Лучник

Чему там было сотрясаться? Кость сплошная – без какого-либо проблеска мозгов. Счастье Платона, что у муров полезных даров не оказалось, а то положил бы их второй мур в этом дворе, окажись он, к примеру, клокстоппером.

Платон всё время дары при планировании не учитывал. Мозги надо перестраивать, а получается пока плохо. Удачно, что планировщику только прилетело, а не кому из девочек.

Найдёныш-Катя подошла группе идеально – Шуша подтвердила, и девочку тут же окружили всевозможной заботой Слава, Кнопка и Михалыч. В процессе знакомства Гость отвёл девочку в сторонку и скормил ей красную жемчужину. Это уже становилось правильной, но необычной традицией, а у знахаря появился очередной объект для наблюдения.

Оказывается, у Егеря дочка была тринадцати лет, да провалилась в полынью и сгорела от воспаления лёгких за неделю. Выстраданный ребёнок у них с женой – долго с детьми не получалось. Через три года умерла жена. Всё себя винила – это она дочку бельё полоскать на речку отправила, набожная стала, но грех свой не отмолила. Так и остался Михалыч один, а тут такой подарок. Сразу они друг к другу потянулись. Ну и ладно. Вдвоём по-любому веселей.

На третий день решил Платон с Гостем всё же дойти до мотострелков. По карте Рона кластер девять дней как перезагрузился. Шли опять всей командой, но не по дороге, а по лесу. Тигр с Шушей по сторонам бегали – незнакомый лес же, всё надо обнюхать-осмотреть. Платон первым в группе вдоль дороги. Остальные за ним цепочкой, Гость последним.

До военной части дотопали беспроблемно – часа за три. Ворота закрыты, а на КПП болтались два пустыша в форме. Один с пистолетом, второй со штык-ножом. Угомонила их Кнопка и снова даром на расстоянии – растёт девочка.

А вот дальше стало интересно. Часть загрузилась не полностью и была она не полноценной, а кадрированной. То есть, на полк имелось с десяток офицеров и сколько-то там сержантов-контрактников. Остальных должны были призвать в случае войны или ещё какой подобной бяки. Имущество располагалось в подземных складах и полуподземных ангарах с техникой. Загрузилось всего три склада (оружие, боеприпасы и продукты) и два наземных ангара.

Гость увидел это изобилие и аж завыл, захлёбываясь слюной, закатывая глаза и роняя челюсть. Оказывается, в той жизни он на этой технике по молодости лет служил-воевал в каком-то там Афгане и знал её, как облупленную. И главное, имелись там те самые скорострельные автоматические орудия, которыми Рон стаб Сосновый вооружил, а уж боеприпасов к ним хранилось и вовсе немерено.

Первым делом Гость полез на склад вооружения. Свет, конечно же, отсутствовал как класс, но пару фонариков с батарейками они в магазине в посёлке Михалыча позаимствовали.

Склад был обычным армейским, а значит, приличного короткоствола для Катерины можно не искать. Поэтому Катёну пришлось вооружать пистолетом ПММ. Не бог весть что, под её руку, но ничего подходящего больше на складах не нашлось, а вот снайперскую винтовку для Егеря нашли почти сразу. Гость название сказал – снайперская винтовка Драгунова. Коротко – СВД. Калибр не сильно большой – семь шестьдесят два на пятьдесят четыре, но грамотному стрелку в самый раз.

Откопали в залежах оружейных ящиков автоматы под патрон семь шестьдесят два на тридцать девять со складывающимся вбок прикладом и с приборами бесшумной и беспламенной стрельбы, а проще, с глушителями. Взяли себе двенадцать штук – лотерейщиков и всякую мелочёвку отстреливать.

Боеприпасы на крупнокалиберные карабины Платона и Гостя пока не попадались, а на такие автоматы патронов было несчитано. Набрали к ним и глушителей, и «УС»-ов – патронов с уменьшенным пороховым зарядом. Прихватили три десятка гранат. Это чисто на растяжки. Мало ли, пригодится?

Лазали по складам до вечера. Гость приготовил один из грузовиков со спаркой орудий в кузове. Завёл, обиходил, заправил чем только можно и нельзя, снарядами в коробах загрузил, чуть в выхлопную трубу не лобызнул.

Странно как-то он эту пару назвал. Машину – шишигой, а пушку – «зушкой», но Егерь тоже понимающе головой кивал. Он на такой машине когда-то работал на непонятном Платону леспромхозе.

Из тяжёлого вооружения нашли одноразовые гранатомёты «Муха» и те самые, уже известные Платону, гранатомёты РПГ-7. Одноразовые «Мухи» Платон тоже видел – он таких девять штук на поле боя подобрал, где банда Рона с внешниками сцепилась. Было очень похоже, что часть тяжёлого пехотного вооружения Рон с братом здесь выгребали.

Пешком на горбу много не потаскаешь, но на машине не самое сложное занятие. Главное, упаковать всё правильно. Тем более, что «зушка» назад развёрнута – вперёд ей кабина стрелять мешает, а гранатомёт достал и лупи в любую сторону.

Ночевать остались здесь же, в части. В продовольственном складе. Только машину свою Гость поближе подогнал. Утром они с Егерем опять на оружейный склад полезли и нашли… Такая винтовка была в грузовике у муров Кинконга и, соответственно, спокойно лежала теперь в Убежище. АСВК – крупнокалиберная снайперская винтовка калибра двенадцать и семь миллиметра. Полутораметровая железяка весом в тринадцать килограммов без патронов.

Егерь её увидел, вцепился как клещ (не оторвать) и сказал, что сам потащит. Сам-то сам – мужик он крепкий, хоть и сильно пожилой, но пришлось перекладывать груз и выкидывать часть конфет. Патроны к этой винтовке весят не по-детски, а с СВД Егерь расставаться наотрез отказался. В конце концов, конфеты и часть боеприпасов навесили на Катёну. Так и прилипло это имя девочке-найдёнышу. Михалыч назвал, а все остальные подхватили.

Домой Катёна не рвалась. Бабушка-дедушка со стороны отца жили в глухой деревне километрах в сорока о города и, соответственно, счастье попадания в мир Стикса их минуло, а родители мамы уже три года как пребывали на кладбище. Но всё равно ехать пришлось бы через город, в котором Платон так неудачно выступил с практически сольной программой.

Перед выездом Гость навесил на кабину шишиги бронежилеты, где только смог, ибо водитель машины в ней практически беззащитный. Найдётся какой-нибудь очередной Вильгельм Телль с дедовской двустволкой и вместо спокойной дороги придётся Платону посадить за руль следующего водителя. Полноприводная грузовая машина в Улье ценность, а вот люди расходный материал. Гость об этом Платону в своё время все уши прожужжал.

Остаток места в кузове загрузили продуктами – в основном очень неплохими сухими пайками и «тушняком», и сложили в отдельные ящики по десятку автоматов и пистолетов с боеприпасами. Мало ли, как повернётся? Дороги в Улье извилистые. Вдоль бортов повесили те же самые бронежилеты – защита для тех, кто сидит в кузове, совсем не лишняя. От монстров не поможет, но от шальной пули глядишь, и защитит.

Выехали на следующий день с расчётом объехать город по кругу и выйти на ту дорогу, по которой приехали муры. Делать им в городе было уже нечего – город переродился, а вот монстры должны уже подтянуться. Городок большой и на элитника нарваться – это как два пальца обмочить, поэтому кружок взяли с приличным запасом.

Михалыч сел за руль, рядом с ним Платон посадил Славу, остальные разместились в кузове. Сам Платон, как главный застрельщик, устроил себе сразу за кабиной стрелковую позицию. Рядом примостилась Кнопка.

Спокойно ехали часа три где-то. Выехали из леса и не быстро поехали по просёлочной дороге. Дорога петляла по полям и перелескам, грузовик глотал неровности, как будто их не было, а в тех местах, где дорога отсутствовала как класс, шишига её прокладывала.

Первыми на звук двигателя прибежали топтун с тремя лотерейщиками. Кнопка их исправно засекла, по целенаправности движения поняли, что это хозяева Стикса. Машина была на открытом пространстве, поэтому особенно не волновались. Положил их Платон, Кнопка очистила.

Чуть тронулись, опять бегут. В этот раз три топтуна с приличной свитой. Здесь пострелять пришлось, даже Гость из своего карабина с глушителем подключился – шуметь выстрелами не хотели. На выстрелы монстры как на приглашение на обед собираются. Перебили, очистили и тем же макаром, не сильно торопясь, двинулись дальше.

Дорога, тем временем, свернула к городу и уже обогнули его, как услышали далёкие и редкие, но приближающиеся выстрелы из автомата, охотничьего ружья и пистолета. Пришлось чуть довернуть с дороги на другой просёлок и проехать ещё метров четыреста пятьдесят.

Толпа монстров здесь была не сильно большая, штук тридцать, и состояла в основном из бегунов и лотерейшиков. Прятались они за деревьями, а обложили охотничью кабанью засидку. Такие избушки на бревенчатых помостах ставят метрах в трёх-четырёх от земли. Эта была большая и даже с крышей.

Услышав шум двигателя, толпа лотерейщиков возбудилась и ломанулась на звук. Тут стреляли все без исключения, но Кнопка всё равно округу пасла и со стороны города засекла проблему.

Проблема неслась с приличной скоростью и называлась элитником-папой (или мамой) и тремя элитниками-недоносками (или руберами-переростками).

В их классификации и Гость не всегда разбирается. Куда уж Платону? Так что пришлось разворачивать в ту сторону заднепроходную часть грузовика.

Вот тут-то Платон и увидел, как работает эта несерьёзная и по внешнему виду, и по названию спаренная пушечка. Элитник был размерчиком побольше, чем в посёлке Егеря, но помогло ему это мало. Стрелял Гость по ногам, справедливо рассудив, что без гусениц и танк проще насмерть запинать, если он, конечно, плюнуть в ответ не успеет.

Элитник-папа не успел. Ноги-лапы ему Гость качественно подрубил, следом огонь на правую руку-лапу перенёс, да и Платон свою лепту в окончание жизненного пути очередного «представителя местного дворянства» внёс из одноразового гранатомёта.

Чего уж там? Шуметь так шуметь. Лучше уж нашуметь, чем в качестве десерта на обед к этой семейке отправиться, а вот потом пришлось им двоим отвлечься – набегали трое недоношенных детишек с одной извилиной на троих. А как может быть иначе, если они, видя, что «батяня» раскидал копыта по полю, внаглую в лоб попёрлись?

Двоих «детишек» Гость срезать успел – после «папани» это было достаточно просто. Одному от Платона прилетело из следующего одноразового гранатомёта – «пацан» сильно в сторону забрал и знахарь развернуться бы точно не успел. На этом война их закончилась. Платон с Тигром, Шушей и Кнопкой пошли смотреть, кого там лотерейщики на деревья загнали (о засидке они тогда ещё не знали). Остальные принялись вычищать трофеи.

До засидки дошли, не сильно сторожась, но люди в ней сидели как неживые – тихарились непонятно от чего. Платона это напрягло, и на открытое пространство он выходить не стал – крикнул, схоронясь за берёзой.

– Эй, народ! Монстры закончились. Я выйду поговорить? Не стрельните ненароком.

На что молодой голос почти фальцетом ответил.

– А стрельнём, что сделаешь?

Странный парнишка. Платон даже растерялся сразу ответить, но сообразила Кнопка.

– А стрельнёшь, я тебя из пулемёта причешу, а ещё у меня противотанковый гранатомёт имеется. Мне и подходить не придётся – пимпочку прижму, и от твоего сарая только куриные окорочка останутся. Да и те хорошо поджаренные.

Такой расклад парнишке не сильно понравился, да и голос женский ответил – видимо, сидельцам интересно стало.

– Спускаемся, – человек другой уже ответил.

Спустились они минут через десять. Первым подошёл молодой, тощий как жердь, суетной парень, вооружённый обычной охотничьей двустволкой. Вторым невысокий жилистый мужик с уголовными «перстнями» на пальцах, вооружённый короткоствольным автоматом, и только потом, чуть приотстав, черноволосая девушка. Та самая, которой Платон свой «Глок» в городе отдал.

