Английский вояж

— Для бойцов, дозы в аптечке иметь стоит, — подумав высказала Ними, — но не пятиминутные, а минутные или даже меньше, на случай внезапной атаки, ровно столько, чтобы хватило на организацию отпора.

— У бойца не может быть неожиданности, я, — возразил Шляген, — если атака внезапная, то боец плохо подготовлен и его надо пороть, а не поить зельем!

— Уважаемые! — прервал нарождающийся спор я, — вы оба правы, каждый по своему. Однако, мистер Шляген, аргументы вашей оппонентки видятся мне более весомыми. Просто потому, что умершего бойца бессмысленно пороть, — на что Шляген развел руками, признавая что тут я прав, — Сьюзен? — уточнил я.

— Воздержусь, вне моей компетенции и интересов, — ответила Боунс.

— Тогда делаем так, — решил я, — клан будет иметь запас зелья. Бойцам будет выдаваться минутная порция, за которую они будут ответственны: если используют не по назначению, не смогут обосновать трату, то два месяца их аптечка не будет восполняться зельем. Они выпили свой шанс, как доживут до второго — их забота. Для мирных направлений, — на что Чанг с надеждой уставилась на меня, — зелье выделяться будет только советом, только в потребном объеме и только при обосновании необходимости его, и никак иначе. Чжоу, домовик тебя переправит к пациенту, осмотри, после обозначишь потребное, — Чанг кивнула и пропала с хлопком, через несколько секунд, — Сьюзен, — на что Боунс кивнула и направилась в библиотеку, — У вас всех есть дела, я думаю, благодарю всех, — послал я всех нахер, однако, в последний момент, сказал, — а вас, Блэк, я попрошу остаться.

— Да, Гарри, что нужно? — развалился в кресле Блэк.

— Пожиратели, — вздохнул я, — для жертвы.

— А, да не вопрос, — с этими словами Блэк вывалил на стол девять статуэток, — без артефактов, концентраторов, готовые к употреблению, — схохмил он и срулил.

Ладно, а мне еще нужно с зельем разбираться. Вызвал Забини, продемонстрировал воспоминания ну и уточнил, что да как.

— Теоретически работать должно, — ответил зельевар, — но предпочту все же провести ряд экспериментов. Кровь пророка, — задумчиво протянул он.

— Кровь, для начала, попробуй мою, — решил я, наполняя полулитровую склянку, — сразу скажу, есть ряд физиологических отличий с кровью мага, связанных с метаморфизмом. Несколько отличается клеточное строение, — уточнил я, — но в рамках мне известного, для зелья это неважно.

— В рамках мне известного также, Глава, — выдал Забини прибирая кровушку к рукам, — но все же проверю. Вы хотели что — то еще? — бил копытом этот тип, стремясь к склянкам и ретортам.

— Единственное, — решил подчеркнуть я, — зелье, если все выйдет успешно, стратегический ресурс клана, запрещено его распространение как вовне, так и внутри клана без дозволения Главы и совета, — на что Забини бодро кивнул и срулил зельеварить.

Я же, все же, перед встречей с Гором, решил закончить все запланированное на сегодня, чтобы палачествовать с чистой совестью. Так что дождался Чанг, ознакомился с отчетом, выяснил, что ни хрена редкого и экзотического не надо, ну и намылил китаянку готовить чернила, а сам направился к узнику без совести.

Малфой был преисполнен энтузиазма, даже, если внимательно присмотреться, этузиазима. Впрочем, в моих планах было этот позитив испохабить:

— Мистер Малфой, я надеюсь, вы понимаете, что условия сохранения вашей, подчеркиваю, лично вашей жизни достаточно жесткие, малейшее же вами нарушение их полностью развяжет мне руки, притом что они и так не сказать, чтобы сильно связаны, — портил настроение Малфою я, — просто, как информация для размышления, подумайте, сколько людей в клане просили у меня вас, ну и прикиньте, с какими целями.

Уж не знаю, что там надумал Малфой, но он не побледнел, а прямо скажем, позеленел. Что, безусловно, в сочетании с колером его шевелюры было удачным решением, вдобавок, в полной мере, отразило его готовность к сотрудничеству.

Собственно, он заключил с нами письменный контракт, который был прописан, на минуточку, поверх метки и, как я и грозил, имел связь с мозгом и сердцем.

