Футуристическое насилие и вычурные костюмы

— Я... Мне кажется, мне нужен какой-нибудь контекст того, что я сейчас увидел.

— Это, мистер Ливингстон, то, на что пошли ваши налоги. Вы смотрите на результат более чем двадцати миллионов долларов в исследовании и разработке от министерства обороны.

— Вы про вооружённую обезьянку? Или про молниевую пушку? Потому что я не вижу практического применения ни у одного из вариантов, честно говоря.

Шимпанзе к тому моменту уселся и с любопытством разглядывал правую руку, будто был впечатлён своими собственными талантами. Зои задумалась, как сильно животное накачали препаратами. Сингх снова тыкнул на экран пульта и начал свою презентацию.

— Позвольте спросить, мистер Ливингстон, что отличает человека от бога? Что останавливает вас или меня от того, чтобы разбить камень кулаками или превратить здание в пепел одним только взглядом?

Артур точно решил, что это риторический вопрос, но Сингх ждал ответа.

— Эм, мы недостаточно сильные? Так?

— Сила — это абстрактная концепция. У политиков есть сила. Слово, которое вы ищете, это "энергия". Если вы можете собрать и выпустить достаточное количество энергии, то всё становится возможным. Ограничения в хранении энергии — это единственная причина, по которой вы, к примеру, не можете летать без объемных аппаратов вокруг вас или не можете построить корабль, который пересечёт всю галактику. Даже если мы сможем построить достаточно маленький двигатель для такой задачи, топливо, а оно является хранящейся энергией, добавит слишком много веса и объёма. Пока всё понятно, мистер Ливингстон?

Артур, тоном, который давал понять, что он готов услышать от человека в кресле главную мысль, сказал:

— Так всё дело... В батареях или типа того?

Сингх натянул улыбку, нетерпящий богатого ублюдка, который не может оценить чудеса, которые ему предлагают.

— Дело в следующей ступени эволюции, мистер Ливингстон. Видите ли, несколько лет назад кое-что радикальное попало в круги вашего правительства. Эксцентричный русский беженец по имени Резнов появился однажды с прототипом устройства, которое он называл экзоквантовым гиперконденсатором, что, как вы могли подумать, всего лишь два выдуманных слова. Он заявил, что плотность энергии его устройства достигла бесконечности. Вы могли подумать, что бесконечность — это не та вещь, которую можно "достичь". Он пообещал, что сможет превратить человека в бога. Вы можете подумать, что такие обещания дают исключительно шарлатаны и сумасшедшие. И всё же, несмотря на это, Управление перспективных исследовательских проектов Министерства обороны США потратило миллиарды чёрных денег на создание подобной технологии для военных нужд. Я был одним из ученых, что привлекли к работе над проектом, который по настоянию Резнова, назвали Проект Райден.

— В честь синтоистского бога грома? — уточнил Ливингстон.

— В честь персонажа из какой-то старой видеоигры. Стоит отметить, что Резнов — пятнадцатилетний парнишка с аутизмом. Целью правительственной организации было создание источника энергии и новых систем вооружения вокруг него. Но у Резнова были более смелые амбиции. У него не было интереса к созданию оружия. Он хотел создать новых людей. Он склонялся к созданию девайсов, встраиваемых в кости и вживляемых в мышцы. Девайсов, которые могут позволить человеку делать, ну, что угодно. И всё это втайне от начальства в правительстве, разумеется.

— И зачем это скрывать? Звучит вполне как то, что они любят. Солдаты, которые могут летать и разбивать танки на две половины? Мы об этом разговариваем, так ведь?

— Вы не до конца поняли, мистер Ливингстон. Мальчик вырастает, идёт в армию, ему дают оружие. Он воюет, или не воюет, затем возвращает оружие и возвращается домой, чтобы стать механиком, фермером или преступником. Солдат, другими словами, просто человек, который делает свою работу. С Райденом оружие вернуть не получится — человек сам становится оружием. Подумайте об отношениях человека — или людей — которые владеют такой силой с теми, кто ею не владеет, зная, на что те способны. В данном случае, речь уже не о новом оружии. Она о новом виде. О доминантном виде.

— Но в любом случае, устройство работает, верно? Так почему вы говорите со мной, и почему у армии до сих пор нет смертоносных лучей, которые могут сделать с китайцами то, что вы сделали с манекеном?

— Я позволю Корнелиусу объяснить этот момент.

Зои ожидала, что шимпанзе действительно заговорит в камеру, но этого не произошло. Вместо этого, Сингх снова нажал на кнопку пульта и сказал Артуру надеть очки.

Шимпанзе ещё раз поднял правую руку, из его ладони вырвалась молния и снова врезалась в манекен, в этот раз растворяя его, не оставляя даже следов. Как будто ему повысили мощность.

Сингх снова нажал на кнопку.

Шимпанзе поднял руку в третий раз...

Прозвучал взрыв, который заставил Артура и его камеру пошатнуться. Обзор снова скользнул по крыше, и когда он сфокусировался вновь, последний манекен стоял невредимым, в то время как шимпанзе Корнелиус был ничем иным как пятном на крыше.

Зои услышала, как Артур сказал:

— Боже.

Сингх затолкал пульт управления в карман рубашки и сказал:

— Устройство Резнова было крайне нестабильно. Мы потратили семь лет, чтобы стабилизировать его, пока, наконец, не произошёл инцидент. Один из девайсов взорвался, унеся жизни одиннадцати человек, включая самого Резнова. Большая часть исследований, который он оставил после себя, была неразборчива. Вскоре, Министерство Обороны избавилось от его более... нетрадиционных прототипов и быстро обрезало финансирование.

— И вы решили выкрасть некоторые его устройства, чтобы узнать, кто заплатит больше за божественную силу?

Сингх дёрнулся в кресле. Ему не понравилось, как его представление было упрощено до таких грубых терминов.

— Мистер Ливингстон, как человек науки, я не собираюсь отказываться от того, что считаю не только важнейшим изобретением всех времён, но и единственным значительным витком в человеческой эволюции со времён приобретения осознанного мышления. Я выкрал шестьсот гигабайт схем и жёстких дисков. Мы можем вставить всё это в нанофабрикаторы и уже спустя несколько минут начать разрабатывать рабочие прототипы.

— Которые превратят пользователя в жареный бекон при первой ошибке.

— Я могу исправить Райден. Я знаю, что могу. Проблема в софте, который стабилизирует конденсатор. Я работал над решением проблемы, когда проект закрыли. Я был близок, мистер Ливингстон. И если бы у меня были необходимые инструменты, я бы уже это сделал. Но у меня нет инструментов, потому что нет финансирования. Так что я в поисках партнёра, у которого, скажем так, нет проблем с финансами.

— И если правительство узнает, что вы этим занимаетесь...

— Они убьют меня и всех, кому я показал Райден.

— Мда, спасибо.

— Уверяю вас, меня ждут и другие покупатели, мистер Ливингстон.

— Вас ждёт много других покупателей, желающих потратить пятьдесят миллионов долларов на незаконный оружейный проект, который может даже не сработать?

— Да.

— Значит, вы говорите о подпольных торговцах оружием, да? О парнях, которые купят его и перепродадут диктаторам стран третьего мира и террористам?

— Среди них также русские бандиты, боссы картелей, повстанцы из Камбоджи и вожди из южной части Африки. И один магнат из сферы недвижимости, который знаменит своими появлениями голышом на важных для своего казино мероприятиях. Так что вы должны понимать, мистер Ливингстон, что в данный момент я испытываю то же любопытство, что и вы. Я знаю, зачем всем этим людям Райден. Но, признаться, тот факт, что я не знаю, для чего он вам, заставляет меня нервничать.

— Может, я просто не хочу, чтобы он оказался в руках всех этих людей? Может, мне не нужен мир, заполненный летающими супертеррористами, которые могут разрывать самолёты на части голыми руками.

— Это большая цена для чистой совести.

— Чистая совесть дорога сама по себе. По этой причине многие люди живут от зарплаты до зарплаты.

— Вы хотите сказать, что предлагаете мне деньги, чтобы я не заканчивал своё исследование? Ваша цель — похоронить его?

— Я этого не говорил. Я дам вам инструменты, нано-хер-его-пойми-какие-фабрикаторы. Всё, что вам нужно.

— И когда всё заработает, что случится потом?

— Это моё дело. Кто знает, может я захочу вживить в себя всю эту дрянь, надеть плащ и отправиться бороться с преступностью.

ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

Экран стал чёрным и Зои начала снимать очки. Армандо спросил, что за чертовщина вообще происходит, но началось ещё одно видео и она шикнула.

Эта запись была произведена два месяца назад. Камера была внутри движущейся машины, проезжающей через центр Табула Ра$а. Уилл Блэкуотер был за рулём, и камера начала съёмку в середине предложения.

— ... Кажется, они немного отсырели на складе. Они все в брезенте, ты ж знаешь, и склад на десятой затопило прошлой весной. Они в порядке, просто воняют. Всё выветрится к хэллоуину.

Артур, который, опять же, был по другую сторону камеры, сказал:

— И ещё снег. Ты разберёшься со всем этим?

