Искушение чародея (сборник)

Толпа охотно раздалась, и вперед живо выкатилось странно-нелепое создание, облаченное в цветастую кофту и полосатую юбку такой длины, что подол почти подметал мостовую.

— Ягодка, касаточка, моя! — запричитало существо, глядя на меня и восхищенно всплескивая руками-лапками. — Приехала, рыбонька моя! А красавица-то какая, а умница-то! Здравствуй-здравствуй, яхонтовая!

— Добрый день, — пролепетала я, пытаясь определить, кто это и что с этим делать.

— Голубонька, Управительница я здешняя! Матушкой Марфутой меня кличут. А уж как мы ждали-то тебя!..

«Ничего себе! Какой антураж у этой матушки!» Я почти с неприличным любопытством вглядывалась в затейливую старушку. Сгорбленная спина, морщинистые руки, седые космы, круглое лицо с длинным крючковатым носом. Кустистые брови и неожиданно цепкий взгляд по-молодому ярких голубых глаз.

— С дороги ты, милочка. Дай-ка мы поприветствуем тебя по русскому обычаю — хлебом и солью, — затараторила старушенция. — Анфисочка, иди сюда, золотко.

Люди снова расступились, и вперед выступила девушка. Вот она-то и была почти той самой красавицей, которую я навоображала, ожидая встречи. Стать, длиннющая коса, белоснежная рубашка с узором по вороту и рукаву, нарядный красный сарафан. Единственно, что не совпадало, — это рост: девушка была чуть повыше моего плеча.

Анфиса подплыла лебедью, с поклоном протянула выложенный на полотенце каравай:

— Приветствуем дорогую гостью и желаем ей приятного пребывания на наших землях, — голос оказался чистым и глубоким.

«Что же мне делать с караваем? — засомневалась я. — Завернуть и унести в гостевой домик?»

— Отломи кусочек да попробуй русского хлебушка, — ласково подсказала матушка Марфута, перенимая у девушки рушник.

Я последовала совету. Хлеб оказался мягким, с хрустящей сладковатой корочкой. «Очень вкусно!»

— Вот молодец, золотая моя, Алена свет Игоревна. Русский хлебушек радость доставляет да сил прибавляет, — матушка Марфута не глядя сунула каравай Анфисе, и та отступила в толпу. — Рады мы видеть тебя в нашем Тридевятом царстве, вот и вышли встречать дружно. А сейчас пойдем-ка ко мне в избушку, посидим, побалакаем. Расскажу тебе все, что спросишь, покажу, что захочешь.

Алена свет Игоревна — это я. Алена Игоревна Светлова. Ну надо же, даже мое имя-отчество разузнали. А ведь ехать на инспекцию должен был совсем другой человек. Я ведь не настоящий агент, а всего лишь студентка первого курса Университета ИнтерГалактической Полиции. Но, надеюсь, рано или поздно я стану таким же специалистом, как легендарная Кора Орват, чьим именем названа наша Академия. Кора Орват, агент 003, известна участием во множестве громких дел: о параллельных мирах, об убийстве императора планеты Нью-Гельвеция, поиск Зеркала Зла и других.

Что касается моего задания — мне просто повезло. Придя в первый день на практику, я случайно в коридоре столкнулась с комиссаром Милодаром. Да-да, тем самым. Начальником земного отдела ИнтерГпола. Человеком, при упоминании имени которого всех преступников — от самых мелких до самых крутых — бросало в пот. Тот, который помог стать Коре Орват одним из самых эффективных агентов. Комиссар Милодар вел у нас в Академии несколько предметов и, видимо, запомнил меня. Я поздоровалась, а он пристально вгляделся в меня и вдруг велел:

— Зайдите ко мне.

И я пошла, замирая от предвкушения: ведь и Кора Орват начинала с того, что комиссар привлек ее к расследованиям нескольких дел.

— Не могу приказать вам, Алена, поскольку вы еще курсант, — начал комиссар, когда я скромно устроилась на краешке стула в его кабинете. — Но ИнтерГполу нужна ваша помощь. Мы должны провести несколько плановых проверок фантазийных миров. Но сотрудников не хватает — кто в отпусках, кто на объекте. А у нас график. Потому я прошу вас посетить два мира, расположенных рядом: Технологию и Тридевятое царство. Плановая проверка — это несложно. Считай, поездка на курорт. Каникулы.

Конечно, я была «за». Путешествие в новый мир — это ведь не работа со скучными бумагами в душном кабинете. Но в то же время было немножко страшновато: полномочия агента ИнтерГпола велики.

— А вдруг я сделаю что-нибудь не то? — осторожно поинтересовалась я.

— Даже не вздумай ничего делать! — возмутился комиссар Милодар. — Просто поживи там несколько дней, пообщайся с людьми, посмотри, что к чему. И напиши отчет.

— И все? — недоверчиво переспросила я.

— Этого достаточно. Выводы сделаем здесь на основании твоих отчетов. Вылетать — сегодня вечером. Согласна?

— Да.

Вот так я из студентки-практикантки превратилась в агента-стажера с ограниченным кругом полномочий. Задача — собрать данные и передать их компетентным коллегам. Опыта у меня, конечно, маловато, но это неважно. Ведь главное в проверке — быть беспристрастной и объективной. Думаю, я справлюсь.

* * *

Домик матушки Марфуты выглядел под стать ее образу. Чуть покосившаяся бревенчатая избушка, потемневшая от времени, с покатой крышей, поросшей мхом. Казалось, избушка хитро разглядывает окружающий мир сквозь полузакрытые ставни, а насмотревшись, качнется, повернется, вытащит спрятанные под себя куриные лапки и побежит по своим избушечьим делам. Я вновь поразилась проработанности деталей и мысленно выразила восхищение фантазийщику, сотворившему это.

Внутреннее пространство домика было чистым и аккуратным. Стол с вышитой скатертью и самоваром, длинные деревянные скамьи, древняя русская печь. У печи — давешняя красавица, встречавшая меня на площади караваем.

— Анфиса, накрывай скорее, — скомандовала Управительница. — Гостья у нас неописуемая, ненаглядная, угощать будем.

И уже обращаясь ко мне:

— Садись, гостюшка, отведай, чего бог послал, не побрезгуй. Анфиса — стряпуха моя. Лучше нее никто не сготовит.

Анфиса низко поклонилась:

— Гостям завсегда рады. Откушайте, госпожа инспектор.

Как выяснилось, бог послал много чего. Картофельные дранки с поджаристой курочкой, свежий, местной выпечки хлеб, огурчики-помидорчики, густая — так, что ложка стоит, — деревенская сметана, варенье всех мастей…

— Садись, садись, Алена Игоревна. Потрапезничаем, да поговорим, — матушка Марфута с вожделением взирала на яства и, видимо, сама рада была для начала «откушать», а потом уже разговаривать о делах.

Анфисина стряпня оказались выше всяких похвал. Девушка неутомимо подносила и подносила новые блюда, которые мы встречали с большим энтузиазмом. Но о деле я тоже помнила. Потому в очередную перемену блюд задала первый инспекционный вопрос:

— Матушка Марфута, есть ли у вас жалобы, просьбы, пожелания до начала проверки? Хотите предоставить какую-то дополнительную информацию?

— Ой, милочка, чего тут предоставлять. Все у нас на виду, все открыто. Смотри сама, изучай, чего надо. А мы уж поможем, как сможем.

— А жалобы?

— Дык каки таки жалобы… Все у нас хорошо… — матушка Марфута немного подумала и неуверенно, будто не зная, стоит ли говорить, добавила: — Вот разве что соседи наши…

— Да? — поощрительно переспросила я.

— Ой, деточка, сложные они у нас! — Управительница огорченно покачала головой. — Соседушки — это ведь, вообще-то, дело хорошее. Где поддержать, где помощь оказать. Но вот с нашими — беда и огорчение…

И Управительница заговорила о том, на что и я по прибытии сразу же обратила внимание: Тридевятое царство и Технология были слишком разными, чтобы располагаться так близко друг от друга. Гости и потенциальные жители, приезжающие в Тридевятое царство для того, чтобы окунуться в природу и испробовать деревенской жизни, вдруг обнаруживали совсем рядом индустриальную Технологию. Производственный мир сбивал романтический настрой, возвращал людей в успевшую надоесть дома реальность, и они уезжали разочарованными.

Матушка Марфута рассказывала, но при этом не забывала и об обязанностях хозяйки: подкладывала на мою тарелку вкусные кусочки, придвигала ближе разнообразные блюда со снедью. И все это — не прекращая горестного повествования о мытарствах Тридевятого царства:

— Вот так, милочка, и уезжают наши гостеньки… а ну-ка, попробуй моченых яблочек… — И тарелка с аппетитными яблоками подъезжала ближе. — Вот умница! Ну и я попробую… Умммм! Вкусно! Так вот, уезжают гостеньки недовольные. А мне старой от этого какое расстройство! А вот на-ко медок, сла-а-адкий — пальчики оближешь!.. А то ведь какой убыток всему нашему Царству!

Я перепробовала все, что было на столе, и чувствовала себя туго набитым пузырем. Но, не в силах остановиться при виде новых вкусностей, продолжала надкусывать то одно, то другое. И сочувственно кивала.

Беспокойство Управительницы было понятно. Воплощение фантазий в реальную жизнь — это не только развлечение, но и бизнес, способный приносить неплохие доходы. Именно в фантазийных пространствах, где людям можно предложить любые удовольствия, удобнее всего собирать псиэнергию. Чем больше эмоций испытывает человек, тем больший объем энергии он может отдать без вреда для себя. А если поток посетителей велик, то накопленный энергетический запас можно использовать не только на поддержание созданного пространства, но и на продажу. Выгода при этом получается немаленькая. Мощная и экологически чистая псиэнергия стоит дорого и всегда востребована — ведь с ее помощью работают не только материализаторы, но и кабины джамп-переходов, и флаеры, и космические корабли. Если же посетители Тридевятого царства продолжат уезжать недовольные, то и энергетическая подпитка мира будет очень слабой. И если она уменьшится настолько, что ее перестанет хватать на поддержку самого мира, то фантазийное пространство придется свернуть.

Но разочарование посетителей Тридевятого царства оказалось не единственной местной проблемой.

— Понимаешь, дитятко, — продолжала делиться своими бедами матушка Марфута, — не хочу возводить напраслину, но что-то неладно на их сторонушке. То, что близко они, так это только нам убыток. А вот то, что лес начал гибнуть, — так это всей планете урон.

— Какой лес? — не поняла я.

— А вот послушай-ка. Мы царство небольшое, сидим себе тихо-мирно, никого не трогаем. А соседи наши строят чегой-то все. И купол ихний все расширяется и расширяется. И скоро совсем на нашу территорию налезет. Мы и не знали сперва, что так оно. Лес там с нашей стороны болотистый — вот и ходим в ту сторонушку редко. А вот недавно племянничек мой решил дальние края объехать, вернулся, говорит: купола-то уж стык в стык стоят, — матушка Марфута со значением посмотрела на меня. Поманила пальцем и, когда я пригнулась, значительно прошептала: — А на границе-то — лес мрет!

Я, не зная, что сказать, растерянно захлопала ресницами. В лесах я не разбираюсь, от чего они мрут — тем более…

Управительница, не дождавшись вразумительной реакции, зашептала замогильным голосом, делая значительные паузы:

— Деревья кривые стоят, искореженные… Будто гнул их кто специально! А листья-то все скукожены! Мертвые! Черные-черные, будто в пожаре побывали…

Мне вспомнилась детская сказка, которую полагалось рассказывать мрачным тоном в темноте, в отсутствие взрослых: «В темном-темном лесу, на черной-черной поляне…»

— Так, может, пожар и был? — спросила я по-деловому, чуть отодвигаясь от хозяйки, чтобы сбить таинственный настрой.

Управительница моргнула, откинулась назад и произнесла уже обычным, хотя и чуть обиженным тоном:

— Касаточка моя, да какой пожар на болоте?! Не-е-ет. Помяни мои слова, что-то нечистое от них идет!

— А как же сетка?

Защитная сетка или купол — это обязательная атрибутика каждого созданного мира. Ничего не попадает в окружающую среду из-под купола сетки, и никто и ничто не может проникнуть внутрь без специального разрешения. Поскольку без нее материализатор не работает, то и у обоих здешних миров она должна иметься.

— Понимаешь, милая, у нас здесь сказочка — грибочки, лесочки, деревенька — вредить внешнему миру нечем. Потому и защиту нам разрешили держать упрощенную — только от магии. А вот у соседей наших, икспирименты разные, взрывы, да дым коромыслом… Сетка там вроде есть, но лес-то наш сохнет и сохнет…

— А может, дело в вашей магии? — азартно подала я идею. — Может, у вас на болоте дракон сидит!

В голове у меня тут же сложилась картина, в которой злобный дракон, окопавшись в болотной жиже, плюется огнем и, высовывая длинный язык, подхватывает поджарившихся жаб и лягушек…

— И-и-и! Доченька! — прервала мои фантазии матушка Марфута. — Какой такой дракон?! Какая магия? Она же у нас только по мелочам. Ну лучинку зажечь, ну мышей из дома выгнать. Баловство одно!

Я почувствовала небольшое разочарование — ведь я мечтала о чудесах и волшебстве, а здесь, видимо, только внешняя атрибутика. Но, чтобы не обижать хозяйку, скрыла огорчение и сосредоточилась на изучении проблемы:

— А поговорить с соседями вы не пытались?

— Да разве ж с ними поговоришь, дитятко! — возмутилась Управительница и даже отложила ложку. Глаза ее обиженно округлились. — Главный-то их больно неразговорчивый, не подступишься к нему. Уж я и так и этак — ничего! Никто ему не указ! Слова вежливого не скажет. Да вот сама как побалакаешь с ним, так и увидишь каков…

Тут к столу подплыла Анфиса с очередным блюдом и вопросом:

— Чай подавать уже?

— Ой, доча, — заохала матушка Марфута. — Чего-то совсем заболтала я тебя! Не угощаю, не потчую…

Обернулась к девушке, ласково кивнула:

— Подавай, Анфисочка, подавай…

Диалог по причине пересервировки стола сначала приостановился, а потом плавно перешел на темы менее таинственные, связанные с организацией местного быта.

— Спасибо большое за рассказ и за вкусный обед, — поблагодарила я матушку Марфуту после третьей чашки ароматного чая. — Все было замечательно, но мне пора. Сегодня у меня назначена встреча с Куратором Технологии, а завтра, если возможно, хотела бы осмотреть Тридевятое царство.

— Конечно, конечно, милочка, — активно закивала Управительница. — Смотри, изучай. И у них и у нас. Мы-то все, чего хочешь, покажем, ничего не утаим. Лишь бы все по справедливости. А вот соседи-то наши… Ну да ладно, гляди сама.

На том и расстались.

Уходя, я не без гордости подумала, что моя первая рабочая встреча прошла успешно. Матушка Марфута показалась мне очень милой, и наше общение я вспоминала с удовольствием. Я тоже, в общем-то, держалась неплохо. Ну, если не считать того, что сейчас кажусь себе круглым бочонком на коротких ножках. А также того, что я забыла спросить, как же два таких разных мира оказались вместе. Ведь их хозяева могли выбрать любую планету, но почему-то предпочли устроиться на одной, да еще на общем тесном пятачке. Нет, если бы они располагались на Земле, их близкое соседство было бы понятно. Ведь все фантазийные миры там создавались еще до появления внепространственных переходов, и найти место для расположения нового творения на густонаселенной и застроенной планете было сложным и дорогим удовольствием. А сейчас, когда с помощью джамп-кабины можно оказаться в любой точке Вселенной, появилась возможность размещать фантазийные пространства с большим комфортом. Один мир — одна планета. И никаких споров с соседями.

А ведь если подумать, Технология сейчас находится в довольно щекотливом положении. Коли в процессе инспекции выяснится, что она нарушает права Тридевятого царства и тем более если обнаружатся утечки в защитной сетке, то наш ИнтерГпол может применить жесткие санкции. Начиная от штрафов и заканчивая требованием переноса, а то и полной ликвидации фантазийного мира. Конечно, ликвидация — это редкий случай, и надеюсь, здесь до этого не дойдет. Но даже если Технологию потребуют всего лишь перенести, то ничего хорошего в этом нет. Ведь переместить готовый мир гораздо сложнее, чем построить новый. И вполне вероятно, что в этом случае хозяева добровольно закроют его.

Если бы я была штатным агентом, то имела бы право принять любое решение прямо на месте. И потребовать его исполнения. Но круг полномочий стажера ограничен, и я, честно говоря, очень рада, что окончательные предписания придется давать не мне.

А жаль все-таки, что я не успела изучить историю появления двух здешних миров. Уж слишком быстро мне пришлось выехать. А сейчас запрашивать данные по коммуникатору уже поздно — на таких дальних расстояниях они придут уже после того, как я покину эту планету. Ведь на командировку у меня отведено всего три-четыре дня. «Что ж, постараюсь наиболее полно собрать факты», — решила я и отправилась в Технологию.

* * *

Встреча с Куратором Технологии оказалась впечатляющей, но, к сожалению, не столь приятной, как беседа с Управительницей.

Заботливая матушка Марфута объяснила мне, как найти «центральный зал Купольного корпуса». Туда, оказывается, вел второй выход из гостевого домика. Шагнув за порог, я оказалась в громадном пустом пространстве странной асимметричной формы. Крыша, начинающаяся на уровне человеческого роста с одной стороны, уходила куда-то на немыслимую высоту с другой. Жгуты и жгутики тянулись по стенам, переплетались, путались и казались паутиной, сплетенной безумным пауком. Поверхность пола светилась тускло-ртутными переливами, то превращаясь в зеркало, то покрываясь мутными разводами. «Странное место, — подумала я, осторожно ступая по изменчивому полу. — Чем-то очень подавляет. Размерами? А чем-то очень привлекает. Необычностью?»

Я несколько раз прошлась по залу, в подробностях осмотрела окружающее пространство, поудивлялась его размаху и величию, а Куратор Технологии все не появлялся. «Как-то это невежливо, — думала я, вышагивая по периметру, словно цапля по болоту. — Время вышло, а его все нет и нет. И как мне к этому относиться? Оценить как проявление той самой заносчивости, на которую жаловалась матушка Марфута? Хотя, если вспомнить, Управительница тоже появилась не сразу… Зато потом все было организовано очень мило. Да и местечко там поприятнее. А здесь даже присесть негде. Если бы мне требовалось оценить работу фантазийных миров в баллах, то я бы снизила их Технологии за нетактичное поведение руководства и прибавила Тридевятому царству — за любезность Управительницы. Впрочем, это так, из вредности. Хотя опоздание Куратора все-таки раздражает…»

Я задумчиво разглядывала собственное чуть расплывшееся отражение в зеркальных переливах пола, когда послышался шум. «Наконец-то!» Я подняла глаза и… впала в шок. Человек, приближающийся с дальнего конца зала, выглядел как воплощение самых мрачных человеческих фантазий. Полы черного плаща, будто крылья летучей мыши, разлетались в такт тяжелым шагам. Тонкие губы были плотно сжаты. Острые скулы и крючковатый нос подчеркивали аскетизм лица. Темные непроницаемые глаза смотрели холодно и отстраненно. И ко всему этому прилагался абсолютно голый череп. Увидев эту несолидно розовеющую лысину на фоне всей остальной мрачной атрибутики, я вышла из ступора и чуть было не захихикала. Однако жесткий взгляд ее хозяина моментально снял все мое веселье.

Куратор остановился и нарочито медленно оглядел меня сверху вниз и обратно. Сталкиваясь с высокомерием, я смущаюсь, но тут, будучи агентом при исполнении (пусть и с ограниченным кругом полномочий!), решила не уступать. И попыталась ответить таким же осмотром. Губы Куратора скривились, и он негромко, будто бы про себя, произнес:

— Совсем с ума посходили! Они бы еще ребенка прислали…

Когда до меня дошел смысл слов, я чуть не задохнулась от возмущения. «Да как он смеет?! Я официальное лицо! Представитель ИнтерГпола!!!» Но высказаться не успела — Куратор заговорил снова:

— Приветствую госпожу инспектора на землях Технологии. И прошу простить за задержку — я не мог прервать проводимый опыт. Мое имя — Ильмаринен. Я готов предоставить вам всю необходимую информацию, а также продемонстрировать все, что вы пожелаете увидеть.

Формула обращения была стандартная, а вот тон таким, что я сразу поняла, что возмущение матушки Марфуты соседями было объективным. «Это не человек, это… упырь какой-то! Это надо уметь, чтобы прямо с порога настроить агента против себя! Да я сейчас… Сейчас такое ему скажу!..» Я открыла рот и… захлопнула его. «Нельзя! Нельзя-нельзя! Ведь я при исполнении, а не просто в гостях!»

Я с достоинством кивнула и ответила тоже стандартной формулой:

— Благодарю. Для начала я хотела бы знать, имеются ли у вас жалобы, претензии, заявления, которые мне следует выслушать до начала проверки?

— Нет, — ответ последовал без малейшей задержки и без намека на возможность продолжения беседы.

Я немного растерялась. Краткость, как известно, сестра таланта, но ведь не в ситуации инспекции. «Что это значит? Равнодушие к результатам? Или уверенность в безнаказанности?»

И снова молчание прервал Ильмаринен:

— Если у госпожи инспектора больше нет вопросов ко мне лично, то мой помощник Гастон окажет любую необходимую помощь.

Высокомерный кивок и тяжелые шаги, затихающие в глубине зала. Я оторопело смотрела вслед исчезающей темной фигуре. «О-го-го! Ничего себе Куратор в Технологии! Да ему бы цены не было в роли какого-нибудь злобного героя из сказочного Тридевятого царства. Да еще и меня отправил к помощнику. Имеется в виду, что много чести возиться с агентом, проводящим инспекционную проверку, самому? Ну конечно, я моложе, чем он. Но дело ведь не в возрасте, а в статусе. Следовало бы помнить, что я тут не сама по себе, и что в моем лице представлена ИнтерГпол… Странный, очень странный человек этот Ильмаринен!»

Не успела я завершить свои критические размышления, как в зал быстро вошел, почти вбежал молодой человек. Белая рубашка с закатанными рукавами, черные брюки. Открытое приветливое лицо, нос с небольшой горбинкой, чуть затемненные очки, почти не скрывающие внимательных карих глаз.

— Добрый день, госпожа инспектор. Рад приветствовать, — заулыбался он еще издалека. Протянул руку, здороваясь. — Меня зовут Гастон. Я буду вашим сопровождающим и с удовольствием покажу все, что вы пожелаете. Для начала предлагаю пройти ко мне в кабинет и в более уютной обстановке обсудить программу дальнейших действий.

«Речь вежливая, манеры приятные, в голосе — радушие. Нормальный человек. Не то, что Куратор!» — подумала я, выражая согласие следовать куда угодно.