Скользкая тень

Ренард тотчас же приказал найти и доставить к нему одного человека. Это была весьма одиозная и неоднозначная личность. С одной стороны, это был вполне честный бизнесмен, а с другой, как Ренард прекрасно знал, бизнес для него был всего лишь прикрытием. На самом деле этот тип занимался совсем другим – контролировал перевозку мигрантов-нелегалов. Здесь крутились весьма внушительные суммы, на этом он и зарабатывал. Ну и, разумеется, теми же самыми путями во Францию и далее по всей Европе поступали крупные партии наркотиков. Это был дополнительный заработок для того персонажа, которого велел найти и доставить Ренард. Разумеется, у него было и обычное имя, но в узких кругах он был известен как Бланк, то есть Белый.

Для чего же Бланк понадобился Ренарду и при чем тут была русская разведчица? О, здесь присутствовал тонкий умысел! Допустим, русская шпионка и впрямь намерена покинуть Францию. Впрочем, здесь и допущений-то никаких не нужно, потому что она непременно попытается это сделать. В этом единственное для нее спасение, и она такой расклад, конечно же, прекрасно понимает.

Но вот вопрос – какими такими путями она попытается сбежать из страны? Именно так – не способами, а путями. Способов не так уж и много, они одинаковы для любого человека. А вот пути могут быть разными. Однако же у Ренарда имелся четкий и логически выверенный ответ. Эта русская птичка не полетит ни на запад, ни на восток, ни на север. Там ей делать нечего, там для нее западня, потому что рано или поздно руки Ренарда дотянутся до всех этих сторон света: там везде дружественные страны и дружественные разведки, которые с превеликим удовольствием поучаствуют в поимке шпионки, особенно если Ренард скажет, что она – русская.

Итак, север, запад и восток отпадают. Остается – юг. А вот с этим направлением все намного сложнее. На юге – Средиземное море, а за ним – Африка. Она Ренарду не помощник: не те у африканских стран отношения с Францией, чтобы помогать в таком тонком деле. Значит, русская шпионка рано или поздно последует на юг. Ей нужно добраться до какого-нибудь портового французского города, сесть там на корабль и…

Портов на южном побережье много, за всеми не уследишь, а всяких нелегальных кораблей – и того больше. Каждую ночь они снуют туда-обратно, и власти с этим справиться не могут. А вот Бланк и его люди держат эти нелегальные рейсы под неусыпным контролем. Они обязаны это делать по своим собственным соображениям, потому что эти рейсы – это их деньги.

Вот пускай Бланк вместе со своими людьми и помогут Ренарду поймать русскую шпионку. Каким способом – это уже их дело. Об этом Ренард и намерен побеседовать с Бланком. Он его уговорит. Для этого у Ренарда имеются эффективные и убедительные доводы.

Откуда Ренард знал Бланка? Что ж, он знал многих, в том числе и крупных уголовных авторитетов. Ренард считал себя игроком в некие невиданные шахматы, и потому на его доске всегда присутствовали самые разные фигуры, в том числе и такие, как Бланк. Мало ли как сложатся обстоятельства? А вдруг пригодятся? Вдруг придется сделать какой-то нестандартный, особенный, ход? И вот сейчас Ренарду как раз и понадобилась такая фигура, как Бланк.

Найти Бланка было делом несложным. Он, собственно, и не скрывался, а преспокойно жил в Париже, и Ренард, разумеется, знал все его парижские адреса. Поэтому уже спустя час Бланк сидел перед Ренардом.

Бланк не опасался Ренарда. Он прекрасно знал, что ведомство, которое представляет Ренард, не занимается ни наркотиками, ни вопросами нелегальной перевозки мигрантов. Чего же опасаться? Скорее всего, разговор пойдет о чем-то другом. Что ж, и хорошо. Значит, это будет беседа на равных, а может быть, в этом предстоящем разговоре у Бланка будет даже преимущество. Точно! Наверно, Ренард будет у него что-то просить. Скорей всего, ему понадобилась какая-то помощь, а иначе для чего эта встреча? В этом случае у Бланка есть фора. Он постарается выторговать для себя какие-нибудь преференции. Тот, кто просит, всегда готов идти на уступки.

– Ты, надеюсь, понимаешь, кто я такой и чем занимаюсь? – спросил Ренард.

Бланк насмешливо повертел головой – дескать, не понимаю. Он вообще любил вести беседы, с кем бы они ни были, в насмешливом тоне. Он знал, что это всегда выводит собеседника из равновесия, а с ним можно было делать все что хочешь. В разумных, конечно, пределах.

