Десерт для динозавра

— Про двести лет я точно ничего не говорил. — Вот же ж гад, нарочно издевается. По каменной роже не видно, но я-то по внутренней связи чувствую, что Кекс уже ржет.

Веник возмущенно вытаращил глаза, кусты слева от аллеи зашебуршали активнее, подол сначала исчез, а потом вылез из-под листьев поближе к нам. И только тут вредный динозавр наконец закончил мысль:

— А вот про сто — могу подтвердить. Ты еще даже минимально с собственными боевыми особенностями не разобрался, какие тебе привязки, даже форма на каждой тренировке чуть-чуть изменяется. Стабильности нет, и, пока не проработаешь контроль, она не появится.

— Понял, учитель! — обрадовался Веник. И вслух, громко так, в сторону кустов повторил: — Никаких привязок! Плохой контроль!

Платье с рогами из веток однозначно надо придумать — вон уже и первая покупательница в наличии. Эта заплатит, не торгуясь, или я не с первого курса в одной группе с Офелией учусь. Даже если весь мир будет против, а показатели совместимости уйдут в минус, она на одном упрямстве их дотянет до нужного уровня и будет приставать к Венику до победного.

Но тут нашла коса на камень. Наш с Кексиком Грабель сам кому хочешь по упрямству фору даст. Хи! А ведь по факту-то они с Офелией похожи, и самое смешное, если Веник позволит измерить процент совместимости, он может оказаться гораздо выше, чем оба ожидают.

Но Веник в паре с Офелией к диагносту на три парсека не подойдет, просто потому, что наша прямолинейная завоевательница с самого начала допустила две грубые ошибки. Сначала задела его гордость, а потом попыталась надавить силой. Он от нее тоже будет шарахаться до последней капли скверны, ибо весь из себя независимый Грабль и нефиг тут всяким ду… Офелиям нос задирать.

«Ну, лет на десять развлечений мы себе устроили», - хмыкнул по ментальной связи Кекс, глядя на две практически одинаковые надутые физиономии: обладатель одной из них гордо вышагивал рядом с учителем по дорожке, а вторая высунулась из кустов, встретилась со мной глазами и тут же спряталась.

«Ты ж не разрешил привязку на сотню», — прищурилась я.

«Не выдержат. Ситуация стандартная на самом деле. — Он взглянул на ребят с некоторой ностальгией, явно вспоминая кого-то другого. — До конца учебы будут развлекать народ, но, как только окажутся порознь, оба поймут, что им друг друга не хватает. Болезненно не хватает».

«Где-то такое видел?» — меня интересовала не столько сама история неизвестной парочки, сколько реакция и эмоции моего Оружия. Смаковать их вот так, с близкого расстояния, не скрываясь, — настоящее удовольствие.

«И не раз. Потомки у меня достаточно… разнообразные». — Он слегка покачал в воздухе ладонью.

«А мне кажется, Офелия слишком сильно нос задирала и до сих пор ведет себя неправильно, — по некотором размышлении сказала я. — Она продолжает давить, и ей даже в голову не приходит, что можно иначе. Так что бегать от нее Веник будет дольше».

«Маленькая еще, — как само собой разумеющееся констатировал Кекс. — А грабли хорошо жизни учат. Что ментальные, что… материальные».

«Думаешь, она за десять лет настолько поумнеет, что сообразит поменять тактику?» — засомневалась я.

«Думаю, да».

«А спорим? — Меня вдруг разобрал азарт, а еще стало смешно, очень уж воинственно сопел идущий рядом Веник. — Спорим, что больше десяти лет будут воевать?»

«При твоем полном невмешательстве? И прямом, и косвенном?» — сразу уточнил прошаренный в спорах динозавр.

«У-у-у-у! Ну ладно. Я думаю, там и без меня хватит… развлекаловки».

«Не лезь вперед древнего в черную дыру», — пожурил меня Кекс.

«Испугался, что проспоришь? — продолжала подзуживать я. — Тогда сдавайся сразу!»

«Хм, давно-о-о меня маленькие девочки на слабо не брали. Беги уже на занятия».

