— Вы не ожидали посетителей, док?

— Нет. Однозначно.

— Выходит, у нас проблемы. — Рауль резко встал, направляясь к входной двери. Прошло уже секунд десять, как стихли шаги, но он не услышал ни синтезированного голоса андроида, ни звука выстрелов.

Дверь отворилась раньше, чем он успел прикоснуться к замку.

Шелест машинально отступил на шаг, одновременно смещаясь вправо, но не ударил, как намеревался, — первым в дверной проем с грохотом ввалился андроид: он даже не успел достать оружие, прежде чем его превратили в подобие безжизненного манекена.

Следом, перешагнув через поверженную машину, в Дом вошла Даша Лоури.

Их взгляды на мгновение встретились.

Только на мгновение, потому что она тут же опустила глаза, будто ожегшись о холодные зрачки Шелеста.

Среди наступившей внезапно тишины прозвучал ее чуть хрипловатый от волнения голос:

— Ты плохо подумал обо мне, Рауль.

— Пришла исправить оплошность?

— Это не было оплошностью. Если позволишь, то объясню. А вообще я приехала за тобой.

Лукас Лайт стоял в немом изумлении, переводя взгляд с бледного лица девушки на Рауля, затем на поверженного неведомой силой андроида и обратно на Дашу.

— Хорошо. Давай поговорим.

— Только наедине. Давай выйдем. Меня не устраивают свидетели.

— Ладно. — Шелест обернулся к Лукасу. — Я не прощаюсь, док. Надеюсь, что смогу привести его в порядок. — Он указал взглядом на андроида и, молча перешагнув через него, вышел вслед за Дашей на улицу.

Она обернулась:

— Злишься на меня?

— За пулю в голове? Глупый вопрос. Профессор вытащил ее.

Губы Даши предательски дрогнули.

— Больно было?

Вот такого вопроса Рауль не ожидал. Что-то опять пошло не так. Путаница в мыслях, в душе…

Она перехватила его взгляд и добавила:

— Ты решил, что я случайно обронила кибстек?

Рауль не отрываясь смотрел на нее, опять ругая себя последними словами. А еще говорят, что мужчины сообразительнее женщин.

— Тебя подставили. — Она говорила глухо, с непонятным надрывом в голосе. — Я знаю, зачем ты прилетел на Дион. И Стаферс знал об этом заранее. Он решил повязать меня твоей кровью. Приставил двух громил и приказал убить тебя. Мне, лично.

Шелест порывисто шагнул к ней, но вдруг остановился.

Он понял все. Да, она стреляла в него, потому что обстоятельства не оставили Даше никакого выбора. Мнемоник обладает силой там, где есть устройства, подвластные его воле, но против двух дебилов, готовых пристрелить ее при любом неосторожном движении, у нее не было средств борьбы.

Зато она могла до сотой доли миллиметра рассчитать точку попадания, произвести мгновенные вычисления и незаметно сдвинуть вариатор напряжения импульсного пистолета до минимума. Стреляя, она заранее знала, что пуля попадет в имплант, но не пробьет его, а застрянет в разбитом чипе.

— Зачем ты лишила меня памяти?

— Лишь поставила мнемонический блок. У меня было всего несколько секунд. Если бы ты очнулся, помня все, наделал бы глупостей. Я ведь точно знала — ты прилетел, чтобы спасти меня.

Шелест не смог возразить.

— Знаешь, о чем я подумала? — Даша шагнула к нему и вдруг порывисто прижалась к груди. — Мы оба мнемоники. И мы… разучились быть людьми.

Ее руки были холодными, Шелест чувствовал это сквозь тонкую ткань рубашки. Она дрожала, и он прижал Дашу к себе, ощутив ее дыхание, а вместе с ним горячий, обжигающий шепот:

— Я столько думала о тебе… Ждала… Я знала, что ты прилетишь…

— Откуда?

— Чувствовала… Частица тебя постоянно жила во мне. Только все уже позади.

Он чуть отстранился, внимательно посмотрев в ее глаза.

— Что позади?

— Я свободна. Господи, Рауль, мне кажется, что я знаю тебя много лет, хотя мы виделись лишь дважды…

Что он мог ответить? Что чувствовал то же самое, потому и решился ее искать? Но она и без слов знала об этом.

— Ты ушла от Стаферса?

Она промолчала.

По спине Рауля проскользнул холодок.

— Ты убила его ?

— Нет. — Даша прижалась щекой к его груди и тихо добавила: — Я не убийца. Я мнемоник. Возможно, он сам пустит себе пулю в лоб, когда поймет, что разорен. Но это будет завтра. И нас не окажется поблизости.

— Куда же мы денемся?

— Улетим. Куда скажешь, Рауль. Но только вдвоем и подальше от людей. Мне кажется, я ждала тебя вечность, и не хочу, чтобы рядом был кто-то еще…

Трудно выразить словами их чувства. Они могли бы обойтись без слов, но горячий шепот срывался с губ вместе с дыханием.

Их души, смешавшиеся воедино в момент рокового поединка, наконец нашли друг друга, соединились вновь, и теперь уже было абсолютно неважно, какую меру моральных страданий пришлось отдать за эти мгновения близости.

Он улыбнулся, чувствуя, как ее кожа теплеет.

— Я знаю одно место. Глубоко в космосе. Думаю, люди нас там точно не потревожат.

Часть третья. НОВАЯ РЕАЛЬНОСТЬ

Глава 9

Древняя космическая станция

Внутри помещения царил уют.

Неслышно работала система регенерации воздуха, наполняя отсек тонкими, едва ощутимыми, а потому нераздражающими ароматами.

Запах свежескошенной травы. Откуда Охотник мог знать, как пахнет трава?

Рауль лег на спину.

Он ощущал покой. Такое чувство, будто вернулся в детство, где нет жизненных проблем, перед тобой не стоят трудные вопросы бытия, а есть лишь безмятежнее предвкушение нового дня.

Ровное дыхание Даши…

Трудно поверить, что они находятся в глубинах неосвоенного космоса и от ледяной бездны их отделяет лишь материал переборок реконструированных Охотником отсеков.

Мы как будто оказались вне времени… — подумалось Шелесту.

Даша открыла глаза.

— Доброе утро, милый… — прошептала она, не двигаясь, не желая разрушать ощущение покоя.

Он коснулся губами ее щеки.

— Что тебя разбудило?

— Твои мысли…

— Неужели я думаю так громко? — вопросительно усмехнулся Рауль, вспомнив фразу Охотника, произнесенную им при первой встрече.

— Да. — Даша повернулась на бок, чтобы видеть его лицо. — Мне поначалу показалось странным, что ты не контролируешь свои эмоции. Но потом я поняла: ты ведь не пользовался имплантами постоянно, а включал их лишь по мере необходимости, верно?

Рауль кивнул. Он сел, поправив подушку, и Даша прижалась щекой к его плечу.

— Как спокойно… — произнесла она.

Ее фраза заставила Шелеста задуматься.

Вокруг на миллиарды километров простирался космос. При желании они оба могли ощущать его, невзирая на материальные преграды конструкций, предохраняющих хрупкие человеческие жизни от губительного воздействия ледяной бездны.

Кто мы? Почему нам так хорошо вдали от обитаемых планет? Сколько продлится это ощущение безмятежности и что станет с нами, когда оно пройдет?

Даша уловила его настроение.

— Хочешь, я покажу тебе иную реальность? — тихо спросила она.

— В смысле? — не понял Рауль.

— Когда мне становилось совсем невыносимо, я убегала из своего виртуального пространства. — Даша закрыла глаза. — Это просто. Расслабься, не думай ни о чем, позволь своему сознанию почувствовать потоки энергии, пронизывающие Вселенную. Отдайся воле их течения. Это удивительное чувство.

— Ты серьезно?

— Вполне. Хочешь, сделаем это вместе.

Он не стал противиться, просто закрыл глаза, позволяя сознанию войти в резонанс с ее мыслями.

Ощущение, которое он испытал, не могло сравниться ни с чем, пережитым ранее.

Понимала ли Даша, как сильно изменился ее разум вследствие постоянной работы имплантов? Она, не напрягаясь и почти не задумываясь, машинально проделывала непостижимые с точки зрения Рауля вещи.

Что значит ощутить энергетические потоки Вселенной? Как закоренелый материалист, Шелест постоянно искал и находил предел своих возможностей, она же, казалось, не обращает внимания на такие жлочи, как технические характеристики сканирующих систем имплантов, — для Даши кибернетические модули являлись лишь ключом, открывающим дверь в иное, посредниками, позволяющими ее сознанию вырваться за пределы телесной оболочки…

Рауль никогда не пытался даже помышлять о подобном способе восприятия окружающего мира. Для него материя и сознание всегда являлись неделимыми понятиями, но сейчас с ним произошла удивительная, невозможная на первый взгляд перемена — позволив рассудку любимой стать проводником, он вдруг увидел, ощутил, как растворяется все материальное, а мрак космоса обретает цвет…

Трудно описать словами ощущения человека, внезапно утратившего связь со своей физической оболочкой. Разум. Рассудок. Сгусток абстрактной энергии, для которого не существует границ, но есть пути, ведущие в неизвестность.

Вселенная изменилась. Он не видел привычных россыпей звезд, во мраке пульсировала сеть, чем-то напоминающая созданный людьми Интерстар, но неизмеримо больше, мощнее, чем тонкие информационные потоки, связующие между собой отдельные обитаемые миры.

Даша влекла его за собой, она не пугалась подавляющей рассудок глобальности: потоки энергии казались бесконечными, они возникали в бездне и исчезали в ней.

И все же, несмотря на острую новизну ощущений, Рауль видел в окружающем пространстве нечто знакомое, поддающееся систематизации.

Гиперсфера.

Это же силовые линии аномалии!

Он не мог остановиться, потому что не знал, как управлять своим перемещением, — воля Даши влекла его в пространство, где не существовало материальных тел, только энергетические потоки, образующие сложную многоуровневую сеть…

Рауль не испытывал страха. Все привычные чувства меркли перед осознанием свершившегося факта — они приближались к вертикали и спустя мгновение слились с ней, отдавшись, как и предлагала Даша, течению энергетического потока.

Невероятно.

Рауль был потрясен. Он ощущал силу, влекущую его рассудок в недра аномалии, и не сопротивлялся ей, полностью доверившись в эти мгновения Дашиной интуиции.

Она действительно совершала подобные путешествия — Рауль воспринимал лишь чувство восторга, которое испытывала она от абсолютной свободы своего разума, который мог достичь любой точки материальной Галактики.

Как решилась она на подобное путешествие в первый раз? Почему осмелилась отделить разум от тела?

Ответ скрывался там, в исчезнувших сумерках ее прошлой реальности, в неистовом желании бежать, ища спасения от себя самой.

Да, наверное, впервые это произошло именно так.