Теперь молодая женщина выглядела не домашней испуганной девчонкой, а вышедшим из окружения солдатом и вооружена была уже не «Глоком», что Платон оставил, а другим каким-то пистолетом.

Увидев Платона, девушка чуть прищурила глаза и спросила.

– Что ж не пришёл, как обещал?

Платон дёрнул щекой и, кивнув на Кнопку, пояснил.

– Меня из вашего города Кнопка на себе вытащила. Попал под орудие транспорта. Если бы не она, там бы и остался. Сама-то как?

Но ответил опять молодой. Второй так и стоял молча, с нездоровым интересом разглядывая экипировку и оружие Платона и Кнопки.

– С какой целью интересуешься?

Теперь стоило показать ему зубы.

– А тебя не учили в детстве, что в чужие разговоры влезать нехорошо? Не знаю, как у вас, а в этом мире за излишнее любопытство можно и по чавке огрести.

За спиной парня тут же материализовался Тигр, прятавшийся до этого за соседним деревом. Шуша встала между девушкой и вторым мужчиной. Молодой мгновенно заткнулся, испуганно косясь на Тигра. Оценив качество группы поддержки Платона с Кнопкой, стал равнодушным и татуированный мужчина. Только девушка устало восхитилась.

– Ух ты! У тебя их две? Можно погладить?

Но Шуша уже придвинулась к брюнетке и громко замурчала. У Платона тут же выскочила жёлтая картинка.

– Можно. С нами пойдёшь? Считай, что ты от Шуши персональное приглашение получила.

– Э! Это наша девка. Она с нами пойдёт, – подал голос молодой и тут же уставился в ствол Кнопкиного «ручника».

Руки у Кнопки подрагивали от сдерживаемой ярости, но пулемёт она держала твёрдо.

– Невежливо ты себя ведёшь, – спокойно сказал Платон и приказал. – Шуша проверь их, – и, обращаясь к незнакомцам, добавил. – Стойте спокойно. Не тронет.

Шуша подошла к старшему, стоящему спокойно и даже как-то расслабленно. Картинка поменялась на серую. Парень горел ярко-красным цветом. Что это означало, Платон не знал, но Шуша, отходя от мужиков, даже фыркнула.

– Значит так, мужики… – проговорил Платон, но его перебил молодой.

– Мужики поле пашут…

Это Платона взбесило.

– И ты будешь пахать отсюда и до города, если пасть свою не захлопнешь. Мне правила Улья не позволяют тебя сейчас в землю закопать – свежакам помогать принято, а так, ты бы уже лежал и не гавкал. Я вам дам сейчас пару автоматов и по боекомплекту патронов, и чтобы больше мы вас никогда не видели. У меня в отряде есть человек – с закрытыми глазами живое существо чувствует за километр, а в грузовике орудие автоматическое. Увидим, что за нами пошли, больше разговаривать не будем, – и, обращаясь к девушке, спросил. – Ты с нами пойдёшь или с ними останешься? Решать только тебе.

Девушка ответила сразу.

– С вами.

– Тогда пойдём. Вы двое. Соберёте потроха со своих трофеев и подойдёте через полчаса. Отдам, что обещал, и расскажу, что здесь и как.

На том и распрощались. Молодой с татуированным подошли через полчаса. Брюнетку, назвавшуюся Надей, девчонки уже обиходили – дали умыться-помыться, одели в прихваченную от мотострелков камуфлированную куртку, висевшую на девушке как на вешалке, подпоясали кобурой с пистолетом и вооружили автоматом.

Рулила всем Кнопка, Платон не вмешивался. Трофеев взяли богато, и пришлось помогать Гостю и Егерю отсортировывать добычу, поэтому что и как произошло у машины, Платон не видел.

Внезапно взвизгнула Катёна и заржал молодой, но визгливый смех тут же сменился криком боли. Платон крутанулся, вскидывая карабин, но всё уже закончилось. Татуированный стоял, не дёргаясь – сложно дёргаться, когда тебе ствол ручного пулемёта в живот упирается, а сбоку стоит большая кошка с недружелюбно оскаленной физиономией.

