S-T-I-K-S. Лучник 2 (кваз)

– Для Сенсея и его друзей сгущённое молоко самое любимое и практически недосягаемое в детстве лакомство. Ящиками могут её жрать. С чем угодно и даже во сне. Шоколад, сахар, бисквиты, торты и прочие сладости так не возбуждают. Им в спецшколе давали сгущёнку небольшими порциями в качестве поощрения, и это стало безусловным рефлексом, как у собаки Павловского. Когда мы их нашли, на складе из сладкого только сгущённое молоко лежало. Ни сахара, ни конфет каких не было и в помине, а сгущёнка – ящиками. Так до сих пор и осталось. У всех в личных вещах в качестве неприкосновенного запаса по паре сотен банок точно заныкано. До смешного доходит – даже в разгрузках попадается. Боцман уже воевать с ними умотался.

– Н-да, – задумчиво протянула Тина. – Я только сейчас осознала, какое у них было детство. Звучит просто жутко.

– Нет. Осознать подобное невозможно. Я, когда дневники руководителя спецшколы читал, у меня волосы, прижатые банданой, шевелились. В моём мире за подобные зверства любого деятеля от науки независимо от звания или учёной степени колесовали бы не раздумывая, а сам я такого садиста на мелкой тёрке бы растёр. И у меня ни в каком месте бы не дрогнуло. Почему я и говорю, что все эти бойцы уникальны. Боцман в первый же день сказал, что готов уйти из отряда и остаться с ними. Хорошо, что он до сих пор не знает, что они тогда в любую секунду были готовы его зарезать. Зато сейчас его авторитет непререкаем. Боцман всем провёл курс по водолазной подготовке и под воду их загнал. Так курсанты из воды вылезать не хотели – настолько понравилось. Плавать в спецшколе всех учили, в том числе и с аквалангами, а вот о том, что под водой можно на рыбу охотиться, никто из них даже не подозревал, а Боцман подводную рыбалку очень уважает. Курсанты на том пруду, на котором учились, всю рыбу выбили и неделю всех знакомых и незнакомых в Колизее кормили.

– Это когда это? – удивилась Тина.

– Когда я валялся в Минутке, а они караван в Колизей сопровождали. Их теперь в Колизее по рыбе этой помнят. Они и сами этих карасей с линями и щуками жрали в три горла и в пару кафешек всё, что набивали, сгружали. Ладно. Сегодня банно-прачечный день. Я там колодец недалеко видел. Надо помыться и пожевать вкусного, а то сухомятка заколебала. Все остальные дела завтра. Пара-тройка дней в запасе у нас есть точно. Возражения? Предложения?

– Да какие возражения, Лучник? Мы за любой кипиш, кроме голодовки. Картошечки бы. Хоть варёной, хоть жареной. А если Сенсей и тушёнки надыбает, то я его расцелую.

* * *

Наутро, едва рассвело, Тина с Беатой принялись подгонять Платона побыстрее сходить к обнаруженным боевым машинам, поэтому вышли, едва успев позавтракать вчерашней варёной картошкой с хорошо прожаренной тушёнкой. Чего-чего, а разнообразной тушёнки в деревне было в каждом доме хотя бы по несколько банок, а про картошку и сало и говорить нечего.

Подойдя к импровизированному ангару, Сенсей присвистнул.

– Вот это да! Ты говорил, но я не особо верил – в такой нищей деревне и такое богатство. Прикинь! Они действительно на этой технике ездят. Богатые ребята. Она же жрёт, как космический корабль!

– Я думаю, что это вынужденно, – тут же ответила Тина. – Ты дороги здесь видел? Это в Улье всегда сухо, а дожди крайне редки, а в их мире по весне и поздней осени можно проехать только на такой технике. Да и гоняют они по своим нуждам только один тягач. Тот, который с ПТРК, новёхонький – даже краска не потёрта. Их хозяева поэтому и вооружение не снимают – ты пойди загони сюда правоохранителей на их хиленьких легковушках. Да и куплено здесь всё наверняка. Конеферма – удовольствие не из дешёвых, а, значит, всё это хозяйство принадлежит очень непростому человеку.

– Опа! А здесь пустыш! Чего он тут забыл? – опять прокомментировал находку Сенсей.

– Голову включи! – опять ответила Тина, подошедшая поближе. – Это охранник техники. Вон у него и ствол в кобуре какой-то. Мужик как увидел, что в деревне творится, так спрятался в машине и сидел там, трясся, пока не переродился. Он здесь наверняка жил. Здесь и кухонный отсек, и продукты какие-то, и бутыли с водой девятнадцатилитровые, и плитка газовая. Давай, Лучник, колись, что задумал!

Жеманиться Платон не стал и принялся излагать свой план.

– В общем-то, всё просто. По моим сведениям, перезагрузки тут идут волной. Сначала перезагружается тот кластер, через который мы проходили, когда приближались к этой деревне. Он перезагрузится через четыре дня плюс-минус сутки. Подгоняем к границе «маталыгу» с пулемётом и оставляем до перезагрузки. Вторую отгоняем на границу противоположного кластера. Когда перезагрузка соседнего кластера закончится, Сенсей отгонит первую машину и развернёт её. В ней вы с Беатой и Таней дождётесь перезагрузки кластера с конефермой, а потом заведёте и на максимальной скорости доедете до двухэтажек. После чего покинете машину и переберётесь в тот дом, который себе выберете. Причём дом надо выбирать нежилой. Неиммунные стопудово помнят, где живут люди. На фига вам отбиваться от лишнего? Да и жители в жилых домах могут поднять никому не нужную панику. Мы с Сенсеем в свою очередь будем ждать перезагрузки во второй «маталыге», но машину к деревне подгонять не будем, а просто доедем до ангара. После чего он заведёт «маталыгу» с пулемётом, выгонит её из ангара и запустит в сторону деревни. Чем закрепить педаль газа, Сенсей найдёт. Тем временем вы и я начнём прореживать стаю, выбивая средних и мелких неиммунных. Вы с крыши дома, я из скрыта. Не думаю, что в деревню в это время ломанётся элита – её в первую очередь интересуют крупные травоядные. На ревущую и двигающуюся технику стая средних неиммунных однозначно наведётся, и мы её прилично постреляем. Сенсей тем временем будет готовить к бою вторую машину. Ему надо загрузить минимум шесть ракет, завести и выгнать тягач из ангара. Дальше ждём элитников и развлекаем их из гранатомётов и ПТРК, а там как пойдёт. Главное – всё время элитников удивлять, а разворачивать их спиной к стрелкам и координировать ваши действия будем мы с грысями. Ваша основная задача – стрелять по элитникам только тогда, когда они будут к вам спиной. А в том случае, когда элита наведётся на вас, то к игре подключится Сенсей, но в засаде он будет сидеть до последнего.

– Лучник, можно я пойду с Сенсеем? – тут же спросила Таня.

– Нет. Ты Сенсею будешь только мешать. Он основной технический специалист и застрельшик. Его ничего отвлекать не должно. Если Сенсей ещё и тебе будет сопли вытирать, то вы оба погибнете, и мы с вами заодно. На первом этапе я Сенсея прикрою, а после того как уеду, на крыше первого тягача оставлю ему Шушу, но, думаю, что у него самое безопасное место – стая целенаправленно ломится в деревню, а ангар находится на приличном удалении от крайних домов. При этом ты очень нужна Тине и Беате. Сенсей будет работать из бронированной машины, а они – с крыши невысокого дома. Мало того, что их надо по крайней мере предупреждать об опасности появления неиммунных, так и мне нужна обстановка в ближайшей округе. Обязанности оператора квадрокоптера с тебя никто снимать не собирается, а прикрыть тебя сестрёнки смогут. Самое главное вам – не высовываться и не привлекать к себе лишнего внимания. И ещё. В прошлый раз, когда элитник гонял нас с грысями по полю, то он видел нас и в скрыте, а у элиты вообще здорово развиты все органы чувств, поэтому вам надо взять с собой в машину пару канистр с машинным маслом или лучше всего с дизельным топливом. Запах дизеля однозначно забьёт запах человека или кваза. Близко мы элиту к вам не допустим – либо отвлечём, либо завалим, а руберы, кусачий, топтуны и прочая шняга вам не страшны.

– Ну, у нас баллоны с «черёмухой» ещё остались. Вход обработаем, ни одна падла не залезет, – проинформировала Беата.

– У меня тоже остались, но вход обработать мало. Это от всякой мелочи, которая может сдуру заскочить в дом. Вам надо опрыскать место лёжки, а то и не одно. Необходимо, чтобы пятно резкого техногенного запаха было как можно больше. В таком случае элита вас по крайней мере не унюхает, а человеческий запах будет доноситься из жилых домов, что тоже сыграет в вашу пользу. Вам главное – не орать как оглашенные и не колотиться башкой о рельс, привлекая к себе внимание. Хорошо, что в этот раз Боцман успел вам «Выхлопы» под ваши руки переделать, а то со своими громыхайками вы здесь стали бы звёздами уникального шоу. В первый и в последний раз.

– «Выхлопы» – это да-а-а-а… Где только вы их берёте? – задумчиво протянула Тина.

– Ты уверена, что хочешь это знать? Про клятву хорошо помнишь? Проговаривайте текст и узнаете очень много нового, но сами понимаете, что назад дороги вам уже не будет. Правда, есть один серьёзный плюс – ваши проблемы автоматически станут нашими.

– Мы подумаем, Лучник. Слишком много информации. Надо её переварить. Да и конеферма эта. Понимаешь, мы всегда работали в городах. Там проблемы привычные, а здесь задача со многими неизвестными.

– Понимаю, поэтому не тороплю. Сутки у вас есть.

– Ты хочешь сказать, что если мы откажемся, то будешь работать один? – опять чуть ли не хором спросили сёстры.

– Зачем мне говорить? Вы это уже сами сказали. Просто схема будет немного иная. Мне придётся работать с крыши, а Тигр с Шушей будут метаться по деревне. Неиммунных до лотерейщика включительно они прибирают самостоятельно, а всё, что выше, подводят под выстрелы. Мы так уже один раз работали. Очень неплохо получилось. У нас без потерь, а неиммунным с элитником во главе не повезло от слова совсем. К тому же у нас тогда ни скрыта не было, ни гранатомётов, ни понимания ситуации, ни слаженности действий. Сейчас и арсенал намного разнообразнее, и скрытом пользоваться научились, и координировать свои действия мы с грысями умеем без рации. Сенсей! Глянь, что там с боеприпасами, и доложи.

– Лучник! Мы тоже посмотрим. Может, что интересное найдём, – тут же сказала Тина.

– Да не вопрос, развлекайтесь, – отозвался Платон, выбираясь из душного ангара на свежий воздух.

Тина с Сенсеем и Беатой с увлечением закопались в груде ящиков, стоящих за тягачами, а Платон сначала несколько минут рассматривал окрестности в бинокль.

Подождав на улице с десяток минут, он своих спутников так и не дождался и, выбрав место с более-менее чистой травой, плюхнулся на землю. Было похоже, что и сестрёнки, и Сенсей застряли в ангаре надолго, а раз так, то можно подремать. Тем более что ему как квазу перина не нужна. Это человеку лежать на бетоне некомфортно, квазу же абсолютно фиолетово, и здесь совсем не бетон, а летняя трава. Правда, слегка пожухлая, но вполне годная для относительно комфортного времяпровождения.

Проснулся Лучник от грохота. Так ему вначале показалось, слух-то, как у грысей, но это просто Сенсей завёл один тягач. Потом земля задрожала и в клубах дизельного выхлопа из ангара выползла «маталыга» без ПТРК.

Отогнав машину метров на шестьдесят, Сенсей выбрался из неё и направился обратно в ангар. Двигатель при этом он не заглушил, и по земле стал стелиться сизый дым сгоревшего дизеля, потихоньку добравшийся до лёжки Платона.

Не вовремя разбуженный Лучник в сердцах сплюнул, приложился к трубке питьевой системы с водой и, напившись, отошёл подальше от всего этого безобразия. Тем временем из ангара выехал второй тягач и вышли обе сестрёнки. Поводив глазами, они обнаружили Платона и направились к нему.

– Значится, так, докладаю, – без предисловий сказала Тина. – Мы с сестрой с вами, а то вы обязательно без нас чего-нибудь отчебучите. К примеру, притащите обиженную элиту на своём хвосте в Минутку. То-то Кастет с Тихим порадуются разнесённому в хлам стабу. По боеприпасам: к пулемёту всего и много, невскрытыми цинками. К ПТРК в наличии все виды ракет по две штуки. Только осколочно-фугасных четыре, но они не сильно нужны. Элите ими можно только спину почесать. По происхождению всего этого великолепия. Машина с ПТРК подготовлена для продажи какому-то ни в каком месте не бедному коллекционеру. Все ракеты помимо маркировки подписаны чёрным маркером, поэтому мы разобрались быстро. Невскрытые цинки к пулемёту тоже подписаны, а оба пулемёта в консервирующей смазке. Стрелять из них никто не планировал. Есть ещё два ящика «калашей» на семь шестьдесят два. Тоже нулёвые и тоже в смазке. Такое впечатление, что всё это собирались отдавать вместе с техникой. По оружию всё. Дизельного топлива и машинного масла вагон и маленькая тележка, в том числе и в небольших канистрах, но тягач с ПТРК заправлен не был. Так, на донышке что-то плескалось. Очень похоже, что сюда его притащили на тягаче с трейлером – слишком чистый. Хотя, может, пару-тройку километров прогнали своим ходом, а потом отмыли. Деревенских мужиков в округе полно, а делать им особенно нечего, поэтому за пару пузырей они дракону яйца отполируют, не сильно с ним советуясь, не то что известную всем до последней детали «маталыгу». А ещё за ящик водяры они завалят этого дракона на бок и шустренько расфасуют его по банкам. Ибо от халявной закуски в деревне никто и никогда не отказывался. ПТРК мы пока зарядили осколочно-фугасными. Сейчас отстреляем и поглядим, что да как, и работает ли автоматика перезарядки. Она барабанного типа, так что проблем возникнуть не должно. Если всё путём, то смажем, где надо и не надо, заправим, и можно прикидывать схемы вывода элиты под выстрел нашего уникально стрелка. С машинами, конечно же, пару дней придётся потрахаться, а Сенсей у нас один. Мы по сравнению с ним так – девочки на подхвате, и хорошо, что не по вызову. Жаль, что Сенсея нельзя клонировать, но он проговорился, что ты знаешь, где такие, как он, водятся. Кстати! За идею обработки стрелковой точки дизтопливом от нас с Беатой отдельное спасибо. Мы в жизни бы не додумались, хотя один раз действительно стреляли с большой топливной цистерны. Мы в тот раз на ней четверо суток просидели, и нас ни одна тварь не унюхала, хотя носилась там по округе вся квалификационная шкала. Только элитника не было. Еле дождались урода. Сами, правда, в тот раз этого техногенного запаха нанюхались, но тогда мы расположились на верхотуре, и нас слегонца обдувало ветром. В этот раз всё иначе, но мы придумали маски с отводными шлангами. Выведем эти шланги на первый этаж или вовсе на улицу, и все дела. Время пока есть, так что, думаю, сделать успеем.

– Маски вам не нужны. Я вам пару нолдовских респираторов от комплекта активной защиты отдам. У меня завалялись. Должны будете.

– Да ладно! Где взял? Ты в Улье без году неделя, а упакован лучше нас, – с подозрительным любопытством заинтересовалась старшая сестрёнка, и Платон запустил очередную дезинформацию.

– Где взял, где взял. Купил. Откуда я знаю, где сдохшие муры их оторвали? Я, так сказать, наследник. Выгреб всё, что было в грузовике у покойников, а Гость потом рассказал, что это и с чем их едят. Всё равно ни разу не пригодились, так и таскаю почти год. Упакованные они размером меньше презерватива, да и весят приблизительно столько же. Продуктовые комплекты, кстати говоря, из того же грузовика, но я сначала отстрелялся, а потом вопросы принялся задавать. Вот только не рассчитал маленько – мур оказался ранен сильнее, чем мне вначале показалось. Только когда он сдох, я понял, что у него открылось сильное внутреннее кровотечение.

– Блин, Лучник! А активной защиты у тебя нет? Мы бы купили. – Вот этот вопрос был задан явно не просто так, и Платон соврал максимально непринуждённо.

– Чего нет, того нет. Я даже не знаю, как она выглядит. Гость пытался мне объяснить на пальцах, но потом послал на детородный орган и гордо удалился. Штука, конечно, хорошая, но мне она зачем? Я и про респираторы, если честно, забыл. С такими-то волнениями. Раньше ведь мы всё время по деревням шарились, а когда добрались до Минутки, начались проблемы иного порядка. Вспомнил бы в стабе, продал через торговцев, и всё. В общем, вы занимайтесь, а я пойду по деревне прошвырнусь, может, угляжу чего. – И с этими словами Лучник умёлся подальше от собравшейся расспрашивать его дальше Тины.

Последующие двое суток были наполнены подготовкой боевых машин, составлением тактических схем и учёбой по вождению тяжёлой техники. Сенсей подготовил транспорты и провёл великолепный мастер-класс по вождению МТ-ЛБ не только Тине, но и Беате с Татьяной. Правда, чтобы усадить сестрёнок в «маталыгу», пришлось полностью переделывать водительское сиденье, но кустарное конструкторское бюро с Сенсеем во главе справилось и с этой проблемой. Платон тем временем в сопровождении грысей болтался по деревне и ближайшей округе, зайдя один раз на коневодческое хозяйство.

Ничего особенного в царстве четвероногих не обнаружил, лишь мимоходом подивившись шикарности и богатству самого разнообразного оборудования и ремонта строений. Хозяин на любимой игрушке не экономил. Правда, и раздолбана эта игрушка была очень прилично – даже проломы в стенах присутствовали, а уж то место, где стояли лошади (ух его знает, как по-современному называются эти конюшни), вообще истоптали до полнейшего безобразия.

Близко к этому местному армагедонцу Платон подходить не стал: запахан там стоял – хоть стой, хоть падай, но и издали всё выглядело крайне мерзко. В хозяйском блоке с шикарной спальней и баром во всю стену Платон надёргал только очень приличного вина и тройку бутылок ликёра – чисто разнообразить вечернюю трапезу, и в тот же вечер они уехали к границе дальнего кластера.

Схему проникновения в кластер конефермы после перезагрузки Платон решил всё же изменить и группу не разделять, а Татьяну Лучника уговорили перекинуть к Сенсею. Причём уговаривали и сам Сенсей, и сестрёнки.

В общем-то, Платону было всё равно. Татьяна действительно являлась в его группе балластом, а Тине с Беатой просто мешала. Сёстры привыкли работать вдвоём и понимали друг друга без слов, а у Сенсея имелась какая-никакая, а защита. Единственно, на чём настоял Платон, так это на том, чтобы девушка сидела не в одной из «маталыг», а у дальней стенки ангара. Там она находилась в максимальной безопасности, и ей было удобно запускать квадрокоптер.

Два дня прошли в тревожном ожидании. Варили молодую картошку, наворачивали с деревенским салом, крупной солью и молодым зелёным луком. Жареная тушёнка к тому времени уже порядком всем надоела, а сала из подвалов надёргали с приличным запасом.

В очередной раз отличились Шуша с Тигром. В первое утро они умелись в деревню, отловили и притащили Везунчика и сдали его Тане. Того самого полуголодного котёнка, что по-прежнему шарился по деревне. Чёрт их знает, зачем притащили и никуда не отпускали.

Надо сказать, что Везунчик освоился достаточно быстро. Видимо, смирился. Он пару десятков раз пытался свинтить от таких приёмных родителей, но его всегда находили и притаскивали за шкирку. Прямо как собственного котёнка. И вылизывали его тоже на пару своими огромными языками, что выглядело просто жутко.

Везунчик стоически терпел такие проявления нежности. Впрочем, а куда ему было деваться? С Шушей не забалуешь. Нашли грыси себе игрушку, но и кормили его от пуза. Все, кроме Платона. Он к простым кошкам был абсолютно равнодушен.

Глава 15

Обычно перезагрузки происходят ночью. Сколько раз уже приходилось их наблюдать. Вроде всегда они одинаковые. В смысле их шумовые и визуальные эффекты.

Здесь тоже было всё обыденно. Сначала поднялся сильный ветер, затем, как по мановению волшебной палочки, стих, и на соседнем кластере начали появляться клочья тумана, вонявшие резким химическим запахом. Туман становился всё гуще, и неожиданно где-то над деревней воздух пронзила ветвистая нитка электрического заряда и прогремел гром. Затем ещё одна, ещё, гром перерос в сплошной гул, а туман оставался по-прежнему густым, вонючим и плотным. Да. Наверное, именно так – осязаемо плотным, а молнии под аккомпанемент грозовых раскатов продолжали издеваться над этой грешной землёй, иногда не пробивая кисель молочно-белой взвеси.

Неожиданно Платон увидел невероятное явление. Вроде всё шло как обычно – кисляк, молнии, звуковые эффекты, но кисляк на соседнем кластере пропадал, а молнии свою вакханалию прекращать не собирались, и прямо за полосой опалённой земли хлестал ливень. Он низвергался с небес мощным потоком, заливая всё вокруг, и останавливаться не собирался.

Платону неожиданно показалось, что кисляк вытесняется этой стеной воды с соседнего кластера, но истончаться и пропадать, как обычно, не собирается. Теперь этот туман начал сгущаться прямо рядом с ним и грысями.

Лучник сразу же врубился в происходящую неприятность – у них начинается перезагрузка. Оказывается, на этих двух кластерах перезагрузки идут одна за другой практически без перерыва. Именно по этой причине все эти дни не было замечено ни одного изменённого. Они просто чувствовали перезагрузку и не совались в опасное место. Платон собрался было заорать во весь голос, но Тина сообразила раньше и, видимо, уже скомандовала Сенсею заводиться.

Загрохотали двигатели боевых машин, и тягач сестрёнок, минуя Платона, двинулся вперёд. Сенсей как привязанный следовал рядом. Платону с грысями не оставалось ничего иного, как в несколько шагов оказаться за чертой, отделяющей жизнь от смерти.

Стоило только пересечь границу, как стена воды обрушилась на них и вымочила Лучника до нитки. Это, конечно же, образно – айковский комбинезон не пропускал воду, и в нём можно было бы даже плавать, но удовольствия всё равно мало.

– Лучник! Мы поехали, но за такой прикол мы с тебя обязательно спросим, – раздался в наушниках головной гарнитуры Платона голос Тины.

– Валяйте, спрашивальцы. Я откуда знал? Сам здесь в первый раз. Доберётесь до места, доложитесь, но сама понимаешь, в такую погоду квадрокоптер не завесим. Придётся ждать, как распогодится.

– Давай-давай, завешиватель. Доберёмся – отбибикаем. Ни пуха.

