Дом, где притаилась смерть

– Выяснять. – Я подошла к ней и аккуратно усадила ее обратно. – Мы не станем делать никаких выводов, пока информация не подтвердится. Вот почему сейчас нам надо просто поговорить с Ольгой. Аккуратно выведать у нее все подробности, не вызывая особых подозрений. Она не должна догадываться, что мы вполне допускаем возможность причастности к нападению кого-то из персонала. Она вообще не должна знать о нападениях, как и все остальные сотрудники, чтобы не спровоцировать панику или другой повышенный интерес к ситуации.

– А я, что я ей должна сказать? – Клаудия была растеряна.

– Представь меня как эксперта по безопасности из столичного салона, думаю, этого будет достаточно, чтобы создалось правильное отношение к моему пребыванию в магазине, – сказала я.

Через минуту мы пригласили Ольгу в кабинет.

– Вызывали? – робко спросила она, вздрогнув, когда дверь сама захлопнулась за ее спиной.

– Что делали? – не поняла ее вопрос итальянка.

– Ну, как же… – Девушка совершенно растерялась. Я поняла, что пора брать инициативу в свои руки, поэтому ответила вместо хозяйки.

– Ольга, сегодня за ужином произошел неприятный инцидент, – интригующе начала я, но, как уже отмечала раньше, я не собиралась говорить о нападении, хотела придумать иную правдоподобную версию, но такую, чтобы с ее помощью можно было разговорить продавщицу. – Не слишком вдаваясь в подробности, скажу вам, что салон сеньориты Форенца подвергается атакам. – Я не успела сделать вполне допустимую паузу на этих словах, чтобы посмотреть реакцию девушки, так как она отреагировала молниеносно, так, словно была готова услышать нечто подобное.

– Как?! О боже?! – Она закрыла руками рот, глаза ее округлились. Она бросила быстрый оценивающий взгляд на итальянку, словно хотела убедиться, что с начальницей все в порядке.

– Мы полагаем, что конкуренты хотят выведать все секреты Клаудии по управлению салоном оптики, поэтому подсылают своих агентов, а они нападают… – Я не успела завершить свою мысль, как вдруг моя клиентка вставила:

– К счастью, Евгения мне помогла… как это… побить, – запнулась Клаудия, подбирая русское слово, и сделала это весьма кстати, пока не наболтала лишнего. Похоже, она совершенно позабыла, о чем я ей говорила перед вызовом Ольги в кабинет.

– Отбиться, – подсказала я и продолжила: – То есть нам удалось раскусить этого «подосланного казачка». – При этом я многозначительно посмотрела на итальянку, давая ей понять, что больше встревать не следует. – Мы знаем, кто исполнитель, точнее, догадываемся и предполагаем, так как доказательств никаких, а вот кто заказчик – этот вопрос остается открытым, – перешла я к сути, на этих словах намеренно сделав паузу. Ответ Ольги показался подозрительным:

– О боже… – прошептала она осипшим голосом. Охватившее ее волнение было странным.

– Да, нам почти удалось задержать негодяя, но, увы, у него все же получилось вырваться… – Я опять запнулась, девушка отреагировала очередной уже известной фразой, но произнесенной с более оптимистичными нотками:

– О боже!

– На память об эпизоде с нападением осталась важная улика и информация о том, что за несколько минут до нападения этот человек был в салоне и говорил именно с вами, Ольга. – Я подошла к ней поближе, намеренно создав некий моральный дискомфорт вторжением моего биополя в ее личное пространство. – И теперь, собственно, вопрос: о чем вы говорили?

– С кем?

– Со шпионом! – ответила я, а Клаудия в один голос со мной, в свою очередь, воскликнула:

– С преступником! – Чем сильно напугала сотрудницу салона. Я опять поспешила добавить, чтобы сместить акценты от нападения в сторону информации, которую нам необходимо было получить.

– Ольга, мы предполагаем, что в салоне работает кто-то, кто помогает этому человеку со шпионажем. Поэтому и хотели поговорить с вами, чтобы попытаться, быть может, совместно понять, кто предатель. – Услышав мое последнее слово, девушка вздрогнула, взгляд ее заметался по кабинету, избегая наших лиц. – Так о чем вы разговаривали со шпионом?! – Я намеренно чуть повысила голос, Ольга испугалась не на шутку.

