Как только заиграла музыка и Карл исчез, я постарался успокоить друзей весьма простым объяснением - Карл ушел в воспоминания прошлого. Затем под предлогом, что Карлу по возвращении понадобится выпивка, я взял его именной стакан и перешел с ним к музыкальному ящику. И стоял возле него, положив руку на холодноватую хромированную панель, все время, пока песня не кончилась.

Я взглянул на стакан в своей руке. Стакан не исчез. Значит, все, к чему я прикасался, не отпуская музыкальный ящик, оставалось на прежней линии времени. Понятно. Я все время держал руку на этой машинке, и потому помнил Карла. Карл изменил что-то в своем прошлом, а в его новом будущем не оказались ничего, что привело бы его в "Зимний Сад". Оставалось надеяться, что его новая судьба будет к нему милостивее.

Я обследовал музыкальный ящик, выясняя, не переменилось ли в нем что-нибудь. Будь я проклят, если понимаю, как он устроен! Я едва успел вытащить его из кладовки, установить в моем старом баре и поставить любимую пластинку, как в следующий миг, переселившись в свое молодое тело, сидел лицом к лицу с моей прежней подружкой Дженни.

Я так перепугался, что мог только сидеть и смотреть на нее.

Больше всего на свете мне хотелось быть с ней - всегда, но у меня не хватило ни мужества, ни желания попросить ее остаться. Так, на третьем году нашего знакомства, она уехала обратно в колледж, а я остался в нашем городке и стал работать. В тот семестр она встретила кого-то другого и к Рождеству вышла замуж.

Песня, которую проиграл мне музыкальный ящик, была нашей с ней песней. Она звучала в тот вечер накануне ее отъезда.

И как раз в тот миг и вернул меня музыкальный ящик, продержав там ровно столько, сколько звучала песня.

На следующий день я завел эту песню снова, и все повторилось опять. Я ничего не предпринимал - просто сидел и смотрел на Дженни.

Больше я музыкальный ящик не трогал. И решил его не включать, пока не удостоверюсь точно, что случится, если я изменю что-нибудь в своем прошлом. Как изменил свое прошлое Карл.

- Эй, что ты там затеваешь? - окликнул меня Давид, вертя здоровой рукой стакан со своим именем.

- Да, - присоединился к нему Джесс, - ты скажешь нам наконец, что делать с монетами? - Джесс подбросил свой четвертак, поймал его и выложил на стойку. - Орел!

- Закажите песню! - предложил я. Никто не помнил ни Карла, ни моих объяснений, куда делся Карл, ни того, что он здесь только что проделывал с музыкальным ящиком.

Я перешел обратно за стойку, вылил остатки виски Карла и осторожно поставил его стакан на полку. Выгравированные буквы составляли имя. КАРЛ.

- Кто этот Карл? - спросил Давид.

- Один мой приятель. Я собирался подарить ему такой, как у вас, стакан.

- Ты хочешь, чтобы мы заказали песню? Зачем? - спросил Джесс.

Я отхлебнул из бокала и почувствовал, как ласково обволакивает пересохшее горло яичный коктейль. Конечно, мне будет не хватать Карла. Но, быть может, он станет счастливее? Может, на днях я отыщу его имя в телефонной книге? Если он не уехал из города. Он меня не вспомнит, но будет приятно увидеть его и узнать, как сложилась его жизнь.

- С тобой все в порядке? - спросил Давид. Все трое пристально глядели на меня.

- Все нормально. Я подумал, что хорошая песня похожа на машину времени. Она возвращает в прошлое. Почему бы вам не попутешествовать? - я кивнул на оставшиеся четвертаки. - Нс хочешь испытать судьбу, Фред? Но действовать надо по правилам.

- Опять, черт побери, правила! - возмутился Фред. - Я могу по этим твоим правилам хотя бы с табурета слезть? Или должен метать монету прямо отсюда?

Должно быть, смех у меня получился такой странный, что Давид кинул в мою сторону вопрошающий взгляд.

- Подойди и выбери песню, которая напоминает тебе случай из твоей жизни, встань рядом с автоматом и расскажи нам, что это за случай!

Фред забрал монету со стойки бара и, повернувшись, соскочил с табурета.

- Дело нехитрое. Справимся.

- Жена, наверно, нечасто с тобой соглашается.

Все засмеялись. Примерно так начинались обычное ежевечернее шутливое обсуждение семейных проблем Фреда. Жену его в нашей компании знали - ни о чем другом Фред, каралось, не говорил. Ее звали Алиса, они с Фредом поженились очень молодыми, у них был один ребенок, и десять лет назад они развелись с шумным скандалом.

Сам Фред был высок и худ, за исключением лишних двадцати фунтов веса в районе живота. Его огненно-рыжие волосы порядком выгорели на солнце из-за того, что работа-л он в дорожной службе нашего муниципалитета. По словам Фреда, четверть месячного жалованья уходила у него на содержание дочери, хотя бывшая жена позволяла им видеться редко. Еще Фред говорил, что любит дочку, и однажды в воскресенье привел ее познакомиться с нами. У Сэнди была точно такая же, как у ее отца, ярко-рыжая шевелюра.

