— Нас заверили, что корабль полностью защищен от любых систем обнаружения.

— Кто заверил?

— Я не знаю этого человека. С ним общался Борг.

— Этот? — Рауль взглядом указал на неподвижную фигуру, припечатанную к земле мощной лапой скарма.

— Да.

Он лжет, — пришла мысль Флая. — Не говорит всего, что знает.

Ты читаешь его мысли?

Не мысли, а запах. От него начинает разить страхом, когда он отвечает на некоторые вопросы.

Хорошо, я понял тебя. Следи за реакцией.

— Еще раз место посадки корабля!

Браконьер, сидевший понурив плечи, вздрогнул от неожиданности, но тут же поспешно указал нужную точку на карте.

— Ты действительно не видел пилота? — Нет.

Сейчас он не врет, — пришел мысленный комментарий Флая.

Рауль включил коммуникатор.

— Здесь Первый. Группа поддержки может выдвигаться. Мы с Флаем взяли их. Двоим требуется медицинская помощь.

— Понял тебя, — раздался в ответ хорошо знакомый голос начальника охраны заповедника. — Машина будет минут через пять.

— Мою просьбу выполнили?

— Да, твой племянник у нас.

Шелест почувствовал облегчение. Все это время он подсознательно беспокоился за Сережу.

— Пусть побудет в офисе до вечера. Вы уже забрали первого задержанного?

— Его везут сюда.

— Обошлось без проблем?

— Никаких трудностей. Ты ведь сам его связывал.

— Там неподалеку место посадки их корабля, — объяснил Рауль.

— Даже так?.. Сканеры не зафиксировали его присутствия.

— Там установлено непонятное мне устройство. По крайней мере так утверждает один из браконьеров. Возможно, корабль управляется автоматически.

— Ты собираешься выяснить это?

— Естественно.

— Опять один?

— Мне не нужна помощь.

— Понимаю. Киберсистемы — это по твоей части. И все-таки, что нам делать? Вот ты уйдешь туда, связь ведь наверняка оборвется, верно?

— Да, если на борту работает мощный антисканирующий комплекс.

— Рауль, мне нужно услышать от тебя предполагаемый срок.

— В смысле?

— В прямом. Сколько времени ты намереваешься там пробыть? Когда мне начинать бить тревогу в случае твоего невозвращения?

Шелест вздохнул. Он, конечно, понимал беспокойство начальника службы безопасности, но откуда ему заранее знать, что за устройства блокируют корабль и как долго он провозится с их нейтрализацией?

— Давай не будем назначать сроков.

— Ладно… Действуй.

У горизонта уже появилась темная точка.

Флай повернул голову. Ярость в его глазах медленно угасала, вновь уступая место осмысленному выражению.

Скарму было трудно понять, почему люди делятся на хороших и плохих.

Глава 7

Горный участок заповедника планеты Эрес. Час спустя

Рауль покинул котловину, воспользовавшись оставленным браконьерами снаряжением. Чтобы не терять времени, он взял всю необходимую экипировку у прибывших на место задержания сотрудников службы безопасности.

Площадка, на которую совершил посадку загадочный корабль, располагалась за отрогами скал, в километре от того места, где браконьеры начали спуск.

Сверившись с картой, Шелест свернул на едва приметную тропу. Ее наличие он предположил заранее — в случае успеха браконьеры должны были в темпе отступить к кораблю, и карабканье по скалам никак не могло входить в их расчеты.

Собственно, тропа представляла собой русло не существующего на сегодняшний день ручья. Тысячелетиями талые воды прокладывали себе путь к котловине, постепенно вымывая наименее прочные горные породы, сглаживая острые выступы базальта, в результате чего образовалось подобие тропы, местами напоминающее узкую, промытую меж скал лестницу с отлогими, сглаженными ступенями.

Рауль продвигался медленно, соблюдая все меры предосторожности. В отсутствие, привычной защиты боевого скафандра ему приходилось полагаться лишь на собственные способности — разум Шелеста уже вошел в напряженный ритм смены восприятий, когда окружающее пространство периодически подвергалось сканированию и рассудок на короткие промежутки времени полностью погружался в виртуальную среду.

За тридцать минут он преодолел восемьсот метров подъема, так и не обнаружив характерных признаков работы энергетических систем незваного космического пришельца.

Неужели тяну пустышку?

Мысль была неприятной. На дистанции в двести метров он должен воспринимать хотя бы смутный энергетический отпечаток работы силовой установки, но тщетно…

Когда сканеры имплантов в очередной раз расписались в собственном бессилии, у него остался лишь один, последний, наиболее рискованный способ проверки: продолжать подъем до тех пор, пока он не увидит скрытую скалами площадку либо не пересечет границу загадочной защиты.

Впереди возвышался выветренный, покрытый трещинами фрагмент скалы, импровизированная тропа резко сужалась, огибая препятствие у самого основания.

Шелест избрал подъем по отвесной стене. Сканеры корабля наверняка следят за тем местом, где высохшее русло выходит на небольшую площадку.

Он начал медленно взбираться по стене. От использования механических приспособлений пришлось отказаться, полагаясь лишь на собственные навыки, поэтому восхождение отняло еще примерно десять минут.

Как оказалось, глыба, отколовшаяся от основного скального массива, граничила с краем площадки, на которую, по словам пленного браконьера, совершил посадку доставивший группу корабль.

Шелест в последний раз подтянулся, осторожно выглядывая поверх иззубренного края скалы.

Площадка была пуста. По крайней мере так показалось сначала, и лишь внимательно присмотревшись, Рауль понял, что воздух над ней дрожит, змеится подобием знойного марева, очерчивая периметр защитного поля.

Теперь ему стало понятно, почему сканирование не давало никаких результатов, — корабль был полностью замкнут в кокон незримой вуали, обладающей поразительными свойствами, — она принимала сканирующее излучение и изменяла его, возвращая в виде сигнала, характерного для окружающего рельефа.

Шелест с трудом мог представить себе, какими характеристиками должен обладать фильтр электронной защиты, полностью отсеивающий все данные, свидетельствующие о присутствии на площадке космического корабля, но факт оставался фактом — он смотрел на корабль, но видел лишь скалы, образующие задний фон, и незначительные, едва уловимые движения воздуха, которые иной наблюдатель принял бы за обычное марево, исходящее от нагревшегося камня.

Невероятно.

Даже лучшие образцы боевых маскирующих систем не давали такого эффекта на коротких дистанциях.

Скрываться не было смысла. Датчики корабля наверняка работают в режиме пассивного приема17 и уже зарегистрировали появление человека.

Рауль выпрямился, легко перепрыгнул расселину и оказался в десяти метрах от границы таинственной защиты.

Не представляя ее истинных свойств, он не рискнул производить сканирование, открывая свой разум, лишь поднял камушек и кинул его в направлении корабля.

Как только осколок горной породы благополучно исчез из поля зрения, не породив характерной вспышки, Рауль рванулся вперед, стремясь как можно быстрее пройти сквозь кокон защиты. Мгновенно проведенный эксперимент наглядно показал, что вуаль не являлась препятствием для материальных объектов.

За незримой чертой царил сумрак.

Все краски полудня моментально поблекли, небо над головой утратило пронзительную глубину, в пространстве, ограниченном маскирующим полем, царили оттенки серого, придающие небольшому космическому кораблю класса «Нова» зловещие, сумеречные очертания.

Внешний люк шлюзовой камеры был открыт, даже короткий трап, состоящий всего из трех ступеней, выдвинут в рабочее положение.

Тот, кто находился внутри корабля, явно не знал об участи, постигшей группу браконьеров.

Шелест сделал шаг в направлении открытого люка, одновременно почувствовав, как воздух вокруг пришел в движение, будто неведомая сила закрутила его десятками небольших смерчей.

Все выглядело странным, труднообъяснимым, не находящим аналогов среди богатого боевого опыта Рауля.

С каждой секундой он все более утверждался в мысли, что за происходящими коллизиями стоит не автоматика, а… человек.

Защитные механизмы, исполняющие свои функции, не стали бы медлить — присматриваться к негаданному гостю мог только живой разум.

Ситуация вновь принимала критический оборот. Его появление внутри периметра защиты ясно указывало, что браконьеры арестованы, — иначе как он мог узнать точное местоположение доставившего их корабля?

Пилот «Новы» должен понимать это.

Шелест чувствовал себя крайне неуютно. Если сейчас заработают двигатели планетарной тяги, от него останется в лучшем случае горстка праха.

Рауль был вынужден рискнуть и войти в киберпространство, чтобы предотвратить вероятный старт.

Сумерки.

Они царили и тут, словно виртуальная реальность являлась прямым продолжением физического мира.

Обшивка «Новы» послушно пропустила его мысленный взгляд, но удивительно — он не увидел привычной пульсации энергетической и информационной се та корабля, внутри продолжалось то же сумеречное пространство, но теперь оно приобрело форму тоннеля с нечеткими, постоянно искажающимися стенами.

Дорога в никуда.

Рауль сделал первый шаг.

Его рассудок вошел в гнетущее киберпространство, сформированное отнюдь не работой машин, — он четко осознавал, что пересек границу мнемонического поля.

Кибрайкер.

«Новой» управлял человек с мнемоническими способностями. Именно он, а не электронные устройства, являлся генератором маскирующего защитного поля, под вуалью которого корабль сумел пройти через сложные системы спутникового контроля и осуществить скрытную посадку на Эрес.

Шелест быстро продвигался по виртуальному тоннелю, вокруг по-прежнему царил сумрак, в котором, порождая волны искажений, неестественно медленно возникали и исчезали смутные, практические неузнаваемые образы.

На время забылась, потеряла свое значение цель, с которой он вошел сюда. Чужая воля полностью владела виртуальной реальностью, скрывая за стенами тоннеля подвластную сторонним воздействиям кибернетическую сеть «Новы».

Уходили драгоценные секунды, но рассудок Рауля, вторгшийся в сумеречную реальность, генерируемую другим разумом, не находил ни объяснения происходящему, ни способа воздействия на окружающее пространство.

Его тело по-прежнему стояло в нескольких метрах от космического корабля, подвергаясь риску быть уничтоженным в любое мгновение.

Я должен идти вперед. Иного пути нет.

Рауль все отчетливее понимал: единственным шансом исправить ситуацию, перехватить инициативу остается его личная встреча с хозяином мрачного виртуального пространства.

Встреча означает схватку?

Подразумевает, — мысленно поправил себя Шелест.

Он никогда не вступал в единоборство с людьми на уровне виртуальной реальности. На протяжении многих лет его разум вступал в смертельные поединки с кибернетическими системами, но вряд ли в данной ситуации пригодится хотя бы капля накопленного опыта — он находился в пределах информационного поля, сформированного живым сознанием, — здесь все выглядело непривычным, чуждым, не находящим аналогий со структурами машинных сетей.

Нескончаемый тоннель оборвался внезапно.

У Рауля возникло ощущение, будто он прошел сквозь тугую мембрану, и тут же исчезла узость восприятия: перед ним раскинулся сумеречный, лишенный жизни ландшафт, над головой клубились низкие, свинцово-серые облака, под ногами отчетливо хрустел шлак, по бугрящейся, изменчивой поверхности скользили плавные волны искажений, порождая уже более четкие образы: он увидел, как пробиваются из-под наслоений праха мертвые ростки, они деформировались, корчились, обретая толщину стволов, тянулись к низким небесам черными, обугленными, лишенными листвы ветвями, между ними вдруг начали появляться тени — то были призрачные фигуры людей с искаженными агонией лицами.

Жуткое зрелище.

Окружающее пространство расширялось с каждым шагом, приобретая глубину, перспективу, сбивая с толку своей изменчивостью, отсутствием ориентиров, невозможностью избрать определенное направление.

До сих пор Рауль считал, что знает о киберпространстве достаточно много, чтобы не растеряться в любой мыслимой ситуации, но как оказалось — он заблуждался.