Помоги проекту - поделись книгой:
— Тебе и правда плохо или ты прикидываешься? — уточнила я.
“А как ты думаешь! Я порождение света. А у этого императора силы больше, чем у всех остальных тёмных, кто тут собрался! Смотри! Тьма из него так и прёт!”
Птиц издал невразумительный звук страдания.
Глава 21
Его величество Тиэрнан Первый опустился в кресло, и все присутствующие сели.
— Не слишком-то я люблю межличностные склоки, — вздохнул император, разглядывая бумаги, которые лежали перед ним на столе. — И мог бы поручить это дело дознавателю, но некоторые обстоятельства всё же вынудили меня рассмотреть этот случай лично. Дорх Гард, — он повернулся к Энгусу. — Вы знали, что финансовые дела вашего сына настолько плохи?
— Нет, ваше величество, я не знал, — тот помотал головой. — Но я уверен…
Тиэрнан поднял руку, прерывая его оправдания.
— Я так полагаю, никто не знал. Какой, однако, неприятный сюрприз.
— Я не хотел впутывать отца в свои проблемы, потому что собирался решить их своими силами, — вступился Кадан. — И не хотел, чтобы пострадала его репутация!
— И поэтому надумали решить всё воровством? — император усмехнулся.
— Вовсе нет! — надулся Гадович. — Всё это пустые обвинения!
— Неужели… А вот Двэйн Ардер, Привратник и один из самых доверенных моих магов, в своём письме утверждает обратное.
— О шишке никто не знал! — вновь завопил Кадан. — И как мог узнать я? Это чистой воды подлог! Меня оклеветали!
— Не правда! — не выдержала я. — Позвольте, ваше величество… О шишке знала моя сестра. И воздействием через метку дорх Гард выведал у неё то, что она не собиралась говорить!
Монарх даже не взглянул на меня.
— Да, лиэса О’Кин написала об этом в своих показаниях, — кивнул он. — Но она лишь предполагает. Самого момента она не помнит. Впрочем, если было воздействие через метку, это не удивительно. Вы же помните, дорх Гард, что подобное недопустимо в отношении леот или будущих леот?
— Конечно, я помню! — гордо вскинул подбородок Кадан. — И не применял…
— Он и на меня пытался воздействовать! — снова заговорила я. — Скажу честно, я всегда была против того, чтобы становиться леотой. Потому что меня никто не спрашивал и не готовил к этому. И поэтому настойчивые попытки дорха Гарда заставить меня принять такое положение всегда заканчивались ссорами. Во время одной из них он пытался подчинить меня через метку! И в тот день, когда была украдена шишка — тоже. Я уверена.
Тиэрнан наконец пристально на меня взглянул. Мантия тьмы вокруг него раздражённо колыхнулась.
— У вас самой немало тайн, лиэса О’Кин, — проговорил он жёстко. — Вы укрывали шишку арморума, которая считается ценным и редким артефактом. Вы скрывали метку Кадана Гарда, утверждая, что она у вас не появилась. Всплески вашей силы опасны и непредсказуемы.
— Это не имеет отношения к тому, что Кадан Гард украл шишку, — заметил Двэйн. От звука его голоса все насторожились. — Да, решение Лиэсы О’Кин скрыть наличие у неё шишки нельзя назвать правильным. Однако в свете необходимости пройти через ароморумный лес к Вратам Ингимона и скорейшего решения проблемы с ними, шишка арморума уже помогла нам и поможет ещё.
— То есть ты против изъятия шишки у Эйлин О’Кин? — уточнил Тиэрнан. — Но это противоречит правилам. Закону!
Претемнейший ничуть не оробел от его грозного возгласа.
— Я против. В ходе наблюдений я уже понял, что с духами арморумного леса у Эйлин установилась особая связь. Возможно, именно они выбрали её как носительницу их семени. Они очень умны. И опасны, если с ними не договориться. И в этом отдельном случае я считаю, что шишка должна остаться у девушки. Под моим надзором, естественно.
— Всё это понятно, ваше величество, — вновь напомнил о себе Кадан. — Но я уверен, зная о ценности этого артефакта, лиэса О’Кин просто использовала его и близкое знакомство с Арро Снорком, чтобы оклеветать меня и довести до этого!
Он обвёл кабинет взмахом руки.
Император взял со стола один из листов и внимательно пробежался по строчкам взглядом.
