Помоги проекту - поделись книгой:
“Осторожно! — командовал Гугл, как военачальник из штаба. — Левее. Не то зацепишь тёмного. Ваши силы соединятся и ты, дорогая, станешь леотой”.
А оно мне надо? Правильно — вовсе нет!
Поэтому я была очень осторожна и удивительно сосредоточена. Правда, даже мои атаки не могли переломить ситуацию. Мрак окутывал нас со всех сторон, полз по полу, касался подола. Я судорожно соображала, что ещё могу сделать — но тут из плотной, искрящейся молниями тьмы выпрыгнула невероятного размера рысь.
Меня качнуло вперёд. Силы многократно возросли, и следующий огненный сгусток, направленный в бок сокола, оказался слишком мощным. Птицу отбросило в сторону. Двэйн на миг замер в растерянности, пытаясь, видимо, понять, что делать с неучтённой сущностью. Её сюда никто не звал!
Но рысь не стала нападать на него, она двинулась на сокола, который уже встряхнулся и теперь недобро щерил острый клюв, сменив противника. Кошка напряглась, присела и, словно пружина, кинулась на него.
Сцепившись, чудовища закружились по залу.
Я попыталась сформировать ещё один снаряд, но теперь пламя меня не слушалось. Оно заливало тело бесконтрольно, от горячих ступней, до словно бы наполненной паром головы. Я становилась всё легче и легче — и вдруг! — приподнялась над полом. Будто меня толкнула верх солёная вода — а на самом деле невероятно напряжённая, густая, как желе, энергия.
“Еся, ничего больше не делай! — заверещал Гугл. — Хаос управляет твоей силой. Он исказит её, если ты сотворишь заклинание!”
Да я, собственно, ничего делать и не могла. Висела, как муха в янтаре.
Рысь нещадно лупила сокола лапами. Её короткий хвост мелькал тут и там, яростно горящие глаза загорались то с одной стороны неразборчивого клубка Хаоса, то с другой. Наконец сокол отделился от него. Растопырив крылья, метнулся в сторону Двэйна, словно его отшвырнули пинком.
Претемнейший не растерялся, поймал птицу в подготовленную сеть и закрепил успех наброшенным на шею лассо. Когда сокол пришёл в себя, то уже ничего не мог сделать — просто замер, спелёнутый тёмной энергией. Рысь, убедившись, что противник пленён, тихо фыркнула и тут же пропала, будто её развеяло ветром.
Меня тут же уронило на пол, как мишку из детского стишка. Правда, я быстро встала, стараясь сделать вид, что всё в порядке.
Может, никто не заметил?
Двэйн приблизился к соколу неспешно, с осторожностью. Кажется, он едва держался на ногах. Хрипло произнёс ещё одно заклинания, подкрепляя его вязью сложных заклинаний, в которых я различала только некоторые знакомые знаки. Птица завертелась, ещё пытаясь избежать участи, но деваться ей было некуда. Она начала растворяться, бледнеть, пока Привратник не поглотил её полностью.
Стало тихо. Разбушевавшийся Хаос отступил дальше в порталу. Постепенно он сжимался, усыхал — и вскоре пропал в арке.
Двэйн опустил руки, качнулся и через миг тяжело рухнул у её подножия.
Глава 24
Как только Двэйн потерял сознание, все созданные им магические щиты начали спадать. Но не сразу, и потому встревоженно галдящим зрителям ещё пришлось потоптаться в строне. А пока я была ближе всех к претемнейшему. Подбежала к нему и, осторожно перевернув его на спину, содрогнулась: Двэйн выглядел таким бледным, словно обескровил. В нескольких местах его одежда была порвана: это только со стороны сокол казался эфемерным, но, похоже, он умел ранить совсем как живой.
— Дорх Ардер! — позвала я мага, слегка встряхнув за плечи.
“Боюсь, он сильно истощён, — с сожалением вздохнул Гугл. — И честно говоря, я даже не знаю, как быстро сумеет восстановиться. Сейчас его потоки в таком смешении, что я даже тьмы от него не чувствую!”
— Прекрати меня пугать! — брякнула я вслух.
Но со стороны могло показаться, что обращаюсь к претемнейшему. Его щёки казались ледяными, а волосы словно бы побелели ещё больше — но может, это лишь моё воображение окрашивало всё в такие жуткие, безжизненные тона. Но в чём оно точно не могло меня обмануть, так в том, что ткань его рубашки на месте порезов медленно напитывалась кровью.
— Джед! Джед, скорее! — крикнула я, как только это заметила.
Но лекарь всё ещё прыгал по ту сторону щита: тот пока оставался слишком высоким, чтобы через него перебраться. Я уже хотела было кинуться прожечь его, чтобы пропустить помощников, но тут на меня обрушился истеричный вопль:
— Это ты виновата!
В спину словно кошка вцепилась. Больно, между прочим! Злая и оттого, видно, очень сильная Файона рывком оттащила меня от Двэйна на пару шагов. Я даже вывернуться из её хватки не смогла.
— Я помогла ему! — мне наконец удалось вырвать одежду из цепких лап баронессы. — В отличие от тебя! Ты притянула химеру, которая измотала его, а потом сама же потеряла связь. В чём тут виновата я?
Раскрасневшаяся, встрёпанная недолеота таращилась на меня белыми от гнева глазами и вряд ли понимала, что я пытаюсь ей втолковать.
— Я не призывала химеру! — огрызнулась она.
Классика жанра: оно само. Так я и поверила!
“Ты посмотри, какая ядовитая дамочка! — высказался Гугл. — Давай её поджарим слегка, чтобы неповадно было”.
— Шутишь! — ответила я скептически. — Да принц Рошин меня потом на куски порвёт за свою протеже.
“Жаль, — вздохнул птиц. — Она давно нарывается на прижигание наглости”.
Наконец все зрители смогли выйти в зал. Мужчины сразу окружили Двэйна, Джед быстро его осмотрел — а затем претемнейшего подхватили на руки и понесли прочь. Одуванчик командовал процессом, как заправский старшина.
Что ж, в целях сохранения хотя бы осколков конспирации, наведаюсь к Двэйну позже, когда всё немного уляжется и эта бешеная недолеота перестанет на меня кидаться!
Она выглядела так невменяемо, что даже ба с Айне поспешили мне на помощь.
— Эйли, деточка! — громко проговорила Нэсса и взяла меня за плечи. — Пойдём! Тебе нужно отдохнуть. Если бы не ты, что было бы! Сколько я прожила, а такого не видела! Думала, меня уже ничем не удивить…
Покосившись на Файону, которая продолжала уничтожать мои клетки прожигающим взглядом, Нэсса осторожно подтолкнула меня, веля уходить. Айне семенила рядом, пытаясь оказаться между мной и баронессой. А то вдруг та снова бросится рвать на мне одежду?
Пока мы шли в женское крыло Гитмора, к нам прибились Лия и Уна. Они шли позади, тихонько переговариваясь.
— Не доверяю я ей, — шептала Уна. — Мне вообще кажется, она хотела его убить. Не зря же появилась та химера! Кто её вообще звал?
Лия помолчала, а я навострила уши. Версия магиссы выглядела довольно правдоподобно, однако против неё выступали некоторые “но”.
— Я не знаю, что на уме и Файоны, она и Гленну-то близко не подпускала, — наконец ответила леота. — Но если она связана с принцем…
Девушка опасливо смолкла.
Оставшись в комнате одна, я ещё раз поразмыслила над их словами — и выводы напрашивались один другого неприятнее. Кто знает, что задумал Рошин? Дворцовые интриги — то ещё болото. Но если он и правда решил извести Двэйна — зачем ему это нужно? Не сам же он хочет занять место Привратника!
Немного приведя себя в порядок и успокоившись после всего произошедшего я всё же решилась пойти к Двэйну. Путь думают, что хотят, мне нужно знать, что с ним, и быть рядом!
И похоже, эти мысли посетили не только мою голову. По дороге в покои Привратника мне попался молоденький слуга, запыхавшийся и слегка напуганный.
— Лэс Ог просит вас скорее к дорху Ардеру. Нужна ваша помощь!
Я едва собственным сердцем не подавилась. Поскакала вперёд, как будто меня хлыстом стегнули — обгоняя слугу, который, пыхтя пытался от меня не отставать.
В скорбно тихой спальне Двэйна был только Джед. Он хлопотал, бормоча заклинания и каждые пять секунд проверяя прохладность компресса, что лежал на лбу претемнейшего.