- Готово, - сказал Фред, опуская монету в прорезь и быстро нажимая на кнопки.

- Так что это за случай? - спросил я. По спине у меня пробежал холодок. I Неужели я потеряю и Фреда? Может, не предупреждать его, что он может изменить свое прошлое, пока звучит песня, и потому должен действовать быстро?

- Это тот самый случай, когда я потерял невинность, - сказал он улыбаясь, - и нечаянно породил Сэнди.

Боже мой, что я с ними делаю! Хороши подарочки!

- Стаут! - окликнул меня Давид. - С тобой все в порядке? Ты бледный, как привидение.

Я кивнул ему и взглянул на Фреда.

- В твоем распоряжении толь-ко время звучания песни. Две с половиной минуты. Запомни это!

Джесс хохотнул.

- Времени, чтобы Фред потерял невинность, более чем достаточно.

Фред шагнул, готовясь напасть на обидчика, но тут зазвучала песня Джин Отри, и он исчез.

Снежинки, крутясь в воздухе, били Фреда в лицо, когда он, лавируя в потоке встречных прохожих, пробирался к аптеке Абрахамса. Зазвенел подвешенный над дверью колокольчик. В аптеке царила чистота, и витал еле уловимый запах лекарств.

Блестели кафельные полы.

Старик Абрахаме сидел за прилавком в белом халате. Его молодая помощница Джуди обслуживала за кассой грузного джентльмена, покупавшего микстуру от кашля. В зале негромко звучала рождественская песенка "Рудольф, красноносый северный олень". Та самая песня, которую он выбрал в "Зимнем Саду" всего мгновенье назад. Какого дьявола! Как это удалось Редли Стауту? Что вообще здесь происходит?

Фред оглядел себя. Он был мальчиком, мальчиком в школьной форме! Этого не могло быть! Он только что сидел за выпивкой в "Зимнем Саду", он старше на восемнадцать лет! Ктото его разыгрывает. Но так просто это Джессу не сойдет. И Стауту тоже!

Фред уже повернул назад, чтобы снова окунуться в снежную метель, как вдруг к воспоминаниям зрелости добавились совсем недавние, он вспомнил, зачем оказался здесь. Чтобы купить резинку! Презерватив.

Он зашел в аптеку по дороге к дому Алисы. Ее родители отправились в гости праздновать Рождество и вернутся не скоро. Они с- Алисой начнут с того, что, сидя на кушетке, сядут смотреть телевизор, а кончат голыми на полу. Для обоих это было впервые, и из-за того, что он сдрейфил и не осмелился по дороге к ее дому спросить в аптеке презерватив, Алиса забеременела, и им пришлось пожениться сразу после окончания школы. А еще через три месяца на свет появилась Сэнди.

Он схватился за ручку двери, а потом дотронулся до бутылочки с бальзамом, стоявшей на полке рядом. И дверь и бутылочка были твердыми, осязаемыми! Будь он проклят, если понимает, что происходит!

Сидя за прилавком, старик Абрахаме наблюдал за ним. Неудивительно, что он сдрейфил! За последние двадцать лет он покупал презервативы сотни раз, но сейчас снова стеснялся, как мальчик. Хотя какого дьявола может сделать ему старик! Фред покачал головой. Ему не хотелось об этом думать.

Он набрал воздуха в грудь и двинулся к прилавку.

- Что вам угодно? - спросил уставившийся на него со своего насеста Абрахаме - нечто среднее между Господом Богом и отцом Фреда.

- Мне хотелось бы... - голос изменил ему, и он прочистил горло, чтобы взять тоном пониже, - мне хотелось бы приобрес

Он оглянулся. Джуди улыбалась, наблюдая за ним. Она ему страшно нравилась вот уже несколько лет. Неудивительно, что его юное "я" так опростоволосилось.

- Итак, молодой человек?

Фред снова повернулся к Абрахамсу. Он чувствовал, как краска заливает ему лицо. Если он не осмелится, и не спросит, что ему нужно, Алиса забеременеет, и им придется пожениться.

И последствия будут много хуже, чем те, что угрожают ему, если он произнесет сейчас простую и совсем нестрашную фрс1зу.

I ораздо хуже. Они выльются в долгие годы криков, брани и ненависти станут грязью унылого быта, которым обернется их брак. Единственное светлое пятно на этом фоне - Сэнди. Но кто знает, чем отзовется в ее душе их безобразное супружество с Алисой?

Он взглянул на Абрахамса.

- Мне... Мне хотелось бы приобрести презерватив.

Вот так. Он все-таки победил себя!

Старик Абрахаме нашел в себе силы не рассмеяться. Но Фред знал, что он с трудом сдерживает улыбку.

- Хорошо, сынок. Они продаются пачками по три, шесть и двенадцать штук.