– Ни о чем! Об очках, оправах… – сбивчиво затараторила она.

Именно этого ответа я и ждала, чтобы перейти в открытое нападение.

– А откуда вы знаете, про какого именно клиента мы говорим?! – Я подошла к Ольге вплотную и не сводила взор с ее лица.

– Я… э… я на самом деле не знаю… просто тут все спрашивают про одно и то же, про линзы и очки, это же салон оптики! – с трудом подбирая слова, по крупицам собрала она вполне допустимое объяснение.

– Хорошо… – мрачно протянула я, но обвинять девушку на данном этапе было не в чем, да и неразумно. Я всегда руководствовалась правилом презумпции невиновности. Пока доказательная база напрямую не указывала на причастность человека к преступлению, я не имела права обвинять его. Разве что подозревать, но делать это по понятным причинам старалась тайно. Я была очень довольна, что мне удалось придумать версию с промышленным шпионажем. Салон быстро наполнится слухами, сотрудники решат, что Клаудия, по своей иностранной глупости, решила, что охотятся не за лотерейным билетом, а за профессиональными тайнами. А этот вывод может заставить преступника расслабиться, совершить ошибку и тем самым облегчить задачу мне. Но все это пока было только на уровне размышлений. Я до сих пор была не уверена, что злодей, один или несколько, напрямую связан с салоном. Я продолжила завуалированный под доверительную беседу допрос: – И все же о чем вы разговаривали с этим мужчиной? – спросила я, показывая заранее подготовленную распечатку с камер наблюдений.

Ольга взяла листок бумаги, некоторое время внимательно разглядывала изображение, затем спросила, повернувшись к Клаудии:

– А у нас что, есть скрытое наблюдение в торговом зале? – Я не удивилась, что этот вопрос взволновал девушку в первую очередь. Ее поведение все больше казалось мне подозрительным, но я воздержалась от комментариев.

– Да, это обязательная мера, – с ходу и очень убедительно соврала итальянка. На самом деле камера была всего одна и охватывала преимущественно зону двери. Остальные только должны были установить, но знать сотрудникам об этом было ни к чему.

– Вот уж и не догадывалась, интересно… – Ольга потерла ладонью лоб, собираясь с мыслями. Я уже собралась было напомнить ей вопрос, как она сама продолжила: – Ему нужна была оправа, но, насколько я поняла, покупать он сегодня ничего не собирался. Спросил у меня что-то про частоту обновления ассортимента, помялся пару минут у витрин и ушел. Я еще подумала, что он мог быть из конкурирующего магазина. Совсем как вы сейчас и сказали, – отчего-то обрадовалась она и принялась увлеченно рассуждать: – Точно! Теперь его странности объясняются просто. Он не за очками, а за нашими секретами приходил! – возвестила она с таким воодушевлением, словно эта мысль пришла ей в голову сама по себе, без моих тщательно подготовленных подсказок. – Ведь он к нам часто заходит, все что-то выспрашивает, меряет, но пока еще ничего не купил. А внешность такая приметная, кепка всегда одна и та же и очки. Да еще у него часы старомодные на металлической цепочке, я думала, таких сейчас и не выпускают… – Я не стала ее поправлять, что это не внешность приметная, а аксессуары делают ее такой, так как мою клиентку взволновало другое.

– О… теперь точно сходится, что за мной охотятся соперники по бизнесу?! – всплеснула руками Клаудия.

– Охота? – Ольга округлила глаза.

Я поняла, что в присутствии девушки мы обсудили уже больше информации, чем следовало, поэтому я поспешила ее отпустить. Оставшись наедине с клиенткой, я принялась рассуждать вслух:

– Странно все как-то получается. И совпадение довольно подозрительное… Интуиция мне подсказывает, что надо бы проследить за этой продавщицей. Реагирует она уж больно наигранно, то чуть ли не в обморок от страха падает, бормочет, что ничего не помнит, а в следующую минуту вдруг выдает наизусть диалог с клиентом… Хвост просто сам напрашивается с данной ситуацией.

– Какой? На голове из волос или у животного? – Не успевая за моими быстрыми рассуждениями, Клаудия была совершенно сбита с толку.

– Хвост – это специально обученные люди, которые идут по следу, например, подозреваемого, с целью слежки, – терпеливо расшифровала я.

– Как это слежки?

– Как обычно, при помощи прослушивающих и прочих шпионских устройств.

– А кто эти люди, которые пойдут по следу? – резонно поинтересовалась моя подопечная.

– Это мы с тобой! – Я обворожительно улыбнулась. – Точнее, должна была быть только я, но, увы, я не имею права оставлять тебя одну, тем более что по условиям договора я в первую очередь твой телохранитель. Так что мы отправимся вместе. Эх, зря мы не перекусили в «Рапсодии», в отель мы, по всей видимости, попадем не скоро, – вздохнула я.

– Ой, я опять боюсь. – Клаудия обхватила себя руками за плечи, словно озябла от внезапного сквозняка.

– А вот это чувство совершенно лишнее, особенно теперь, когда я рядом и с тобой, и с твоим билетом, – улыбнулась я итальянке и нарочно поспешно сменила тему: – Так! Сейчас я все подготовлю для успешной слежки, потом часа за полтора до закрытия демонстративно отправимся в отель.

– О, это уже скоро. – Она посмотрела на часы. – А потом? – Брови Клаудии непроизвольно сложились в форме крыши домика.

– А там видно будет…

Оставшееся время в магазине я посвятила наблюдению за поведением нанятого персонала. Каждый вызвал у меня некоторые подозрения. Например, Виктория то и дело заглядывала в кабинет, словно хотела уловить обрывки нашего разговора, Ольга все время оказывалась недалеко от нашей двери, когда мы выходили в зал. Охранник Василий периодически кидал в мою сторону пристальные изучающие взгляды. С другой стороны, все эти странности легко можно было объяснить обычным любопытством. Возможно, они воспринимали меня как претендента на чье-то место… Или Ольга уже успела поведать последние сплетни. В любом случае сегодня только первый из трех дней, что мне предстояло провести рядом с Клаудией. Я очень надеялась, что к воскресенью на многие вопросы найдутся ответы.

Как только мне удалось поместить в карман пиджака Ольги жучок, мы с Клаудией засобирались в отель. Необходимо было сменить одежду на более удобные для проведения слежки вещи. Мне выбрать костюм не составило труда, так как удобная экипировка для телохранителя – это необходимое условие для качественного выполнения своих обязанностей. Гардероб Клаудии заставил меня задуматься.

Вещи итальянки были все как на подбор, красивые, качественные, с лейблами дорогих известных марок, но, увы, совершенно непрактичные. Светлые строгие пиджаки, узкие юбки, обилие кружевных и шелковых блузок. Из всего этого великолепия разве что выбивалась обувь. Туфель было всего три пары, все практически без каблука, кроме них в шкафу нашлись: пара удобных теннисных тапочек, одни кроссовки и, как это ни странно, нечто похожее на валенки – угги.

– Клаудия, вот сейчас тебе удалось меня удивить! – воскликнула я с усмешкой, выуживая на свет зимнюю обувку.

– А что такое? Мама пугала меня вашими морозами, вот я и взяла эти сапожки… – пожала она печами.

– Понятно, но сейчас июнь, да и с чем ты собиралась это носить, у тебя же одни дизайнерские костюмы?!

– С ними и собиралась. У нас в Италии женщины все больше стали заботиться о своем состоянии, то есть о себе лично. У вас тут все носят на работу эти страшно высокие платформы и большие каблуки, а ведь это очень неудобно и вредно, – в свойственной ей эмоциональной манере пустилась она в объяснения. – Главное – здоровье. А от каблуков и этих тонких, как это по-русски?

– Шпилек, – подсказала я.

– Ну, наверное, так. От них ведь ногам больно, спине – большой груз, да и эти, такие страшные внизу… – Она опять запнулась, позабыв нужное слово.

– Мозоли?