Молодой парень, повизгивая от боли, катался по земле, зажимая лицо руками. Из-под его пальцев весёлыми струйками хлестала кровь. Тигр ударил лапой молча и как бы мимоходом. Молодой, но борзый, схвативший Катёну за филейную часть, лишился правого глаза, части щеки и уха, но был, как это ни странно, жив.

Егерь рванулся, поднимая приклад СВД, но Платон придержал его и, глядя в глаза татуированному, произнёс:

– Дурачок у тебя приятель, но за его выверт отвечать вам обоим. Ты старше, должен был его придержать, но этого не сделал – смотрел, чем закончится. Так что одного автомата с боекомплектом вы уже лишились. Забирай, и уходите – теперь вам больше никто из моих не поможет. Радуйтесь, что не пристрелили. Запомни на будущее – прежняя жизнь для вас закончилась. Оружие в этом мире у всех, и вы с такими понтами нарвётесь сразу. Перевязывать своего приятеля теперь тоже тебе. Мы только людям помогаем. Пока мы не уедем, к оружию не прикасайтесь. И ещё… с прежним именем здесь долго не живут. Не знаю почему, но это так. Имя у тебя с сегодняшнего дня Серый, а твоего приятеля зовут Шняга – большего вы не заслуживаете. Окрестил вас Лучник, – Платон кивнул, и Кнопка тут же убрала пулемёт и закинула его в грузовик принявшей оружие Славе.

Молча погрузились и неспешно покатили обратно. Только Егерь что-то бухтел, пока шёл к кабине. Минут через двадцать Кнопка, наклонившись к Платону, тихонько сказала.

– Я одного больше не вижу. Только что было двое, а теперь один.

Платон ответил так же тихо.

– Так и до этого был один. Молодой не человек, так – грязь под ногами. Этот гопник был не жилец. Такие вообще долго не живут. Добил его татуированный и дальше двинулся. В своём мире этому салабону головы поднять не давали, а здесь все ограничения сняты и оружие в руках. Как тут гнилую натуру в рамках удержать? Вот и захотелось ему себя показать с понятным результатом. Не на нас, так на кого-нибудь другого он бы точно нарвался. Второго у муров можем легко встретить. Он Серый не по имени. Мне его так Шуша показала.

Кнопка молча кивнула и уставилась на потихоньку глотаемую грузовиком ленту полевой дороги, обдумывая новую для себя информацию.

Наконец город объехали и двинулись дальше по разбитой, но асфальтовой дороге. Проехать надо было ещё два кластера, а потом свернуть на лесной просёлок. Там, дальше по просёлку, стояла ещё одна отметка Рона, а кластеры грузились с достаточно большими деревнями.

Город располагался ещё дальше и очень немаленький. На карте он обозначался как областной центр. Стерва рассказывала, что в том кластере загружался город приличной величины с самыми разнообразными вкусностями вроде оружейных магазинов и полицейских участков, но и проблем можно огрести выше крыши. Поэтому соваться туда пока смысла не было. Тем более, с такой кучей новичков на иждивении.

Первую деревню прошли без проблем, хотя пострелять пришлось. Стреляли из «калашей» с ПБС-ами – ещё одно название, непонятное Платону, но эти автоматы знали все. Даже Катёна достаточно уверенно отомкнула магазин и передёрнула затвор, а вот Надежда удивила.

Девушка этот «калаш» на первом же привале разобрала, почистила и собрала обратно с такой скоростью, что даже Платон удивился. Оказалось, что она дочка военного, а в городок приехала к подруге, с которой вместе в институте в крупном областном центре училась.

Стреляли в этой деревне все, а Кнопка опять раскачивала свой необычный дар, и получалось у неё с каждым упокоенным мертвяком всё увереннее. Надежда стреляла со всеми, но стреляла лучше всех. Платон, смекнув, что эту девушку на простом отстреле медляков использовать нерационально, нарезал ей сектор ответственности и не прогадал. Выскочивший из-за забора лотерейщик два скачка успел сделать. После чего словил лбом короткую очередь и рухнул на землю. Живых в той деревне они никого не нашли и, обобрав кого смогли, уехали на границу кластера, где и заночевали.

