— Дело несложное. Со статкарточкой и кодом доступа я справлюсь и быстрее.

— Сколько времени у меня будет после завершения операции?

— Часа три, не больше. Они узнают о снятии денег сразу, но физический источник атаки не определят. Начнут искать вас. Дальше несложная цепочка: первым долгом проверяется космопорт, а там фигурируют рейс и фамилия. Ближайший челнок на станцию стартует через три часа. С ним прибудут гости.

— Тебя не приберут?

— Нет.

— Тогда не буду торчать над душой. Найдешь меня в офисе космоверфи. — Взгляд Земцова холодно блеснул. — Ты же не собираешься совершать глупости?

Ульрих лишь смертельно побледнел в ответ. Его заметно знобило.

— Все будет в порядке. Я могу связаться с господином Колгановым.

— Это хозяин верфи? — Да.

— Было бы неплохо. Предупреди его о моем визите и подтверди платежеспособность клиента. Он ведь принимает наличные, верно?

— Только дурак не принимает наличные. У нас на станции таких нет.

Хозяин частной космоверфи действительно оказался деловым человеком, после звонка Ульриха он лично появился в офисе, чтобы встретить клиента.

— Эдуард. Что-нибудь выпьете, Андрей Николаевич? — спросил он, обменявшись с Земцовым рукопожатием. — Я в курсе, что у нас мало времени, но все же…

— Я не пью, — ответил Андрей. — Давайте к делу. Времени действительно нет.

— Без проблем. Но никто не запретит совместить приятное с полезным. От кофе, надеюсь, не откажетесь? — Он обернулся и, сменив тон, крикнул в кажущуюся пустоту смежных офисных помещений: — Энжи, где тебя носит? Два кофе, живо!

— И все же, господин Колганов, я бы предпочел взглянуть на имеющиеся у вас малые корабли.

— Для этого не нужно никуда ходить, — успокоил Андрея владелец верфи. — Здесь установлена прекрасная проекционная система. Мы сможем просмотреть образцы товара, не выходя из офиса. Какой класс вас интересует? Могу предложить прекрасную космическую яхту…

— Не стоит. — Земцов жестом остановил Колганова, потянувшегося было к панели управления проекционным устройством. — Мой интерес лежит в иной плоскости. Что скажете относительно подержанных образцов?

На лице Эдуарда Колганова промелькнула тень досады.

— Разве я похож на старьевщика? — с непониманием посмотрев на Земцова, осведомился он. — Верфь работает по индивидуальным заказам. К нам обращаются лица, которых не устраивают серийные образцы космической техники. Но — уверяю вас, хоть мы и держим некоторое количество произведенных, но не востребованных моделей…

— Ваше недоумение понятно. Не будем ходить вокруг да около. Мне необходим боевой образец. С вооружением и гипердрайвом.

— Это противозаконно.

— Не спорю… — Андрей хотел продолжить мысль, но в этот момент из смежного помещения появился человекоподобный сервомеханизм с двумя чашками кофе на подносе.

По спине Земцова мгновенно проскользнула короткая дрожь.

Кибермеханизм являлся не чем иным, как изрядно потрепанным дройдом пехотной поддержки, которого пытались привести в «божеский вид», снабдив покрытием из пеноплоти, которая так и не смогла сгладить характерные формы бронированных кожухов, совершенно не напоминающих рельеф человеческого телосложения.

Даже специальное гнездо, расположенное в правой височной области, предназначенное для интеграции модуля «Одиночка», хоть и пустовало, но выглядело зловеще…

— Не «Хьюго-12», конечно, — перехватив льдистый взгляд Земцова произнес Колганов, — но…

— Откуда у вас андроид пехотной поддержки, да еще и производства Альянса?

— Он безвреден.

— Это не ответ.

— Но вы, я понимаю, не следователь?