Я, признаться, будучи обеспокоенным выживанием актива, уточнил у него, а как у актива с менталистами. Но Малфой уверил меня что все вот прямо замечательно, в смысле хитромудрый блондин всех обманет со страшной силой. Ну, жизнь его, так что спустя полчаса я ронял слезки и махал платочком вслед сиятельному активу, слезки, буквально вслед ронял.

Ну, как говорят мои коллеги по пристрастию к табаку, сколько не оттягивай свой конец, а все равно кончишь раком. В том смысле, что собрал я статуи в сумку и отправился к Гору, на тему жертвоприносить и оберегать все что нужно.

Гор встретил меня каменной мордой. Вот не могу понять, ну не нравится ему ситуация, так я тоже не в восторге. Но вот похерчело строит, типа я его принуждаю к чему, хотя спокойно мог меня послать, никто его не душил.

Хрен с ним, с каменнорожим, может под свои ноги мимикрирует или еще чего.

Тем временем Гор выдал мне костяной нож и сказал, что восемь магов надо расположить, как не удивительно, восьмиугольником, охватывая область желаемой телепортации. Ну и затыкать, в любом порядке и в любое время, важно только местоположение.

Девятого же нужно поместить в центр места, куда телепортация последует. Ну и, соответственно, так же упырять. После этого, простой подачей магии в клинок, будет осуществлена мгновенная телепортация, точнее обмен пространством между входом — выходом, с соответствующими явлениями, компенсирующими переход.

На мой писк о защите, Гор монотонно ответил, что до момента осуществления телепортации «значительных структурных изменений произойти не может». В расшифровке: распидорасить человека, сломать мебель реально, а сломать стену — хрен.

Ну, в принципе, да, вполне защита, пусть и не то, что я имел в виду. Напоследок, решил я все — таки узнать, схренали Гор так рожей каменеет. Благо сам изначально намекал ну и вообще.

— Тяжелый вопрос, мистер Поттер, — со вздохом, перестав каменеть рожей ответил Гелиос, — понимаете, артефакт который я вам передал… Я изначально предполагал использовать для защиты своего дома. Но не решился, в итоге остались только мы с Фаэтоном. Ничуть не осуждаю вас, меня гнетут тяжелые воспоминания и укор себя в нерешительности, — закончил он.

— Прошу прощения за бестактный вопрос, — ответил я, — искренне вам благодарен, мистер Гор, всего вам наилучшего, — на что мрачный старик махнул лапой.

Мдя, как — то прям совсем неудобно получилось, думал я уже у себя. Раз такая фигня есть, мог бы и подумать, что Горы не просто так перемерли, знал же о штурме их поместья. Впрочем, ладно. Сейчас моя задача не стать «нерешившимся». Ну и прикинуть, а куда нам драпать — то, если что.

Через десять минут только самоконтроль и окклюментные практики удерживали меня от вопля «дайте мне другой глобус!». Реально, фигня какая, даже моих скудных познаний хватало, чтобы понять, что рады нам не будут нигде, вопрос в степени «не радости».

Смех — смехом, но Ирландия, посоветованная дедом, и вправду выходила золотой серединой между нелюбовью к алтарщикам, англичанам, белокожим магам, магам и так далее. Нет, сам я такое не решу, решил я и позвал Сириуса с Ними и своих девчонок.

— В общем, лично мне в голову приходит только Ирландия, — подвел итог я, — и не беда бы если б пришла, но эту страну мне посоветовали. А я не уверен, что у советчика нет на нас своих планов, — развел лапами я.

— Дамблдор? — уточнил Сириус, на что я кивнул, — да, тут подумать не помешает.

— А чем вам не нравится Ирландия? — удивилась Джинни, — да и Дамблдор вроде хороший человек и к нам расположен.

— Ну сама Ирландия мне не нравится из — за близости к Англии, — ответил я, — мы не спрячемся, а убежим в известное место. А Дамблдор, — задумался я, — знаешь, Джинни, из всех присутствующих, подозреваю, он больше всех сделал для меня, да и общались мы с ним наверное больше всего. Я очень уважаю его, благодарен ему, но, скажу откровенно, боюсь его. Цели которые он преследует, позволят ему не моргнув глазом пожертвовать всеми нами, причем цели будут благими и правильными, но… Но не хочется жертвоваться, — криво ухмыльнулся я, — даже за правильные цели.