В следующую деревню Платон нахрапом не полез. До города оставалось около тридцати километров, и проблем можно было огрести на ровном месте. Остановились метров за шестьсот до околицы и принялись разглядывать ближайшие дома и окрестности в оптику. Вроде тихо, но именно вроде. Чуйка в деревню ехать не хотела и Платон, приказав Егерю развернуть грузовик «зушкой» к деревне, обратился к Гостю.

– Не нравится мне. Тихо слишком. Подружка моя считает, что там минимум рубер.

Тут ревниво влезла Кнопка.

– Какая такая подружка? – спросила вроде шутливо, но глаза оставались серьёзными.

– Самая любимая – чуйкой зовётся, – и пояснил. – Звук двигателя далеко разносится. В той деревне нас задолго до околицы бегуны встретили, а здесь тишина как в морге. Либо деревню до нас почистили, либо там кто-то серьёзный сидит и дожидается, когда мы сами в деревню залезем. Давайте-ка вернёмся метров на четыреста и приготовим пару гранатомётов. Кнопка! Что видишь?

Кнопка наморщила лоб и сказала.

– В центре деревни какое-то столпотворение. Много. Под сотню. Стоят в одном месте. Больше никого не вижу, что странно. Ни кошек, ни собак, ни живности какой. Только у околицы в крайнем доме слева от нас кто-то есть. На втором этаже, но сидит тихо – не двигается.

– Угу. На околице наверняка не человек – на втором этаже иммунному делать нечего. Проще в подпол спуститься, да и ушёл бы он уже давно – крайние дома в деревне и до леса недалеко. Кластер четыре дня как перезагрузился. Плюс-минус сутки. Вы посидите спокойно, а мы пойдём, погуляем. Надо прояснить непонятку. Высший заражённый уже кинулся бы, но проверить не мешает. Сейчас Тигр метнётся к околице и повыделывается напротив дома. Гость, готовь свою любимицу, если что, прикроешь.

Но знахарь возразил.

– Да на черта́? Давай просто объедем и всё. Спокойно поищем дорогу вокруг. Ну, потеряем несколько часов.

На что Платон возразил.

– Объехать-то можно, но в центре деревни обычно что стои́т? Магазин или сельсовет. Мы сколько деревень уже прошли? Везде планировка строений и улиц одинаковая. Вот в центре деревни и затаился кто-то – магазины все с решётками да ставнями металлическими. Плюс всегда железные двери. На околице человек может прятаться. Может, раненый или не иммунные порвали. Бросить-то недолго, но карму портить не хочется, а она у меня дама щепетильная. Дальше тебе пояснять не надо. Сам говорил, что если свежаку не помочь, то от Улья прилететь может. Вот я и прикидываю, как и рыбку съесть, и косточкой не подавиться. На муровскую и вообще человеческую засаду не похоже. Тогда на околице не один наблюдатель должен быть, а минимум двое, но поберечься стоит. Как бы на снайпера не нарваться. У нас такое случалось неоднократно. Выстрелит гадёныш и ноги оттуда – ему ничего, а у нас потери. Мы стоим в шестистах метрах. Если там снайпер, то он твою «зушку» разглядел в подробностях и на рожон не полезет. На одиночного человека он, может быть, и среагировал бы, собаку взял ножом, по крайней мере, попытался бы, а на большую кошку реакция совсем другая. Да и попасть по грыси в движении из снайперки это чистая фантастика. Я о таком даже не слышал.

Гость только кивнул. Возразить знахарь, конечно, мог, но виноват он был сам. Гость два месяца всем втирал, что свежаков обижать нельзя и если есть возможность, то надо помогать. В город Платон бы не полез, а в деревню имело смысл. Тем более, что он собирался обкатать Надежду. Уж больно интересно она двигалась.

Тигр, получив задание, даже улыбнулся. Платону так показалось. Осклабился и пропал. Платон остолбенел. Как это? Лучник даже глаза протёр от неожиданности и оглянулся на Гостя, но тот ковырялся в недрах своей железной любимицы, и Лучник решил оставить это дело на потом.

Тигр нарисовался в трёх метрах от грузовика и, выделывая всевозможные кульбиты, понёсся по полю. Причём бежал, сбивая прицел возможному снайперу. Добрался до околицы и скрылся во дворах.

– Не двигается, – тут же прокомментировала Кнопка.