— Эдуард, я задаю не праздные вопросы. Мне не нужна яхта. Мне нужен «Гепард» или «Фантом», предпочтительнее первое, с исправным гипердрайвом. Только не говорите, что у вас ничего нет. Откуда вы взяли пехотного дройда?

— Ну… Наша верфь действительно принимает некоторое количество малотоннажных судов, на переоснащение, так сказать. Их поставляют люди, промышляющие сбором техники на местах боев.

Колганов все еще не решил, можно доверять этому странному типу или нет, но дилемму разрешил стук в дверь, раздавшийся через пару минут.

Дверь офиса приоткрылась, и на пороге возник Ульрих.

Его кадык дергался в два раза чаще, чем при первом знакомстве с Земцовым. Создавалось неприятное ощущение, что парень постоянно нервно сглатывает.

В руках он держал новенький кейс из металлопластика.

— Это ваше. — Он поставил кейс рядом с креслом, в котором сидел Андрей. — Я исчезаю. В ближайшие дни меня не ищи, Эд, ладно?

Колганов пожал плечами. Он все еще плохо понимал ситуацию.

Андрей поднял взгляд на Ульриха:

— Все по-честному?

— Как договаривались.

— Ты меня не видел. И я тебя тоже. — Земцов взял кейс, отщелкнул замки и, положив на стол, открыл перед хозяином верфи его содержимое.

Внутри лежали плотные пачки мерцающих банкнот центрального банка Элио.

— Мне нужен корабль. За наличные.

Ульрих к этому моменту уже исчез, словно растворился в воздухе.

Эдуард взял одну из пачек и профессиональным движением пробежал кончиками пальцев по банкнотам.

Деньги были настоящими, уже не раз переходившими из рук в руки, разных годов выпуска.

Никакой фальши.

— У меня есть «Гепард», — наконец произнес он. — К сожалению, не могу поручиться за боекомплект… Насколько мне помнится, ракетные погреба пусты, а вот к вакуумным турелям боезапас найдется.

— Что еще?

— В смысле?

— Какие еще дефекты у корабля?

— Сейчас посмотрим подробно. Уберите это. — Он указал на деньги. Сюда могут заглянуть.

Земцов закрыл кейс.

Секундой позже заработало проекционное устройство, вычертив в воздухе голографическую схему орбитального штурмовика класса «Гепард».

— Как видите, гипердрайв исправен, энергосистемы тоже, проблемы только с автопилотом. Вот сюда попал снаряд, — он очертил лазерной указкой часть компьютерных блоков, выделенных на схеме красным цветом. — За пару часов этого не исправить.

— Ручной режим проверяли?

— Ну, а как вы думаете он попал к нам? Его перегоняли через гиперсферу на ручном управлении.

— Что с боекомплектом? Уточните.

— Смотрите сами. Я не специалист в данной области. Обычно мы демонтируем все вооружение, но данный образец попал к нам недавно, и над ним еще не проводилось никаких работ.

Земцов быстро, но тщательно проверил ключевые узлы компьютерной сети и связанные с ними исполнительные механизмы.

Если схема не лгала, то верхняя и нижняя полусферы были прикрыты вполне сносно — шесть спаренных компрессионно-магнитных орудий с половиной штатного боекомплектах в артпогребах плюс два лазера в носу и на корме.

Прорвусь, — мысленно решил он.

— Что с планетарным топливом? — вслух спросил Андрей.

— Мы дозаправим емкости.

— В таком случае называйте цену.

— Вы действительно хотите купить его? Без автопилота?

— Мне не нужен автопилот.

— А мне, господин Земцов, не нужны проблемы. — Колганов исподлобья взглянул на кейс с деньгами и, вздохнув, пояснил: — Боюсь, вы решили затеять опасную авантюру. Без систем автоматического пилотирования можно совершить лишь короткий вояж. Значит, цель — в системе Элио?

— Успокойтесь. Вы сами сказали, что «Гепард» пришел на ручном управлении из удаленной области пространства.

— О, да. Но его привел очень профессиональный пилот. Он ас.

