Ласковые псы ада

— Если мы не вернемся за две недели, то не вернемся, — ответил Крик с любезной улыбкой. — По моим расчетам — так.

Батанья вспомнила, что у Кловач билеты на концерт через неделю.

— Можешь сдать билеты? — спросила она, запуская пальцы в короткие чернильного цвета волосы.

— Возврату не подлежат, — мрачно ответила Кловач. — Ну да ладно. — Она встала. — Наставница, — обратилась она официально, — я прошу дозволения уйти, чтобы подготовиться.

— Иди, — сказала Батанья. — Я приду через пару минут.

Она смотрела на клиента прищуренными глазами.

Как только Кловач скрылась, она обратилась к заказчику:

— Я знаю, что ты не все нам говоришь. Ни один клиент никогда не рассказывает все, и все вы привираете. Но если какое-то твое слово могло бы нам помочь подготовиться к твоей защите, самое время его произнести.

Крик долго смотрел на стол. Кошка спрыгнула у него с колен и исчезла в окне.

— Ничего, — сказал он. — Ничего не могу вам сказать такого, что могло бы пригодиться.

— Тогда все, — сказала Батанья без улыбки. — Тебя будут защищать два бритлингенца из лучших, Крик. Надеюсь, ты это оценишь.

— Я за это хорошо плачу, — ответил он холодно.

Батанья могла ему сказать, что никакие деньги не искупят утрату жизни, но это было бы неправдой. Бритлингенский Коллектив на это тоже установил цену, и Крик ее уплатил.

— Я скоро вернусь, — пообещала она и поднялась. — Колдуны и механики тоже уже будут готовы.

С мрачным удовлетворением она заметила, что при упоминания колдунов по телу Крика прошла дрожь. Колдуны на всех так действуют.

Остановившись посреди своей комнатки, Батанья вытащила из ящика рюкзак. Проверила наручный коммуникатор — он показал составленный ею список, не в словах, но в символах. Некоторые виды оружия, которые она обычно носит при себе, в Аду будут бесполезны. Любая схватка почти наверняка будет проходить в ближнем бою и внезапно, и потому нет смысла брать с собой дальнобойное оружие. Как и работающее на солнечной энергии. Ад находится под землей, в обширной переплетенной сети подземных ходов.

— Батанья! — окликнула ее Кловач из своей комнаты на той стороне коридора. — Арбалеты берем?

Наручные арбалеты били невероятно сильно и были весьма популярным в Коллективе оружием.

— Демонов они убивают? — спросила Батанья в ответ. — Не думаю. Наверное, надо взять… — А что же действительно убивает демонов? Пожалуй, заговоренные метательные звезды. — Метательные звезды берем.

А какие, кстати? Стальные? Серебряные? И что еще может пригодиться?

Мысленно перебирая список возможного вооружения, она тем временем натягивала летнюю броню — легчайшую пористую ткань, сплетенную паукоподобными существами с Морея. Летний вариант заменял кольчугу, хотя на ощупь был похож на ткань, и стоил еще дороже, чем жидкая броня. В магазине бритлингенской компании такой доспех продавался, как утверждали, по себестоимости, но все равно Батанье пришлось два года откладывать на него деньги. В первый год, как Кловач стала у нее ученицей, Батанья одолжила ей деньги на летнюю броню.

— Проклятый Коллектив, — бурчала она, укладывая дополнительное снаряжение в водонепроницаемый рюкзак, с которым отправляется в путешествие любой бритлингенец. В нем всегда есть микротонкое чистое белье, пищевые брикеты, которые можно есть на ходу, пара таблеток, дающих колоссальный всплеск энергии и сил и потому употребляемых с осторожностью. Бинты, антибиотики, фляга с водой. Чтобы избежать чрезвычайных ситуаций иного рода, все бритлингенцы, независимо от пола, ежемесячно получали укол контрацептива. Имена пропустивших укол записывали крупными буквами красным мелом на доске в вестибюле.