— Гарри правильно говорит, — поддержал меня Сириус, — старик сильный, умный, мудрый, хитрый… Да даже добрый наверное. Но верить ему не стоит. Его цели это его цели, а наши — наши.

— Шотландия, — произнесла Ними, — Шотландия и горы. За год там нас не найдут даже местные, а дальше нам не прятаться нужно будет, а либо воевать, либо начинать жить заново. Этакий, — помахала она рукой, — перевалочный пункт. И не по совету, если что, — Луна кивнула, Сириус, задумавшись, так же.

— Значит, так и решим. Сильных магов для Фиделиуса мы найдем, даже в худшем случае, а дольше года и вправду прятаться смысла нет — прикинул все «за» и «против» я.

И долго отбивался от «компании». Не то, чтобы мне не хотелось разделить с кем то ответственность, но делать этого явно не стоило. Так что отбившись, прыгнул камином в Эдинбург и стал магосферой облетать окрестные горы.

Заселенные всякими, чтоб их, шотландцами и драконами. Так что пришлось врубать невидимость. Но до темноты управился. Вообще, не горы у них, а фигня, стоит признать, холмы переростки. Впрочем, место присмотренное мной было в окружении острых камней, довольно ровная площадка, без воды и растительности, что не могло не радовать — она нахрен никому была не нужна.

Спустился я в долинку и принялся применять свои навыки по артефакторике: творить портключ. Вообще, он у меня третий, да и долговечностью мои поделки не отличались — то ли контроля не хватает, то ли реально, «не набил руку», как говорил Гор. Но дюжину раз он выдержит, а мне хватит и одного.

Так что в ночи, в гордом одиночестве, резал я пожирателей. Ну, прямо скажем, не стал я маньячилой и удовольствия процесс не приносил. Но и каких — то жутких переживаний тоже не было. Нужная, не самая приятная работа. Да и птички приятно поют, цветочки ночные благоухают. Ляпота, всегда бы так жертвоприносить, ехидничал я на восьмом ингредиенте. Да и эванеско хорошо на органике работает, трупы прятать не надо.

Портанулся в облюбованную каменную долинку, задушегубил девятого, удалил тело. Ну и там же, на месте, сел в медитацию, разбирать, как и что с моей крышей.

И выяснилось, что ничего. Не в смысле, что улетела, крыша как крыша. Ну а части личности поняли и приняли необходимость. Душевного подъема, конечно, не было, но и никаких «о, я убил толпу беззащитного народа, мне надо молиться, поститься и слушать радио Риддл», там тоже не было.

Вот и замечательно, радостно потер руки душегубский я, да и прыгнул домой. Потому как, у нас, без шуток, война. А я, как назло, усталый.

Примечание к части

Еще одна, точко — расставительная глава. Вот как — то не выходит, хапнуть шашку и коня, да на линию огня. Впрочем, со следующей главы кто — то, что — то, вкуда — то получит. Наверное.

душегубствопланирующий старина Киберъ Рассвет

56. Поднявшаяся пена

С утра же я задумался. Ну, положим, с защитой Дома, худо — бедно разобрался, помирать в последнем бою мы назло врагам несогласные. Все это хорошо, но что делать — то?

Ну, опять же, Розуэлл наберет дружину, нужно, полезно, важно. Но все упирается в то что мы сидим и ждем, когда его лордейшество соизволит «заштопать жопу», по меткому выражению мисс Муди, ну и что — то сделать. Или не сделать, а просто сидеть.

Проблема, на мой взгляд, в том, что он может, точнее, скорее всего, прибегнет к террору, причем, подозреваю, сконцентрируется на маглорожденных и полукровках, причем противостоящих или связанных с противостоящими с ним, в прошлой войне. И цели наиболее слабо защищенные, да и вдобавок реформистам продемонстрирует, что мол они ему не враги. Ну, хреновая идея, хер ему кто поверит, наверное. Хотя, часть может и повестись, люди, пусть даже маги и не такие глупости делают.

В итоге получим картину, в которой володьяморда по — новой вяжет своих прихлебателей на кровь, одновременно убивая ветеранов или их семьи, выводя какую — никакую часть родовитых оппонентов из вооруженной борьбы, как минимум потому, что далеко не все реформисты «клуб».

А мы, значит, сидим и ждем, когда он достаточное количество народу прирежет. Вот как — то бредово выходит, не говоря о том, что у нас, пардон, Дамблдор еще живой.

С другой стороны, ежели дед помрет в процессе боевых действий, это плохо. От старости и хвори — ну помер и помер, а вот если на войне… Это выходит, что доблестные подпевалы лордика, жизнь клали, но забороли Великого Светлого, а вот из — за отсутствия поддержки, обессиленные, проиграли.

Так, не так, будет на самом деле — всем похер, вражины продвинут такую картину, в нее массово поверят, потому что очень хочется. А это новый виток войны, с интервенцией, почти гарантированный.

И выходит, что деду реально надо сидеть, как мышь под веником, в Хоге и помирать себе спокойно.

Что, впрочем, не отменяет того, что пожиранцам надо давать отпор, защищать немногих боевитых маглорожденных и полукровок. Причем, похоже, делать это не просто малыми силами, а торгуя моей рожей. Потому как не дед, а пацан-Поттер ссаными тряпками гоняет пожиранцев вообще, ну и самого томного в частности. Учитывая полу — религиозный склад отсутствия ума алтарщиков, ежели Волдик обратится за иностранной помощью под соусом «меня Поттер забижает», хе — хе, да его нахер пошлют.

Впрочем, он не идиот, так что с ТАКОЙ просьбой он не обратится. Так что, лично у меня, ну и тройки — четверки сокланов, в теории развязаны руки.

Хотя, возможно, все мои предположения вилами по воде писаны, а пожиранцы ударят по реформистам, министерству. Да вообще никуда не ударят до часа под буквой — которую — нельзя — называть. Но то, что лично я, невзирая на «неприкосновенных до поры» пожиранцев, в действиях довольно свободен, факт.

Ну а на основании надуманного, цапнул я бумажку сотворенную Чанг, на лоб положил и стал думать в Люциуса:

— Мистер Поттер? — ответно «подумал» он (все же Чанг соврала, не мыслеобмен, а словесный диалог, хотя, возможно, индивидуальное отличие).

— Именно, мистер Малфой, — отмыслил я.

— Мистер Поттер, а не могли бы связываться со мной вы? — заканючил актив, — мисс Чанг, признаться, шлёт какой — то, простите, неудобоваримый поток сознания, наполовину на китайском, — плакался о неудобье блондинчик.

Ну, вот и подтверждение, видимо системная блокировка фильтрует мысли как втуда, так и взад. Ладно, я мудёр, но надо к делу.

— Мистер Малфой, есть ли у вас какие — нибудь актуальные новости о Томе, ну и какие известны вам планы бывших коллег? — жестокосердно проигнорировал нытье белобрысого я.

— Лорд, насколько я знаю, восстановил повреждения после вашей… — аж мысленно замялся сиятельный, — столкновения, — скользко выкрутился он, — пребывает у Яксли, вызывает ближний круг по одному. Очень… разгневан, но не выплескивает гнев. По крайней мере, на меня. Даже изволил похвалить, что я выжил. Указаний не поступало, мистер Поттер, — исправно стучал Малфой, — коллеги же, мистер Поттер, заняты поиском наёмников в Англии, учитывая что запросы на средства не поступали, нанимать для себя они не осмелятся — пока безуспешно. Пропал Декарт Роули, ходят слухи, что испугался вас и сбежал. Насколько я знаю все, мистер Поттер. Будут ли у вас указания?

— Нет, благодарю вас, мистер Малфой, — разорвал связь я.

Вот, кстати, еще один момент: совершенно не обязательно финансист будет посвящен в деятельность боевиков. Томми может захват министерства на полдень планировать, а Малфой узнает постфактум. Ну, утрирую, конечно, но например в акции устрашения о которых я подумал Малфоя вполне могут не посвящать, причем даже не из недоверия, просто потому что ему нахер не надо это знать.

А значит, надо звать Блэка, как единственного доступного ветерана той войны, ну и решать, имеет ли смысл вообще, а если имеет — к кому и как наведаться.

— Если подумать, логично, — заключил Блэк, — мои бывшие сосидельцы, — съехидничал он, — в проверках и как ты выразился «повязывании кровью» не нуждаются, и так за Риддла в дерьмо полезут. А вот те кто дюжину лет вкусно ел и сладко спал, да еще вашим «боем», — хмыкнул Сириус, — полюбовались, им да, точно не помешает. С точки зрения Томми, конечно, — уточнил он, — а вот с тем кого… Не знаю, Сохатик, если бы полукровок и маглорожденных хоть сколько — то много было, это да, а так — единицы. В отрядах да, хватало, но они ж наёмники, как не крути, смысл мстить? Так что, скорее, недобитые реформисты, вроде Гора, хотя к нему вряд ли, там толпа нужна. Ну, подобные рода, из двух — трех человек, добить, кровью повязать ну и отомстить.

— Типа Боунс, — протянул я, на что Сириус кивнул, мол типа того, — как бы хоть примерный список их собрать и уговорить тревожные артефакты принять?

— Все же, помочь хочешь? — на что я кивнул, — Правильно, если по уму. Не им, а нам полезно. Ну, список — то я сам накидаю, может и не всех, но большинства. Другое дело, непонятно как уговаривать артефакты принимать, меня там явно привечать не будут, как и орденцев в целом. «Почему не помогли?» — злобно процитировал он кого — то, — в орден их звали, прятаться предлагали, так не надо им. А как подохли почти все — мы же и виноваты, «почему не помогли», — злобно сплюнул он.

В итоге получилось, что по поместьям и коттеджам «недобитых» пришлось скакать мне лично. И то, ряд товарищей явно нарывались на посыл нахер, ведя себя так, как будто я, сцуко, должен защищать их, причем, сцуко, так как им комфортно. Выбесил один жирдяй реально, мол «потише, а то мои питомцы пугаются».

Впрочем, столь одиозных персонажей, к счастью, было немного. Ну а состав семейств был из стариков и детей, зачастую, учащихся в Хоге, что прямо скажем, способствовало успеху переговоров. В нанесении подобных визитов прошло три дня.

Розуэлл развернулся от широкой наёмничьей души, так что дружина Ними составляла уже семьдесят рыл, причем аж с одним мастером боевой магии, желчно срущимся на тренировках с Шлягеном. Почтенные мастера уничтожения ближнего и дальнего своего срались на тему индивидуального и коллективного подхода тренировок и боя в целом.

Что самое забавное, как по мне толком правы были оба, ну или толком не правы. Что признали, к слову, оба же, разделив тренирующихся на «коллективистов» и «индивидуалистов», радостно, с гиканьем вваливающих друг другу тренировочных люлей.

Я, признаться, был твердо уверен, что подход Шлягена более правилен, мол гуртом и батьке показывать всю глубину батькиной неправоты сподручнее. Однако, магия вносила свой флёр неопределенности в картину боя, о чем я сам, выезжающий все же более на индивидуальных умелках, подзабыл. И это работало, даже для примерно находящихся на одном ранговом уровне бойцах.

Например, десятка, с четким разделением на щитовиков, атакующих и прочее. Замечательно, каждый занят чем надо, все вроде хорошо. И тут, десятка таких же подмастерьев, наваливающихся в хаотическом порядке. А исход, как ни смешно, пятьдесят на пятьдесят.

В общем, нужно было и то, и то, на чем почтенные мастера сошлись, затеяв ротацию тренируемых, прихватив, заодно, и клановых боевиков, вписывая их в тактические схемы, да и обучая, не без этого.

Заодно, призвал я имеющего душевную склонность и специально обученного специалиста по взлому и проникновению, Дина Томаса. Криминальных наук профессор его, вроде бы, натаскал, однако проверить случая не выпадало, так что решил я проверить кланового ворюгу на более — менее неопасной цели.

— Вот этот артефакт, — веско вещал я, демонстрируя вот этот артефакт, — именно спрятать, так чтобы хрен нашли, в особняке семейства Боунс. Справишься?

— Не подведу, Глава, — оповестил Томас.

— Ну, смотри сам, — ехидно ответил я, — попадешься — вытаскивать не будем, в Азкабан конечно не попадешь, но огребешь люто, да и в ДМП не один день проторчишь. Потом выплатим штраф, но, если ты нихрена ничему не научился, да еще в этом не признаешься, — подначивал я сжавшего губы мулата, — то будет тебе наказание.

— Увидите, — коротко ответил он, прибрал к рукам артефакт и «пошел на дело».

Вообще, довольно любопытно. У Боунсов, конечно, не Гринготтс или Хог, но защита должна неплохая быть, плюс домовики. Я специально не узнавал, реально интересно, справится или нет.

А артефактом была сигналка, на включающиеся антиаппарационные чары. Ну и, в чем было ноу — хау, на отсутствие сигнала. Если отработает, то клан Поттер выпустит новый товар, вещь полезная, причем в первую очередь, для министерства, точнее авроров и ДМП.