– Я из контрразведки, – сказал Ренард. – Это тебе о чем-нибудь говорит?

– Почти ничего, – ответил Бланк. – Не доводилось мне сталкиваться с вашей конторой. Я человек благонадежный. У меня другие жизненные ориентиры.

– Знаю я твои ориентиры.

– Это откуда же? Из каких таких источников?

– Мне известны все подковерные игры во Франции, – внушительно ответил Ренард.

– А, ну да, – усмехнулся Бланк. – С непривычки я и забыл, с кем имею дело! И что же понадобилось от меня контрразведке? Только учтите, что я в вашем деле полный профан. Поэтому прошу изъясняться как можно проще и подробнее.

– Разведке понадобилась твоя помощь.

– Моя? Но чем же я могу помочь? Я ведь уже говорил, что…

– Твоя и твоих людей! – не дал договорить ему Ренард.

– Это каких таких людей? Нет у меня ни одного помощника…

– У меня мало времени! Поэтому слушай меня внимательно. Говорят, ты умный человек, значит можешь делать выводы. Правильные для себя выводы.

Бланк действительно был умным человеком. Он понял, что разговор предстоит серьезный. Неизвестно, о чем будут они беседовать, но эта встреча может иметь для него последствия как неприятные, так и благие, если он поведет себя правильно.

– Слушаю внимательно. – Бланк поднял руки, будто бы он намеревался капитулировать. Все же насмешливого тона не утратил.

– Значит, так… – сказал Ренард.

И он кратко, но вместе с тем доходчиво объяснил Бланку, что от него требуется. Чего-чего, а такого Бланк, похоже, никак не ожидал. Он даже на какой-то миг утратил от удивления дар речи, но скоро пришел в себя.

– Ну, это политика, – протянул он. – В такие игры я не играю. Для чего это мне нужно? Я человек мирный. У меня совсем другая специальность.

– Но ты ведь патриот Франции? – вкрадчиво спросил Ренард.

– Разумеется! – с преувеличенной бодростью ответил Бланк и насмешливо ухмыльнулся. – Кто может в этом сомневаться?

– Вот и выполни свой патриотический долг, – с той же самой вкрадчивостью произнес Ренард. – В чем же дело?

Бланк скривился:

– Я не обучен ловить русских шпионок. Повторяю, у меня совсем другая специальность.

– Что ж, тогда поговорим подробнее о твоей специальности… Точнее сказать, говорить буду не я. Это дело полиции. Но я посодействую их расследованию. Предоставлю полиции интересные сведения о твоей персоне. Или, может, ты думаешь, что мне нечего полицейским сказать? Так ты ошибаешься… Я буду красноречив, каждое слово аргументированно. И откупиться от полицейских на этот раз ты не сможешь. Нет, не сможешь! Я буду контролировать это дело. Я объясню полицейским, что упечь тебя за решетку на долгие годы – дело государственной важности, благополучие Франции зависит от того, сядешь ты или не сядешь! Как ты думаешь, позарятся ли в этом случае полицейские на твои деньги? Ну, что ты на это скажешь?

Дело принимало для Бланка скверный оборот: похоже было, этот контрразведчик с лисьей физиономией не шутил.

– Ну хорошо, – выдохнул Бланк. – Допустим, мы договорились. Но что от меня требуется конкретно?

– Самая малость, – ответил Ренард. – Насколько мне известно, ты и твои люди держите под прицелом все наши порты на Средиземном море…

– Ну вы мне льстите! – Бланк замахал руками. – Вы преувеличиваете мои возможности!

Ренард не обратил внимания на эту реплику Бланка и продолжил:

– Я, разумеется, говорю не о портах как таковых, а о нелегальных перевозках. Из Африки во Францию и обратно… И о тех грузах, которые перевозятся нелегально. Мигранты, наркотики и прочий прибыльный груз… Я понятно объясняю? Доходчиво?

На этот раз Бланк не сказал ничего, лишь развел руками. Ренард продолжал:

– Так вот, не сегодня, так завтра или послезавтра – одним словом, на днях через один из портов в Африку попытается ускользнуть некая интересующая нас особа…

– Та самая русская разведчица?

