Помоги проекту - поделись книгой:
Действительно, странная публичность. Мне всегда казалось, что высшие тёмные не любят распространяться о таких тонких делах, как обретение леот. Это почти как брачная ночь — только в магическом смысле.
— Но для чего ему свидетели, если связь с леотой подтвердит после любая проверка?
— Просто сделай, как он просит — и всё, — строго велела ба. — Думаю, мы всё поймём. И пока не навещай его. Пусть люди думают, что тебе всё равно.
Если бы это действительно было так, мне было бы гораздо проще.
В своей комнате я переоделась к тренировке, прихватила шишку с Гуглом и почти бегом понеслась в зал. Размышляя о том, что упражнения хоть немного отвлекут меня от переживаний за Двэйна, я свернула в один из коридоров и внезапно нагнала Файону.
Некоторое время она шествовала впереди, кажется, не слыша моих шагов, а затем вышла на длинную террасу, с которой было видно главный двор. Повинуясь всплеску любопытства, я последовала за ней. Если она шпионит, то и мне не помешает выяснить о ней хоть что-то. Главное, сохранять невозмутимость и дружелюбие.
Правда, с дружелюбием к ней у меня особые проблемы. Даже несмотря на спасение.
Выйдя на площадку, я глянула вниз. Оказалось, у крыльца стояла карета, а запятки её как раз грузили саквояжи и чемоданы с вещами Гленны. Сама же Лягушка печально наблюдала за суетой слуг со стороны.
Файона взглянула на меня, показывая, что заметила моё появление, а затем улыбнулась.
— Вижу, вас совсем не расстраивает отъезд подруги, — проговорила я, останавливаясь рядом с ней.
— Я умоляю вас, Эйлин, какая она мне подруга? — баронесса рассмеялась. — Мы были едва знакомы. Просто я не люблю ссор и выяснения отношений на пустом месте.
То, что Гленна для неё пустое место, это было видно, так сказать, невооружённым взглядом.
— Но вы, кажется, были приятельницами? — изобразила я наивность.
— Она была лишь ступенькой на моём пути к цели. Все мы так или иначе такие ступеньки. Главное при этом не забывать о своих желаниях. Тогда можно повернуть ситуацию в свою пользу, — Файона пожала плечами. — Гленна не смогла. И мне её не жаль.
Конечно! Ведь как раз Файона толкала её на поступки, которые раздражали Двэйна всё больше и больше.
— А дорха Ардера вам жаль? Ему сейчас, я слышала, тоже нехорошо.
В выражении лица баронессы совершенно неожиданно проскользнула некая мечтательность. Но затем её словно бы посетила не самая приятна мысль.
— Хотите откровенно? — баронесса развернулась ко мне и облокотилась на перила. — Без Гленны Двэйну будет гораздо лучше. А я способна вытянуть связь с двумя савирами. На Лию надежды мало: она уже нашла себе мальчика своего уровня. И это справедливо! Мне даже делать ничего не придётся — она сама отвалится. Так уж вышло, что я появилась в Гитморе вовремя. И помогу Двэйну вернуть его силу. Это гораздо лучше, чем жалость.
— Но леот, способных вытянуть больше одного савира, ни у кого из тёмных магов нет, — стараясь сохранить тон безразличным, заметила я.
— Значит, я буду первой, — хмыкнула Файона. И вдруг как будто спохватилась. — Слушайте, вам что, поговорить не с кем? Впрочем, ладно… После приказа императора вы для меня безвредны. Я не слепая и прекрасно вижу его отношение к вам. Но… Думаю, вся его привязанность скоро пройдёт. Мужчины охотники. Но и они порой устают от погони. Когда понимают, что цель так и останется недостижимой. Поверьте, вы только тянете Двэйна назад. А я помогу ему достигнуть гораздо больших высот. Скоро вы в этом убедитесь.
Файона ушла, оставив меня размышлять над её словами. Я постояла на террасе ещё, наблюдая, как карета с Гленной внутри выезжает со двора, а затем вновь отправилась на тренировку.