- Шесть штук, - быстро решил Фред. Совсем незачем без необходимости подвергать себя этой пытке снова уже в ближайшее время. А попросить двенадцать - могло показаться хвастовством.

Абрахаме кивнул головой и порылся под прилавком.

- Какого сорта вы предпочитаете?

Джуди хихикнула, а Фред почувствовал, как пылают его липо и шея. Его юное "я" стремилось кинуться из аптеки куда глаза глядят. Он не посмеет больше взглянуть в глаза Джуди.

Но более поздний опыт остановил его.

- Я... Мне все равно. Самого лучшего.

Абрахаме кивнул еще раз.

- Я дам вам "Троянцев". - И он пустил к нему по прилавку коробочку. Заплатите у Джуди.

Проклятый старик! Он это нарочно. У него за прилавком был кассовый аппарат. Он мог принять деньги сам. Джуди опять хихикнула, а Фред, взяв коробочку, повернулся к ней.

Как раз в этот момент он заметил, что песня подходит к концу, и еще подумал, что лицо у него, должно быть, не менее красное, чем нос у пресловутого Рудольфа.

Он вынул из кармана пятидолларовую банкноту и кинул ее на тарелку кассы.

- Сдачи не надо.

Не взглянув на Джуди, он кинулся к двери н шагнул в метель. Теперь, по крайней мере, у него есть выбор, он сам может решить, заводить ему Сэнди или нет. И он серьезно над этим подумает.

Но как только дверь за ним захлопнулась и звуки песни пропали, память о предстоящем решении, о Сэнди, об их с Алисой отношениях и о последующих двадцати годах жизни поблекла, а потом стерлась совсем.

Когда слабое сияние воздуха померкло, я снял руку с музыкального ящика и зашел за стойку. Оказавшись у раковины, я осторожно вылил в нее остатки выпивки Фреда и поставил его стакан на полку рядом со стаканом Карла. Так сильно я давно не уставал.

- Удачи вам, парни, - тихо сказал я, глядя на эти два стакана. - Может, на этот раз вам повезет больше.

Теперь у меня за стойкой сидели только двое. Я мог бы прекратить все это. Остановить, пока у меня еще оставались друзья.

- Что делать с монетами? - спросил Джесс. - Пора возвращаться домой. Как бы моя стерва не отгрызла мне голову.

Я взглянул на Джесса, а потом на Давида. Давид был явно не в своей тарелке.

- Истратьте их на музыку. И покончим с этим. - Я махнул рукой в сторону музыкального ящика. - Но найдите такую песню, которая вызывала бы яркие воспоминания!

Я перевел дух. Пожалуй, Джессу я могу сделать настоящий подарок.

- Ты, Джесс, вполне мог бы заказать песню, которую слышал, когда впервые встретился со своей женой.

Джесс засмеялся.

- Чего ты от меня хочешь?

- Верь мне! - сказал я. - Найди эту песню! - И я плюхнулся на табурет, стараясь дышать глубоко: мне не хотелось думать о том, что случилось с Карлом и Фредом.

- С тобой все в порядке? - спросил Давид. Я взглянул на его встревоженное лицо. Что бы я делал все эти годы без дружбы с Дэвчдом? И как буду обходиться без нее? Если дам и ему проиграть его песню?

- Я просто устал. Ничего страшного.

Я поднялся и начал готовить яичный коктейль, искоса посматривая, как Джесс выбирает песню. Джесс был большим мастером на розыгрыши. Он обычно оправдывал их тем, что они позволяют ему сохранять рассудок даже при такой стерве жене, какая досталась ему. На вопрос, почему он тогда не уйдет от жены, он отвечал, что, женившись на ней, совершил столь крупную ошибку, что не вправе перекладывать ее на чужие плечи. "Зто не в его правилах. Затем он обычно отпускал какуюнибудь шутку и переводил разговор на другую тему.

- Я нашел песню, - сказал Джесс, держа монету наготове. - Ты хочешь, чтобы я ее включил?

- Да. Но сначала скажи нам с Дейвом, какие воспоминания она у тебя вызывает?

Джесс опустил монету в прорезь и, нажав на две кнопки, привел механизм в действие.

- Вы помните песенку "Снупи против Рыжего Барона"?

Мы с Давидом кивнули.

- Как раз ее исполняли по радио, когда я делал моей жене предложение. Похожая ситуация, правда?

Давид засмеялся.

Но мне было не до смеха. Теперь я точно знал, что потеряю и Джесса тоже.

- Помни, в твоем распоряжении только то время, пока длится песня. Ни секундой дольше. Понял?

Джесс пожал плечами и направился к бару.

- Что ты хочешь этим?.. - он не успел договорить фразу.

Из музыкального ящика уже лились звуки песни.

- Какого черта!.. - воскликнул Давид и бросился к музыкальному ящику.

Я взял почти допитый стакан Джесса и пошел ставить его на полку за.. баром.