– Она самая. Разумеется, мадемуазель намерена покинуть Францию не официальным образом, а нелегально, то есть на одном из корыт, которые перевозят всякие запрещенные грузы, которые твои люди держат под контролем. Так вот, ваша задача – не допустить этого безобразия. Вы должны обнаружить мадемуазель, задержать ее и передать лично мне в руки. Живой и по возможности невредимой. Мертвая она мне не нужна! Задача ясна или нужны дополнительные разъяснения?

– Как мы ее узнаем? – недовольным тоном спросил Бланк: он наконец уяснил, что от той задачи, которую ставит сейчас перед ним этот контрразведчик с его омерзительной рожей, ему, пожалуй, не отвертеться. Нет, не отвертеться.

– У вас будут ее фото, – сказал Ренард, – но предупреждаю: она будет выглядеть совсем не так, как на снимке.

– А как же?

– Понятия не имею! – нарочито сладким голосом ответил Ренард.

– Тогда зачем нам ее фото?

– Чтобы было! Вот, возьми и запомни. И твои люди пускай тоже запомнят.

Ренард протянул Бланку несколько фотографий.

– Красивая барышня! – ухмыльнулся Бланк. – А что, все шпионки такие красавицы?

– Почти. Теперь учти еще один факт. Скорее всего, эта красавица будет не одна.

– Что значит не одна? А с кем же?

– С сопровождением.

– С каким таким сопровождением?

– Ума не приложу. Знаю только, что это будет очень серьезная свита. Мужчина. Скорее даже несколько мужчин, которые умеют очень многое. Например, стрелять без промаха. Драться голыми руками так, будто у них не руки, а… Маскироваться. Применять всякие хитроумные штучки. Бегать как антилопы. Ну и так далее.

– Хорошенькое дело! – хмыкнул Бланк. – И с такими-то троглодитами мы должны справиться!

– Так ведь и плата будет немалая. Если вы выследите эту дамочку, то можете рассчитывать на прощение всех ваших грехов – их у вас немало! Ну, разве это плохая плата?

– Да, плата замечательная, что и говорить, – иронично произнес Бланк. – На том свете нас встретят плясками и оркестрами, потому как мы попадем туда безгрешными.

– Будем считать, что мы договорились, – усмехнулся Ренард. – О ходе операции ты должен докладывать мне лично. Вот тебе номер моего телефона. Это номер не для всех. А это – номер твоего телефона. – Ренард протянул Бланку еще одну бумажку. – Никому, кроме меня, ты по нему звонить не должен. Тебе это понятно?

– Куда уж понятней!

– Тогда ступай. Жду от тебя вестей. Надеюсь, они будут приятные. А иначе готовься к тому, что в твоей жизни очень скоро произойдут печальные изменения. Да, и не вздумай от меня скрываться! Убегать в Италию, Англию или еще куда-нибудь, хоть в Африку – все равно отыщу!

Когда Бланк ушел, Ренард какое-то время пребывал в задумчивости. Он ничуть не сомневался, что Бланк постарается выполнить его поручение. Он будет стараться изо всех сил: слишком многое зависит от того, выполнит Бланк поручение или нет. По сути, от этого зависела жизнь Бланка. А с такими вещами не шутят даже такие криминальные акулы, как Бланк. Жизнь одна.

Глава 13

Утром следующего дня Канарейка покинула гостиницу «Рэдиссон» у главного вокзала Лиона. Теперь ей предстоял путь в Бордо. Но прежде, конечно, надо было изменить внешность. Что Канарейка и сделала в дамской уборной. Теперь на ней был парик пепельного цвета в мелких кудряшках и серый брючный костюм, купленный ею сразу по приезде из Парижа. Очки она также поменяла. Сейчас на ней были очки с матовыми черными стеклами, а не зеркальными, как вчера.

Из Лиона в Бордо ходили автобусы, и это было замечательно. Семь часов пути – и ты уже в другом городе. Центральный вокзал в Бордо назывался «Сен-Жан», а самая ближняя к вокзалу гостиница – «Регина». Все это Канарейка узнала заранее. Можно ехать. Прощай, Лион!

В Бордо Канарейка добралась ближе к вечеру. Оказавшись в отеле «Регина», она в первую очередь постаралась узнать, есть ли здесь номера тридцать шестой, сорок седьмой и пятьдесят пятый и свободны ли они. У портье Канарейка ничего не спросила, воспользовалась электронным справочником, как и в лионской гостинице «Рэдиссон». Оказалось, что такие номера есть и на данный момент все они свободны.

Вот как – свободны! Так же, как и в Лионе! Это уже не могло быть случайностью. Это ловушка. И предназначалась она для нее, для Канарейки.

Что ж, она это учтет. Она не станет селиться ни в одном из этих номеров-ловушек. Она выберет совсем другой номер и затем подумает, как ей оставить послание для тех, кто должен прийти ей на помощь. С посланием, конечно, все обстояло не так просто, как того бы хотелось. Нарисовать еще одну птичку рядом с номерами-ловушками? А вдруг по какой-то причине это не удастся? И что делать тогда? Как быть?

Ей помог случай. Точнее сказать, наблюдательность. А вообще и то и другое, вдобавок – умение мыслить логически. Оказалось, что в отеле «Регина» у постояльцев не спрашивают никаких документов при заселении. При желании постоялец может, конечно, предъявить документ, но если нет – то нет. Об этом имелась надпись – прямо на стекле, за которым сидел портье. И еще – приписка: дескать, мы доверяем нашим гостям, потому что все мы живем в свободной стране. Вот так.

И тут-то Канарейку осенило. Она подошла к окошку портье и зарегистрировалась под именем Марсельеза Канари. Ее расчет был остроумен и точен, она ничем не рисковала. Во-первых, никто не знал и не мог знать, что Канарейка – ее позывной. А во-вторых, это была подсказка. Если она не сумеет в этой гостинице оставить никакого другого послания, то те, кто будет ее искать, возможно, догадаются обратиться к портье. Они спросят, нет ли в отеле постоялицы с фамилией Канари. И им скажут, что такая есть – была, но недавно выписалась из гостиницы. Марсельеза Канари! Да-да, они обязательно догадаются навести справки у портье и совместят эти два слова. Они просто просятся, чтобы их логически совместили. Иначе и быть не может. На такое дело, как помощь разведчику, посылают самых смышленых. Марсельеза Канари. «Канарейка улетела в Марсель» – вот что это будет означать. Только так и никак иначе.

Итак, из Бордо она отправится в Марсель. И там будет дожидаться своих спасителей. Больше она никуда не поедет, ни в какой другой город. Во-первых, не век же ей бегать по всей Франции – для этого не хватит никаких денег, да и сил тоже. А во-вторых, из Марселя удобнее всего было покинуть Францию. Переплыла Канарейка море – и вот она уже вне досягаемости французских спецслужб. А там, на другом берегу, ее встретят. Это если по какой-то причине ей так и не удастся дождаться помощников. А если удастся, то и вовсе замечательно. Тогда ее спасители сами позаботятся о ее безопасности.

Под именем Марсельеза Канари Канарейка и зарегистрировалась. Ей отвели номер на девятом этаже. Тридцать шестой, сорок седьмой и пятьдесят пятый номера находились гораздо ниже. Следовательно, Канарейка вряд ли сможет ночью подобраться к ним незаметно, чтобы нарисовать птичку. Что ж, и ладно. Она оставила о себе подсказку в гостинице «Регина». Какую могла, такую и оставила.

Ночь Канарейка провела без всяких приключений. Никто ее не потревожил и никакой помощи она не дождалась. Почему помощь не подоспела и на этот раз, она не задумывалась. Что толку гадать? Все равно внятного ответа на этот счет не было. Мало ли что могло случиться с теми, кто спешит ей на помощь? Или, может, это она сама передвигается из города в город так быстро, что агенты за ней не поспевают? Все могло быть. Но и медлить ей было нельзя. Тот, кого преследуют, не должен долго оставаться на одном месте.

Утром она покинула отель. Теперь ей предстоял долгий путь из Бордо в Марсель. Шестьсот, а то и все семьсот километров – это не шутка. Прежде всего надо подумать, на чем именно туда добраться. Самолет или поезд не годились изначально – это Канарейка прекрасно понимала. Ехать на автобусе? В данном случае не годился и этот вариант. Из Парижа в Лион – на автобусе, из Лиона в Бордо – на нем же… Может, хватит уже автобусов? Когда разведчик скрывается от преследования, он обязан как можно чаще менять способы передвижения из одного пункта в другой. Разъезжать по всей стране на автобусе было делом опасным. Конечно, раз-другой воспользоваться им можно, но не больше. Автобус могут остановить на дороге, затеять проверку пассажиров и их документов…

Итак, автобус, как и самолет с поездом, отпадают. Остается автомобиль. Но у Канарейки не было личной машины, хотя она в ее положении и не была нужна. Хлопот с ней не оберешься, к тому же очень легко определить, где машина находится в данный момент: все французские дороги под наблюдением.

Остается попутный транспорт. Многие во Франции разъезжают на попутках, особенно молодые привлекательные девушки. Почему именно они? Потому что любому водителю такую попутчицу приятнее подвезти. Хотя бы даже из Бордо в Марсель. Канарейка как раз и была такой девушкой – молодой и привлекательной. Конечно, здесь таилась известная опасность – мало ли какие озабоченные разъезжают по французским дорогам! Одним словом – риск. Его Канарейке хватало и без того. С другой стороны, одним больше или одним меньше – какая, по большому счету, разница?

Итак, она поедет из Бордо в Марсель на попутке. И уже там будет ждать помощи. Марсель – конечный пункт ее скитаний. Хочет она того или не хочет, но больше ей некуда идти. И незачем.

* * *

Ренард по-прежнему не получал никаких внятных известий ни из одного города. Русская разведчица будто сквозь землю провалилась. И из Франции она выбраться тоже не могла. Ни из аэропортов, ни с железнодорожных вокзалов также не поступало никаких обнадеживающих сведений.

В принципе, русская разведчица могла попытаться покинуть страну на автобусе: из Франции в разные страны уходило много рейсов. Ренард предусмотрел и этот вариант. На всех пограничных пунктах автобусы тщательно осматривались, но и здесь никаких результатов не было. Ренард добился того, чтобы дорожная полиция останавливала все автобусы, которые курсируют внутри страны. Правда, эта мысль посетила его с некоторым запозданием, но это было не смертельно. Если мадемуазель и впрямь разъезжает на общественном транспорте, то рано или поздно ее все равно вычислят. Это отлаженная схема, так ловят многих преступников. Значит, поймают и эту мадемуазель.

От Бланка не было пока никаких обнадеживающих сообщений. Его люди взяли под присмотр все нелегальные суда, курсирующие между Францией и африканским побережьем, вплоть до самых малых лодок. Больше того, они обязали владельцев всех таких судов смотреть в оба, присматриваться к каждому пассажиру, а тем более – к женщинам. Теперь на каждом, даже самом паршивом, нелегальном суденышке у Ренарда имелась своя агентура. Только вот обнадеживающих новостей пока не было.

Это Ренарда тревожило. Как-то само собой получалось, что он, матерый сыщик, слишком уж долго возится с этой юной особой. И что с того, что она шпионка? Это мало что значит, потому что прежде всего она – женщина. А женщин выслеживать куда как проще, чем мужчин – это Ренард знал из личного опыта. Ну ничего-ничего! Еще день-два, и он поймает русскую мадемуазель. Он на верном пути, он следует за ней по пятам – куда она денется?

Глава 14

Прибыв в Париж, Кислицын, Ивушкин и Егоров первым делом встретились с резидентом российской разведки. Они знали, где его искать, сам резидент также был заранее предупрежден о прибытии спецназовцев.

– Долго же вы добирались! – проворчал резидент.

– Были бы у нас крылья, добрались бы быстрее, – ответил Кислицын. – А так пришлось добираться вплавь. Да еще и с приключениями…

– Ладно, – резидент махнул рукой. – Не будем препираться. Время дорого. Задавайте вопросы.

– Вопрос, собственно, один, – сказал Кислицын. – Где сейчас объект?

Объектом он назвал Канарейку.

– Если бы я знал! – вздохнул резидент. – Я знаю лишь одно: она бежит согласно плану. Канарейка и не может действовать как-то иначе. Вам известно о плане?

– В общих чертах.

– А ничего конкретного я вам сказать не могу, – резидент еще раз вздохнул. – Потому что не знаю, где сейчас Канарейка, что она делает. Все зависит от сложившихся обстоятельств. Чтобы нам их знать, нужно прежде всего иметь представление, что сейчас предпринимает французская контрразведка. Мы знаем, что она идет по следу Канарейки, иначе и быть не может. Но пока что Канарейка на свободе. Летает…

– Это точно?

– Да. Если бы ее поймали, мы бы об этом узнали.

– А если ее… того? – осторожно поинтересовался Егоров. – Если ее убили?

– Это вряд ли, – ответил президент. – Она им нужна живой. С мертвого разведчика что взять? Труп не допросишь… Так что жива она.

– Ну хоть это хорошо, – проворчал Егоров.

– Вот что еще, – сказал резидент. – Хочу сказать о съемных квартирах, где укрывалась Канарейка. Верней сказать, пыталась укрыться…

– Что значит – пыталась? – уточнил Кислицын.