— Пришлось зарезервировать ещё пять машин с курорта в Парк Сити за бешеную сумму, но да, всё под контролем. Эко проводит инвентаризацию, если вдруг захочешь узнать, во сколько это всё тебе обойдётся.

— И с чего бы мне это делать?

Затем, Уилл сделал кое-что, чего Зои никогда не видела за те пару дней знакомства с ним: он улыбнулся. Уилл двинул колёса и повернул в пар, управляя машиной, как это делали раньше. Они прибыли, но угол обзора камеры не позволял понять, куда именно.

Артур сказал:

— Вы проделали отличную работу, Уилл. Все вы. Я недостаточно часто это говорю.

— Ага, когда дело заходит к планированию вечеринок, ты не найдёшь ещё три или четыре миллиарда людей в мире, вроде меня.

— Ты знаешь, о чём я, умник. Я ценю то, что вы, ребята, делаете день за днём.

Настала тишина, которая, казалось, не очень нравилась Уиллу. Наконец, он сказал:

— Это же машина Сингха? Мы ждём кого-то ещё?

— Просто прокручиваю план в своей голове. Мне нужно расслабиться. Я пропустил занятие йогой сегодня утром.

Уилл засмеялся. Это была какая-то локальная шутка.

— Вот, — сказал Артур. — Покажи трюк с монетой.

Рука Артура показалась в кадре, протягивающая одностороннюю "счастливую" монету, которую он оставил в наследство Зои. Уилл взял её и показал в камеру, удерживая между указательным и большим пальцами. Он накрыл их другой рукой, и она пропала. Он вытянул обе руки как фокусник, показывая, что они пусты, и от монеты не осталось ни следа.

— Поразительно. Даже зная, как ты это делаешь, я всё равно не замечаю, как именно.

Уилл, не улыбаясь, залез в свои штаны и вытащил монету.

Артур засмеялся и сказал:

— Боже, теперь она мне больше не нужна. Раньше это в трюк не входило, ну, прикосновение к твоим шарам. Если б я знал, дал бы тебе обычный четвертак, — Уилл продолжал протягивать её обратно, но Артур сказал.

— Нет, нет! Она теперь твоя.

— Она не трогала мои шары, Арт. Она была спрятана в руке. В этом весь трюк.

— И всё же... Я хочу, чтобы ты оставил её себе. Серьёзно.

Лицо Уилла застыло. Он не был тронут жестом, не был обрадован или благодарен. Его глаза осторожно изучали Артура, не моргая. Он пытался прочитать его.

— Арт... что происходит?

— Не раздувай из мухи слона. Вся эта фигня со счастливой монетой была обычным притворством. Я даже не суеверен, ты это знаешь. Это было просто отличным началом для разговора. Я даже фокусы с ней показывать не умею, как ты. Оставь себе: придумаешь интересную историю. Расскажешь девчонкам в баре, что получил её от солдата в Корее или типа того. Затем покажешь трюк и услышишь, как трусики падают на пол по всему помещению.

Очередная пауза. Голубые глаза продолжали смотреть, а мозг за ними прокручивал различные сценарии.

Наконец, Уилл сказал:

— Почему бы мне не пойти с тобой?

— Мы не будем опять об этом разговаривать. Сингх потребовал конфиденциальность для этой фигни и я не хочу его спугнуть. Как только мы получим работающее устройство и доведём его до рынка, поверь мне, ты будешь первым, кто увидит демонстрацию. А на счёт этого дела, тут скорее всего ничего серьёзного. Он позвонил в небольшой панике, но Сингх постоянно паникует. Всё время поддаётся паранойе о том, что правительство всё-таки за ним выехало.

— А оно выехало?

— Увидимся дома. И хватит переживать. Жизнь слишком коротка.

Камера последовала за Артуром, когда он поднялся и вышел из машины. Зои заметила, что это был Астон Мартин Уилла. Когда Артур повернулся, в кадре появился склад. Предположительно, это было то самое здание, которое существовала до мистического события, оставившего от него только тлеющий кратер. Он сделал несколько шагов вперёд, и засунул руку в передний карман в поисках ключей, но когда рука снова появилась, в ней была его счастливая монета: Уилл каким-то образом протолкнул её, используя свои ловкие руки. Из Артура вырвался смешок. Он обернулся и увидел задние фонари Астон Мартина, пропадающие за углом.

Запись опять потемнела, но секунду спустя Зои решила, что очки теперь снова просто очки: в кадре была спальня, как раз в том же месте, где она сидела. Но в углу по-прежнему была дата записи, указывающая на то, что она была сделана десять дней спустя и в комнате не было беспорядка. Она просто смотрела запись, которую сделали в том же самом месте, где она её смотрела.

Зои дёрнулась, когда в кадре появилась рука, как будто у неё была призрачная конечность. Рука удерживала счастливую монету Артура. Затем появилась другая рука, и попыталась выполнить магический трюк Уилла. Монета упала на колени Артура.

Голос Артура сказал:

— Надеюсь, я сделаю всё правильно. Если я направляюсь к тому, ну, к чему я думаю, что направляюсь, есть неплохой шанс того, что это мой последний день. И это нормально, потому что, если я сделаю всё правильно, я потрачу последний день, чтобы спасти мир. Хотя, спасу я его от того же, что сам и выпустил, так что, сами понимаете, не надо ставить мне никаких памятников за это, — он протяжно выдохнул и сказал. — Ладно, никаких речей. Просто займёмся делом.

Обзор перескочил к громадному зданию, которое, как поняла Зои, и было тем самым складом, который она видела только снаружи. Артур прошёл через ряды высоких металлических полок, забитых различными мешками, коробками и бочками. Он прошёл мимо рядов подъёмников, подключённых к настенным зарядкам, прежде чем оказался в кладовке, заполненной различными приспособлениями для уборщиков. Он озвучил голосовую команду, которая открыла заднюю стену кладовки, раскрывая взору лифт. Артур спустился на один этаж, затем прошёл по коридору и через люк с полным сканированием тела: сканером, между серией стальных дверей, достаточно плотных, чтобы выдержать ядерный взрыв. Это, поняла Зои, и был склад. Всё, что было сверху — всего лишь прикрытие.

Когда последняя дверь со скрипом открылась, Артура встретило массивное кровавое пятно на бетонном полу.

Зои услышала вздох Артура. Опечаленного увиденным, но не удивлённого.

Он осторожно обошёл багровое пятно, и кадр переместился к опрокинутому инвалидному креслу, точно так же пропитанному кровью, отброшенному к стене. Артур увидел ноги Сингха, выглядывающие из-за сиденья, затем обзор снова перескочил и обнаружил торс Сингха, размазанный за подъёмником в дальней части помещения. Артур осторожно, но уверенно двинулся к нему, входя в зону с верстаками и сложными машинами, некоторые из которых были размером с целые здания, один даже напоминал большую роботизированную гусеницу. Он пересёк помещение и приблизился к двери, она была приоткрыта. За ней слышались приглушённые звуки смешков и сочный, разрывающий шум.

Артур и его камера вошли в длинную открытую комнату, похожую на стрельбище. В дальнем конце висели тела свиней, подвешенные на крюках. Между ними стоял молодой парень, повернувшийся спиной ко входу. Он был без рубашки, с длинными блондинистыми волосами, в кепке с козырьком назад и в джинсах. Он играл загоревшими мускулами: выглядел он так, будто одолжил отфотошопленное тело модели с билборда.

Зои придётся вечно жить с осознанием того, что это было её первым впечатлением от Молека: одобрение его играющих мышц, загоревших бицепсов и идеальной задницы в джинсах. И она была уверена, что это Молек хотя бы потому, что буквы М О Л Е К были вытатуированы по всей его спине.

В правой руке Молека была другая рука. На самом деле, большая часть руки: та часть, что чуть выше локтя, как будто он вырвал её из чьего-то тела и таскал за собой, как сувенир. В один ужасный момент Зои подумала, что он вырвал её с тела Сингха, но как только камера приблизилась, стало ясно, что она была сделана из резины или пластика. Она была искусственной. Молек использовал её в качестве оружия: он потянулся назад и засунул руку в рёбра ближайшей свиньи под аккомпанемент хруста ломающихся костей. Он покрутил её внутри и с серией хлюпающих, всасывающих звуков вытащил из рваной раны. Она протекала розовой и жёлтой массой органов из кулака.

Молек оглушительно засмеялся и сказал:

— Чувак, это оргазмично!

Он был не старше Зои. На него также смотрел человек, чёрный парень с бородой, который выглядел чуть старше Молека, но всё ещё не достигший тридцати. По всему помещению рассредоточились четверо мускулистых мужчин с дробовиками, которые так же смотрели за игрой Молека. В комнате не было, наверное, ни грамма подкожного жира. Молек обернулся и посмотрел на Артура и камеру. Он улыбнулся и взмахнул искусственной рукой в сторону пола, расплёскивая части кишок с влажным шлепком. Пальцы расправились сами по себе, испуская механический звук.

— Арти Ливингстон! Собственной персоной! Чувак, я должен пожать тебе руку!

Молек протянул искусственную руку, как при рукопожатии. Механические пальцы двинулись. Молек хихикнул.