«Нет, сначала тогда признай, что я выиграла!» — уперлась я, больше в шутку, конечно, но и немножко всерьез. Ибо нефиг маленькими девочками обзываться.

«А что мне за это будет?» — озорно подмигнул тот.

«Тебе?! — весело поразилась я Кексову нахальству. — Это мне будет! Выигрыш!»

«Ладно, признаю… признаю, что и пяти лет не пройдет, как официально о привязке объявят».

«За каждый год сверху ты должен мне желание! — деловито предложила я, поплевала на ладонь и протянула ее своему Оружию.

«Только в том случае, если твоими пакостями там и пахнуть не будет», — Кекс тоже плюнул на свою ладонь, при этом сохраняя на морде непрошибаемо-серьезную вывеску. Пожал мою руку и велел Венику:

— Разбей.

И только после того, как удивленно моргающий Грабель подтвердил наше пари, Кекс демонстративно вытер лапу о штаны. И подмигнул мне.

— Ох уж эти ваши новомодные привычки. Нет бы что хорошее придумать, они на ладошки плюют. Брысь на занятия, оба!

Я радостно захихикала, схватила Веника под локоток и вприпрыжку потащила в сторону учебного корпуса. Поскольку наш Граблик за эти дни ко мне немного привык, брыкаться он не стал, только покосился на возмущенно зашелестевшие кусты и еще выше задрал нос.

Хи-хи! А пари-то я выиграю!

В целом учебный день прошел веселее, чем обычно. Академия просто гудела от множества разных слухов, кто-то уже знал о моей заявке на самостоятельность, кто-то нет. Некоторые особо ушлые и продвинутые персонажи были в курсе нашей привязки с Кексом, но большинство точной информации не имело и шаталось во мнениях между «охренеть!» и «да быть того не может!».

Веник, сообразив, что прямо при мне его насиловать не будут, всю дорогу доводил Офелию до белого каления, демонстративно таскаясь за мной хвостом. Претендентка на его вечность наливалась злостью, как поспевающее яблоко, и разве что не плевалась от ярости.

Короче, сплетни, интриги, разборки. И расследования.

Вот только под конец дня во всей этой увлекательной кутерьме вдруг обнаружился один весьма неприятный факт. Я даже на минутку забыла о пари и прочем веселье, бесцеремонно поймала одной рукой Веника за шиворот, другой трущуюся поблизости злющую Офелию под локоток и потащила обоих в родные кусты.

— С ума сошла?! — практически хором зашипели два упрямца, как только опомнились и вырвались.

— А ну тихо! — прикрикнула я. — Кончай балаган, потом подеретесь. В моей сумке кто-то шарился, и этот кто-то явно искал тот самый брелок!

Глава 46

Кетцалькоатль:

С Веником заниматься — одно удовольствие. Я его даже с большинства общих занятий снял, и уговорить на это остальных преподавателей не составило никакого труда. Потому что, во-первых, всё равно ему надо чуть ли не заново работать со своей энерго-информационной матрицей, начиная с упражнений первого курса, а во-вторых, на индивидуальных занятиях мы за несколько месяцев достаточно легко вспомним и пройдем то, на что в академии тратится чуть ли не десяток лет.

Так что именно сегодня утром я сел, затребовал его расписание и перекроил полностью под себя, оставив лишь некоторые теоретические дисциплины для общения с однокурсниками и групповые практические занятия. Пусть социализируется и учится взаимодействию в коллективе. И нечего так сопеть!

Умение увернуться от слишком настойчивого Мастера — тоже важно. Этому, кроме как на практике, нигде не научишься. А что Мастер ему попалась такая же на всю голову граблями стукнутая — ну… судьба. А кроме того, Прародитель никогда не посылает нам испытаний, с которыми мы не сможем справиться. Вениковому упрямому характеру только такая отмороженная до полной несгибаемости девчонка и нужна.

Я сначала всё удивлялся, откуда в слабеньком Оружии столько ослиного упрямства и зверской какой-то, оголтелой настойчивости. Ведь даже подгонять в последнее время не надо: показал упражнение — и остается только следить, чтобы ученик не убился об него от лишнего усердия. Этот же будет повторять до посинения — причем самого натурального, когда человеческий облик становится голубовато-прозрачным от переутомления, а огонь яростной упертости в глазах всё равно горит.

Но потом, после пары бесед с его отцом, я понял, что у них это семейное. Жилистый и неприметный дядька оказался тем еще железным стержнем, он сам себя и свою покойную жену, мать Веника, буквально зубами из таких трущоб вытащил, что даже расспрашивать страшно. И по его меркам добился невероятного успеха: стабильной, гарантированной работы в наипрестижнейшем месте призмы — в академии! Здесь ему и безопасность, и стол, и дом, и учеба ребенка, и, в конце концов, волшебный шанс, за который оба уцепились буквально зубами.

Жаль, мать не дожила… Они ее уже больную сюда привезли и несколько лет еще отодвигали полный распад. Но даже работа в академии не давала столько денег, сколько понадобилось бы на лечение так сильно покалеченного Оружия.

Грустно, конечно, но ни отец, ни сын не собираются этой грустью и болью упиваться. Они помнят и любят, но идут дальше в твердой уверенности, что ими бы гордились и за них бы радовались.

Хорошие Оружия, проще говоря. Оба. Моя удача и интуиция как всегда сработали на отлично, когда выбирал ученика.

— Да ну их, — перебил мои мысли Веник, — всё равно я сейчас ни с одним Мастером не сработаюсь, вектор не тот. А с Офелией тем более. — От групповых занятий он старался отмазаться всеми своими лезвиями. Где-то я его понимал — однокурсники, гнусно хихикая, упорно сдвигались в сторону так, чтобы Веник оказывался точно напротив преследующей его девчонки. Работать в паре, когда одна пытается втихую за привязку пощупать, второй уворачивается и бьется в ответ колючими импульсами, но при этом оба выполняют упражнение на отлично, ибо сделать хуже им самолюбие размером с призму не позволяет… да я бы в жизни лучшего способа прокачать жнецов не придумал!

Но это не значит, что мальчишку нельзя потроллить и потыкать носом в некоторые вещи.

— А что тебе мешает вернуться к обычному состоянию? Облик швабры тебе всё еще доступен, как и обычный вектор скверны. И сразу все отстанут.

— А зачем вы тогда меня учили нынешнему?! — пацан аж запыхтел от возмущения.

Ну да, ну да, он скорее пол-академии Мастеров разгонит, чем смирится с возвратом в прежнее, слабое и никому не интересное состояние. Но тогда придется терпеть домогательства Офелии. А ты как думал, юное Оружие, сила и ранг даются просто так, задаром? Не-ет. За всё надо платить.

Но мы продолжаем занудную педагогику, в лучших традициях загадочного учителя:

— Дай подумать… для увеличения резерва, контроля, мощности… дальше перечислять? Вот когда ты на обоих направлениях потока научишься выдавать одинаковый результат, тогда и Мастера будешь себе сам выбирать. А теперь марш на занятия, сильный и независимый.

— Вот увидите... я смогу! Я ведь теперь даже без Мастера смогу убивать тварей, как и вы! — возмутился парень. Хорошо, что рядом нет не души, — так стратегически важную информацию на всю округу выдавать не дело.

— А оно нам надо? — Я философски посмотрел вверх, оглядывая имитирующий небо академический купол. — Бульон из-под яиц.

— То есть? — не понял меня Веник.

— Уметь… уметь можно. Порой даже нужно. — Я потрепал пацана по макушке. — Но оно нам надо, делать всё самим, в одиночестве? Я уже молчу про невыгодность в плане скверны. Что потратил, то и получил, ну на пару милликубов больше. Так с голоду помрешь раньше, чем заработаешь.

— Бу-бу-бу… — невнятно сказал Веник и нога за ногу поплелся в сторону общего тренировочного комплекса. Предвкушал на ходу новую встречу с настойчивой девицей, не иначе.

Дурень. Я бы вот свою девицу повстречал с удовольствием. М-да. Кошмар, вообще. Четыре часа не виделись, а я уже соскучился. И прикидываю, хватит ли у меня запаса печенек, чтобы в перерыве между занятиями подманить, покормить и потискать. Сносит меня это сочетание умильной детскости и дурашливости при вполне зрелом, взрослом и довольно хитро… м-м-м… устроенном сознании, которое особенно четко ощущается по привязке. А Зефирке явно нравится играть в эксцентричную девочку при древнем, мрачном и брутальном мне. Ну и отлично — чем не парная маска на выход? Ничуть не хуже других. Практически как у Прародителей даже. У этой пары Мастер тоже косит под недалекое, распущенное и беззаботное существо. Тому, кто поверит, я не завидую.

За всеми этими мыслями сам не заметил, как сходил в учебную часть, утвердил окончательно новое расписание Веника, выбил под это дело дополнительное оборудование в индивидуальный тренировочный зал, связался с Натой, выслушал новости о заседании совета по вопросу обратного вектора — надо же, трех тысяч лет не прошло, как раскачались, получил, но не стал открывать три сообщения от родителей Зефирки — два от матери и одно от отца. Потом вместе прочтем, вместе. И вместе же подумаем над ответом. В общем, не заметил, как еще два часа прошло.

Только вышел из административного корпуса с мыслью, что групповое занятие как раз должно закончиться и неплохо бы отловить своего Мастера и осуществить коварные планы, как из кустов на меня буквально вывалился ученик с квадратными глазами.

— Учитель! Бежим! Иначе эти две ду… девчонки сейчас так вляпаются, что даже вы не спасете!

Глава 47

Зефирка:

— А ты уверена? — скептически оглядела меня Офелия.

— Ну не могло же у меня настолько сорвать от любви крышу, что я забыла, как устроен внутри мой родной бардак? — Я потыкала пальцем в неправильно раздраконенное содержимое сумки.

— Может, ты с ней где-то бегала по потолку, с тебя станется, вот всё и перемешалось? — спросил меня Витерис. — Почему это обязательно должен быть похититель?

— А ты откуда тут взялся ваще? — недоуменно уставилась я на друга, заодно окинув взглядом такие же удивленные лица других участников нашего подкустового заговора. Не одна я, значит, не заметила, как некий ушлый индивид увязался следом...

— Да ты с таким загадочно-возбужденным таблом их в кусты тащила, я подумал, тут оргия намечается. С извращениями, — ухмыльнулся Вит. — И без меня? Кстати, вот, держи, — он протянул нам троим ободки с развесистыми рогами из веток, — с платьем еще не закончил… Все-таки я скорее программист, чем кутюрье.

— Хи… — сказала я, задумчиво поскребя в затылке. — Вовремя. А, ладно. Я в целом уже убедилась, что ты к наркоте отношения не имеешь, несмотря на то что пушер на территории твоего клана трется. Так что оставайся. Ты нам даже пригодишься.

— Чего?! — разом охренел Витерис, да и Веник с Офелией вытаращились на меня почти одинаково. — К наркоте?! Пушер? Моего? Ты хочешь сказать, что кто-то торгует на моей территории пылью?! — тут он вдруг резко стал серьезным. — Это… так вот оно что…

Парень криво улыбнулся и, ненадолго прикрыв глаза, тяжело вздохнул.

— Помогу чем смогу, Зеф… Я предлагаю вам свою помощь и ресурсы, Мастер Жанна. Я действительно не знал и, если нужно, могу подтвердить свои слова на том же детекторе. Я так понимаю… именно ради этого в академии сейчас преподает твое Оружие? — Вся веселость с Вита слетела, как смытая дождем нестойкая краска для детских утренников, какой мы по малолетству мазали себе лица в разные клоунские маски.

— Благодарю за помощь, мастер Витерис, я принимаю ваши ресурсы и вашу помощь и обязуюсь не злоупотреблять ими ни в настоящем, ни в будущем, — ответила я ритуальной фразой заключения союзничества. Где-то в самой глубине слабенько пискнул голосок совести, напомнивший, что союзы между кланами без одобрения главы заключать не рекомендуется. Особенно между наследниками. Но его тут же заткнуло следующими словами Офелии.

Эта прямая как рельса девица, ни секунды не раздумывая, шлепнула ладонью сверху на наше с Витом ритуальное рукопожатие и выдала:

— Беру на себя те же обязательства. Тройственный дружеский союз считаю официально подтвержденным.

— Ну вы даете, — через секундную паузу выдохнул Веник. — Оржаветь не встать. Психи. А просто помочь другу никак, что ли?

— Ты не Мастер, тебе не понять, — с привычным высокомерием выдала дура Офелия, но тут же спохватилась и как-то очень по-детски шмыгнула носом, быстро отведя глаза.

Веник моментально надулся. Но не ушел, в основном потому, что, как я понимаю, его сюда не Офелия позвала, а я. А за мной этот странный мальчик считает себя обязанным «приглядывать». Это ж оржаветь, как быстро он набрался таких замашек от Кекса! Давно ли на любого Мастера смотрел снизу вверх и говорил с придыханием? Угу, судя по железному упрямству на роже, так давно, что сам он уже не помнит.

— Короче, дело к ночи! — оборвал эти странные танцы Витерис, отводя от меня взгляд. — Рассказывайте, в чем суть. Мне нужно понять, как можно вам помочь.

— Значит, слушай…

Кратко пересказав эпопею с наркотиками, подслушанным разговором и брелоком в виде души, который сам Вит мне и сделал, я приступила к главному:

— Вычислить этого поганца по косвенным уликам так и не удалось. И променад по рынку пока видимых результатов не принес.

— Как же не принес! — возмутился всю дорогу помалкивавший и явно добиравший недостающие кубы информации Веник. — Ты совсем того?! Да вот же он и есть, результат. Хорошо, что пока только в сумку залезли, а не попытались тебя из-за угла или со спины огреть чем-нибудь тяжелым и просто отобрать игрушку. О чем ты вообще думала, нарываясь на опасность?! Ты вообще наставнику-то хоть слово сказала? А вдруг тебя б прям там… — На лице Грабеля отразились все ужасы того самого «прям там».

— Вот тут упс, не успела, — я покаялась и тяжело вздохнула. — А что ты хотел, мы впервые с привязки нормально одни остались! Не о том вообще разговоры были, сам понимаешь. Ты вон дай Офелии разочек себя поцеловать, сразу про все расследования на свете забудете.

— Щаз-з-з! — злобно зашипел бывший Швабр и кинул на насупившуюся девицу гневный взгляд. — У меня вообще-то мозгов хватает отделять дело от личных взаимоотношений. А с этой… вообще целоваться не собираюсь.

— Ха! — Вот теперь обозлилась и Офелия, и два упрямых ишака встали друг перед другом, яростно семафоря фарами и одинаково пуская огонь и пар из ноздрей. — Да кто тебя спрашивать будет?!

— Слушай… — прошептал Витерис мне на ухо, — а давай я ей лучше одну Метлу подгоню? Пацан хороший, послушный, летающий. Раз уж ее на сельхозинвентаре так перемкнуло.

— Ее на упрямом ишаке перемкнуло, а не на сельхозинвентаре, — хмыкнула я.

— Я могу в чем-то ошибаться, но зачем тогда такое упрямое Оружие? — недоуменно оглядел скрестившихся в поединке взглядами Вит. — Просто потому, что он не хочет?

— Я могу и ошибаться, — передразнила я друга, — но, судя по тому, что Кекс поспорил со мной на желание, что максимум через пять лет они не выдержат и таки сольются в экстазе, у этих двоих охрененный коэффициент совместимости при общем долбоклюйстве. — Сказала — и сама поняла, что права. — Два предмета — нож и ножны, короче. Именно поэтому ни один не уступит первый.

— А разве большой коэффициент не значит, что всё должно быть как на мази? Ну типа… связаны судьбой, любовь с первой охоты и так далее? — Парень оторвал от куста веточку и изобразил что-то абстрактное в воздухе.

— У нормальных жнецов, наверное, так и происходит. А у психов по-разному, — захихикала я. — Что далеко ходить, мой собственный Топор после привязки от меня сбежал. Так что неисповедимы пути Прародителя и детей его. Особенно немножко больных на голову.