– И вас к чёрту, девочки, – отбился Лучник.

От границы кластера до импровизированного ангара было километра четыре, и Платон, чтобы зря не бить ноги, забрался на броню. Запрыгивать на боевую машину на ходу учить его не требовалось. Грыси устроились рядом с ним. Чего-чего, а запрыгнуть на такую высоту им было проще простого. Бегали они быстро, но на относительно короткие дистанции, и трястись за разбрасывающей в разные стороны брызги и комья грязи боевой машиной не желали.

– Сенсей! Подъезжай прямо к входу, но из машины не выходи. С охраной я разберусь сам. Нечего лишние пляски устраивать, – тут же скомандовал Лучник.

Дождь тем временем начал стихать.

– Принято. Добрались уже, – тут же отозвался Сенсей.

Тягач действительно уже подъехал прямо к массивным железным воротам и, качнувшись, остановился рядом с такой же металлической калиткой, из которой вышел… вышло… нет, это, конечно же, было человеком мужского пола, но какой же он огромный. Лучник мысленно присвистнул. Метра два с дополнительным десятком сантиметров в этой оглобле точно имелось. В руке незнакомец сжимал помповое ружьё охрененного калибра, выглядевшее в этой мощной руке невесомой веточкой.

– Во! Я ж говорил, техника, а ты – показалось да показалось. Херов как дров. Самая натуральная «маталыга», – пробасило существо.

Платона человек не видел – он предусмотрительно ушёл в скрыт. Облик у Лучника был несколько непривычный для неподготовленного человека, так что заряд картечи в упор можно выхватить легко и непринуждённо.

Простая картечь комбез Лучника, конечно же, не пробьёт, но приятного всё равно мало. Заморачиваться с переговорами Платон не стал и просто нажал на спусковой крючок заранее приготовленной «пневматики». Ну не убивать же людей в самом деле. Понятно, что они переродятся, но всё равно это как-то неправильно.

Получив весь заряд без остатка, незнакомец покачнулся, удивлённо оглядел вроде пустое место, из которого послышался странный звук, а потом колени у него подогнулись, и стокилограммовая туша обрушилась в большую лужу, разлившуюся на грязном бетоне перед ангаром.

Платон тем временем уже заходил в калитку. В ангаре было темно, но совсем недалеко от входа горели два фонаря. Один источник света оказался обычной керосиновой лампой, стоявшей на столе. Второй – достаточно мощным переносным фонарём, светившим в сторону входной двери. Держался за этот фонарь молодой блондинистый мужчина в какой-то форменной одежде. Второй охранник сидел за столом и накатывал в это время стакан с традиционным деревенским напитком для снятия стресса – запах ядрёной сивухи дотянулся даже до Лучника, стоявшего у калитки.

Рассусоливать долго Платон не стал и ещё дважды нажал на спусковой крючок – люди попадали, где стояли.

– Сенсей! Ставь технику, где уговорились, и подтягивайся. – Командовать в общем-то особой нужды не было, но порядок действий надо обозначить.

– Принято, – отозвалась рация.

Неожиданно Платон почувствовал зов Тигра. Это был именно зов. Платон с каждым прожитым днём всё лучше разбирался в оттенках мыслей своих друзей. Мысленно сказав «иду», он шагнул обратно на улицу и обнаружил грысей, сидящих прямо в луже рядом с этим необъятным громилой.

Ну разумеется. Он так и подумал, почувствовав зов: Тигр показывал, что мужчина иммунный, а Шуша – что он идеально подходит для их отряда.

– Блин! – в сердцах сказал Платон. – А поменьше тушу вы найти не могли? – и принялся кантовать мужика в луже, ухватываясь за него поудобнее.

В принципе, вес мужчины не являлся для Платона запредельным, но как же неудобно тащить это тело в ангар! В рейдах Платон обычно носил приблизительно сто пятьдесят килограммов суммарного веса и здесь было столько же, но рейдовый рюкзак и оружие с боеприпасами в переноске всё же намного удобнее.

Тем временем в ангар вошли Сенсей с Таней и изумлённо уставились на пыхтящего Платона, только что сгрузившего на пол свою ношу. Предвосхищая все вопросы, Платон произнёс:

– Иммунный и, похоже, наш. Будет новая игрушка для Шуши с Тигром. Он, правда, должен часов восемь проваляться, а там как пойдёт. Надо только придумать, чем его связать. На всякий случай. Остальные двое переродятся. Так что, Сенсей, вяжи их первыми, и по ногам тоже, и закинь куда-нибудь в угол, а потом пробегись по ангару. Что-то здесь хранится. Три охранника для такого сарая явный перебор.

– Лучник! Твою мать! – раздался по рации вызов Тины.

– Чего вопишь, радость моя? – слегка иронично ответил Платон.

– Мля! Здесь все дома заселены. Людей как на ярмарке, а шесть четырёхэтажных и в одном из них меняют покрытие крыши. Дом тот самый, что мы для себя наметили, но тут целая бригада строителей на крыше работала. Спят они в подвале, однако несколько человек оставались на крыше. Их, правда, дождём в подъезд смыло, но, к счастью, не в наш – дом трёхподъездный. Поставить «маталыгу» задним люком к подъездной двери не получится – народ прямо через неё ломиться будет. Что нам делать?

Сообразил Платон быстро.

– Во-первых – не бренчать нервами. Много народу – это хреново, но не смертельно. Во-вторых, выбери квартиру на первом этаже и с металлической входной дверью. Постучи, позвони, рогами поколотись – в общем, сделай так, чтобы тебе открыли. Потом выруби хозяев и свяжи их. Затем запрёте дверь изнутри и подгоните машину задним люком к окну, а дальше как планировали, только в данном случае ты перекроешь и обработаешь «черёмухой» не подъездную дверь, а люк или лестницу на чердак. Сразу, как устроитесь в квартире, тащите наверх дизтопливо, но пока не разливайте. Только закройте дверь в квартиру на ключ, а хозяев засуньте в ванную или в одну из комнат. С местными можете не церемониться. Я как подтянусь, первым делом буду чистить окрестности вашего дома, и только потом начну работать по вашим заявкам. Всё. Конец связи.

– Лучник! Здесь полная задница, – позвал его Сенсей.

– Что там ещё? – недовольно спросил Платон.

– А «маталыги» разобраны и стоят у задней стенки. У той, что ближе к нам, даже гусеницы сняты. Ракеты вроде есть, однако они завалены каким-то хламом, и сразу подобраться невозможно. Спереди только внедорожник, но шикарный – трёхосный и совершенно не вооружённый. Точно такой же Стрелок с Шерифом в Славном нашли. Только этот на три оси, но тоже весь в хроме и зеркалах. Колёса огромные и хрень металлическая перед радиатором. Я в него не заглядывал – он закрыт, а стёкла вынести мы всегда успеем. Дальше стоит засношенная шишига с оружейными ящиками в кузове, а ещё дальше… блин! Я даже не знаю, как это назвать. Наверное, это всё же зенитная самоходная установка, но я таких никогда не видел. Точно не «Шилка». Хотя гусеницы и спаренные орудия на месте, но калибр пушек больше и башня здоровенная и шестиугольная. Сплошная техногенная непонятка, но вроде живая – дизелем от неё так и несёт, и в грязи она вся. Её явно недавно по полям гоняли.

– Понятно. Первая машина явно хозяйская. Он на ней по местным буеракам рассекает. Раз она стоит здесь, а не на конеферме, то хозяин почти наверняка в своей вотчине отсутствует. Значит, и брелок от сигнализации у кого-то из этих троих, а сама машина заводится с кнопки. Ищи брелок, выгоняй машину на улицу и ставь её метрах в трёхстах от своей «маталыги» и в кустах. Может, удастся на ней уехать, а я пока гляну всё остальное.

Сенсей умёлся выполнять приказание, а Платон полез смотреть, что за техническую непонятку надыбал его помощник.

К приходу Сенсея Платон уже разобрался с техникой, стоящей в ангаре, и сделал самое необходимое. В первую очередь утащил в дальний конец найденного здоровяка и уложил его во втором тягаче. Остальных двоих вытащил на улицу и бросил недалеко от входа. Просто сделать это кроме него никто не мог. После чего перетащил в тот же дальний тягач все их вещи, выгруженные Сенсеем, и увёл туда же Татьяну, так и не выпускавшую из рук Везунчика.

– Значится, так, Сенсей, – принялся Платон за инструктаж. – Выгоняешь шишигу и ставишь её где-нибудь в кустах, но не сильно далеко от входа. Следом заводишь это убожество и располагаешь рядом. В случае чего ты сначала работаешь из этой «недошилки». Она дизельная, и у неё орудия фирмы «Эрликон» калибра тридцать пять миллиметров. Питание ленточное из коробов, расположенных по бокам башни, поэтому она такая несуразная. В коробах навскидку штук по сто пятьдесят снарядов на ствол, и это всё, что я разобрал, но самоходная зенитка стопудово на ходу, а в шишиге хозяева хранят боеприпасы к ней. Судя по всему, стрелять из неё можно только короткими очередями. Иначе перегреешь стволы. Загружаешься по максимуму и ждёшь. Загрузиться я тебе помогу. Татьяну из тягача не выпускай и к себе не тащи. В случае чего сможешь уйти через нижний люк, а вот она стопудово нет. И поглядывай назад. Основную волну неиммунных я жду с противоположной стороны, но самый шустрый и крупный может прибежать оттуда, откуда мы недавно приехали. Пока грузимся, надо запустить квадрокоптер – я должен знать обстановку вокруг.

Через сорок минут взмыленные Лучник с Сенсеем с высоты птичьего полёта со всё большим изумлением разглядывали ближайшую округу, после чего Платон взялся за рацию.

– Тина – Лучнику. На связь.

– Чего тебе, Лучник? Немного мешаешь, – немного погодя отозвалась старшая сестрёнка.

– Здесь полная задница. По всей границе кластера стоят неиммунные, но границу не пересекают. Как будто ждут команды. С той стороны, откуда мы три дня назад заходили в деревню, скопились топтуны, лотерейщики и всевозможная мелочь. Ближе к лесу попадаются кусачи и руберы, разбавленные небольшим количеством лотерейщиков и бегунов. О чёрт! Вдоль леса побежали элитники… два… нет, три… пять. Один из них очень большой. Мля! Они произошли не из людей. Я такое уже один раз видел – это стая. Или волков, или крупных собак. Один очень большой и длинноногий. Как бы не бывший дог или бульмастиф. Плохо видно, а опускать квадрокоптер ниже я опасаюсь – у них слух намного лучше нашего. Всё понятно. Элитники с руберами отрезают живущих в деревне людей от леса и уже достигли той стороны конефермы, которая ближе всего к нам… Только что все пятеро ушли на конеферму, а теперь в кластер зашли все остальные. Причём за пятерыми элитниками потянулись кусачи и руберы. Навскидку не меньше двух десятков. Похоже, что вся остальная толпа будет зачищать деревню.

– Может, успеем уйти?

– Нет. На технике точно нет, а без техники нам, чтобы отбиться, не хватит боеприпасов. Надо в ту сторону, откуда мы приехали четыре дня назад, а оттуда ломится целая толпа неиммунных. Если засекут наш уход, точно хана – догонят. Сидите наверху и потихоньку отстреливайте тех, кого вам удобнее. Я иду к вам. – И тут же приказал Сенсею: – Сенсей! Ты работаешь только по моей команде и постоянно мониторишь обстановку. О любом изменении тут же докладываешь мне и сестрёнкам на общем канале, и главное – всё время держи местоположение элиты. Если элитники высунутся, тут же докладывай. Просто проговаривай информацию и не жди моего ответа. Огонь открываешь только с моего разрешения. И ещё. Я здоровому, что лежит в «маталыге», в левый нагрудный карман куртки положил ампулу. Если со мной чего, а он очнётся и будет тебе мешать, вколешь ему в шею, и мужик отрубится ещё на шесть часов. Попробуй его вытащить. Как человек он вроде неплохой. Мои грыси редко ошибаются. Теперь по Татьяне. Сейчас идёшь к ней и вкалываешь ей в шею точно такую же ампулу. После чего забираешь у неё управление квадрокоптером и приходишь сюда. Объясняю почему. Сейчас неиммунные вломятся в деревню и начнут жрать людей, и в том числе детей, а такое зрелище не для Татьяны. Об этом я сразу не подумал. Это во-первых, а во-вторых, она у тебя под ногами болтаться не будет. Полежит, посмотрит цветные сны и придёт в себя, когда всё уже закончится. Не боец твоя Таня, Сенсей. Просто не боец. Не для её нервов такое зрелище. К сожалению, я это только в рейде понял. Делай. Я подожду.

Стартанул Платон сразу же, как только Сенсей вернулся. До деревни было километра два, а до дома, где засели сестрёнки, километр двести семьдесят пять метров. Они три дня назад специально лазерным дальномером расстояние вымеряли. Так что добежал Платон достаточно быстро. Правда, метрах в трёхстах от дома пришлось уйти в скрыт.

В предрассветном тумане метались и полуодетые люди, и неиммунные. Последних пока меньше, но помочь жителям Лучник ничем не мог. Подойдя к «маталыге» сестрёнок, Платон скинул с плеч рюкзак с боеприпасами и шесть оставшихся у него одноразовых гранатомётов (два он оставил Сенсею и ещё четыре штуки забрали себе сестрички). После чего запихнул их поглубже под тягач и взялся за лук.

Стрелы были многоразовыми, и их можно потом собрать, а вот боеприпасов к штурмовому карабину, пистолету и револьверу, к сожалению, взять больше негде. Тигр с Шушей тем временем, выйдя из скрыта, развлекались уменьшением поголовья спидеров и бегунов, видимо, проскочивших через деревню по центральной улице.

– Тина – Лучнику, на связь!