его в болевую точку на шее, громила остановился, как будто налетел на стену, разинув рот и хватая воздух.

– Какой-то ты непонятливый, – скучным голосом проговорил Веригин. – Все тебе по несколько раз повторять приходится! Я же тебе четко сказал – мне нужно с Мазаем поговорить. Скажи ему, что майор Веригин его спрашивает.

– Так ты еще и мент? – с ненавистью выдохнул охранник.

– А ты – кретин! Так что, проводишь меня к Мазаю?

– Ты покойник! – повторил тот.

– Повторяешься! – Майор ткнул охранника в бок его собственным же пистолетом. – Веди, и не советую рассказывать, как ты нам все свое оружие отдал – авторитет среди коллег потеряешь!

Охранник, чертыхаясь, спустился по лестнице, подошел к двери и проговорил, глядя в глазок камеры:

– Открой, Сивый, тут какой-то мент Мазая спрашивает!

– Какой еще мент? – удивленно спросил голос из динамика.

– Майор Веригин! – рявкнул майор через плечо охранника.

На какое-то время наступила тишина, потом замок щелкнул, и дверь открылась. Майор втолкнул первым охранника, потом вошел сам, за ним последовал Нагорный.

По ту сторону двери стояли три человека с оружием наготове.

– Как-то вы нас негостеприимно встречаете, – проговорил Веригин, оглядывая троицу. – Мы же как-никак из полиции!

– Кто вас знает, из какой вы полиции! – ответил невысокий сутулый человек с коротко стриженными седыми волосами. – Мы ваших документов не видели. Вы ворвались, напали на нашего человека, нанесли ему телесные повреждения… Нам пришлось в целях самообороны применить оружие…

– Сивый, я не виноват… – проныл охранник, держась за нос. – Они вдвоем на меня напали…

– С тобой отдельный разговор будет! – бросил ему Сивый и снова повернулся к полицейским: – Так что – поняли, как мы можем дело повернуть?

– Не гони пургу, – поморщился майор. – Мазай теперь – легальный бизнесмен, ему неприятности с полицией не нужны. Ты ему передал, что я с ним поговорить хочу?

– Допустим, передал. Только прежде чем с ним говорить, сдайте все оружие. Ты к нему один пойдешь, напарник твой здесь останется!

– Я тебя одного не пущу! – запротестовал капитан.

– Не заводись, Нагорный, все нормально! – успокоил его майор, выкладывая на стол оружие – как свое табельное, так и то, что они отобрали у охранника.

Его обыскали, после этого провели по узкому коридору к резной дубовой двери.

За этой дверью оказался большой кабинет, обставленный с бьющей в глаза роскошью. По стенам, на шелковых обоях в пунцовых розах, висели картины, изображающие полнотелых красоток, за столом с гнутыми ножками восседал хмурый тип с наглой и самодовольной физиономией. В руке у него была дымящаяся сигара.

– Ну, здорово, Мазай! – проговорил майор, с интересом оглядывая кабинет. – Неплохо устроился!

– Здорово, Веригин! – ответил Мазай, откинувшись на золоченую спинку кресла. – А ты, гляжу, все такой же – лезешь напролом! Жизнь тебя, смотрю, ничему не научила!

– Это ты зря, – миролюбиво отозвался полицейский. – Жизнь меня как раз очень многому научила!

– Что-то незаметно. – Мазай внимательно оглядел гостя. – Костюмчик на тебе паршивый, по-моему, тот же самый, что и пять лет назад. А я видишь теперь, в каком кабинете сижу?

– Кабинет у тебя роскошный, – согласился майор. – Только пахнет в нем паршиво…

– Ничего ты не понимаешь! Это сигарами пахнет, между прочим, самые лучшие, кубинские! – Мазай показал свою сигару майору. – Знаешь, сколько такая сигара стоит? Кстати, если хочешь – угощайся…

– А по-моему, это не сигарами пахнет, не тот запах… – Майор сделал вид, что принюхивается. – Помойкой, что ли… Ах, это же делишками твоими грязными пахнет!

– Ты, Веригин, не зарывайся! – прошипел Мазай, перегнувшись через стол. – Если я тебя в свой кабинет пустил – это еще ничего не значит! Будешь хамить – выкину тебя в два счета!

– Да разве же я хамлю? – удивленно проговорил майор. – Я же просто констатирую факты насчет твоих делишек.

– Чушь ты говоришь, а не факты! Я уже давно легальный бизнесмен, у меня все чисто – комар носу не подточит!

– Насчет комара – не знаю, а вот что твои люди делали в поселке «Холодный ключ»?

– Какой еще ключ? – переспросил Мазай.

– Холодный!

– Никакого ключа не знаю – ни холодного, ни горячего!

– И имя Вячеслав Самохин тебе ничего не говорит?

– Ничего, – проговорил Мазай, но голос его изменился.

– А мне кажется, что ты врешь, – усмехнулся майор. – И зря, между прочим: твоих людей там видели, и машину их видели… Так что лучше говори правду, не создавай себе проблемы!

– Ах, Самохин! – Мазай потянулся. – Так бы сразу и сказал, что тебя Самохин интересует! Меня, между прочим, тоже!