— Список у тебя готов? — спросила Батанья из дверей Кловач. — А карман проверила?

Батанья уже потрогала языком искусственный карман в правой щеке и кивнула, когда правая рука Кловач поднялась к левой подмышке. Ученица тоже кивнула в знак подтверждения и зарылась в глубину своего шкафа.

— Ага. Мне только нужно написать записку Гейту, — донесся ее приглушенный голос. Наверное, она искала бумагу и перо — предметы, нужные ей не слишком часто.

— Вы с Гейтом вместе броню трясете?

— Трясем. Он очень старательный.

Батанья улыбнулась и покачала головой, хотя Кловач ее не видела.

— Гейта лучше было бы иметь в друзьях, — сказала она. — Хотя, боюсь, уже поздно для таких советов.

Ученица вынырнула из шкафа:

— Не вопрос. Я со всеми любовниками остаюсь в дружбе. Такой у меня дар.

Светло-каштановые волосы Кловач торчали во все стороны. Капюшон от брони она пока еще не надела — этот элемент защиты ей меньше всего нравился. Батанья тоже не была от него в восторге, хотя при ее короткой стрижке она могла бы уже быть в нем.

Совместно проверив и перепроверив снаряжение, телохранительницы дошли до конца списка. Необходимость путешествовать налегке усиливала важность подготовки. Наставница заметила, что Кловач сунула в карман рюкзака наручный арбалет, но промолчала. Если ученица так чувствует себя увереннее, то небольшое увеличение веса того стоит.

Наконец они решили, что готовы, вышли из спален, и ни Батанья, ни Кловач не позаботились запереть за собой дверь. Воровство в замке случалось редко и каралось смертью. Конечно, незапертая дверь облегчала организацию изощренных розыгрышей. Батанья тронула шрам на щеке.

Наниматель ждал в Зале Контрактов, как его и попросили. Батанья коротко кивнула пардуанцу, показывая, что готова к выходу. Крик встал, разгладил складки на куртке и спросил:

— Я так полагаю, что сейчас нам к механикам и колдунам?

— Да, — ответила Кловач. — Их не обойти.

Он на миг удивился:

— Значит, заметно?

Батанья фыркнула.

— Я правильно понял, что это значит «да»? Ладно. Куда идти?

— Вот сюда.

Дверь из тяжелого морейского дерева с металлической окантовкой украшали руны и символы других магических систем. Не поместившись на самой двери, они вылезли на ее каменную раму. Батанья каждый раз думала при виде этой двери, что, если Коллектив Бритлинген вдруг погибнет в катастрофе, Зал Колдунов и все его содержимое останется невредимым.

Она постучала в дверь, как положено телохранителю — четыре удара через равные промежутки времени. Через минуту двери распахнулись, и все трое вошли внутрь порядком, который будет действовать все время путешествия: первой Батанья, осматриваясь по сторонам, за ней Крик и замыкает шествие Кловач. Ее задача — смотреть, что впереди, и слушать, что позади. Штука непростая, но это — традиционная работа ученицы.

Дверь за ними захлопнулась, и они предстали перед мужчиной в белых одеждах и с закрытым лицом. Сверкающие седые волосы спадали почти до пола.

Сучъи колдуны, подумала Батанья. Позеры чертовы.

— Мы пришли, чтобы вы перенесли нас, — сказала она.

Колдун не мог этого не знать, но следует придерживаться ритуала. Попытки отступления от него выводили колдунов и механиков из себя.

— Мы готовы, — ответил колдун. Кажется, он улыбался под вуалью. — Очень немногие просят послать их в Ад. Нам приятно было готовиться.

Неожиданная откровенность. Кловач уже готова была изменить мнение о колдуне к лучшему, когда он добавил:

— Разумеется, обратно нам не приходилось доставлять никого.

— В какую комнату? — спросила Батанья. Голос у нее не дрогнул.

Он кивнул головой на дверь позади себя, повернулся и не пошел — поплыл в том направлении с какой-то нездешней плавностью. Батанья и Кловач когда-то между собой обсуждали, не отрабатывают ли колдуны эти движения, и однажды в «Доме хобгоблина» позабавили весь бар, изображая занятие семинара по плывущей походке для первокурсников. Батанья обернулась, обменявшись с Кловач беглой улыбкой. Отличный тогда получился вечер.

Посреди комнаты стояла на постаменте неглубокая круглая ванна, и в ней горел дымный огонь. Небрежным кругом встали вокруг постамента семеро колдунов, и все они приготовили флаконы травяных настоев или химикатов, а также разных предметов для сосредоточения. Принятые в Коллектив дети тоже участвовали в этих обрядах: рядом с каждым колдуном стоял мальчик или девочка в возрасте от пяти до четырнадцати. И каждый из детей держал туманный шар.

В углу зала сидел на табурете перед сложной большой машиной одинокий механик. Батанья увидела, что плечи у клиента слегка дрогнули, он весь подобрался — слава богу, не бросился. Что делать, если вдруг он вытащит оружие и попытается поубивать колдунов? Дилемма. Желание клиента — закон. Но колдуны под защитой Коллектива, они — существенная его часть. Интересно будет обсудить этот казус за кружкой, когда вернемся… если вернемся.

Повернувшись к клиенту, Батанья показала на ведущие к ванне ступени.

— Сюда, — велела она, и пошла вперед. Все втроем они сгрудились на тесном постаменте, и телохранительницы обняли Крика за плечи, отчего он снова вздрогнул.

— Сэндвич с Криком, — пошутил он по-дурацки, а Кловач из-за его плеча закатила глаза, глядя на Батанью. Та вздохнула.

Потом колдуны заговорили нараспев, рисуя в воздухе руны, бросая в огонь травы, и дым пошел вверх, вверх, и механик в углу начал вызванивать на кнопках сложную мелодию, а потом…

Потом они оказались в Аду.

Конечно, в туннеле было горячо, и очень неприятен был запах. Ад получил свое название по земным легендам, и не только атмосфера наводила на мысль о сравнении. Жизнь на поверхности над Адом была практически невозможна из-за ядовитых газов от испещривших ландшафт гейзеров. Немногие существа, все-таки там живущие, были дикие и абсолютно чуждые людям. Почти вся жизнь Ада проходила внизу, где правило существо по имени Люцифер. Извитые туннели славились смертельными опасностями и трудностью прохождения.

У Крика в кармане куртки оказалась карта, сделанная из очень гибкого материала, и он широко развернул ее, обратив к закругленному своду. Именно там располагался в туннеле источник света, хотя Кловач не могла понять, что за устройство излучает свет или от какой энергии эти устройства работают.

По всей видимости, колдуны доставили их в главный коридор: выходящие в него устья боковых туннелей были куда меньше и темнее. В данный момент клиент и телохранители были здесь одни, но с запада доносился звук шагов. В мгновение ока Батанья втащила Крика спиной вперед в темный боковой туннель, чуть не хлопнувшись на спину на необъяснимо скользком полу. Кловач прыгнула следом и чуть не въехала в стену. Крик, все еще держа развернутую карту, пискнул, но сквозь зажавшие ему рот пальцы Батаньи.

Обе бритлингенки прижали клиента к каменной стене туннеля, прикрыв его от входа своими телами. Крик затих, осознав ситуацию, и Батанья решила отпустить руку. Вытащив метательную звезду, она изготовилась.

Мимо дыры прошли два демона. Они были футов пять ростом, красного цвета, шишковатые, и хотя у них были две руки и две ноги, на этом сходство с человеком кончалось. Раздвоенные копыта, хвосты, остроконечные уши, но абсолютно безволосые тела с бритыми гениталиями у мужчин и у женщин. Батанья увидела, что Крик не сводит глаз с этой критической области, и вздрогнула вместе с ним. Сколько раз ни увидишь, как демоны демонстрируют свое богатство, страшно себе представить это «богатство» в действии.

Демоны миновали туннель, не обнаружив присутствия посторонних.

Все трое вздохнули с облегчением, и Батанья убрала звезду.

— Постоим здесь секунду, — прошептала она очень спокойно. — Расскажи нам, какой у тебя план.

Когда Батанья говорила с такими интонациями, пусть даже ей приходилось шептать, ее слушали. У Крика тоже ума хватило это понять.

— Сейчас, — ответил он столь же спокойно. Вытащив что-то из кармана — кажется, карманов этих была у него сотня, — он нажал кнопку. Оказалось, это миниатюрный источник света — на батарейках скорее всего. Крик повернул его так, чтобы прикрыть своим телом от входа в туннель, и протянул Батанье карту. Кловач присела рядом с ним, улучшив затемнение, и они стали всматриваться в карту.

Она была подробной, показывала туннель за туннелем, зал за залом.

— Как ты ее раздобыл? — спросила Кловач тихо и уважительно. Предмет был очень ценным.

— Лучше тебе не знать, — ответил Крик жизнерадостным тенором. — Честное слово, лучше.

Длинный тонкий палец на секунду задержался на пометках карты, и потом Крик объявил:

— Мы вот здесь.

Там, куда он показывал, пульсировала звезда.

— Жаль, что она показывает только нас, а прочих тварей не видно, — сказала Батанья почти про себя. — Зато хотя бы знаем, откуда плясать.

— Я не мог себе позволить такую, на которой отражаются все формы жизни, — виноватым тоном откликнулся Крик.

— Ты что, и правда за нее платил? — скептически приподняла брови Кловач. Она была уверена, что карта краденая.

— Да нет, но я не мог себе позволить тюремный срок. Карты получше и заперты понадежнее, а я спешил, — сообщил он без малейшего стыда.

— Что это за предмет, который ты «оставил», когда был здесь последний раз? — спросила Батанья.

— Колдовской шар.

— Но они же в любой лавчонке продаются!

— Не такие. Этот — настоящий.

Бритлингенки уставились на клиента. Колдовские шары, набитые тонкой машинерией и заклинаниями, способные выполнять невинные магические штучки вроде зажигания свеч и вытирания тарелок, были неплохим детским подарком. Даже дешевые модели могут занять ребенка на несколько часов, пока магия не выдохнется, а более дорогие вполне способны конкурировать с подаренным щенком или котенком. Срок работы у них до трех лет, и умеют они очень много всяких фокусов. Но известно, что постоянным источником магии шар быть не может: рано или поздно, а сила его кончится.

— Ты хочешь сказать, что этот колдовской шар вечен? — очень скептически скривилась Кловач.

— Да.

В голосе Крика слышалась явная гордость.

— Это ты его сделал?

— Нет, конечно. Я его украл по поручению.

— В смысле? Украл у Адского Властелина, получив заказ на кражу?

Крик кивнул, довольный ее проницательностью.

— Кто? — спросила Батанья, ощутив, как по рукам ползут мурашки. Ситуация становилась все хуже и хуже. — Кто поручил тебе эту кражу?

— Белсхаззар.

— И ты вернулся в Пардую без шара? Взяв у него деньги?

— Не только взяв, но и потратив, — ответил Крик с удрученным видом.

— В какой же мы глубокой заднице, — подвела итог Кловач.

Тяжелая истина ситуации повисла минутой молчания. Белсхаззар, полководец Пардуи, на самом деле был известнейшим бандитом (возможно, все полководцы таковы). Он был безжалостен, решителен и печально известен вычурностью своих наказаний. Если его обокрасть, он с удовольствием отрежет вору руку, но с еще большим удовольствием похитит его мать и заставит вора смотреть, как руку отрежут ей. А потом уже ему.

— Не дрейфь, — сказала Батанья, беря себя в руки. — Мы — бритлингенцы. И не только в том дело, что мы из более крепкого теста. А в том, что за действия клиента мы не отвечаем. Мы наемные работники, а не акционеры.