В общем, специально обученный Томас справился, не попался, был премирован и послан нахрен, в смысле помогать в производстве. Боевик из него был и так не ахти, а после педагогичных лап криминального профессора его можно было использовать только как манок: парень, на уровне рефлексов пытался заныкаться, стать более незаметным и прочее.

Ну и стал я учиться да ждать, когда где — нибудь клюнет. И хер мне — во — первых, не клюнуло, во — вторых, Том занялся откровенной херней. Я, признаться, когда Малфой доложил мне о планирующихся атаках на семьи маглорожденных, ему не очень поверил, даже заподозрил в дезинформации.

Впрочем, несколько вырезанных через пару дней семей маглов меня разубедили. Ну и два студента Хога, маглорожденные, первый и второй курс. Ну вот нахера? Вот просто, никакого смысла нет, даже пророк о них не писал, министерству разве что ущерб нанести, в виде невыплаченного долга.

Хотя, на самом деле, смысл есть, причем тот самый, который я предполагал изначально: показать реформистам, что мол режем маглов и маглорожденную грязь и повязать кровью своих миньонов. Повязка кровью, это же не только, да даже не столько страх перед возмездием, это определенная психологическая установка, слом барьеров. В общем, Томми, похоже, сплачивает организацию и тренируется на кошках.

Блин, не то чтобы так уж их жалко, жалко, как известно, атрибут перепончатокрылых. Просто, во — первых, я нихрена не смогу поймать этих типов. Во — вторых, Отдел образования министерства поставляет пожиранцам информацию. Ну и, наконец, в третьих, Томми делает свое мерзкое дело, а я не могу ему сделать в ответ гадость. Ну и жалко, немного, что уж тут.

Впрочем, судя по докладу Сьюзен, утечку перекрыли, ряд чинуш нахлобучили, причем не факт, что не до смерти. Ну и опять, тренировки, обучение и ожидание.

Когда, наконец, один из артефактов подал сигнал бодрый и радостный я, с гиканьем прихватил Блэка и Шлягена подмышку (Ними присоединилась сама), рванул на магосфере к точке злогейств пожиранцев.

И был несколько шокирован, как впрочем и мои сокланы: в роли пожиранцев выступали некие узкоглазые типы, деловито вытаскивающие из особняка длинные коробки. В роли невинной жертвы, выступал небезызвестный жирдяй, которому все должны. Ну и ряд спиногрызьих рыл прижималось к окнам, впрочем, они, в отличие от жиробаса, страдания рожицами не выражали.

Как — то, ну вот нихера это не рейд пожиранцев, решил я, сплюнул под ноги и поплелся к магосфере (повторил мой успокоительный жест только Сириус, но Ними с Шлягеном тоже хотелось, я видел). Вслед нам полетело жирное: «мистер Поттер, куда же вы?!»

— Мистер, не помню как вас, — честно обозначил я национально — традиционный похер на собеседника, — вы, очевидно, меня с кем — то перепутали. Я не наёмный охранник, да даже если бы был им, вы мне банально не платите, — ехидно отметил я, — ни вас, ни детей, насколько я вижу не убивают. Ваши дела с этими дже… магами, — поправился я, — ваше дело, меня не касающееся. Даже если бы они начали вас тут убивать, я, признаться, пальцем не пошевелю, разве что в защиту детей. Я надеюсь, вы поняли мной сказанное, — закончил я, на что багровый жиробас молча хлопал пастью.

— Мудрое решение, мистер Поттер, — выдал какой — то узкоглазый, одетый порасфуфыреннее прочих, очевидно главнюк, — вы и так задолжали роду Чанг… — выдал этот альтернативно — одаренный, чем вызвал не то, чтобы падение планки, но ярко выраженное желание взять и показать неправоту.

— Неуважаемый, будьте любезны ответить, — спросил я у немного подвешенного кровавыми хлыстами китаезины, пока сокланы контролировали оставшихся узкоглазых, — когда это я, Гарри Джеймс Поттер, успел что бы то ни было задолжать каким — то Чанг? — последнее я почти сплюнул, но полуподвешенный бледнел и молчал, — что в коробках? — уточнил я у толстяка.

— Карликовые пушистики, — с надеждой ответил жиробас, — я взял у Чанга деньги на разведение, скоро верну…