Блуждающий по вселенным

– Ну да, никто и не спорит. А вот сегодняшнее событие, связанное с исцелением некоей многодетной Рошанары, не твоих рук дело?

– Как тебе сказать… – слишком уж пристально на меня пялился генерал и еще пяток сопровождающих его личностей. Неужели посчитают кощунством с моей стороны временно примерить на себя славу легендарного Гираланца? Или тут нельзя практиковать без разрешения? Но врать не стал: – Можно сказать, случайно получилось. Не смог удержаться.

Лица столпившихся вокруг меня измененных оставались сродни каменным ликам. Зато окончательно расцвел сам Найденов:

– Что я говорил! А? Но вы мне не верили! И в показаниях пленных людоедов сомневались, в коих утверждалось, что мой приятель знаменит на весь мир Трех Щитов и может творить чудеса! А теперь, если экселенс обидится и не станет вам помогать, что станете делать?

Он тоже умел рекламировать товар и разные услуги еще до начала переговоров. Тем более он наверняка знал, о чем пойдет речь. Недаром ведь присвоил мне титул экселенса, хоть по умолчанию не мог о нем знать. Или я уже не помню, как упоминал об этом в записке? Ах да, он ведь только что говорил о допросах плененных зроаков, которые сидели в засаде у Пантеона долгое время. Уж они-то знали обо мне многое, даже то, что я с императрицей где-то отсутствовал в течение трех месяцев.

Мы все-таки двинулись в путь, но на повороте я махнул рукой своему помощнику:

– Кабан, идешь с нами и прикрываешь мне спину! – и уже громче: – Остальные остаются на местах в полной боевой готовности!

Магистр втиснулся бочком в плотный круг нашей группы, тогда как генерал стал совсем бледным. Того и гляди, инсульт схватит. Надо будет ему сердце глянуть. Но его переживания я понимал: быть уверенным, что сюда и мышь не проскользнет, и вдруг посторонние! И неизвестно в каком количестве? А уж если в самом деле готовые к штурму?!

Поневоле Кондратий схватит. Пришлось добавлять для успокоения:

– Ладно, ладно, мои подчиненные люди спокойные и дисциплинированные. Если с нами ничего не случится, то и они ваш Пентагон крушить не станут.

– О! – резко оживился мой друг. – Тебе это здание тоже «коробок» напомнило?

Коробок – так сами военнослужащие США называют между собой в обиходе Пентагон.

– Скорей индийские храмы любви. Хотя истинные связи и проводимые параллели могут быть невероятно глубокими и шокирующими.

Заслон в виде стола мы всей группой прошли без лишней бюрократии. То ли нас знали всех в лицо, то ли генерал махнул рукой на все правила секретности. Все равно придется после нашего бескровного вторжения менять здешние системы контроля. А мне заранее стало жалко шеф-повара и его поварят.

Пока мы шли длинными коридорами, мой «спасенный» друг не умолкал ни на мгновение. Все пересказать он бы никак не успел, но вот хотя бы о своих первых днях в этом мире поведал самое важное.

Сопротивлялся он в руинах Пантеона отчаянно, и «печатные» маркиза Вайно его изрядно помяли. Потом лечили, да так, что спина до сих пор болит и чешется. Только позавчера увидел в зеркале, когда слой мази сняли, что и сам стал «печатным». В штабе маркиза в городе Завиншан пленника сразу взяли в оборот трое находящихся там измененных. Уже тогда мой земляк понял, что не все так просто с его похищением.

Ибо Энрике и его отморозки являлись лишь исполнителями заказа. Хоть и высокооплачиваемыми. Граф Ярцек тоже даже близко не ведал, кто его фигурой манипулирует. Ну и сами измененные просто вынуждены были все это организовать не по собственной воле. Их тоже заставили, причем силы весьма и весьма непростые – на них мой друг не стал отвлекаться, лишь вскользь заметил, что меня еще тоже удивят.

Про замок графа высказался с сожалением:

– Зря ты его разрушил. Там было так интересно! Хотя… Благодаря такому неожиданному разгрому я быстрей в этом государстве и в этом здании оказался. Тут еще интересней! Смотри!

И он приглашающим жестом обвел пространство, в которое мы вышли. Оно никак не было рукотворным, хотя тут я мог ошибаться. Просто все грани, углы и некие орнаменты могли стереться временем. Этакий глубокий грот в скале, высотой метров в тридцать и шириной в нижней части под сорок метров. Все пространство пола заставлено устройствами, приборами и стоящими векрасами. Видимо, самые лучшие стальные големы тут тоже задействованы в сложной цепочке каких-то магических опытов. Помимо ламп освещения, на высоких шестах и стальных конструкциях висели грозди иных устройств, предназначение которых понять не представлялось возможным.

Ну и с правой стороны грота виднелась конструкция с платформой на высоте метров пятнадцати и с сотнями кабелей, оттуда свисающих. Если я правильно понял суть светящегося чуть выше платформы значка, там имелся портал. Но значков с контрфорсами по окружности грота всего было четырнадцать! И я сразу заподозрил, что видны они только мне. Но ничего говорить не стал, лишь уважительно покачивая головой. Мол, в самом деле – лаборатория. С большой буквы.

Генерал на мое кивание не повелся:

– Экселенс, вас ничего здесь не смущает? – но спрашивал уважительно, чуть ли не с подобострастием.

– А что, должно что-то смущать?

– Но вы ведь умеете ходить между мирами и должны прекрасно видеть все существующие порталы.

– Это вы спрашиваете или утверждаете? – продолжал добиваться я полной конкретики. – Или таким образом начинаете оговаривать условия нашего возможного договора?

– Хорошо, буду говорить прямо. Вы, наверное, видите портал над платформой, и вам кажется дикостью нагромождение вокруг устройств. Поэтому признаемся: мы о портале знаем, но не видим его. И, несмотря на весь этот магический хлам, мы не умеем толком пользоваться переходом в иной мир. Для его запуска мы концентрируем в наших батареях три вида энергии и посылаем их пучками в известную нам точку. Если повезет, то с той стороны слышится голос нашего благодетеля… – Генерал сделал паузу, дожидаясь уточняющего вопроса, но я вежливо промолчал. – Он спрашивает, чего надо, мы говорим, он назначает цену и время обмена. Когда это время приходит, мы прислоняем к камням заказанное, и оно проваливается внутрь иного мира. Нам в ответ потом выпадает коробка с нашим заказом.

Еще не услышав всей истории, я стал кое-что понимать. Здешние значки сами по себе, видимо, не являлись порталами как таковыми, в полном понимании этого слова. Потому что ни балкончиков не было на минусовом откосе грота, ни углублений с выступами. Отсюда шагнуть в такую поверхность – не получится. Даже построив и подняв платформу на должную высоту. Как мне кажется, требуется, чтобы с той стороны кто-то дернул, потянул человека или предмет на себя.

Противопоказано движение и в обратном направлении. Шагающий оттуда просто грохнется с пятнадцатиметровой высоты на камень и разобьется насмерть. Тем более что контрфорсы здесь были странные, впервые мною видимые: две скрещенные, уходящие вверх молнии, пронзающие нечто, напоминающее ушную раковину. Только для переговоров? Или для переброски мелких партий товаров? И кто это там такой ушлый пригрелся с той стороны?

Вслух я пока вопросы не задавал, чтобы не выдавать уровень своих знаний, зато пытался выяснить уровень осведомленности рассказчика. Тот уже признавался о сути и начинке вожделенной для них коробки:

– В нашем государстве уродство не является злом. А вот неизлечимые болезни, особенно в виде злокачественных опухолей, – самое наше огромное бедствие. Очень многие умирают от этого. Лекарство до сих пор не найдено. Зато оно есть у нашего благодетеля. Но объемы поставок, к сожалению, сильно ограничены. Да и за каждую коробку чудодейственных препаратов от нас требовали некую редкость или предмет искусства. Причем каждый предмет оговаривался конкретно, из чего мы сделали вывод, что наш мир оттуда просматривается.

Здесь мне следовало показать собственную осведомленность:

– В вашем мире много порталов, в том числе и переносных. Значит, вы могли запросить помощь в иных мирах. Или пригласить к себе нескольких высших целителей.

– Не все так просто. Все известные порталы ведут в отсталые миры, нужных нам лекарств там не производят, сильных магов нет. А два известных нам портала в мир Трех Щитов находятся в королевстве, которое еще южнее нашего государства. Захватить мы их не пытались…

– Почему?

– Не хотелось затевать войну. Поэтому мы покупали право пользования переходами за огромные деньги. Но оба портала выводят в одно из самых захудалых, но тиранических королевств Тавритов. Я там бывал не раз, язык поморский изучил, но ни одного сильного целителя так и не встретил. При попытках дальнего путешествия в направлении империи Моррейди наши разведчики с трудом лишь до первой границы добирались. При этом гибли четверо из пяти.

– Но тот же маркиз Вайно засылал целую группу шпионов в наш мир, непосредственно в империю Моррейди, где такие целители имеются.

Генерал с досадой поморщился и носовым платком вытер вспотевший лоб:

– К огромному сожалению, мы данный момент выяснили только вчера, допросив этого Энрике и его людей. Да и о наличии портала у него мы узнали совсем недавно от благодетеля, получая очередное задание. Была сброшена карта и даны рекомендации по настройке приборов для более точной установки портала в неизвестное нам место. А также указан исполнитель, имеющий свою личную армию и вожделенный портал. Задача: вылавливать всех, кто там будет проходить, и потом забрасывать к благодетелю. Желания выполнять подобное у нас не было, но пришлось. Поставка лекарств для наших граждан – приоритетна. Да и благодетель утверждал, что мы вылавливаем редкостных и мерзостных преступников.

Меня подобное заявление бесило. Да и весь рассказ не нравился. Получалось, что местные чиновники для спасения своих сограждан согласились воровать иных сограждан, а потом отдавать их третьим лицам как рабов или как скот. Упоминание о преступниках вообще выглядело как смешная отговорка.

А вот явный факт, что пытались выловить меня, серьезно настораживал. Кому это я наступил на хвост? И кому так сильно мешают мои переходы из мира в мир? Ух как мне захотелось сейчас поговорить по душам с тем самым таинственным поставщиком лекарств! Душевно так поговорить, с рукоприкладством.

И кто бы это мог быть? Этакий всезнайка, умеющий давать точные координаты, пользующийся порталами и знающий, где взять не существующие в знакомых мне мирах лекарства. Навскидку только одно имя приходило на ум: Петроний Баккартри. Тот самый Грибник-Проходимец-Связующий, по следам которого я и научился переходить в иные миры. К тому же я убил его птицу-сторожа, гелиарну. Так что месть в мой адрес могла иметь место. Удивлял способ мести: зачем так сложно? Достаточно Петронию выйти в Сияющем Кургане города Рушатрон, спросить о странном парнишке у хранителей, и дальнейший поиск моей тушки не займет много времени.

Тогда как представитель местной власти продолжал пунктуально освещать все детали происходящего:

– Также было указано отдельно, что при поимке чужаков следует изымать у них все до последней мелочи, а в особенности важно отыскать камень, рисунок которого тоже был предоставлен. Вот он!

Мне одного взгляда хватило, чтобы опознать магический артефакт, за которым охотилась Шаайла. И нашел я его тогда совершенно случайно. А спрятала его ведьма временно вообще в ином мире. Сейчас он уже в работе и служит для уничтожения кречи. Но кто еще мог о нем знать? И кому этот артефакт так нужен? Хм! Ситуация усложняется.

Но пока оставалось только слушать.

– С первой группой пойманных мы разобрались быстро: людоеды. Хоть и были поражены существованию таких индивидуумов. Но сомневаться в их преступной сути – невозможно. Поэтому мы затолкали парочку зроаков в портал и с чувством выполненной хорошо работы стали ожидать премиальные. Увы, благодетель вышвырнул связанных людоедов обратно во время следующего сеанса связи, приказывая больше к нему такую мерзость не заталкивать. И уточнил: надо хватать только тех, кто появляется в учетной точке неожиданно, словно вываливаясь из потустороннего мира. Правда, коробку с лекарствами, подчеркивая, что это аванс, все-таки выдал.

– Следующим попался господин Найденов. Но уже предварительные беседы с ним наших резидентов показали, что он не преступник и выдаче не подлежит. И он не просто нормальный человек, а еще близко связан с наиболее влиятельным лицом империи Герчери, то есть самим консортом. Иначе говоря – с вами. Далее мы раскрылись перед ним со своими проблемами, и он неожиданно пообещал помощь и содействие от магов мира Трех Щитов. Правда, основной упор ваш друг делал на то, что желательно дождаться именно вас, экселенс. Рассматривался вариант с отправкой господина Найденова обратно, и для этого в замок графа Ярцека прибыло два наших представителя. А вот дальше события вырвались из-под нашего контроля. Наемники города Завиншан начали неожиданный штурм графского замка, разрушили его… – сказав это, он очень грустно покосился на меня, – и всей нашей группе пришлось спешно уходить. Они даже не успели запустить процесс ликвидации замка.

– Правильно, нечего добро портить. Ворота почините, и будет как новый, – порадовал я. – Там ситуацию под контролем держат отличные ребята. Разве что графа придется нового подбирать. И, между прочим, кандидатур на этот пост есть сразу несколько, – вспомнил я об освобожденных рабах. И резко сменил тему: – Но я бы хотел взглянуть на то самое лекарство…

– К сожалению, его уже нет. Из последней партии все моментально были розданы больным.

Вроде не врал. Но мне стало интересно:

– И как именно идет распределение такого дефицита?

– Каждый комплект лекарств разыгрывается на лотерее случайных чисел. За этим следит специальная комиссия, созданная по принципам социальной справедливости.

Такое положение вещей в данном государстве вызывало искреннее уважение. И таким людям, измененным, хотелось помочь. Так что с данной минуты я прекрасно понимал энтузиазм Леонида, его желание во всем им посодействовать. Он ведь сам с детства испытал на себе, что значит быть уродом и как тяжело нести этот крест по жизни.

Ну и меня очень, очень заинтересовало лекарство, которое поставлял таинственный «благодетель». Если его не могут исследовать толком и воссоздать здесь, то вполне возможно, что на Земле с эти справятся? Все-таки развитие химической фармакологии там невероятно развито. Надо лишь подобрать самый лучший концерн, провести исследования, и…

«Или не надо»? – остановил я свой полет фантазии. Сколько раз мелькали в Интернете сообщения, что подобное лекарство от рака существует, его просто скрывают от народа. Ну с этим-то ладно, не горит… А вот что делать мне сейчас? Рискнуть, что ли?..

Ибо мне показалась весьма перспективной идейка попробовать с платформы перебраться в иной мир. Или пусть меня туда затолкают? К тому самому «благодетелю»? Пока его там нет (ну не сидит же он там круглосуточно?), можно хорошенько осмотреться, а то и лекарство прихватить. Да и в любом случае не мешало бы понять, что они тут построили, для чего и как оно работает.

Поэтому я попросил отвечать на свои конкретные вопросы специалистов и стал взбираться на платформу по узкой металлической лестнице.

Глава тридцать четвертая

Знать планы врага – почти победа

Генерал со мной наверх не полез, зато попытался завязать разговор с упорно молчащим магистром артефакторики. А вот иных сопровождающих, помимо Леонида, хватало. Ну а переводил для меня очень угрюмый с виду измененный, у которого имелся третий глаз на левом виске. Заметив, как пытаюсь рассмотреть его лишний орган зрения, он довольно весело и бесшабашно пояснил:

– Дальнозоркостью не обладаю, зато в темноте этот глаз видит великолепно. За что я и получил прозвище Филин.

В дальнейшем мужчина переводил все без заминок, зная поморский язык гораздо лучше генерала.

Предыстория постройки здесь лаборатории и проведения таких вот странных экспериментов меня мало интересовала, и она уместилась всего в нескольких словах. Грот был найден во время строительства «Пентагона». И уже тогда нужная точка была обведена мелом, а техническое описание нужных потоков силы валялось на полу в виде хорошо сохранившейся книжицы. Предполагалось, что инструкцию вытолкнули из того мира.

Но что при этом получается, мне рассказали подробно. Все три пушки, чем-то напоминающие лазерные устройства, включали одновременно, и вскоре с той стороны начинал доноситься звук колокола. Если колокол не звучал, пушки выключали, и повторно их задействовали не ранее чем через час. Связывали такое молчание с отсутствием благодетеля на месте.

А вот когда он оказывался на месте, то колокол он отключал и задействовал резкий по звуку звонок. Означало сие: приступаем к диалогу. После чего следовало приложить ухо к центру портала и слушать. Если положено – отвечать громко и внятно.

Все предназначенное для отправки туда прижимали к стене довольно плотно этаким выгнутым по форме деревянным ложементом. Затем посылка медленно окутывалась непроницаемой мглой и в доли секунды исчезала.

Оттуда ожидаемое являлось совсем просто: ящик с вожделенными лекарствами просто выпадал на платформу.

Что характерно, сам благодетель инициировать контакт звонком или звучанием колокола никак не мог. Только с этой стороны и только после применения пушек, называемых мной лазерными. Время общения тоже оказалось ограниченным: около сорока минут. Если за это время представители обеих сторон не успевали наговориться или обменяться товаром, пушки включались снова.

А значит, все дело в них. И порталы здесь особенные.

Наверное, при всем своем желании я не смог бы самостоятельно шагнуть туда или вернуться обратно. Уникальные порталы? Созданные лишь для болтовни и передачи записочек? В ином случае таинственный продавец лекарств сам бы сюда явился и не раз. Но ведь как-то он забрал, а потом и вытолкнул зроаков обратно? Пусть и твари, но все-таки живые существа. Как это у него получалось?

И стоит ли терять время на попытку разгадать здешние секреты?

Размышляя так, я всеми своими умениями пытался просмотреть изрядный кусок стены. Значок – ранее никогда не виданный: две пирамиды. Так что мир там сразу получил от меня название Пирамидальный (да простит меня великий Филипп Фармер!). О новом контрфорсе я уже упоминал, и его ближайшее рассмотрение ничего не дало.

На другие порталы я старался не коситься. Судя по двум молниям и символическому уху, они тоже созданы для бесед. Или для торговли?

А вот просмотр толщи скалы с помощью «ока волхва» дал очень интересные результаты. На глубине более полуметра там оказалась целая радуга странных, шевелящихся свечений. Словно слои тумана там колебались, местами перекручиваясь в воронки, расплываясь веерами или сворачиваясь в трубочки.

Ничего опасного для себя не заметив и убедившись, что отток личной энергии мне не грозит, я стал осторожно касаться туманных сгустков исцеляющими щупами. Потому что действовать силовыми «щипцами» – не рискнул. И радужные завихрения на мои манипуляции стали отзываться. Сам не понимая, почему это делаю, постарался разгладить воронки, раскатать трубочки в ровные поверхности. Если это бестолковая затея, то ничего страшного не случится. Да и опыт никогда не помешает.

Стоял я, не упираясь в скалу, а просто прикоснувшись к ней ладонями. При этом не прекращал выпытывать разные технические мелочи о работе данной лаборатории. Но почувствовал, что вокруг все стали несколько нервными. Даже последовало пояснение причин такого поведения:

– Мы специально не выходим на связь с благодетелем, и не хотелось бы это делать, пока ситуация остается неопределенной. Опасаемся услышать ругань и угрозу прекращения поставок лекарственных препаратов.

– Зря опасаетесь, что я заставлю звучать колокол с той стороны, – отстраненно бормотал я в ответ. – Только просматриваю толщу стены и уж в любом случае ваши три пушки заменять не собираюсь. Лучше подумайте, не было ли у благодетеля несколько странного акцента? Есть ли уверенность, что он всегда говорит на вашем языке?

Местные спецы посоветовались, даже мнение генерала спросили, который чаще всего и вел переговоры. И сами удивились, что уверенности такой не имеют. Довольно часто звучали странные обороты, неправильности в ударениях, неверно составленные предложения.

– Разве это так важно? – интересовался Филин. – Мы эти странности сразу восприняли как должное, все-таки контакт налажен с иным, совершенно незнакомым миром.

– Угу. В самом деле ничего странного…

Но для себя сделал отметку: Петроний Баккартри нормально говорит на поморском и без всякого акцента на русском. Значит, ему местный аналог иранского неудобен и непривычен. Лишнее подтверждение моим предварительным выкладкам.

Тогда как внутренние разноцветные слои тумана наконец-то выровнялись, приняв вид толстенного, многослойного одеяла. А еще через пару мгновений до меня донеслись отголоски каких-то разговоров. Показалось вначале, что это внизу переговариваются, но после моего шиканья все замолкли, а ведущийся диалог стал более разборчив.

Только оставался он для меня почти непонятен: говорили на местном. Но ведь я даже ухо не прикладывал, а слышу. Значит, и Филин должен услышать. Я попросил его слушать и переводить, и он приложил ухо к стене рядом с моими руками. Прислушался и в недоумении пожал плечами. Ничего, мол, не слышу.

Но я заметил, что туманное одеяло в точке прикосновения измененного словно отпрянуло вглубь. Неужели отрицало неинициированный диалог? Но тогда почему оно меня не игнорировало? Тут же постарался вновь разгладить туман, ласково прижимая его к уху человека. И по трем расширившимся глазам Филина понял, что он тоже расслышал нечто с той стороны.

А потом и переводить стал, слово в слово:

– …Никогда от вас, баранов, правильного понимания моих приказов добиться не могу!

– Но… ваше могущество, вы же сами дали указание припасти утроенный запас лекарств. Предвидели, что придется тамошним уродам выдавать премиальные.

– Да! Утроенный! Но не пятикратный! Или ты совсем считать разучился?

– Извините… Хотел как лучше…

– Натуральный баран! А если с той стороны больше не выйдут на связь? Если у них там что-то случилось?

– Но ведь столько лет все было нормально…

– Это не значит, что так будет всегда! Вдруг там у них пожар, война, потоп, в конце концов. Или их эти наглые проходимцы уже выследили и раскатали в кровавую кашу! У-уй!.. Как ты мне надоел! Если эти запасы окажутся ненужными, будешь ими сам торговать на аукционе Прогонного тракта. А все потери покроешь из своего кармана. Пошел вон! Все – вон отсюда!

Какое-то время из Пирамидального доносился лишь топот ног, скрип и шорохи. Показалось, что «благодетель» остался один. А затем вдруг разговор возобновился, кто-то там еще оставался. Но самое удивительное, что заговорили на чистейшем поморском языке.

– Ты в самом деле опасаешься, что эти ловкачи добрались до уродов и пустили им кровь? – со скрипом и хрипами говорила однозначно древняя, рассыпающаяся от старости женщина.

– Все может быть. По считанной памяти людоедов получается, что возле того портала крутится некто, по силе равный лучшим из Связующих.

– Таких людей не бывает. Они либо погибают, либо присоединяются к нам. А мы уже добрую сотню лет работаем как проклятые без пополнения.

– Ну, мало ли что в этой жизни случается. Тем более что та гроздь – это вотчина ублюдка Петрония. А он что угодно мог сотворить, воспитав нам назло какого-нибудь магического монстра.

– Зачем тогда вообще ты пошел на такое рискованное вмешательство? – Женский голос стал язвительным.

– А что, сидеть и дожидаться смерти, как делаешь ты? Ха! Надо давить противника, пока он еще слаб и не встал как следует на ноги. Тем более что у нас существует лишь единственная привязка к тому порталу и только в том секторе. Из иного места мы никак Петрония уколоть не сможем… Гадина!..