– Наверное, они. В общем, я не могу отказать себе в удовольствии носить ту одежду, которая доставляет мне, как это… Комфорт! Поэтому я покупаю дорогие костюмы в известных домах моды, потому что ткань натуральная, а качество и стиль – выше похвал. А на ноги эти туфли, подожди, я помню, кажется, название… корабли?

– Лодочки, – улыбнулась я.

– Вот-вот. Потому что мне так удобно! Я могу целый день не думать о том, что вечером буду страдать от боли, а спокойно работать! И мне нет важности, что мужчинам нравятся длинные ноги на высоких каблуках! – Последнюю фразу она практически выкрикнула мне в лицо, словно перед ней была не я, а представитель сильного пола, осмелившийся ее упрекнуть по данному поводу. – Да, именно так! Мы в Италии уже давно делаем шутки над вашими туристками, что они приезжают к нам, в наш прекрасный Рим – этот город-музей под открытым небом, обойти улицы которого не хватит и недели! И еле идут, опираясь на руку своего спутника в этих ужасных туфлях! У нас даже есть смешная поговорка, что если такой каблук, то только у русской… – В этот момент она перевела взор на пол и заметила, что у шкафа стоит моя пара на высоких шпильках в бежевых тонах, а рядом с ней красуется вторая в подобном стиле – ярко-алая. – Извини, – с запинкой выдавила она. – Наверное, у вас так принято, а я ругаюсь… – От смущения она покраснела.

– Да нет, что ты, все правильно. Поверь, я эти туфли ношу только для дела! И я в них не страдаю от дискомфорта. – Если честно, я была абсолютно согласна с мнением своей клиентки. Все обстояло именно так, но только не в моем случае. Во-первых, туфли у меня были очень дорогие, разношенные по всем правилам так, чтобы я, если вдруг понадобится, смогла в них и кросс пробежать. Но говорить об этом Клаудии не стоило, я подозревала, что она просто не поверит и потребует доказательств, а времени на демонстрацию не было. – Большую часть своей жизни я провожу в спортивной обу-ви, – добавила я, совершенно при этом не кривя душой, так как привыкла в свободное от работы время много часов посвящать тренировкам. Туфли на шпильках я в основном надевала на деловые встречи, романтические свидания и в том случае, если кого-то было необходимо срочно очаровать… Последнее исключительно в интересах дела.

– А что тебе не понравилось тогда? – смутилась моя собеседница.

– Все понравилось, просто жалко в твоих шикарных костюмах заниматься слежкой за объектом. Кто знает, где придется прятаться, чтобы нас не заметили… Жалко, все-таки ткани красивые. – Я провела рукой по ровному ряду одежды, висящей на вешалках в шкафу.

– О, так у меня на этот случай есть спортивный костюм. Он, правда, для спортзала, так как я стараюсь поддерживать форму, а здесь, в гостинице, как раз есть такая возможность. На минус первом этаже имеется небольшой фитнес-центр. – И с большим воодушевлением она, подхватив с полки нечто в ярких тонах, направилась в ванную. Когда Клаудия вернулась, я с трудом сдержала улыбку. Ярко-красные обтягивающие штаны, расклешенные книзу, сверху дополнялись желтым спортивным топом, открывающим подкачанный животик. – Ну как? Спортивно?

– Более чем! – не могла не согласиться я. – Но слишком ярко для того, чтобы незаметно идти за объектом. Твоя фигура действительно в отличной форме, поэтому я подозреваю, что нам не за Ольгой получится следить, а придется отбиваться от мужчин, которые немедленно отправятся по твоему следу, плененные твоими великолепными формами. – Я решила немного разрядить обстановку тревоги, в которой буквально погрязла Клаудия, и развеселить ее ненавязчивым и вполне заслуженным комплиментом.

– О… – расстроилась итальянка, хотя мои слова ей явно понравились. – Я не подумала…

– Зато я подумала! – Мне ничего не оставалось, как отдать девушке свой второй спортивный костюм. Та без возражений быстро переоделась.

– Так лучше, – не спросила, а утвердительно заявила она, разглядывая себя в зеркале. Возразить мне было нечего. Темно-лиловый трикотаж прекрасно подходил к смуглому цвету ее кожи и волосам, которые она собрала в хвост, а сверху надела бейсболку. – Завтра же пойду в бутик и куплю себе что-то более подходящее, – решительно заявила владелица салона оптики. – А здесь можно купить что-то приличное? – в следующую секунду засомневалась она и тут же добавила: – Ой, прости, я, наверное, говорю обидно?

– Нет, все в порядке. – Ее искренность меня подкупала.

– Ты же поможешь мне выбрать?

– Разумеется, тем более что без меня тебе еще как минимум три дня нигде не получится побывать. По крайней мере, по условиям контракта… – напомнила я, а итальянка тут же спохватилась.

– Ах да! Контракт. Я же его уже распечатала. Тебе осталось только подписать, мой юрист не делал никаких исправлений, даже похвалил за корректное содержание пунктов!

– Спасибо, – только и сказала я, убирая свой экземпляр. У меня, разумеется, не было сомнений в том, что именно так и будет.

До закрытия магазина оставалось полчаса. Завершив переодевания, мы отправились обратно к салону. Еще днем я заприметила отличное кафе через дорогу, в стороне от пространства, открывающегося для обзора из торгового зала. Там мы и уселись.

Я заказала нам по чаю с какими-то мини-пирожными и сразу же расплатилась, чтобы мы имели возможность покинуть заведение в любой момент. Ждать нам пришлось недолго, но мы успели завершить свой быстрый сладкий перекус. Первой из салона выпорхнула Виктория, вскоре, практически следом за ней, Ольга, на пороге с ключами ее провожал Василий. Как только девушка прошагала за соседний дом, а охранник повернулся спиной к улице, занятый рольставнями, мы кинулись в погоню.

Наша задача была подойти к Ольге настолько близко, чтобы получилось снимать показания жучка. Буквально через пару минут нам это удалось. Мы уже покинули центральную улицу, девушка свернула сначала в один переулок, уже не такой людный, затем из него в следующий, где нам приходилось постоянно замедлять шаг и прятаться в арках, чтобы оставаться незамеченными. Я подозревала, что мы пойдем этим путем, так как помнила из информации об Ольге, которую распечатала с файла Клаудии, что жила девушка буквально в двух кварталах от магазина. До ее дома оставалось пройти сквозь одну улицу и свернуть в прилегающий справа переулок, когда у нее зазвонил мобильный телефон. Мы с Клаудией замерли, спрятавшись за стену газетного киоска, Ольга разговаривала с другой его стороны.

– Алло, да, я! – раздалось в наушнике. Второй я протянула Клаудии. В голосе Ольги звучали истеричные нотки, было очевидно, что она на взводе. – Да! Ну как же так! Все же обсудили! Такая осечка! Я не ору! – выкрикнула она. Судя по всему, абонент старался ее успокоить, и, видимо, выдвинутый им аргумент подействовал, так как Ольга внезапно резко сменила тон разговора: – Я понимаю, прости, просто нервы. Прости, прости, я все понимаю, я постараюсь. Я вообще все сказала, как мы и задумывали, про этого типа. Я дома буду, завтра у меня вторая смена, я позвоню обязательно, – залепетала она виновато и, добавив: – Целую, – отключила вызов.

Дальше следить за девушкой смысла не было. Она ясно озвучила кому-то свои планы оставаться дома вплоть до завтрашнего утра. Мы могли вернуться в гостиницу. На Клаудию услышанное произвело сильное впечатление.

– Это она! Она все задумала! – вцепилась мне в руку итальянка, как только продавщица скрылась за поворотом и мы отправились обратно в гостиницу. – Почему мы не схватили ее? И все, все бы закончилось!

– Мы не имели достаточно оснований, чтобы так поступить, – ответила я и, предвосхищая ее реакцию, быстро добавила: – Конечно, суть разговора была довольно подозрительна, но ничего напрямую не указывает, что Ольга обсуждала с кем-то сегодняшний инцидент в ресторане…

– А тип, я ведь правильно понимаю, что это означает мужчина? – нахмурилась Клаудия.

– Да, обычно да. Но что мы ей предъявим? Устное упоминание какого-то типа?! – попыталась я ее урезонить.

– Но что же, мы будем ждать, пока у них все получится?! – перебила меня Клаудия.

– Нет, мы продолжим расследование и постараемся добыть более веские доказательства.

– Как это?

– Проверим перечень телефонных контактов твоей продавщицы, – озвучила я следующий пункт плана, так как собиралась по возвращении в гостиницу немедленно связаться с моим товарищем по ученическим годам – Борисом. Он частенько помогал мне с такого рода проверками, разумеется, не бесплатно. Но эту статью расходов я всегда учитывала в контрактах с клиентами.

– А разве это разрешается законами вашей страны?

– Нет, только по специальным делам.

– А у нас такое?

– Конечно, – легко соврала я, так как считала, что объяснять все тонкости моей работы и взаимоотношений с правоохранительными органами на данный момент было бы лишним. Клаудии просто нужна была моя уверенность в том, что мы все делаем правильно и с единственной целью ее защитить. А детали самого процесса были исключительно моей заботой. Как я и предполагала, моего уверенного ответа хватило для того, чтобы итальянка хоть немного успокоилась. Наконец мы вернулись в гостиничный номер.

– О, Мадонна, какой длинный день! – Клаудия без сил плюхнулась на кровать поверх покрывала.

– Да уж! – не могла не согласиться я.

– Бокал вина? – не поднимая головы, предложила она.

– Нет, и тебе не советую пить больше одного. В эти дни опасно терять контроль над собой, – предупредила я.

– Ох, я не подумала. Тогда и я не буду, приму ванну и постараюсь уснуть.

– Правильно, – похвалила я и села за компьютер, чтобы отправить несколько писем.

День, который я провела в статусе телохранителя Клаудии, оказался довольно насыщенным, но мне нравилось, что все обстояло именно так. Не могу сказать, что погоня за адреналином составляла основу моих профессиональных стимулов, но без этого аспекта жизнь становилась скучной. Я отправила запрос Борису, после чего внимательно изучила данные из агентства по подбору персонала о сотрудниках, которых они подыскали для работы в салоне Клаудии.

Охранник Василий ранее трудился ночным сторожем на складе товаров хозяйственного назначения. Был разведен, дочь его осталась проживать с бывшей супругой. Наличие подобных данных в резюме меня удивило, но потом я поняла, что эта информация включена как причина возможности работы сверхурочно. Жил он на окраине нашего города, судя по указанному адресу, в пятиэтажке хрущевского типа. В общем, по сложившемуся у меня впечатлению, испытывал определенную нужду в деньгах.

Сменщик Василия – Егор Ветров – прошлым летом демобилизовался. Опыта работы до поступления в салон не имел, при этом как-то и на что-то же он жил все это время, что мне, разумеется, показалось странным, поэтому я отправила запрос о нем еще одному моему помощнику – майору Петрову – из нашего местного отделения полиции. Пусть посмотрит, нет ли чего на парня в их сводках. Подумав некоторое время, я присовокупила туда фамилии всех остальных сотрудников салона, кто знает, вдруг у Виктории, Ольги или второго продавца – Анны, а возможно, что и у мастера с доктором есть какие-то сомнительные пятна в прошлом. Любая подозрительная деталь могла помочь. На данном этапе было даже хорошо, что штат окончательно не укомплектован, так как небольшое количество подозреваемых существенно облегчало мне задачу. Хотя, конечно, на данном этапе серьезные вопросы вызывал телефонный разговор Ольги, который мы удачно подслушали. Мне не терпелось получить ответ от Бориса, но, увы, для этого требовалось время.

Клаудия закончила водные процедуры и прилегла с телевизионным пультом в руках на кровать, но, видимо, все никак не могла отвлечься от раздумий, так как не включила до сих пор звук.

– Эй! – позвала я ее, решив немного отвлечь. – Не стоит так переживать, все наладится, скоро воскресенье, а там уже и понедельник, мы приедем в посольство и заявим твои права на выигрыш, и все! – в несвойственной для меня оптимистичной манере произнесла я.

– А… что… какой выигрыш? – вздрогнула она, переведя на меня рассеянный взгляд.

– Как какой?

– Ой, прости, я задумалась. – Она поднялась повыше на подушках и отложила пульт в сторону. На губах ее, к моему изумлению, заиграла мечтательная улыбка.