— Хм… Ваши слова подтверждают леоты Двэйна Ардера. Конфликты, ссоры… Прилюдные угрозы “сжечь в пепел” и обещания “я никогда не буду вашей леотой”. К тому же близкие отношения с Арро Снорком, который имеет доступ ко многим деловым контактам отца…
— Всё это было лишь ответом на недостойное поведение дорха Гарда и его вопиющие попытки меня подчинить! — отрезала я. — Я уважаю себя и не готова была терпеть такое отношение. Да, я бываю импульсивна, но никому ни разу не причиняла вреда намеренно! Что же до шишки… Я посчитала, что должна сохранить её, ведь то, что я нашла её в лесу во время короткой остановки, означает, что это было не случайно.
Император приподнял брови, слушая меня, а Рошин усмехнулся.
— Позвольте, ваше величество! — заговорил Арро, храня невозмутимый вид. — Со своей стороны скажу, что всё сказанное дорхом Гардом и леотами — лишь домыслы и сплетни. Между нами с лиэсой О’Кин никогда не было никаких отношений, кроме приятельских. Мы в одном отряде и вынуждены общаться. Однако это не означает ничего большего. Да, Эйлин попросила меня помочь забрать шишку из Лиги артефакторов. Добровольно они её не отдали бы. И я мог это сделать. Шишка оказалась там не по её воле. Я разговаривал со сведущими людьми. И они утверждали, что шишку туда передал именно Кадан Гард.
— Это ложь! — рявкнул тот.
Но отец резко дёрнул его за рукав, призывая замолчать — и он сник. Несколько секунд в кабинете стояла почти полнейшая тишина. Только скрипело перо, когда секретарь императора что-то строчил в толстой записной книге.
Я уже собралась вновь выступить в свою защиту, но Двэйн взглянул на меня так красноречиво, что сразу стало понятно: сейчас его время высказаться.
— Ваше величество, — заговорил он. И я заметила, как сам император внимательно к нему прислушался. Похоже, он и правда очень ему доверяет! — Всё, что я видел своими глазами, все те сведения, которые мне удалось получить после, указывают на то, что Кадан и правда запятнал репутацию столь низким поступком, Мои доверенные люди отыскали тех, кому по сей день должен дорх Гард. Их намерения были крайне серьёзными. И потому после сорвавшейся попытки заработать на продаже шишки, он вынужден был скрываться несколько дней. Всё я изложил в письменных показаниях. Если возникнет необходимость, я вновь свяжусь с этими людьми, хоть это дело малоприятное, и они подтвердят свои слова. Они были осведомлены, что вскоре Кадан Гард планирует провернуть очень выгодную сделку. Он даже получил некий аванс от управляющего Аукционным домом, о чём есть соответствующая расписка, которой Кадан Гард доказывал свою финансовую состоятельность.
— Я так полагаю, этой расписки у тебя нет?
— Кроме долговых, которые нашлись в столе, нет. Скорей всего, она хранится где-то самого Кадана, но повторный обыск его вещей и комнаты ничего не показал. Впрочем, у меня также нет повода подвергать сомнению слова тех лиц, перед которыми Кадан Гард имел долговые обязательства.
Император вздохнул.
— Ещё кто-то желает высказаться? — он обвёл всех взглядом. Но каждый, на кого смотрел, мотал головой или опускал очи долу. — Что ж. Я принял во внимание все мнения. Кое-какие моменты мои люди выяснят подробнее и доложат мне лично. Но уже сейчас я готов признать, что решение тут возможно только одно, — он сложил листки с показаниями аккуратной стопкой. — Айне и Эйлин О’Кин освобождаются от меток Кадана Гарда и с этого дня могут считаться свободными от обязательств перед ним. Сам Кадан Гард лишается возможности обрести новых леот или кандидаток в них сроком на год. Он отправится в родовое поместье под присмотр отца, который обязуется разобраться с долгами сына и предоставить мне полный отчёт о всей ситуации. Думаю, больше участие Кадана Гарда в деле разбирательства со Вратами не требуется?
Император посмотрел на Двэйна.
— Нет, не требуется. Всё полезное он уже давно мне сообщил. Дальше от него были только проблемы.
Двэйн пытался сдержаться, но я видела, как просветлело его лицо. Да и я пока не могла поверить в то, что это наконец случилось! Я буду свободна хотя бы от метки Кадана! Да, других моих проблем это не решает, но и то, что есть, уже огромное облегчение.
— Хорошо, — Тиэрнан кивнул. — Но также я вынужден учесть сложную ситуацию с магией Эйлин О’Кин и ажиотажа вокруг её персоны. Её потенциал до сих пор не ясен, проблемы с контролем вызывают беспокойство. К тому же невозможно не помнить о истории и репутации её семьи. Поэтому я накладываю вето на любые попытки кого-то из тёмных магов сделать лиэсу О’Кин своей леотой. Она остаётся подмастерьем Двэйна Ардера и кандидаткой в Стражи. До моего особого распоряжения. И любая попытка без моего ведома поставить ей метку и принудить стать леотой будет караться.
— Позвольте, ваше величество, — подал голос Рошин. — В связи с вашим решением, я вынужден отметить, что Двэйн Ардер был первым в списке желающих сделать Эйлин О’Кин своей леотой.
— Да, мой запрет распространяется и на его желания тоже, — сурово сдвинул брови Тиэрнан.
Двэйн сохранил невозмутимый вид, словно его это никоим образом не задевало. Но его сомкнутые в замок руки на миг напряглись — я успела отметить краем глаза. И словно бы пытаясь скрыть невольное проявление гнева, претемнейший расцепил пальцы и коротко коснулся серьги в ухе.
— К тому же, — продолжил принц, — не так давно к нему приехала Файона О’Брис. Чтобы занять освободившееся место его леоты. Но по сей день в этом направлении Двэйном не было предпринято никаких движений. Думаю, этот вопрос требует скорейшего разрешения. От Привратника во многом зависить общая безопасность!
— В чём причина задержки ритуала? — уточнил император без особого интереса.
— В наличии других важных дел, которые необходимо было решить в первую очередь, — без запинки ответил претемнейший.
— Покупка акций сОлидного рудника, махинации в Аукционном доме — это более важные дела? — рассмеялся Рошин. — Однако…
— Всё это делалось только в интересах Империи и порученного мне задания, — вновь отрезал Двэйн с полнейшей непоколебимостью.
— Тогда, — император откинулся на спинку кресла, — в интересах Империи и порученного тебе задания, сразу по возвращении в Гитмор ты проведёшь ритуал инициации леоты. Вернёшь сокола или обретёшь нового савира — для лучшей защиты Врат, конечно. И доложишь мне. Я буду ждать.
— Как скажете, ваше величество, — глухо ответил Двэйн.
Его взгляд ожесточился, но больше он ничем не выдал негодования. И странным образом приказ императора больно ударил и меня тоже. Это как будто не моё дело, но я ощущала разочарование Двэйна, как своё. Лживая Файона не принесёт в его жизнь ничего хорошего!
— Тогда считаю обсуждение этого вопроса оконченным. Все могут идти. А сестёр О’Кин я приглашу дополнительно — для снятия меток.
Все загремели креслами, вставая со своих мест. Выходя из кабинета, я поймала Арро за локоть, останавливая.
— Спасибо! — шепнула так, чтобы слышал только он.
Водник дёрнул плечом, словно хотел скинуть мою руку. Но всё же ответил:
— Я же сказал, что поддержу тебя. Тем более мне не пришлось врать.
— Ты не хочешь вернуться в Гитмор?
— Пока нет, — он взглянул на меня сверху вниз и пошёл впереди.
Как-то незаметно Двэйн проводил меня до комнаты. Мы не разговаривали — он просто шёл рядом, размышляя о своём. Его напряжение ощущалось возросшим фоном тёмной магии, что исходил от него. Казалось, он сейчас дымиться начнёт, как император.
Гугл по-прежнему не высовывался, будто был в обмороке.
— Плохо, что его величество так ничего и не сказал о шишке. Разрешит ли он её оставить? — заговорила я первой, когда мы остановились у двери.
Изнутри раздавались приглушённые голоса Айне и ба. Волнуются.
— Я спрошу у него, — отстранённо бросил Привратник. — И прошу вас, как только Тиэрнан позовёт вас с сестрой для снятия меток, сразу сообщите мне. Никуда без меня не ходите.
— Хорошо, — я кивнула, чувствуя облегчение от того, что мне не придётся идти туда без его защиты.
— Знаете, — вдруг добавил Двэйн, — я кое-что обдумал. За нами всегда наблюдают — особенно здесь. Рошин уже понял, что именно вы — главное моё уязвимое место. Моя слабость. И если он хочет каким-то образом мне навредить, значит, будет давить через вас. А я вёл себя очень опрометчиво в последнее время. Боюсь, теперь я вынужден буду держать соответствующую дистанцию. В первую очередь, ради вашей безопасности.
В груди словно что-то оборвалось, дышать стало труднее, а горло сжалось от жгучей горечи. Я не выдержала — опустила взгляд.
— Думаю, это правильно — прекратить это сейчас и насовсем, — щёки вспыхнули.
— Впредь можете не беспокоиться, я обещаю держать себя в руках. Вы моя ученица — не более того, — слова Привратника прозвучали особенно холодно, словно за короткое время, что мы шли от кабинета до комнаты, он успел выстроить внутреннюю стену.
Двэйн кивнул мне и пошёл обратно. Прижав ладонь к губам, я сползла по стенке и села рядом с дверью на старательно вычищенный слугами ковёр. Прямо сейчас идти к сестре и бабуле не могла. Нужно успокоиться. И если кто-то и правда наблюдает — пусть. Пусть убедятся, что отношения между нами с дорхом Ардером, о которых ходит столько сплетен, разрушены.
Так будет лучше для всех.
Двэйн вернулся к себе, уже на сотню раз прокрутив в голове всё сказанное на встрече с Тиэрнаном. От договора с собственной совестью о том, что сейчас нужно держаться от Эйлин подальше, на душе становилось паршиво.
Но сейчас нужно расквитаться с леотами, которые пытались её очернить вместе с Каданом Гардом. Если они считают, что это сойдёт им с рук, они ошибаются!
— К вам тут… — сразу у порога встретил его камердинер.
Тревожно улыбнулся, словно встретил самого императора.
Оказалось, в гостиной Двэйна уже ожидали. Он прошёл дальше — сидящий на диване спиной к нему мужчина обернулся. Неожиданно!
— Я думал, ты далеко, отец. По делам государственной важности.
— Здравствуй, Двэйн, — мужчина встал и, подойдя, заключил его в крепкие, но слегка торопливые объятия.
Словно опасался, что тот успеет от них уклониться. Вырываться всё же пришлось. Двэйн одёрнул сюртук, чуть помятый ручищами отца.
— Так что тебя привело?
— Тоже дела. Наместнику приходится порой обсуждать важные вопросы с его величеством. Но так вышло, что приехал я в нужное время.
Он вернулся на своё место. Двэйн остался стоять.
— Кажется, мои дела в последние годы мало тебя интересовали. Даже император знает больше. Впрочем, я рад, что ты решил проявить участие.
— Я многое успел узнать. И да, мне жаль, что Алише пришлось уйти. Впрочем, Файона О’Брис станет хорошей заменой. Она, пожалуй, сильнее, хоть направление её магии не особо мне нравится. Мерцающие непредсказуемы.
Отец отпил из стоящей рядом с ним на столике чашки.
— Особенно если она в сговоре с принцем Рошином, — заметил Двэйн. — А теперь ещё и приказ Тиэрнана вынуждает меня как можно скорее провести ритуал, которого я не хочу. Отрезает меня от девушки, которая…
— Ты дожен понимать, что здесь мало решают чувства, — голос мага стал холоднее. — Теперь ты Привратник. И должен думать в первую очередь о безопасности государства! Файона — отличная опора с хорошим, частично развитым потенциалом. А Эйлин О’Кин…
— О! — воскликнул Двэйн. — Так ты и правда успел многое узнать. Я удивлён. Но уже догадываюсь, кто именно преподнёс тебе все подробности моей жизни. Рошин?
— Это неизбежно, — пожал плечами отец. — Он следит за твоей жизнью, и это правильно. Он наследник! И должен быть в курсе дел подданных. Вам пора забыть старую вражду.
— Почему ты не скажешь об этом ему? Он мутит воду и никак не может оставить меня в покое. Он лезет в мои планы и всеми силами пытается повернуть их так, как выгодно ему!
— Сейчас я понимаю его беспокойство. И беспокойство Тиэрнана! — начал злиться маг. — Как ты мог спутаться с девицей О’Кин! Ладно пожертвовать никчёмным Каданом Гардом ради того, чтобы держать её в узде… Но своим сыном я жертвовать не желаю! Если Тиэрнану хочется, он может отдать её Слоанну. Раз уж тот лишился одной кандидатки. Но в таком случае я удивлюсь опрометчивости его решения. Эта огневичка кого угодно доведёт до беды.
— Я так не считаю, — Двэйн покачал головой.
Отец скептически усмехнулся.
— Ты просто не был знаком с её дядей.
О нём до сих пор ходили чудовищные слухи — но возможно, их только приукрасили со временем. Пожалуй, Эйлин по силе магии даже превосходила Бриана О’Кина. Только об этом лучше не знать никому — как можно дольше.
Поделиться книгой: