Врата дракона

Черкасский углубился в чтение и по мере того как он это делал, его брови медленно лезли на лоб.

Линь Бао был сексуальным маньяком, бывшим хирургом одной Пекинской больницы (уж не той ли, где выставлялась знаменитая эротическая экспозиция?). Уже больше двух месяцев доктор терроризировал окрестности Пекина, а совсем недавно был замечен в Лояне. Как оказалось, нападал эскулап исключительно на старушек, и Серёга искренне не мог врубиться, о чём, собственно, тут базар.

Своих жертв этот свихнувшийся Асклепий вроде как отпускал. Таким образом, старые дуры должны были быть ему благодарны, а тут милиция, расследование, возмущённая общественность…

Однако, как же он точно тогда в метро определил в этом благообразном старикашке тайного эротомана. Что и говорить на всяких там извращенцев у Черкасского всегда был особый нюх. Кстати, и зрительная память у русского была отличная. Иной бы в жизни не отличил одного престарелого китайца от другого, даже если один из них лысый как колено, а второй не имеет пол уха и правой ноги…

Пятнадцать старушек за два месяца?

Однако этот дедок силён. Ниже фотографии доктора Линь Бао шло подробное описание последнего преступления, которое маньяк совершил в телефонной кабинке.

Русский смачно сплюнул в опущенное боковое окно джипа, через секунду туда же полетела и смятая газета.

Взревев, внедорожник стремительно рванул с места, насмерть перепугав подкрадывающегося сзади китайца, берущего плату за парковку.

Китаец громко выругался и погрозил вслед роскошной машине маленьким кулачком. Впрочем, особо возмущаться он не стал, так как сборщиком платы за стоянку был липовым…

Чен, как ни странно, не объявился ни в этот день, ни утром следующего. Серега твердо пообещал себе, что при первой же встрече всыплет необязательному «кроту» по первое число. А пока решил чуток расслабиться и оттянулся на полную катушку…

Утром, уныло осматривая гостиничный номер, напоминавший Куликово поле на второй день после битвы с Мамаем, русский подумал, что, пожалуй, малость переборщил с расслабухой. Тайский массаж и танцы на столе были явно лишними. Да и стрельба по «летающим тарелочкам» после двух пузырей текилы – это все равно, что водка без закуси.

И куда только этот чертов киллер глядел? Не мог вовремя остановить, что ли? (Серега смутно помнил, что вроде бы его личный убийца тоже участвовал во всем этом безобразии, но утверждать наверняка не брался).

Вроде бы и еще кто-то знакомый нарисовывался. А кто и зачем? Хоть убей, не мог сказать точно.

В дверь осторожно поскреблись.

– Кто? – рявкнул грозно.

Дверь приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась голова менеджера отеля. На усатом лице застыло благоговейно-испуганное выражение.

– Тебе чего? – насупился постоялец, памятуя о том, что лучший способ обороны – нападение.

«Интересно, сколько он меня содрал ночью за то, чтобы не ввязывать в это дело полицию?»

– Как здоровье мистера? – подобострастно осведомился менеджер.

«Да, видать слупил бабок как с родного».

– Твоими молитвами.

– Не желаете поправиться?

– С утра не пью.

Китаец испуганно замахал руками. Ему и в голову не пришло предлагать дорогому гостю в столь ранний час гробить свой драгоценный организм спиртным. Он имел в виду джакузи или массаж.

– Нет! – испугался русский. – Только не массаж! Давай уж лучше свое джакузи.

Погрузив свое тело в ванну с пузырящейся теплой водой, Серега блаженно расслабился. Что ни говори, а баксы, они и в коммунистическом Китае баксы.

Настойчивое треньканье сотового вывело Черкасского из нирваны.

Конечно же, это был Джимми.

– Где тебя черти носили? – сразу же взял быка за рога Серега.

– Извините, – заюлил Чен мелким бесом. – У нас тут были небольшие проблемы.

– Что за проблемы?

– Да так, – ушел от ответа Джимми. – Мы сейчас в парке Ванчэн. Англичанка захотела успокоить нервы и осматривает выставку пионов.

– Уже лечу! – радостно отозвался Черкасский, хотя где находится этот самый парк он, естественно, не знал.

Но разве это препятствие для приятного времяпрепровождения? В конце концов, у Серёги была его верная карта и помповик. А что ещё нужно бравому охотнику за артефактами кроме этих двух простых вещей? Ну, разве что удача.

С этим у Черкасского в последнее время стали возникать небольшие проблемы.

* * *

Праздник был в самом разгаре.

Народу в парке Ванчэн тусовалось совершенно немыслимое количество. В основном это, конечно же, были туристы. Как оказалось, фестиваль пионов был известен далеко за границами Лояна, собирая каждый год приличное количество любителей и праздно шатающихся по миру туристов.

Да, на фестивале было на что посмотреть.

Вот хотя бы сами пионы. Серёга не был силён в биологии, точнее в её обширном разделе под названием «Флора». Единственное доступное его пониманию растение, которое он более-менее уважал, это конопля. Полезность данного представителя пресловутой флоры никогда у Черкасского сомнений не вызывала. Был еще, правда, такой цветок как мак, но этим делом увлекались законченные отморозки, к которым русский питал вполне оправданное отвращение.

Ещё цветы обычно несказанно радовали противоположный пол. Непонятно, правда, почему, но это уже не мужского ума дело. Цветы дамам Серёга, как правило, не дарил, так как те дамы, с которыми он преимущественно общался, предпочитали несколько иную зелень, не имевшую ни малейшего отношения к растительному покрову планеты.

Единственной женщиной, которой Черкасский дарил (иногда) цветы, была его любимая мамочка, ударница Красноярского колхоза «Стопы Ильича» Дарина Вениаминовна Черкасская. Так что определённый интерес к выставке Серёга всё-таки испытывал.

Что ни говори, много цветов – это всегда красиво.

Больше всего пионы напомнили охотнику за артефактами обыкновенные астры. Впрочем, он быстро потерял к цветам интерес, добравшись до выставки автомобилей, которая каким-то совершенно непостижимым образом входила в программу мероприятий фестиваля. Какое отношение автомобили имели к пионам, оставалось загадкой.

Тачки были так себе. Серёга такие не любил. Дешёвые, компактные, средней надёжности. Короче, для широкого потребителя. Сплошные азиатские марки, ни одного «бумера» или «мерина». Так что к праздничному автосалону Черкасский тоже как-то очень быстро охладел.

Плюнув на всё (и в частности, на довольно безуспешную попытку разыскать в этом людском море англичанку), русский принялся бесцельно слоняться, выбирая более-менее спокойные аллеи парка Ванчэн, на которых не было ни пионов, ни малолитражных автомобилей.

Наткнувшись на очередную, что-то азартно выкрикивающую толпу, Серёга быстро повернул обратно. Судя по всему, в центре парка шёл чемпионат по пинг-понгу. Зрители орали так, словно земляне проигрывали сборной Марса по пинг-понгу с сокрушительным счётом 100:0.

Черкасский уже готов был впасть в состояние полной апатии, как вдруг увидел.… Нет, в это невозможно было поверить.

Решительно невозможно.

По широкой аллее спокойно, с ленцой прогуливался кровавый Линь Бао. Вид у маньяка был умиротворённый, из этого следовало, что он либо совсем недавно совершил своё гнусное действо, либо собирался его совершить в самое ближайшее время.

Черкасский опасливо зыркнул по сторонам в поисках неосмотрительных старушек. В любом случае, у эскулапа явно были не все дома. Охотиться при ТАКОМ скоплении народа? Да ещё когда твоя порочная рожа светится чуть ли не в каждой газете?

Риск на грани фола!

«Вот это по-нашему, – весело подумал Серёга, – по-русски!».

Что предпринимать в этой ситуации, было не ясно. То ли пристрелить извращенца, то ли сдать его в милицию. Первое сулило тюрьму, второе определённую долю славы.

Пока охотник за артефактами колебался, Линь Бао скрылся в густых зарослях, резко свернув на соседнюю аллею.

Черкасский было ринулся за ним, но тут он увидел англичанку и круто изменил свои намерения.

Бетси МакДугал шла одна без своих жуликоватых спутников. По всей видимости, она любовалась местной национальной игрой в пинг-понг.

Серёга замер на месте, не зная, что делать.

Хотя, чего ему бояться?

Ведь англичанка его не знает. Умнее всего было бы сейчас остаться в тени и осторожно за ней проследить. Что русский и сделал.

«Где же эти два лоботряса? – недовольно думал он, прогулочной походкой двигаясь за стройной конкуренткой. – Оставили её одну! Неужели они тоже не заметили длинного «хвоста», внезапно оборвавшегося в Шаолине?».

Что-то Черкасскому подсказывало – МакДугал находится в большой опасности.

А что тогда в Ганновере говорил Адам по поводу помощи коллегам? Что-то да говорил. Серёга наморщил лоб. Лезть сейчас в рюкзак за ноутбуком было бы верхом идиотизма.

Англичанка направилась к лоткам с цветами, значит, ещё не всё посмотрела.

Черкасскому вдруг показалось, что в толпе праздно гуляющих снова мелькнула всклокоченная бородёнка Линь Бао. А что если свихнутый докторишка выслеживает Бетси? Серёга с замиранием сердца представил, как маньяк в длинных семейных трусах выпрыгивает на англичанку из-за автомата с кока-колой и как он, Серёга, спокойно с ленцой откручивает старикашке его безумную голову. Великолепный повод для знакомства!

Но, к сожалению, МакДугал была для психопата слишком молода…

Всё, что произошло через несколько минут, доказало, что маньяков в коммунистическом Китае не меньше, чем в Голливудских триллерах.

Новый персонаж явно охотился на англичанку. Черкасский его заметил только потому, что персонаж был одет в тот же чёрный френч, что и два покойных ныне кадра, опрометчиво решивших поугрожать русскому в Пекине. Похоже, у этих придурков имелось что-то вроде униформы.

Вид у парня был совершенно безумный. Вытаращенные глаза. Бледное лицо. Словно он совсем недавно повстречал призрак самого великого Мао, обедающего в американском Макдоналдсе.

Налюбовавшись пионами, англичанка шла теперь по менее многолюдной части парка. Тут-то очередной сумасшедший и перешёл к решительным действиям.

«Это у них, наверное, от острой пищи катушки слетают», – ещё успел подумать Серёга.

Что-то инстинктивно почувствовав, МакДугал резко обернулась. Глаза её округлились, сумасшедший «китаёза» направлял на неё пистолет с навинченным на дуло толстым глушителем. От происходящего веяло дешёвой театральщиной.

Черкасский понял, что выхватить свой помповик в любом случае уже не успеет. Поэтому он сделал самое разумное, что вообще мог сделать. Поднял над головой правую руку и щёлкнул пальцами.

Пожалуй, англичанка даже не успела как следует испугаться.

Китаец во френче дёрнулся и, взглянув в последний раз на окружающий его мир кровавым третьим глазом, рухнул на землю. Секунду назад открывшееся у него во лбу лишнее око теперь глядело в абсолютную пустоту.

Русский облегчённо вздохнул и, подбежав к трупу, на всякий случай попинал его ногой, а то ещё оживёт вдруг, словно Фредди Крюгер.

Но китаец был мёртв, как заклёпка.

Из соседних кустов появился киллер. Свою снайперскую винтовку он уже успел спрятать в сумку для гольфа, перекинутую через плечо. Подойдя к телу, молодой человек с интересом уставился на творение своих рук.

Через минуту к ним присоединилась англичанка.

– Кого же из вас мне благодарить? – немного с хрипотцой спросила она, ещё не оправившись от шока.

– Обоих, – ответил Серега, думая о том, что мёртвый косоглазый больше всего походит сейчас на впавшего в анабиоз вампира.

– Это должно быть ваш знакомый? – осторожно спросил киллер, демонстрируя отличное знание английского.

– Нет, – удрученно буркнула Бетси. – Я вижу этого… этого человека в первый раз.

– В первый и последний, – усмехнулся Черкасский. – Кстати, мы не представились.

Русский был сама деликатность.

– Бетси МакДугал, – немного запинаясь, представилась англичанка. – Археолог.

– Сергей Черкасский, охотник за артефактами, – русский слегка поклонился.

– О! – не сдержала удивлённый возглас Бетси. – Какое совпадение!

– Валентин, – киллер галантно поцеловал протянутую англичанкой ручку. – Любитель.

Мёртвый китаец служил для знакомства не очень удачным фоном. Картина была абстрактной, а местами даже абсурдной.

Бетси подавлено замолчала. Молодой человек, по-прежнему бережно держал её за руку.

«Чего это он?», – недовольно подумал Серега, глядя на слегка пришибленное выражение, застывшее на аскетическом лице убийцы.

Затем Черкасский узрел бегущих по парку милиционеров.

Киллер сориентировался молниеносно, без колебаний резко увлекая Бетси в сторону. Впавший в непонятный ступор Серёга только очумело моргнул.

Местные менты действовали на редкость оперативно. На запястьях Черкасского как по волшебству возникли тугие браслеты.

Остальное происходило с ним в каком-то непонятном сумраке, лишь изредка озаряющемся светом окружающей действительности.

Чуть позже выяснилось, что Серёга тогда схлопотал первый в своей жизни солнечный удар…

Милиционеры обыскали труп китайца.

– Да это же сам Кен Чжоу! – радостно закричал кто-то над самым ухом Черкасского. – Вот так удача. Интерпол его уже второй год ищет.