Помоги проекту - поделись книгой:
– Бери и за мной…
Сам Борисов подбежал к машине, схватил укрепленный на американский манер между сидениями пистолет-пулемет, затем – рацию.
– Краснодон – один всем, Краснодон один, всем позывным. Стрельба на третьем транспортном кольце, в районе сорок первого километра…
К нему подбежал полиционер из экипажа, показал оружие.
– Двигай за мной… Как звать?
– Саша…
Нурулла увидел, как все пошло не так. Брат Саид перезаряжался – и в этот момент из машины, из джипа – выскочил какой-то мужик, и этот мужик чем-то ударил Саида по голове, хруст услышал даже он, с того места, где он был. Он прицелился и дважды бахнул в мужика. Того бросило вперед, и он накрыл Саида собой.
Он перебежал перед какой-то машиной. Мужик лежал между машинами, здоровый как бык русист. Саид частично лежал под ним, дыша окровавленным ртом, как вытащенная из воды рыба. Даже умирая – русский сделал свое дело, проломил монтировкой череп одному из террористов.
На его глазах – Саид выдернул чеку из гранаты, которую он каким-то чудом достал. Граната – самоликвидатор была у каждого…
Аллаху Акбар!
Нурулла побежал вперед. За спиной – грохнул взрыв…
Бежали люди. Бежали от настигающей их беды.
Когда они в очередной раз перебегали в вязком как кисель потоке машин – он увидел двоих ублюдков, они шли и стреляли… Один справа, другой слева.
На его глазах – бегущую женщину буквально снесло зарядом картечи в спину, ее бросило вперед, и она упала за машины…
Он прицелился. Вместо АК-74, который у него был как у срочника, вместо АК-103 с которым он мотался по Чечне – у него сейчас был Витязь, недавно выдали. Это как огрызок АКС-74У, но под девятимиллиметровый патрон. Ни останавливающего действия нормального, ничего…
А до этих уродов – метров двести еще…
И тут он увидел третьего стрелка – он стрелял по бегущему человеку. Попал.
Можно было бы дождаться, пока они подойдут ближе. Но там, впереди – люди. Люди, которых расстреливают в упор…
К нему перебежал Саша…
– Твою мать…
– Вот именно.
– Пашка на рации, долбит… Остальные щас подскочат.
– Пусть держится у фуры. Если они подойдут – она укрытием для людей будет…
– А мы чего?
– Пригнись и за мной…
Они перебежали вперед. Потом еще раз…
Укрылись за массивной тушей Кадиллака. Открылась дверь, выглянул водитель. Правильно… в машине музыка, звукоизоляция, не слышно там ни х… Пока убивать не начнут – так и будешь сидеть…
– Мужики, вы чего… – высунулся водила.
В этот момент, сзади шарахнуло ружье.
– Вниз! Вниз! Давай отсюда!
Мужик – начал кого-то вытаскивать с заднего сидения – и в этот момент один из стрелков заметил их и открыл огонь. Осыпалось закаленное стекло.
– Твою мать, давай!
Борисов – открыл огонь, прикрывая, мужика.
– Быстрее!
Открыл огонь по ним и второй стрелок, дробь хлестнула по борту, оставляя рваные дыры…
– Шевелись!
Мужику, наконец, удалось отстегнуть детское кресло. Прикрывая его своим телом, он побежал…
– Давай туда! Ложись!
Борисов бабахнул еще раз – и на сей раз ему удалось зацепить одного из террористов, он упал между машинами.
Он перебежал вперед, залег за Опелем. В лобовом стекле – округлившиеся от ужаса глаза какой-то бабы…
– Ложись! – показал он ей.
В этот момент, шарахнуло ружье – баба, у которой видимо от страха переклинило в голове – нажала на газ. Только чудо и реакция – позволили капитану скатиться по капоту.
– Ты, б… е…тая?! Ложись!
Снова бахнуло ружье, на сей раз справа. Капитан почувствовал, что в него попало, упал на асфальт, взвыв от боли. Матерясь – он расстегнул кобуру – метрах в сорока – пятидесяти террорист, тоже раненый, наводил на него ружье.
Грохнуло ружье – и толкнулся в руку пистолет. Еще раз. Еще. Борисов стреляя, и ему казалось, что террорист заговоренный, но нет – восьмая или девятая пуля пришлась точно в голову. Он видел, как террориста опрокинуло назад, и как пуля выбила облачко крови из головы. Он рухнул на асфальт, и уже не шевелился…
Слева загремели очереди – лавируя между машинами, к месту перестрелки бежали ГИБДДшники, с оружием…
Борисов начал подниматься, цепляясь за бок. Кто-то подбежал, и ударил его, точнее даже прыгнул – а другой заорал: «Свой! Ты что, ох…л?!!»
Садовничий – знакомый парень, которого перекинули со спецтрассы за какой-то косяк – помог подняться. Привалил к боку Опеля.
– Сильно? Щас, щас, потерпи…
Злоба – вскипала в душе мутным варевом. Здесь, сейчас, у него на глазах, на его, мать твою, дороге, какие-то отмороженные у…ки расстреливали людей. Это была его земля, мать их всех, и пока будет так, здесь такого не будет…
– Уйди…
Он оттолкнулся… утвердился на ногах. В голове шумело…
– Ща скорая будет!
– Да пошел ты…
Он пошел туда, куда слышались выстрелы – с ужасом он увидел ногу в форменных брюках, за машиной. Все было понятно и так…
– Дай, хоть перетяну…
Капитан устало привалился к какой-то машине. С насыпи стреляли…
Спереди – начали стрелять, по ним. Стреляли русисты…
Ему повезло – он моментально упал на колено, просто инстинктивно. Салават, имя джамаатовское, родное имя Сергей – начал палить из ружья, у него был свежий магазин – и тем самым он отвлек внимание и огонь кяфиров на себя.
Не поднимаясь, он высунулся в проход между машинами и увидел, что мент тоже ищет цели. Он видел его глаза… даже с сорока метров, когда мент увидел, что он в него целится, и в ответ – он выстрелить не успевает…
Ружье бахнуло – и мент повалился на асфальт…
Он повернулся, и увидел, что Салават тоже лежит, но он еще жив и пытается подняться…
Он – опять таки, чисто инстинктивно переместился в крайний ряд, подальше от стрельбы. Услышал выстрелы, автомат, ружье – затем еще автоматы, сразу несколько. И, перевалившись через ограду – первым метнулся к приветствующему покупателей флагами торговому центру.
Четвертый из террористов, Рухолла, настоящее имя Семен – выстрелил несколько раз в бегущих между машинами полицейских, перевалился через ограждение автострады. Побежал к стоянке торгового центра – было видно, как там метались люди. И было видно, как перед ним был кто-то из своих, он тоже бежал к стоянке, но опережал его.
– Подожди! – крикнул он на языке, который думал что забыл, и про который думал, что лучше лаять как собаке, чем говорить на этом языке.
На русском языке.
С насыпи – заработали пистолеты-пулеметы, и Рухолла упал на землю под градом пуль. Попытался ползти, но понял, что не доползет, сил нет. Из последних сил сунул руку в карман, немеющие пальцы нащупали ребристый оковалок гранаты.
– Аллах Акбар! – выхаркнул он вместе с кровью.
И подорвался.
Нурулла услышал за спиной взрыв – но даже не обернулся. Он понял, что русисты боятся стрелять по нему, потому что боятся попасть по своим, на стоянке.
Он подбежал к первой машине, торкнулся – пусто. Вторая… эта не была пустой, Порше Кайенн, на водительском месте – белая как мел молодая девчонка, лицо ее – было белым как ее брючный костюм. Увидев террориста, она завизжала, как резанная… ничего не мешало ей нажать на газ до этого, и движок в четыреста сил вырвал бы ее из этого кошмара – но ее просто переклинило от страха.
Он толкнул ее вперед, поднял ружье и нажал на спуск. Но ружье молчало – выстрела не было.
Шайтан…
Бросив ружье в машину, он вышвырнул телку, сел туда сам. Лихорадочно огляделся – что?! Кнопка. Кнопка…
Он нажал на кнопку – и двигатель отозвался глухим, сытым рокотом. Схватился за руль, нажал на газ – и машину бросило вперед, открытой дверью припечатало эту русскую, сшибая на землю, потом он еще во что-то врезался и дверь вообще снесло.
Стеклянные ворота молла, откуда сочился свет – приближались…
Когда прогремел взрыв, все затянуло дымом – и все инстинктивно упали на землю, укрываясь от осколков. А потом – было уже поздно.
В бессильной ярости – они увидели, как ублюдок подошел к машине. Как он вышвырнул из нее женщину. Один из сотрудников ГИБДД – не выдержал, перещелкнул свое оружие на одиночный, прицелился с колена, готовясь стрелять.
– Не стрелять! Не стрелять!
Внедорожник рванулся вперед, из него, открытая дверь снесла женщину, она прокатилась по асфальту и замерла. Внедорожник, так с открытой дверью, мчался вперед. Врезался в другую машину, но не остановился, рванул дальше – слишком мощный двигатель, слишком велика инерция. На его пути попались двое, с коляской – мужчина успел оттолкнуть женщину, сам перекатился через крышу и мясной лепешкой шлепнулся на асфальт…
– Ко входу…
Борисов, держащийся только на ненависти – вырвал у одного из коллег пистолет-пулемет, повесил за спину.
– Стоять!
Он перевалился через ограждение, поднялся. Ровным и быстрым шагом пошел к торговому центр, затем – даже побежал.
– Твою мать!
– Нельзя! Щас спецназ будет, нас же перестреляют!
– Б…, с. а, ублюдки…
– Вахрушев, чего лупишься. Иди, помощь оказывай, б…
Над МКАД – на небольшой высоте грохотал винтами уродливый из-за необычных наростов в носу и по бокам Ми-171М6 – вариант для высадки и эвакуации разведывательно-диверсионных групп в экстремальных условиях. В десантном отсеке – поднятая по тревоге офицерская группа девятьсот первого батальона спецназа, расквартированного в Подмосковье – в последний раз проверяла свое оружие. Широченный боковой люк был открыт, пристегнутый подвесной системой снайпер выполнял роль наводчика, потому что о точном месте, где идет перестрелка – ничего не было известно.
– Командир! – прокричал пилот в гарнитуру связи – наблюдаю задымление по фронту, примерно километр.
Поделиться книгой: