Море зовёт

— Наслышаны, что ты хороший взгрев сделал. Надолго в наши края? —продолжил Валет.

— Хотел бы осесть у вас в стабе.

— Бродяга бродить должен, да в общак подкидывать, а не с блатными чефир гонять, — оскалился собеседник.

— А если я скажу, что вот эту дуру, что у вас за спиной могу до ума довести? — прямо спросил Пенс.

— А мы тебе скажем, что и сами...

— Погоди, — прервал его Пахан и обратился к Пенсу, — Давно ты в Улье?

— Неделю. И да, я оттуда, где этот аппарат стоял, если тебе Кум ещё ничего не сказал.

— А что мне этот барыга скажет, если у нас отношения товар-деньги?

— Ну, я не знаю...

— Да, прикинут ты хорошо, и голова седая, только пока ничего тут не понял. Каждый тут сам за себя. Выгоду ищет только для себя и всех мало интересует кто-то помимо самих себя. Уясни это. Валет покажи ему, где Лось обитал, и начинайте уже. Хочу сегодня чифир гонять при включенном свете, а не при свечах.

— Понял, Пахан, сделаем.

Так Пенс осел в Черном лебеде обслуживать дизель генератор. На территории части было вкопано и законсервировано пару цистерн с горючим. С другими мужиками из стаба он наладил топливопровод, так что его задачей было просто присматривать, чтобы система работала нормально и в жидкостном испарителе не убывала вода.

За это время Пенс переварил прошлые обиды и пересмотрел свои привычки. Стал менее разговорчив, советов старался никому не давать, если только кто-то спрашивал по делу. Сам больше интересовался Ульем, иногда ходил в палаточный городок, подсаживался к костру и слушал истории рейдеров.

Все свои претензии переваривал в себе, пока не понял, что скоро его разорвет от негатива, тогда он пошел к начальнику наемников — Братку и попросился к ним на тренировки по рукопашке.

Глава 3

Браток при всём его слегка легкомысленном имени, был человеком серьезным и не любил надейться на удачу, как большинство шатающихся в округе рейдеров.

— Да, ты можешь ходить по кластерам в одиночку, но как минимум у тебя должен быть дар типа клоксстопера, или невидимости. Ещё хорошо себя показывают те, кто может выстрел усиливать, типа как разгонять пулю. Ещё вариант если удача у тебя зашкаливает. И третий вариант ты просто ползешь на брюхе и обзираешься от каждого шума, долго выслеживаешь тварь, в которой возможно даже гороха нет, покрываясь потом от страха, и, если тебе очень везет, ты прикончишь ее с первого выстрела.

— А если в группе?

— С группами тоже засада бывает. Людей держит либо общий интерес, либо выгода. Мои бойцы тут из-за выгоды, но тут я в них железобетонно уверен. Никакая тварь ни иммунная, ни зараженная, не перебьет их жадности. Понимаешь? А иначе при любом удобном случае твоя группа тебя же и подставит. Или ты её.

— Но, если так, то тут было бы средневековье, блин.

— А оно тут и есть. Присмотрись. Стабы — разрозненные княжества, в которых правят свои князьки. Твари — всеобщая угроза, но даже и они не могут заставить людей соединиться и действовать сообща. Непонятки с картой, внешниками, мурами, разные курсы на горох и жемчуг, миграции зараженных, все это заставляет искать людей лучшую жизнь, мотаться по стабам и глупо умирать.

— Неужели выхода нет?

— А нужен ли он? Ведь сама система Улья против того, что бы человек сидел на одном месте и организовывал государство. Сколько ты уже в стабе?

— Месяц.

— Ну, вот, пройдет некоторое время и ты тоже словишь лихорадку стаба и тебе придется отсюда выйти и валить куда глаза глядят, пока не отпустит. А может быть и не придется сюда никогда вернуться.Так что мой тебе совет: пока ты тут занимаешься не пыльной работенкой и натираешь генератор, учись тому, что пригодится тебе совсем скоро и собирай вещички потихоньку. Кстати, что на счет дара?

— Не знаю, пока ничего не чувствую. Горох один есть, но тратить его не хочу на черный день берегу, — сказал Пенс.

— Ну, смотри сам. Кстати, могу предложить с нами в рейд, — похлопал его по плечу Браток.

— Так у меня ни интереса, ни выгоды.

— Почему же, протянешь больше в стабе, очень даже интерес.

— А у тебя в этом какой интерес? На живца довить собираешься? — в шутку спросил Пенс.

— Ну вот, ты уже начал задавать верные вопросы, — ушел от ответа Браток. — Надумаешь, приходи.

В своей комнате Пенс перетряхнул рюкзак. Споранов было еще пятнадцать штук. Он расходовал их очень экономно, может и поэтому его дар не проявлялся. Горох по-прежнему не трогал.

Да, можно было махануть всё и сразу и жить, как в последний день, но с его обстоятельностью он не мог себе позволить. У него постепенно появлялся азарт и желание взломать этот странный мир, заставить его играть по более человечным правилам.

В палаточном городке все разговоры были только об Улье, естественно. Походив между костерками, где отдыхали от постоянного напряжения рейдеры, можно было наслушаться всяких теорий происхождения улья.

Кто-то говорил о божьем наказании, другие верили, что это дурной сон и вот-вот они проснутся, кто-то верил в инопланетян, а иные костерили правительство в том, что оно накосячило с какими-то новыми разработками.

Как-то Пенс набрел на парня, который сидел и молча строчил что-то в тетрадке. Что-то в нем вызывало симпатию, может то, что он как и Пенс среди всего этого царства эгоизма и единоличия выглядел особенно одиноким.

Он подсел к нему, спросил за жизнь, откуда он. Разговорились. Парень оказался с фантазией. Считал, что Ульем управляет вычислительная машина, созданная для терраформирования далеких планет, путем копирования земной поверхности. И эта машин ищет оптимальное сочетание кластеров для переселения на планету человека. А он, Кибер, ходит по кластерам, считает время перезагрузки и составляет программу. Когда он найдет ту машину, а она находится в центральном стабе, он загрузит в нее свою программу и терроформирование завершится, все кластеры одновременно прогрузятся, все твари исчезнут, и будет всем счастье. В его теории были логические дыры, которые касались внешников и нолдов, но Пенс промолчал. Молчание золото, каждый раз напоминал себе он, которое, правда тут совсем не ценится.

— И много ты прошел? — поинтересовался он у Кибера.

Тот вытащил заселенную тетрадь и передал Пенсу. Убористым почерком в ней были записаны сотни кластеров. Описание, где расположены, время перезагрузки.

— Боюсь спросить, какого размера программу ты уже написал?

— Вот тут у меня облом, я пишу, пишу, потом вижу критическую ошибку и пишу всё сначала.

— И как-ты один ходишь-то?

— Тихо как мышка чаще всего. Одному много ли надо. Моя цель не идти куда-то напролом, а наблюдать и записывать. Составлять схему обнуления кластеров. Чисто теоритически сейчас я уже могу создать схему передвижения так, что пройдя по ней, ты не встретишь ни одного заражённого, они же покидают кластеры перед перезагрузкой. Надо будет только четко соблюдать временной режим.

— А как ты выживаешь в плане живчика?

— Тут тоже секрета нет. За горохом и жемчугом я не гонюсь, так что рассчитываю, где в кластерах не очень прыткие лотерейщики, например, и вот с арбалетом хожу. Если не стремиться к богатству и стабильности, а Улей как тоже этого любит, то и одному очень даже неплохо живется. Конечно, легче если ты и феерически удачлив, но такие герои существуют недолго. Теряют бдительность и однажды погибают.

Выслушав эти два мнения в чем-то противоположение, а в чём-то удивительно схожие, взвесив всё, Пенс решил пройтись по округе с Кибером, тот был не против.

Не то, чтобы Пенс совсем не доверял Братку, но не видел в его действиях резона брать чужого человека в хорошо сбитый отряд при вылазке на тварей. Там, говорят, происходило всякое, и малейшая ошибка могла выйти боком.

С Валетом он договорился, что Пенс научит кого-то ещё обслуживать генератор и если вернется в стаб через пару недель, то там уже окончательно они решат, что делать дальше. А если не вернется, значит и не вернется.

Глава 4

Выходили они поутру. Пенс наскоро хлебнул кофе у затухающего костра, пока Кибер собирал палатку.

- Пойдем через лес, - объявил он Пенсу, через тот, которым стаб обрезало.

- Зачем?

- Обычно Улей собирает кластеры ровно: улица к улице, река к реке, - пояснил парень, - такие места как это надо бы изучить.

- А там не опасно?

- Я спрашивал у охраны, вроде, оттуда редко зараженные появляются. Тот кластер хотя и грузится часто, но, по ходу дела, необитаем и зараженным туда соваться смысла нет.

Упаковав последнее, Кибер забросил рюкзак за спину, приладил арбалет, проверил, легко ли он снимается и направился к выходу из воинской части.

За КПП они свернули влево, и пошли вдоль полосы заграждения. Сам лес начался не сразу. Сначала они прошли по полю утыканному кочками травы между которыми торчали редкие молодые деревья. Потом к этим редким помехам в движении добавились кусты, которые существенно усложнили им путь и, наконец, они вступили в предосенний лиственный лес.

Трава под ногами была уже блеклая и жесткая, потерявшая сочность. На кустах огнями горели ягоды. В листве попадались редкие желтые пятна. Имелись даже грибы, в которых никто из них толком не понимал.

Они повернули на девяносто градусов ещё раз, и пошли медленнее, так как Кибер отсчитывал шаги, сверяясь со своими записями:

- Всё. Стоп. Мы на уровне начала самодельного стабовского забора. Двигаемся тише, а то нас свои же и положат. Хотя, я их предупреждал, но Братку веры нет.

- А что ищем? – поинтересовался Пенс.

- Для начала осмотримся, – Кибер взял арбалет на изготовку и медленно пошёл вперед, осматривая землю, деревья и их кроны.

- Осмотримся, так осмотримся, - согласился Пенс, но автомат оставил за плечом, а сам снял с пояса биллхук и пошел параллельно Киберу в метрах в пяти от него.

Сначала в лесу ничего такого не вырисовывалось, но потом Пенс обратил внимание, что деревья одинакового вида растут как-то слишком ровно, как по линейке, вроде бы образуя аллею. Сначала думал, что с непривычки поймал какую-то оптическую иллюзию. Он тихонько свистнул, обратив на себя внимание Кибера, и жестом показал на деревья. Кибер приблизился. Походил возле Пенса из стороны в сторону, гладя на деревья, и сказал:

- Да, по ходу, оно, и пошел вдоль ряда деревьев.

- Что оно?- опять не понял Пенс и двинулся вслед за ним.

Метров через тридцать они оказались на круглой поляне, которая уже не оставляла сомнений в её рукотворности. По периметру как гнилые зубы торчали расколотые бетонные остатки урн в виде цветов и обглоданные временем основания для скамеек.

Дальше в лесу угадывались остатки фундамента, когда они проходили по нему, то где-то под травяной подушкой хрустели остатки кафельной плитки и стекла.

Еще один фундамент оставался чуть в стороне, рядом стояла уродливая бетонная фигура читающей девушки. От самой девушки уже мало что осталось, но книга в ее руках была вполне узнаваема.

- А вот и библиотека.

Кибер покопался за пазухой и достал тетрадь. Там весьма подробно был перерисован план воинской части с металлического щита у входа.

- Смотри, - показал он, - всё сходится. Это продолжение территории.

- И что это значит? – Пенс уже начал жалеть, что он пошёл в лес с Кибером, потому что постичь его рассуждения пока не мог. Это слегка пугало.

- Давай из леса выйдем и когда на ночлег разместимся, я расскажу. А то, приманим к себе кого-нибудь из зараженных.

Но обстоятельно поговорить им удалось не скоро.

Еще километров пять они шли по чаще, где уже не дорог, ни аллей, никаких-нибудь строений не наблюдалось. Кибер тихо и аккуратно заламывал ветки на кустах по ходу движения, на тот случай, если они начнут кружить. Но опасения оказались беспочвенными, лес постепенно начал редеть, снова пошёл кустарник, чахлые деревца, кочки с болтом, и, наконец, они вышли на вполне себе ровную грунтовку.

Пенс, если бы оказался тут один, ни за что не сообразил бы, куда теперь двигаться. Кибер же, прикинув что-то по своим записям, посмотрел на солнце и бодро пошел по дороге, пояснив, что если идти в обратную сторону, то они вернутся в стаб Черный лебедь. И скачал, что в той стороне, куда они направляются, в садах есть вагончик охранников, даже если он не пустует, вдвоем они легко завалят зараженных.

И действительно, через пару километров дорога завернула в яблочные сады. По краям появились канавы и снова поднадоевшая уже колючка, натянутая на бетонные столбики. Всё это дело тянулось вдаль на несколько километров и говорило о том, что сады явно не любительские, и охрана тут встретится.

Первого зараженного увидели напротив промежутка в заборе. Бегун стоял, покачиваясь у бетонного столбика. Спустившись в канаву, они подошли поближе, и Кибер снял его из арбалета. Пенс достал нож и, подойдя к зараженному, начал осторожно взрезать затылок.

- Первый раз что-ли? - не поверил Кибер.

- Да, до этого только смотрел. А что так заметно?

- Слишком осторожничаешь. Нож ни спорану, ни гороху вреда не нанесет, так что можно смело втыкать и потрошить.

Пенс воткнул нож посильнее, удлинил надрез вверх и вниз, потом развернув нож, расширил края раны. Показались спутанные нити внутренностей спорового мешка. Засунув туда два пальца, Пенс начал прощупывать.

- Блин. Извини, но ты, как бабу щупаешь, - вздохнул Кибер, - так ты будешь всю ночь из него вылавливать.

Достав нож, Кибер оттянул один край раны, и сделал надрез под углом, потом второй край отрезал также, откинул лоскуты, сочащиеся сукровицей, и горстью зачерпнул содержимое, потянул и оборвал связь гриба с носителем. Бросив спутанные споровые нити на спину мертвяка, он провел по ним рукой, разровнял и выдавил из этой мешанины одну виноградину спорана. Руки вытер о траву.

- У тебя, кстати, как с живчиком? – спросил он.

- Да пока хватает, постучал по фляжке Пенс, - не жирую.

- Ну и отлично, тогда я заберу.

Кибер достал из-за пазухи тяжелый тряпичный мешочек на шнурке, обвивавшем его шею и аккуратно уложил туда протертую от слизи виноградину:

- Кошелек мой, - пояснил он, и, засунув мешочек обратно, сказал, - ну, что, у нас минус один. Пошли смотреть, где второй.

Второй, вернее его остатки, лежал перед вагончиком. Кусок челюсти, да обглоданная бедренная кость, шмотья одежды, пропитанные подгнившей кровью, вот и всё что осталось от человека. Видать места были настолько голодные, что заражённый даже кости схрумкал.

- До перезагрузки кластера, - опять заглянул в тетрадку Кибер, примерно часов восемь. Час нам нужен будет, чтобы дойти до границы со следующим. Сейчас быстро перекусим и по очереди отдохнем, а потом надо будет сваливать.

Начало смеркаться, нахмурившееся небо стало выдавать мелкими порциями дождь. Пенс хотел пройтись по саду, собрать яблок, но передумал мокнуть.

Свои запасы еды они трогать не стали в вагончике нашли одну банку тушенки и банку бычков в томате, сухари, чай сахар. На портативной газовой плитке, к которой был прикреплен газовый баллончик, вскипятили полчайника чаю и Кибер завалился спать.

Пенсу он выдал механический таймер в виде куриного яйца, с максимальным значением один час, попросил разбудить через три оборота и моментально отрубился.

Взяв его арбалет, Пенс присел на ступенях у входа в вагончик и три часа слушал тишину, после чего, когда его сменил Кибер, ушел в вагончик.

Он даже не понял, спал ли он или нет. Только, казалось, коснулся головой топчана, а Кибер уж его трясет за плечо. В дверном проеме темнота.

- Собираемся быстро. Уже кисляк пошёл! – тихо сказал рейдер и вышел.