Андрей усмехнулся.

— Не думаю, чтобы настоящие асы промышляли сбором старой техники. При нынешнем дефиците пилотов это просто невыгодно. Что касается меня… — взгляд Земцова вновь стал холодным, колючим, — тридцать лет назад я закончил школу астронавтики, здесь, на Элио. Мне было семнадцать, когда началась война. Знаете историю, господин Колганов?

Тот молча кивнул.

— Наверняка вам рассказывали в школе про ребят, — молодых выпускников академии, тех, кто отбивал первые атаки Земного флота на переоборудованных челночных суденышках?

— Да.

— Так вот, на тех кораблях не было автопилотов. — Земцов встал. — Моя цель пусть вас не беспокоит. Называйте цену, и я забираю корабль. Сколько времени уйдет на дозаправку планетарных двигателей?

— Тридцать минут.

— Тогда не будем тянуть время.

Эдуард не нашелся что ответить. Он даже о цене сейчас подумал лишь вскользь — до него наконец дошло, что Земцов говорит абсолютно серьезно, но поверить, что он из тех самых…

Подняв взгляд, он решился посмотреть в глаза Андрею и с дрожью понял: да, из тех…

Оказывается у преуспевающего бизнесмена имелся свой взгляд на историю.

— Я отдам «Гепард» по закупочной цене. Сверху возьму лишь за топливо.

— Почему? — мгновенно насторожился Андрей.

— Я хорошо учился, — произнес Колганов. — По крайней мере, историю любил. Знаете, что говорил нам преподаватель?

— Ну?

— Он говорил, что никто из нас не появился бы на свет, сумей крейсера Альянса пробиться к планете для повторной бомбардировки.

Андрей кивнул, подумав, что слишком быстро, поспешно расставил все знаки в современном обществе. Возможно, он сильно ошибался, оценивая его.

Первый снег…

Он начался ближе к вечеру, укрывая обожженные неистовым огнем руины мегаполиса, где сейчас обитали лишь птицы, грызуны да оставшиеся «не у дел» кибернетические механизмы.

Официально здесь уже прошла зачистка, однако стопроцентного успеха добиться не удалось, и потому планету закрыли на карантин, до лучших времен. Вообще, по окончании войны целые группы миров оказались в черном списке, их повторная колонизация выглядела весьма сомнительной перспективой: множество машин продолжали функционировать на обезлюдевших территориях, не прекращая вести боевые действия как друг против друга, так и против любой цели, не сгенерировавшей четкий опознавательный код.

Учитывая, что такие коды для каждого подразделения являлись уникальными, а машины (вошедшие в автономный режим из-за длительного отсутствия внешних команд) меняли генерацию «свой-чужой» каждые двадцать четыре часа, взять под контроль разрозненные, но представляющие реальную угрозу машины не представлялось возможным.

О данной проблеме много писали и говорили, но в разоренной Обитаемой Галактике пока что не находилось реальной силы, прямо заинтересованной в тотальной зачистке подобных планет.

Будущим поколениям предстояло принять незавидное наследство — им оставалось уповать на беспощадное время, факторы внешней среды и ждать, пока борьба между остаточными кибермеханизмами не истребит большинство из них.

…Крупные хлопья снега, медленно кружа, падали в обугленную расселину проспекта.

Закопченные руины высились на фоне снегопада уродливыми гротескными стелами, обломки стеклобетона, разбитые в гравий или провисшие на арматуре огромными глыбами, заполняли дно рукотворного ущелья, где между многотонными фрагментами взорванного штурмового носителя, прижатый к стене здания, застыл изрешеченный снарядами «Хоплит»…

Внезапно мрачную гармонию руин и усиливающегося снегопада озарил темно-вишневый отсвет — вдоль обрушенных фасадов зданий ударил лазерный луч; с шипением прочертив влажный воздух, он ударил в оконный проем углового здания на ближайшем перекрестке.