На целых два дня Двэйн отгородился ото всех, словно хотел разобраться в себе и в том, что с ним происходит. Я не рисковала соваться к нему — не столько ради сохранения пресловутой “дистанции”, сколько ради его спокойствия.
Но, чем дольше Двэйн молчал, тем чаще я сама о нём думала. Пока наконец Гитмор не всколыхнуло известие, что назавтра готовится ритуал инициации леоты. И раз на него нас так настоятельно пригласили, идти всё же придётся.
— Нет, я отказываюсь верить, что дорх Ардер решил связать себя с Файоной! — Айне переживала за него прямо как за родного.
Уже завязав поясок на платье, она резким движением распустила его и отбросила в сторону. Кажется, идти на ритуал никому из нас не хотелось. Сборы шли вяло, хоть Одуванчик должен был прийти за нами в любой момент.
— Девочка моя, — вздохнула ба, — это только вопрос выгоды. Сейчас дорх Ардер ослаблен, и он пойдёт на многое, чтобы восстановиться.
Айне поморщилась — с того момента, как её освободили от метки, она вдруг стала заметно нетерпимее относиться к любому притеснению свобод. Надо же, как изменило её взгляды знакомство с Каданом Гардом! Как же он там теперь? Скучает, наверное, в родовом поместье, где нет тех, за чей счёт можно было бы самоутвердиться!
С горем пополам мы всё же собрались. Джед проводил нас к месту проведения ритуала — в совершенно незнакомую часть замка. Вниз и вниз, в самые его глубины, наполненные ощутимой тёмной энергией. Смутное дежа-вю одолело меня, когда я ступила в распахнутые двери просторного зала. Здесь не было окон, чаш с огнём, с потолка не свисали кованые люстры: лишь от частокола колонн исходило мутноватое сияние, отчего всё вокруг выглядело почти нереальным.
Ритуальный зал Гитмора очень походил на тот, где нам с Айне снимали метки Кадана. Только стены здесь были серыми, а не белоснежными. В глубине храма стояла такая же пустая арка. Ничего лишнего.
Все приглашённые свидетели рассеялись по сторонам и в столь строгом, монументальном окружении казались хрупкими фигурками. Самым спокойным из всех выглядел Бэйв: он-то наверняка наблюдал не один ритуал инициации. Остальные явно нервничали — переглядывались и перешёптывались.
Где-то грохнули двери — стало тихо. Мимо каменной арки, ведя Файону за руку, прошёл Двэйн. Одет он был вовсе не торжественно — скорее по-походному. Как будто собрался в трудное путешествие. Практичная одежда, никаких эффектных плащей, загадочных капюшонов и балахонов в пол.
Баронесса явно гордилась собой, а ещё — как показалось на мой особо придирчивый взгляд — трепетала от близости претемнейшего. Даже немного краснела, что наводило меня на совсем уж нехорошие мысли.
Чем это дорх Ардер занимался в эти дни? И как мне теперь не страдать над этой загадкой? Некоторое время я разглядывала их крайне внимательно, пытаясь уловить признаки сближения а может ещё чего похлеще. Пока бабуля не дёрнула меня за юбку сзади.
— Прекрати таращиться! Ты Файону взглядом подожжёшь!
Это я могу! И, пожалуй, мне этого сейчас очень хотелось бы.
Гуглу, видимо, тоже стало интересно. Незаметно для других он пролетел по залу и уселся на голову стоящему чуть впереди Шерку. Места получше, конечно, не нашёл! Но воздушник, к счастью, ничего не почувствовал.
Что-то тихо обсудив с недолеотой, Двэйн подошёл к наблюдателям. Плавными движениями пальцев, он вывел в воздухе связку мерцающих символов, и перед нами прямо из пола медленно выросла прозрачная защитная стена.
— Что бы вы ни видели перед собой, — проговорил он громко, — не вмешивайтесь. Это может нарушить баланс магии и навредить вам.
Вот тут моё тревожно вздрагивающее сердце заколотилось с такой силой, будто я уже вмешалась, куда не надо, и теперь не могла это исправить. Попыталась поймать взгляд Двэйна, чтобы успокоиться — всё будет хорошо! — но он быстро отвернулся.
Файона ждала его у возвышения арки. Он остановился напротив и чередой заклинаний создал с ней зыбкую на вид тёмную связь. Отошёл — и магическая цепочка протянулась от её рук за ним, словно нити марионетки.
Теперь претемнейший заговорил. Арка ожила, распахнулась, открывая ход в какой-то жутко-нереальный мир. Он пополз наружу, заполняя зал грозовыми тучами, клубящимся мраком. Мы словно оказались в виртуальной реальности, от которой нас защищала лишь тонкая магическая завеса.
Какая-то пара минут, и бесформенная сила, простреливающая воздух тонкими молниями, вдруг начала вытягиваться в фигуру огромной сумрачной птицы…
Поначалу я подумала, это тот самый сокол, которого хотел вернуть Двэйн. Но нет. Это оказалась гигантская химера с плоским шипастым хвостом, похожим на крокодилий, и такой же хищной пастью. Явно не то, что нужно. Сразу это понял и сам претемнейший. Он утробно произнёс длинное заковыристое заклинания и выстрелил в непрошенного гостя похожим на пушечное ядро сгустком силы. Химере это не понравилось. Она отшатнулась, усиленно заработала крыльями и кинулась к Двэйну с удвоенным рвением.
Кажется, она хотела бы добраться и до нас, её испепеляющий взгляд то и дело обращался в сторону наблюдателей. Только претемнейший стоял на пути порождения Хаоса, не давая сделать лишнего манёвра.
Магические снаряды полетели в птицу один за другим. Я сделала шаг вперёд в бездумной попытке быть сейчас ближе к нему. Наверное, зря — ему теперь помогает Файона. Её слегка шатало — скорее от ударных волн силы, чем от усталости, но она даже с места не двигалась.
— Ты посмотри, — словно бы прочитав мои мысли, задумчиво проговорила ба. — Как будто её приколотили.
Айне покосилась на нас с лёгким осуждением. Она то и дело обмахивалась веером, хоть вокруг было скорее промозгло, чем душно, и кусала губы от волнения. Но и мне с каждым мигом становилось всё труднее дышать. И зачем я только надела сегодня этот дурацкий корсет? Кажется, сейчас шнуровка треснет.
— Это что же… — пробормотала сестрица, склонившись к плечу Нэссы, — если бы я всё-таки дошла бы до ритуала с Каданом, всё было бы так же?
Видимо, наглядная демонстрация участия потенциальной леоты в обретении савира немало её напугала.
— Нет, что ты… — отмахнулась ба. — Кадану светила бы разве что борьба с голубем. Связываться с такими трусливыми, подлыми людишками сильные порождения Хаоса брезгуют. Да он и сам не смог бы вызвать столь мощного савира. Скорее напрудил бы в штаны от напряжения.
Бэйв, который стоял чуть впереди нас, оглянулся, тихо хмыкнул, глянув на графиню, а она развела руками с видом “что я такого сказала?”.
Тем временем борьба с химерой продолжалась. Она никак не желала уходить и мешала призыву другой сущности. Мгла расползалась в стороны — напряжение нарастало вместе с тем, как исходило время, отпущенное на открытие канала. Если Двэйн упустит момент, когда Хаос нужно остановить, это будет уже невозможно.
Но наконец кродилова химера сдалась. Тихо воя — а может быть все звуки для зрителей приглушал щит — она последний раз угрожающе щёлкнула зубами и пропала в глубинах чернильной тучи, из которой появилась.
Двэйн постоял, опустив руки, чуть встряхивая их и разминая шею. Разгонял магические потоки, которые, как я знала по тренировкам, при перенапряжении буквально забивали мышцы.
“Ну чего он медлит?! — не выдержал Гугл, как болельщик на стадионе. — Хаос прёт во все щели! Ух, мы бы ему задали! Верно, Есенька?”
— Это на что ты мне намекаешь?
“Я так… гипотетически. Окажись ты на месте этой фифы, всё закончилось бы гораздо быстрее. Эх, как я не люблю савиров, а с тремя тёмному сейчас было бы легче”.
Тут я даже спорить не стала.
От переживаний за Двэйна у меня холодели ладони — хоть внутри бурлил целый котёл с лавой. Я сделала ещё несколько шагов к завесе. Если вдруг претемнейший не справится — такое тоже может быть! — нужно будет вмешаться.
Но Двэйн уже отдохнул. Вновь принялся выписывать замысловатые магические знаки, нить за нитью вытягивая из общей бури Хаоса нужное. Сумеречные, но искрящиеся золотом цепи всё ещё связывали его и Файону. В миг затишья я успела задуматься над тем, что будет, если она и правда станет его леотой.
Нужно признать: это действительно может случиться. В затруднительном положении порой приходится брать то, что дают.
— Ох, мамочки, — тихо простонала Айне. — Я точно такого не вынесла бы! Свалилась бы в обморок… Ещё в самом начале.
Джед покосился на неё и осторожно, но вполне заметно для остальных, взял за руку. Впрочем, остальным не было до них никакого дела. Все завороженно наблюдали, как из ничего собирается огромный клубок Хаоса, а затем обретает узнаваемую форму огромного сокола. Наконец-то!
Я уже сама мечтала, чтобы этот кошмар поскорей закончился!
Сокол за время “разлуки” подпитал силы в привычном мире и стал заметно больше. Его крылья раскинулись от одной стены храма до другой, а изогнутый клюв навис прямо над головой Двэйна.
Но тот ничуть не оробел, не дрогнул, его спина осталась такой же прямой, а подбородок — упрямо вскинутым. подходя ближе, он тихо произнёс заклинание, будто хотел успокоить птицу. Но сокол лишь таращился на него раскалённым взглядом, будто вовсе не узнавал.
“Какая незадача, — вздохнул Гугл. — Похоже, он уже не ждал встречи”.
Немного поразмыслив, птица вдруг издала клёкот, от которого все тихо ахнули, а у меня на голове шевельнулись волосы — и ринулась на Двэйна. Но сильная связь с Хаосом ещё мешала соколу двигаться свободно. Он будто выползал из вязкой смолы.
В это время Двэйн поднял руки и резко встряхнул ими, словно готовился к построению сложного подчиняющего заклинания. И вдруг цепи, что связывали его с Файоной, оборвались! Тёмная их часть просто растворилась, а та, что состояла из магии баронессы, осыпалась на пол полупрозрачными искрами.
Недолеота неверяще оглядела свои руки, пощупала запястья — и её заметно передёрнуло от ужаса. Через миг она бросилась к претемнейшему, но он резко развернулся и остановил её, заключив в плотных защитный кокон.
— Ты нарочно?! — завопила она так громко, что было слышно каждое слово. — Ты нарочно, да?
Но на лице Двэйна ни один мускул не дрогнул.
— Связь оборвалась, значит, ты не готова стать леотой, — холодно бросил он. — Я справлюсь сам.
— Что он делает?! — шёпотом возмутилась ба. — Без поддержки леоты это чудовище его раздавит!
Я внутренне вздрогнула от её слов, почти прижалась к защитной стене — лишь какие-то остатки благоразумия останавливали меня от того, чтобы её коснуться. Но на меня уже никто не смотрел — все замерли в напряжении.
Сокол окончательно обрёл свободу движения и, ударив крыльями, окутал Двэйна вихрем грозовой силы. И лишь за секунду до этого я заметила, как тот успел развернуть сеть подчиняющего заклинания.
Но уловка Двэйна не прошла — как ни в чём не бывало, сокол просочился между толстыми жгутами силы и вновь обрёл форму. Привратнику пришлось отступать, выматывая птицу постоянными ударами тёмных снарядов. То тут, то там в теле сущности появлялись дыры, но быстро стягивались. Сокол то нападал — и тогда Двэйн исчезал в потоке его энергии — то отступал, чтобы подпитаться от бесконечного источника.
Оказалось, Привратник тоже черпал силы — но теперь не от будущей леоты, а из Тьмы, которая и помогла ему открыть портал. К его рукам стягивались сумеречные нити, опутывали руки, впитывались в тело. Это происходило постоянно — и вскоре Привратник стал похож на императора, вечно источающего мрак.
В очередной раз сокол кинулся на претемнейшего, тот предугадал его движение и вновь попытался опутать заклинанием. На этот раз ему удалось лучше. Крылья птицы потеряли лёгкость, она начала падать, дёргаясь и сопротивляясь приказу смириться. Мне уже показалось, что финал схватки близок, даже Файона перестала плакать, сидя на полу в бессилии что-то сделать. Защитный купол не давал ей сдвинуться с места.
Наконец сокол сел перед Двэйном, прижав крылья к бокам. Его недовольный клёкот разрывал уши — наверное, он бранился самыми нехорошими словами.
Привратник приблизился. В его руках материализовалось что-то вроде лассо, сотканного из самых мощных заклинаний подчинения. Сокол глазел на него недоверчиво, почти безумно, пытался отойти назад, но не давала навалившаяся тяжесть.
Наконец он замер, а претемнейший остановился напротив. Взмахнул рукой, чтобы накинуть петлю на шею птицы — но та дёрнулась, высвобождая одно крыло, и “подсекла” Двэйна хвостом.
Моё сердце захлебнулось в собственном бешеном стуке. Перед глазами всё поплыло. Я вдохнула и выдохнула, стараясь успокоиться, вновь посмотрела в зал — как раз в тот миг, когда огромный раскрытый клюв сокола разорвал последний целый кусок сети.
Сущность встряхнулась, сбрасывая обрывки заклинания, уклонилась от лассо, которое Двэйн ещё попытался на него накинуть — и бросилась назад — в гущу Хаоса.
“Да ну! — недоверчиво буркнул Гугл. — Он что, испугался человечка?”
Такого “человечка”, как Двэйн Ардер, честно говоря, испугался бы любой.
Привратник не пожелал смириться с побегом савира, которого он вынул из канала такими усилиями. Побежал за ним, раскручивая петлю заклинания. И тут птица развернулась и буквально проглотила его.
Нет, разумом я понимала, что сокол не совсем материален и не может съесть Двэйна, как какого-нибудь червяка. Но моё измученное волнением тело само качнулось вперёд. Я прижала ладони к завесе и моментально прожгла её, как тряпку.
“Эй, ты куда?!” — завопил Гугл и ринулся следом за мной в прореху, которая затянулась прямо следом за нами.
— Эйли! — приглушённо донеслось мне в спину.
Но никто из зрителей не мог преодолеть выстроенную Двэйном стену.
Сделав несколько шагов вперёд, я засомневалась, что мой порыв был верным. Но некогда послушный Двэйну сокол по-прежнему был готов разорвать его на куски — а значит помощь ему нужна.
Если немного ослабить савира, его легче будет подчинить.
“Только, прошу тебя, если не хочешь стать леотой, держи свои магические потоки подальше от тёмных”, — назидательно предупредил меня Гугл.
Что ж, тогда стоит остаться на этом самом месте.
— Подсказывай! — велела я филину.
Он утвердительно буркнул и пропал, его сила наполнила меня умиротворяющим теплом. Спокойнее… Что тут может подойти? Отвлекающие манёвры — не слишком агрессивные, чтобы не сжечь сущность, но достаточно болезненные, чтобы оттянуть её внимание на себя.
Припомнив науку тренировок и изученных книг, я заткнула короткий шлейф платья за пояс и принялась формировать цепь заклинаний. Двэйн ещё не видел меня, но как только в сокола угодил первый огненный разряд, опалив тому крыло, он огляделся, не понимая, откуда пришла помощь. Его глаза сразу наполнились ужасом.
— Уходи! — рявкнул он. — Я же сказал…
Но потерянный савир уже пришёл в себя — и претемнейшему стало не до поучений. Один за другим я выпускала жалящие огненные стрелы, заставляя сущность Хаоса раздражённо вздрагивать и терять концентрацию. Двэйн укреплял подчиняющие сети, но и его силы уходили.
Поделиться книгой: