— Ну что за упрямец! Говорил ему — придержи, а ближе к финишу прибавишь. А этот? — Он с неподдельной досадой хлопнул себя по коленке. — Загнал коня на полдистанции, мудрило…

Сергей оказался хорошим приятелем Георгия. Забег он не выиграл, и тот обещал пойти и накрутить другу хвост. До конца скачек Рита с Георгием проговорили, как давние знакомые.

Родители спокойно относились к новому другу дочери. Но были категорически против брака. Разговор был один:

— Сначала закончишь учебу, потом пеленки и прочее…

Уклад в семье был строгим, почти патриархальным. Слово родителей — закон. А для жены закон — это слово мужа. Как настоящая армянская женщина, Лилия Бабкеновна строго соблюдала в семье эти правила. И перечить отцу никому из детей в голову не приходило.

Рита четко определилась в отношении к Георгию. Любовь любовью, но постель после свадьбы. В этом она была непреклонна. И непреклонности хватило на год. Дольше она не продержалась и ни о чем не жалела. Все было так красиво и романтично! Море, закат, любовь… Георгий был нежен и внимателен.

Кстати, это тоже было пятнадцатое число, вернее, ночь с четырнадцатого на пятнадцатое. У Георгия родители работали по контракту в Америке, и жил он с дядей в роскошном особняке в Ущелье. Дядя тогда был в командировке. Рита в тот день собиралась к подруге готовиться к иностранному. С английским у нее всегда были проблемы, но она очень старалась не огорчать родителей. Тенев с женой всегда считали образование дочери первостепенной задачей. Поэтому идея остаться ночевать у Карины и зубрить английские спряжения и склонения возражений не вызывала.

Рита честно собиралась к подруге к восьми часам. До этого они с Георгием должны были заехать в автошколу, узнать про курсы вождения. Рита давно мечтала водить машину. Георгий уже научил ее плавно трогаться с места и бесшумно тормозить. Он считал ее очень способной ученицей. Георгий заехал за ней ровно в шесть на новой «десятке». Сам он водил машину отменно, чувствовал себя за рулем очень уверенно.

От дома Риты до автошколы было двадцать минут езды. А вот дом Георгия возвышался на горе не более чем в километре от школы. У Георгия здесь работал очень хороший знакомый. Надо лишь немного подучить теорию, и с правами проблем быть не должно. Из машины пришлось выходить под проливной дождь. Погода вообще была какая-то непредсказуемая: то солнце, то дождь, то ветер. Рита еще вспомнила тогда, что дождь и снег — хорошие приметы, сулящие удачу.

Это ее очень развеселило тогда.

Оказалось, что группы укомплектованы и документы сданы. Следующий набор намечался только через три месяца.

Было от чего расстроиться. Георгий поспешил ее успокоить и ушел искать своего знакомого. Все уладилось очень быстро. Требовалась лишь фотография на права. Фотосалон находился в соседнем здании.

Риту смутило одно — свое отражение в зеркальной витрине фотоателье. Челка повисла соломой, а тщательно наложенная перед выходом краска у глаз превратилась в грязноватые потеки.

«Это как же я буду на своих правах выглядеть?» — возмущалась тогда она.

В конце концов Георгий обещал найти дома фен, зеркало и воду. Пудреница, контурный карандаш и помада были у Риты всегда под рукой.

Как-то само собой получилось, что Георгий накинул ей на мокрые волосы полотенце, дотронулся до щеки и поцеловал в губы… А дальше они забыли и про фен, и про фотографию, и про курсы вождения. Все казалось таким ненужным и бессмысленным по сравнению с блаженной радостью влюбленных.

Это был первый сексуальный опыт Риты. И в тот момент счастье казалось безграничным. Нет, она не испытала сильного физического удовлетворения. А скорее душевное, моральное. Было так хорошо, что рядом находится самый ласковый, самый лучший в мире человек.

Георгий после того дня стал еще более внимательным и нежным. И постоянно говорил, что Рита ему нужна как никакая другая женщина.

Да и Маргарита не представляла себе на месте жениха другого. Тем более что это единственный ее мужчина. Хотя… Рите стало жутко от нахлынувших воспоминаний.

Какой черт дернул ее согласиться на встречу с Зинкой.

Подумаешь, подруга детства. Да они почти пять лет не виделись. И зачем обязательно ресторан? Рита вообще все эти ночные заведения не признавала. Хотя Георгий спокойно отпустил ее на встречу со школьной подругой. Он как раз уезжал на две недели в Америку к родителям и советовал не скучать. Но и шутил, чтобы не загуливалась допоздна. Правда, про ресторан Рита ничего не сказала…

Зинка очень изменилась. Из этакой тихони с жидкими косичками превратилась в эффектную девушку. Свои невзрачные волосы она коротко постригла и выкрасила в жгуче-черный цвет. Это ее преобразило. Фигурка у нее всегда была хорошенькая, а теперь Зинка стала просто суперсексуальной длинноногой красавицей. Рита ее не сразу узнала при встрече.

Голос и манеры подруги стали просто неузнаваемы. Никогда раньше Зина не отличалась особой бойкостью в разговорах. А в тот вечер она без умолку говорила и заразительно смеялась.

Этих парней Рита поначалу приняла за хороших знакомых Зины — так они весело и непринужденно разговаривали. Потом какой-то провал в памяти… Когда им показали видеокассеты, веселье сменилось паникой и ужасом.

Рита надеялась только на влиятельность и авторитет папы. Наверняка эти ублюдки блефовали. Нужно быть идиотами, чтобы переходить дорогу Теневу (единственное утешение во всей этой прескверной истории).

Рита старалась отогнать от себя печальные мысли и опять стала думать о предстоящей свадьбе.

И, как ей кажется, именно Георгий больше, чем кто-либо, обрадовался известию. Собственно, они уже почти год считают себя мужем и женой. После первой близости Георгий надел ей браслет с аметистом. Как он говорил: «Теперь ты у меня окольцована». Рита считала браслет своим талисманом и старалась по возможности не снимать с руки.

По случаю помолвки Георгий подарил семье невесты домашний кинотеатр. Жених еще шутил, что дедушки с бабушками будут с комфортом любоваться любимыми внуками.

Слышать о домашнем кино все слышали, но реальное представление о подарке надеялись получить сегодня вечером. Пока Рита успела разглядеть лишь громадные колонки по углам зала и еще какие-то темные ящики вдоль стены.

Георгий должен был приехать ближе к вечеру.

* * *

Пока все складывалось очень даже неплохо. Для меня. Имеется в виду, что никаких серьезных потерь мадам Иванова не понесла. Честь детектива не пострадала. Пока, по крайней мере.

Но что-то меня смущало. Это что-то я бы назвала интуицией. И чем ближе я подходила к гостинице, тем меньше мне туда хотелось идти. А моя интуиция меня подводит крайне редко.

Альтернатива ночлега на улице привлекала не сильно. И для начала я решила поменять свой гостиничный люкс на что-нибудь более скромное. Резон простой. Карен и его компания здесь частые гости. Хотелось верить, что они застряли в милиции надолго. И все-таки разумно быть готовой ко всему.

На поиски номера, куда вселилась стройная девушка с каштановыми волосами, у них уйдет не много времени. Мне нужно выиграть всего сутки. До завтрашнего вечера. Вот пусть и ищут.

Объяснить мое решение тете Насте оказалось делом очень легким даже в первом часу ночи. Тетя Настя, казалось, никогда вообще не спит на своем боевом посту. Увидев меня, она обрадовалась и затараторила:

— Таточка, да що же так припозднилась-то? Приключилось что? Я уж волноваться начала. Ты мне в другой раз кажи, если що! Добре?

— Прости, тетя Настя. Впредь обязательно буду предупреждать, — пообещала я и продолжила: — Теть Насть. Ко мне тут парень пристает. Не знаю, как от него ускользнуть. Надоел со своими ухаживаниями. Да еще дружки с ним. Боюсь, разнюхают, какой номер я заняла. Тетя Насть, а что, если мне номер поменять? А в списках своих ты меня на прежнем оставь. Ну очень надо. Ко мне приехать могут, а тут этот ошивается, а?

Я постаралась придать лицу целомудренно-страдальческое выражение. Но для тети Насти это, пожалуй, было лишним.

— От черти, хорониться от них приходится. Ну ничего, я их отважу. А ты пока вон в дальний номер переберись. Туда, в конец коридора, мало кто захаживает. Утром ранечко приходи…

— А можно сейчас, вы уж простите меня. Утром у меня дела кое-какие. Боюсь, не успею.

— Ну добре, добре, — ласково проговорила чудо-дежурная, как будто стрелка часов не приближалась к половине второго.

Тетя Настя вручила мне ключ от номера 42. Комната была скромнее предыдущей. К этому я была готова. Наоборот, было бы удивительно увидеть еще один номер, подобный моему прежнему.

Вещи я перетащила в два приема. Пожелала моей спасительнице спокойной ночи. После чего детектив Иванова мгновенно заснула.

Впечатлений на сегодня было предостаточно.

* * *

Утро выдалось замечательное. Хотя бы потому, что разбудил меня шум прибоя, а не пронзительный звон будильника. Восьми еще не было. Я разрешила себе понежиться в постели, а заодно и немного поразмыслить.

Вся эта мерзостная компания Карена с дружками пока отошла от дел. И, надо смотреть правде в глаза, невзирая на скромность, не без моей помощи. Приятно это осознавать. А сколько вообще существует подобных «навозных куч» во главе с неким Сланычем?

Итак?..

Позавчера Оксана. Следующая жертва — я не сомневалась в этом — белокурая, выпавшая из окна. Не зря я побывала в ее номере. Записка, пепельница, полная окурков, почти выпитая бутылка, принятая непосредственно перед падением ванна, — она готовилась умереть. Доказательства на кассете. Если все мои предположения верны, значит, существует порнокассета со Златой. Вот кассета мне и нужна.

А записная книжка с телефонами? Я на миг задумалась, вспоминая написанные на небольшом белом листе цифры и буквы.

Нехотя вылезая из уютной постели, я протопала к телефону, стоявшему на подставке у телевизора. Благо шнур был длинный, и я, ругая администрацию гостиницы за неполноценный сервис, потащила провод к кровати. Спокойно расположившись на подушках, набрала первый номер.

Согласно записной книжке, я звонила в фирму «Дельта». К телефону на том конце провода долго никто не подходил. И лишь когда я потеряла всякое терпение и приготовилась нажать на рычаг, трубка заговорила. Оказывается, этот номер сняли, а фирма «Дельта» давно обанкротилась и закрылась.

Второй, и последний, номер телефона принадлежал некой Оле. Гудки только начали свой отсчет, а абонент уже поднял трубку. Высокий женский голос произнес:

— Алло?

— Здравствуйте, я Таня Иванова, частный детектив. Мне нужно с вами поговорить о Злате.

— А что случилось?

— Вчера вечером она разбилась.

— Как разбилась? Мы же с ней вчера разговаривали?

— Вот я и хочу выяснить, почему она разбилась. Расскажите подробно о вашем разговоре.

— Ой, подождите, дайте сообразить. Злата позвонила мне около восьми или чуть позже. Просила одолжить денег…

— Сколько?

— Десять тысяч баксов. Но мы только в свою квартиру переехали и за ремонт еще никак не рассчитаемся. Я и сказала, что мы на мели.

— И все? Вы распрощались?

— Нет, я сказала, что постараюсь найти деньги денька через два. Но Злата как будто очень торопилась с деньгами. Переменила тему. — На секунду прервавшись, Оля продолжила: — Она мне украшения давала напрокат. На свадьбу. К свадебному наряду нужны были украшения под жемчуг. А Злата всегда очень любила бижутерию и всякие безделушки. У нее их целая коллекция. Так вот, она сказала, что все эти жемчужные украшения мне дарит. И мы распрощались. Вот и все. И вы говорите, она разбилась… И что, насмерть?

— Да. Оля, вы мне очень помогли. До свидания.

Я положила трубку. Значит, с Оксаны эти паршивцы требовали услуг, а со Златы денег. Откупиться она не смогла и выбросилась с тринадцатого этажа. А может, те блефовали и кассеты никому показывать не собирались? Посмотрели в тесном пьяном кругу, похохмили и разошлись. Да, неприятная история.

И тут меня словно током ударило. Я вспомнила разговор Карена со спортсменом в машине. Кому-то должны передать кассеты. Аслану? Через Алика. Они назвали еще адрес. Сочинская, 11.

«Сегодня до обеда», — всплывали в голове обрывки фраз. Я уже одевалась и звонила в справочную.

Найти улицу Сочинскую было в Сочи делом нелегким. Пришлось долго ехать вдоль моря на автобусе, обозревая местный пейзаж.

Конечным пунктом моей утренней прогулки оказался огромный трехэтажный каменный дом. Сквозь высокие металлические прутья забора хорошо просматривался ухоженный зеленый газон и заасфальтированная дорожка к дому.

«Да, исходя из масштабов строения, десятью тысячами здесь не обошлись», — подумала я при виде этого роскошного особняка.

В железные ворота была вделана дверь с кнопкой звонка. Я позвонила. По прошествии некоторого времени парадная дверь дома открылась и на пороге показалась женская фигура.

Женщине было лет пятьдесят с небольшим. Очень приятные черты лица. Высокая прическа. Заметная полнота ее нисколько не портила, а скорее прибавляла женственности.

Она открыла мне дверь, вежливо поздоровалась, после чего посмотрела на меня недоуменно-вопросительным взглядом.

Пока мне нужно было выяснить две вещи: имеется ли у хозяйки дома дочь и кого здесь зовут Асланом. Да, действительно, есть дочка Рита и сын Аслан.

Мне очень импонировала внешность женщины и ее деликатная манера общаться. Я представилась, предъявила удостоверение и объяснила свое появление здесь профессиональной необходимостью.

Стараясь дать как можно меньше поводов для беспокойства, я убедила женщину, что Рита мне нужна исключительно как свидетель и не более.

С разрешения Лилии Бабкеновны, так звали хозяйку, я вместе с ней поднялась к Рите в комнату.

Рита Тенева оказалась очень худенькой темноволосой девушкой с огромными красивыми глазищами.

Я поздоровалась. Рита ответила на приветствие кивком головы и тихим скромным «здравствуйте». Эта домашняя девочка никак не вязалась у меня в голове с шайкой кареновских отщепенцев. Такие прилежные дочери обычно не посещают ресторанных заведений и не знакомятся с парнями на улице. Я начала сильно сомневаться, что попала по нужному адресу.

Разговор начала Лилия Бабкеновна.

— Рита, эта девушка из правоохранительных органов, — похоже, слово «детектив» ассоциировалось у мамы Риты только с законной властью. Возможно, благодаря такому удачному недоразумению меня столь спокойно пригласили в дом.

Ситуация была довольно щекотливая. Во-первых, верны ли мои предположения относительно Риты? Во-вторых, девочка наверняка держит все в секрете от матери и вряд ли сразу признается, да еще постороннему человеку.

Насколько хватило моих веских доводов, не знаю. Тем не менее мне удалось убедить Лилию Бабкеновну оставить нас на несколько минут одних.

Рите я сразу рассказала о событиях, происшедших за ближайшие дни с двумя девушками. Поначалу Рита была безучастна. Но как только речь зашла о порнокассетах, она вскочила с дивана и, подбежав к двери, закрыла ее на защелку.

— Вы только не говорите никому, вы видели кассеты? — Она подошла ко мне с широко раскрытыми от испуга глазами. — Неужели они действительно серьезно угрожали?! Что же делать? Я пропала.

Рита схватилась руками за голову. Я попыталась ее успокоить:

— Нет, кассеты я не видела. Мне самой хочется проследить путь этой злосчастной кассеты. Скажи, сегодня к вам никто не должен прийти? До обеда?

— Да нет. Я жду Георгия, но он будет вечером. Может, к Аслану кто придет?

— А Георгий?

— Это мой жених. У нас скоро свадьба. Сегодня мы договорились у нас смотреть домашнее кино, которое он подарил нашей семье.

— Так, а кассеты он приносил?

Рита в ужасе отскочила от меня:

— Да вы что, на Георгия думаете? Он здесь совершенно ни при чем!

— Рита, подожди. Я пока никого не обвиняю. Кассеты к кинотеатру были?

— Да, он приносил какие-то, кажется, там внизу лежат.

— А мы можем их сейчас посмотреть?

— Вообще-то я не знаю, там еще не все установили. Если только на моем видике попробовать?

Рита принесла три кассеты. Я предложила заняться просмотром. Первый фильм оказался любовной мелодрамой: охи, вздохи, нежные поцелуи. Быстро перемотав всю эту галиматью, мы взялись за оставшиеся пленки.