— Что случилось? — яростным шёпотом обратилась я к лекарю.
— Хаос не хочет мириться и истощает его силы, — с мрачной деловитостью ответил Одуванчик. — Помнишь, как его ранил принц Рошин?
— Конечно!
Такое не забудешь.
— Вот теперь таких ран по всему его телу гораздо больше. Кровь я остановил, но собственная тёмная энергия дорха Ардера как будто взбесилась. Она сама же его и уничтожает.
С каждым словом Джеда мне в желудок словно бы падало по тяжеленному камню. Взгляд метался от его блестящего от пота лица к лицу Двэйна, а ужас происходящего не укладывался в голове.
— Что я могу сделать?
— Хотя бы “закрыть” эти бреши. Ты ведь вылечила его в прошлый раз? — Одуванчик перестал вытирать руки полотенцем и бросил его на столик возле кровати претемнейшего. — Хотя бы раны перестанут его мучить, и силы восстановятся гораздо быстрее. Дорх Ардер уже пережил нечто подобное раньше. Но теперь ему сложнее. Ведь он уже связан с другими савирами, и они тоже вытягивают его ресурсы. В общем… Если он переживёт эту ночь, всё будет хорошо.
— Я тебе дам “если переживёт”! — я погрозила кулаком перед носом лекаря. — Конечно переживёт! Я всё сделаю. Только…
Тут я слегка сбилась с мысли, потому что Джед опустил край одеяла Двэйна до пояса. Ран и правда было много — на вид они не казались опасными. Но стоило только немного приглядеться — можно было различить впивающиеся в кожу Привратника, кишащие жгутики тёмной силы, которая не давала плоти излечиваться.
У каждой медали две стороны. С одной — Тьма наделяла магов невероятной силой. А с другой — норовила уничтожить при каждом удобном случае.
— Я оставлю вас… — тускло бросил Джед и потёр пальцами усталые глаза. — Если что — зови, я буду у себя.
Когда он вышел, я подтащила стул поближе к кровати Двэйна и села, осматривая “фронт работы”. Придётся попотеть!
“Еся, ты сама ещё не до конца восстановилась. Тем более Хаос… — предупредил меня филин. — С тех пор, как ты лечила тёмного в прошлый раз, он стал влиять на тебя сильнее”.
— Я сумею его сдержать.
“Хорошо, я буду следить. Если что — предупрежу, что пора остановиться. Не упрямься, пожалуйста!”
Гугл уселся на изголовье кровати и вперил в претемнейшего круглые огненные глаза. С ним было гораздо спокойнее. И светлее.
Мне пришлось обшаривать буквально всё тело Двэйна, чтобы не пропустить ни один даже самый крошечный порез. Благо раздевать его не пришлось — это за меня уже сделали. Конечно же, раньше я видела обнажённых мужчин, но вот бесстрастным лекарем вовсе не была. Поэтому для того, чтобы мои щёки запылали, точно печёные яблоки, мне хватило “обработки” всего лишь рук и груди претемнейшего.
— Нет! — выдохнула я наконец, вновь прикрывая его до самой шеи одеялом. — Мне нужно перевести дух.
“Я думал, в твоём мире нравы гораздо свободнее и голым мужчиной тебя не удивишь, — подколол меня филин. — Как же ты дальше будешь…”
— Очень смешно! — буркнула я. — Может, сам попробуешь?
“Нет, спасибо. К тому же я не приспособлен к такой тонкой работе”.
Тото же! Я встала, прошлась по комнате, выпила воды, стараясь не смотреть на Двэйна, и тогда только вернулась на место. Ушло ещё почти два часа на то, чтобы очистить от вредоносной тьмы все раны претемнейшего. Под конец процедуры у меня закрывались глаза, а в голове словно бы полыхал пожар.
Пальцы дрожали, пламя бушевало, пытаясь сбросить контроль — и если бы оно вырвалось, от претемнейшего, боюсь, мало что осталось бы. Защититься сейчас он не мог. Поэтому я вымоталась ещё больше от борьбы с самой собой. А когда поняла, что все раны “прижгла”, то просто упала головой на постель — без сил.
Гугл слетел ко мне и накрыл своими огромными крыльями, как одеялом.
“Ты такая умница, Есенька! Теперь пойдём…”
Куда пойдём и зачем, я уже не услышала, потому что уснула. Прямо так — нижней частью тела на стуле, верхней — на постели Двэйна, держа его за руку.
Проснулась, кажется, уже глубокой ночью. Огляделась, не понимая, что же меня разбудило — кроме ломоты в спине, конечно. Было тихо. На столе рядом каким-то неведомым образом оказался поднос с чаем — уже почти холодным — тарелка с парой сэндвичей и вазочка с печеньем. Видимо, слуга позаботился, а побеспокоить не решился.
Двэйн дышал гораздо спокойнее, а его ладонь потеплела. Я склонилась над ним, внимательно оглядывая лицо. Уже не такой бледный!
Его ресницы слегка подрагивали, а губы то сжимались, то расслаблялись. Хоть какие-то признаки жизни…
Я кончиками пальцев расчесала его пряди у виска, не удержавшись, коснулась скулы и мочки уха, в которой поблескивала серёжка. В груди томительно щемило: ну почему же он до сих пор не очнулся?
Что я ещё могу сделать?
Но от процедуры самобичевания меня отвлёк шум снаружи. Будто на пол уронили что-то тяжёлое. Я вздрогнула, а Гугл, насторожившись, выпорхнул из шишки и, прислушиваясь, пролетел по спальне.
“Странная энергия, не пойму, — пробормотал он озадаченно. — Как будто что-то приближается”.
— Нужно узнать! — я встала и пошла к двери.
“Еся, я не хочу выглядеть “мамочкой”, но там может быть опасно!”
— Если эта опасность грозит Двэйну, я тем более должна выяснить, что это! И позвать на помощь, если понадобится!
Крадучись, я вышла в гостиную — никого. Похоже, и правда уже поздно. После суматошного дня все отправились спать. Невероятная тишина!
У двери тоже было пусто, зато незримое напряжение в воздухе нарастало с каждой секундой.
Я прошла чуть дальше по коридору, прислушиваясь к тихому шороху — и тут из-за поворота на меня вылетела огромная чёрная тень. Крылатая химера, с которой Двэйн сегодня боролся!
Но как она тут оказалась?!
Претемнейший закрыл портал! Это все видели!
Но я хоть и будущий Страж, а об устройстве каналов Хаоса знала очень немного. Да и не особо стремилась узнать — если уж быть честной. А вот теперь хоть какая-то наука пришлась бы кстати: как вернуть сбежавшую сущность назад и смогу ли я сделать это в одиночку?
Если побегу за остальными подмастерьями, химера, чего доброго, доберётся до Двэйна. Она ведь за ним сюда пришла — и не станет топтаться у двери, ожидая, когда о ней претемнейшему доложит камердинер.
Пока я, прячась за колонной, наблюдала за ленивыми перемещениями сущности, та уже, похоже, “унюхала” свою цель и двинулась к комнате Привратника гораздо увереннее.
Нет уж, зря я, что ли, его лечила? Чтобы сразу позволить всяким чудищам закусить им на ужин?
И мне ничего не осталось делать, как встать у химеры на пути, призвав все внутренние магические резервы. Та уставилась на меня вовсе не бездумно, как положено было бы хаотичному порождению — скорее в выражении её наэлектризованного взгляда читалось нечто вроде удивления.
— А ну, стой! — выдала я совершенно банальнейшую вещь и разожгла небольшую жаровню в ладони.
Может, предупреждения будет достаточно — раз уж химера что-то соображает?
Гугл подозрительно молчал. То ли был в обмороке от моего безрассудства, то ли выжидал. А спецэффекты никакого впечатления на сущность не произвели. Она проворно двинулась ко мне, цепляясь когтями, что торчали на сгибах её крыльев, за стены.
Разинула пасть и попыталась оглушить меня почти что ультразвуковым воплем, но в ушах у меня уже шумело пламя, а потому её фокус не удался. Сконцентрировав энергию в увесистый снаряд, я швырнула его в чудовище. Тот разбился, расплёскивая жар во все стороны, прожигая в мутном теле химеры тлеющие дыры. Излишки пришлось вобрать обратно, чтобы не устроить пожар.
Поделиться книгой: