Помоги проекту - поделись книгой:
– Аллаху Акбар.
– До вечера надо переждать. Квартиру ты знаешь. Подождите пару минут. Никуда не звони. Как настанет ночь – уходите из города. И смотрите телевизор…
– Аллаху акбар…
Джихадист с подозрительно русским лицом – вымелся из подъезда. Пиликнула дверь…
Ахаев – трясся от страха в темноте, понимая, что последние слова – сказаны не просто так. А если он будет замешан в чем-то по-настоящему серьезном… он отлично понимал то, что его же собственное начальство мигом открестится от него, почистит все файлы и скорее всего – ликвидирует его. Потому что всему есть свои пределы, и никому в Лэнгли не хочется быть обвиненным в пособничестве терроризму, в то время, как число погибших в Афганистане приближается к двум тысячам…
– Пошли.
Они поднялись наверх. Подъезд был подозрительно чистым, нетипичным для Москвы. Аккуратно живут…
– Газом что ли пахнет… – с сомнением сказал чеченский таксист, вставляя ключ в замочную скважину…
Вывели на цель меня виртуозно.
На парковке около местной Пятерочки – было место. Я припарковался, положил пистолет на соседнее сидение и прикрыл, чтобы не светить. По ходу – я должен был сменить седьмого – они двигались как раз навстречу.
– Одиннадцатый – Седьмому…
– Слышу, есть визуальный контакт с целью. Форд – универсал, такси. Желтого цвета.
– Включи маячок у себя.
На экране наладонника с картой Москвы – появилась пульсирующая точка. Совсем близко.
– Отметку вижу. Где объект?
– Восемьдесят метров. Передо мной.
– Понял, наводи меня.
– Сворачиваем… на Лебедевку[33]. Продвигаемся вперед…
– Пятерочка, справа от тебя. Наблюдаешь?
– Да, двести справа.
– Я на стоянке.
– Понял…
Чертовы маршрутки… из-за них нее проехать никуда, и лезут везде… стадами. Желтый отсвет в потоке движения. Оп-па…
– Визуальный контакт! Я вижу их.
– Понял…
– Сворачивай, я подхвачу их.
– Понял…
И в этот момент – я уже выезжал со стоянки – Форд начал сворачивать. В мою сторону!
– Он сворачивает. К тебе.
– Вижу…
Ситуация хуже некуда. Я уже не могу откорректировать направление, мне придется развернуться на сто восемьдесят. Это сразу будет заметно. Если даже не заметит курьер в такси – может заметить прикрытие… а оно всегда бывает, в виде ларечника, просто бездельника на лавочке, вон… СИМками пацан торгует. Кто угодно может. В кавказских республиках безработица, за штуку – можно целую кодлу пацанов нанять…
Как это обычно и бывает – из худшего выбираем лучшее. Я выбрал – просто бросил машину у бордюра, с независимым видом пошел во двор пешком…
Как раз застал – объект идет к подъезду. Спортивная сумка в руке, небольшая. Вместе с ним – еще один… ростом чуть пониже его, брюнет, дешевая одежда. Задерживаться, засматриваться было нельзя – я с независимым видом прошел по двору, а эти двое – зашли в подъезд на моих глазах.
Приземлились, птенчики…
Набрал номер – сразу центра.
– Одиннадцатый – Заслону.
– На приеме…
– Объект остановился. Лебедева пятьдесят семь, у здания пристроем – Пятерочка, заметное здание. Третий подъезд, вошел в адрес вместе с таксистом. По виду тот тоже в теме.
– Понял, ведите наблюдение, подтягиваем остальных. Доложите…
Но я уже не слушал наводчика. Я смотрел вперед, где в белый Хундай садился какой-то козел. И у него в руке спортивная сумка! Такая же! Он появился с другой стороны здания – и это был один из тех самых двоих уродов, которые…
Рука рванулась за пистолетом, выронив телефон.
– Стой!
Без толку. Машина уже набирала ход, секунда, другая – и она уже скрылась в лабиринте внутриквартальных проездов, мигнув мне на прощание рубином стоп-сигналов.
Твою же мать!
Рядом – хлопнула дверь, я повернулся, увидел машину, женщину, которая собиралась выйти – она замерла на половине движения, увидев, что у меня в руках. Полные страха глаза… еще чуть – чуть, и она заорет децибел на сто двадцать, не меньше…
Я бросился бежать, пряча на ходу пистолет…
Здание, на подъездной дорожке которого я был – было построено параллельно первому, на Лебедева пятьдесят семь, оно было одной и той же архитектуры, но без пристроев – вторая линия домов. Я обошел это здание справа, а эти двое уродов – появились слева. Но там же был Михаил! Как он мог их пропустить!?
Форд Михаила стоял на полупустой придомовой стоянке – рабочий день. Вне себя от ярости, я подскочил к нему, рванул дверцу.
– Тот с сумкой? Какого хрена ты рылом щелкал.
– Какой с сумкой?
– Только что прошел.
– Да тут многие ходят. И чего?
– Б…, да то, что это один из тех двоих чертей, которые Ураева на ноль помножили…
– Да нет… – с ноткой неуверенности в голосе сказал Николай – не этот…
Но ответить я ему не успел. Потому что здание взорвалось…
Взрыва – люди обычно не помнят, потому что физический процесс взрыва – длится даже не секунду, а доли секунды. Кроме того – основной фактор воздействия взрыва на людей, находящихся на достаточно большом расстоянии от эпицентра – это ударная волна, она вызывает контузию и кратковременное помрачение сознания. Так что в себя я пришел – лежа на земле, около машины, и в голове – странная пустота. Болит почему то не голова – болят глаза, а перед глазами – только пыль, да в ушах странный, почти ультразвуковой шум, через который прорывается истерический вой автомобильных сигнализаций…
Из-за дыма и пыли – не видно ничего…
Я поднялся… грязный, ободранный. Кричали люди, мимо пробежал какой-то мужик, но куда – я не знаю. Мне самому – вдруг показалось очень важным просто убраться отсюда… чтобы не видеть всего этого…
Как я оказался в машине – я не помню. Помню только, что пропустил с истерическим воем мчащуюся навстречу пожарку…
Амир – увидел человека с сотовым на дорожке. Он мгновенно опознал его – русист! Тот самый, который едва не взял их у Ураева…
Он не питал никаких иллюзий – если бы тогда этот русист побежал бы за ними он скорее всего не смог бы уйти. Ведь не смог же младший Ураев – а он спортсмен. Хорошо, что даже здесь, в цитадели врага есть люди, страшащиеся Аллаха и дающие нусру муджахедам…
Нурулла ввалился на сидение, закричал: «Гони!». В зеркале заднего вида он увидел, что у русиста в руках пистолет, нажал на газ, переложил руль, чтобы побыстрее скрыться. Русист не осмелился стрелять…
– Взял?
– Да!
В тонированных окнах машины – неслись придомовые парковки, внутриквартальные магазинчики, разноцветные игровые комплексы для детей, поставленные на деньги муниципалитетов. Они вызывали особенную ненависть – там, откуда они родом, любой ребенок может погибнуть так же, как и взрослый, под ударом ракет с неба, все ходят в медресе, помнят павших на джихаде, а в ответ на вопрос, кем ты хочешь стать, когда вырастешь, отвечают – шахидом.
Так почему же ваши дети, дети тех, кто идет на нас войной – должны жить лучше, чем наши дети?
Амир достал телефон. Прощелкал вызов – телефон, номер которого он набирал, лежал на столе в кухне, в той самой, переполненной газом квартире. Сначала взорвется газ, потом сдетонирует и все остальное.
Палец нажал на кнопку.
– Бисмилля[34]…
Там, оттуда они ехали – глухо грохнуло…
Нурулла открыл сумку.
– Вай…
Толстые зеленые пачки долларов перемещались с более редкими пачками пятисотевровых банкнот.
– Положи назад…
Нурулла выполнил приказ.
– Теперь мы можем вести джихад годами, с такой нусрой. Купить любого русиста.
– Нет, не можем. Ты видел русиста! Он нашел нас уже дважды. Думаешь, Аллах поможет нам в третий раз?
– Но что же делать?! – растерялся Нурулла.
– Надо напасть на русистов прямо сейчас! – отрезал амир – времени готовиться нет. Аллах увидит наше стремление и даст нам амал[35], какие бы козни русисты не строили против нас. Воистину Аллах – с искренними.
Дар аль-Харб (земля войны). Москва. 25 августа 20… года
Оперативное время 13 часов 50 минут
Имущество людей войны и их кровь дозволены для мусульман и ничто из этого не защищено. Мусульмане имеют право лишать их жизни и их имущества всеми доступными средствами, потому что они поступают с нами так. Это единогласное мнение среди ученых.
Все шло не так, как задумывалось. С самого начала.
Сначала – их остановил полицейский. Еще далеко от цели. Мага, самый нервный – приготовился стрелять уже.
Полицейский – почему то был в хорошем настроении. Заметил повязку на голове, пошутил, принимая бакшиш.
– С кем дрался, джигит…
Ваха – осклабился в улыбке.
– Упал я… друг, пропусти ради Аллаха…
Любой из тех, кто помотался по командировкам – тут же бы схватился за пистолет. Но ГИБДДшнику было не до того, он уже нервно смотрел на часы. Сегодня – новичок в их подразделении должен был проставляться, накрыть поляну – а надо было еще денег накосить…
И потому он сунул деньги в карман и махнул – проезжай.
Они ехали по Москве. По чужому, так и не ставшему родным для них городу. Городу враждебному, слабому – и одновременно сильному. Вязкому… для кавказца это особенно невыносимо, кавказец предпочитает, чтобы все было просто. Да – нет. Атмосфера Москвы удушала, хотелось все бить и крушить…
Потом – они свернули к ярко освещенному зданию торгового центра, одному из многих храмов торговли, возведенных в этом городе – и остановились.
– Здесь.
Все было просчитано и подготовлено заранее. Каждая из ударных групп – имела по две цели, две основные и одну запасную. Каждая из целей – представляла собой место массового скопления людей, плохо охраняемое… русисты сажали охрану, но чаще всего это был тупой и глупый бультерьер с дубинкой… которого опрокинет один сноп картечи… если он сам до этого не убежит. Русисты не были мужчинами, и потому у них было оружия, даже у тех, кто должен был их охранять. Потому – они были баранами, амир правильно говорил. Волк всегда имеет право зарезать барана…
– Приехали… – озвучил Ваха. На съемках сериала про русскую Джульетту и кавказского Ромео – он подвизался в разнорабочие, равно как и многие другие члены бандитско-террористической группы. Толерантности заодно поучиться, ага…
– Аллах Акбар.
– Значит, так… – сказал Мага – убиваем только мужчин. Не дело, чтобы потом сказали, что мы убили женщин и детей. Выходим слева, Ваха подгонит туда машину. Ваха…
…
Поделиться книгой: