Жженые карты (СИ)

Досадное обстоятельство вынудило приуныть и девушку, отчего в вагоне повисла напряженная пауза. Никто из них не рассчитывал оказаться в военном поезде с головной болью и похмельем, но куда больше пугало не ужасное самочувствие, а неизвестность.

Вскоре минутную тишину развеяло шипение открывающихся дверей, вслед за чем в вагон зашли два человека, с одним из которых Тамара не виделась со вчерашнего утра.

– Чего так долго? – Недовольно полюбопытствовала девушка, адресовав вопрос по большей части Сергею, который будто и не заметил остроты ее слов.

Получив в ответ легкую ухмылку в купе с безмолвием, она нахмурила брови и посмотрела на Николая в надежде, что тот поддержит ее недовольство. Но его, судя по всему, волновала любая возможность безмятежно отдохнуть с прикрытыми глазами, ибо каждое утро после посиделок в баре он переносил тяжко.

– Ну а ты чего такой угрюмый? Словно у тебя похмелье, а не у меня.

Пока Сергей сосредоточенно работал на ноутбуке, Тамара обратилась ко второму человеку, вошедшему в вагон минуту назад вместе с командиром. Запустив пальцы в длинные, отросшие по подбородок каштановые волосы, молодой парень молчаливо буравил стол бесстрастным взглядом, пока его не отвлекла Тамара. Он поднял карие глаза, оттененные синевой, присущей не выспавшимся людям, и тихо сообщил:

– В отличие от некоторых я всю ночь работал, а не развлекался.

В ответе не содержалось ни малейшего упрека, и Тамара непроизвольно улыбнулась, поскольку ей всегда нравилось слушать младшего брата, его невероятно мягкий и в то же время низкий голос.

– Если так посудить, то все работали кроме меня и… – Взглянув на Николая, безобидно засыпающего силача, девушка тяжко вздохнула. – Мы все надеялись, что ты присоединишься к нам.

– Ты же знаешь, что мне там просто не место. – Пожал плечами парень. – Стоит мне сделать глоток, как покрываюсь красными пятнами.

– Да… бедный человек, – сочувствующе заключила Тамара, но затем приободрилась и полюбопытствовала: – Кстати, а где еще один любитель пропустить по маленькой?

– Связывается со штабом. – Внезапно подал голос Сергей, после чего включил главный голографический проектор. Вагон померк во тьме и тут же озарился ярким электрическим светом, неприятно ударившим по глазам. – Тамахин, просыпайся, Антон – садись за компьютер.

Николай что-то недовольно пробубнил себе под нос, лениво потянувшись на стуле, а Антон покорно выполнил приказ командира, принявшись выводить на монитор вспомогательную информацию.

– Понимаю, что вы, должно быть, в шоке от столь внезапного поворота событий, – облокотившись руками о спинку стула, повернулся лицом к собеседникам Сергей, – однако спешу вас успокоить, что мы не направляемся в горячую точку.

Услышав это, Тамара почувствовала, как упал тяжкий камень с ее плеч, позволив вздохнуть спокойно полной грудью. Она услышала для себя самое главное – ей не придется переступать через ворота ада и терпеть агонию, сковывающую поле боя. И все же радовалась она не долго.

– Тогда что такого срочного могло случиться, что именно наш отряд в режиме non stop бросают в очередную передрягу? – Все еще сонный, но способный воспринимать информацию, поинтересовался Николай.

– Несколько дней назад один отряд получил приказ преследовать группу террористов, направившуюся в Мертвую Зону. А позавчера в 23:31 пришел сигнал «SOS» с наручного терминала командира этого отряда. Группа быстрого реагирования отправилась из Сочи к ним на подмогу, но они смогли найти только командира – живого, но раненного, – однако остальным членам команды повезло меньше.

– Погибли? – Как самое очевидное предположила Тамара.

– По крайней мере, один – точно.

– Что значит «точно»? А остальные?

– Их тела… пропали. И сигнал с датчиков исчез.

Девушка непроизвольно коснулась предплечья, нащупав под кожей маленький бугорок – датчик слежения, вживляемый под кожу каждому солдату из отряда специального назначения.

– Значит… – Нарушил повисшую тишину Николай. – Мы едем искать бегающих по черноморским джунглям террористов?..

– А других отрядов не нашлось для этого дела? – Болезненно усмехнувшись, словно ощутив тупую боль под ребрами, задалась вопросом Тамара. – Мы только что вернулись из Афганистана, какого тогда?..

– Сядь, Тамара. – Властно приказал Сергей, и у девушки не оставалось выбора, кроме как придержать язык за зубами и опуститься на место. – Открой файлы, Антон.

Парень принялся бегать пальцами по клавиатуре, и результаты его действий отражались на большом экране. Появлялись снимки густого леса, граничащего с синей полосой Черного моря, вслед за чем отображались фотографии, сделанные группой экстренного реагирования с места обнаружения выжившего командира отряда. Черный фургон с помятой крышей, одиноко стоящий посреди площади, окропленной брызгами крови. Тел нет, только безжизненный пейзаж заброшенного города. Появились еще два текстовых файла, но читать содержание отчетов у Тамары не возникло желания, как и у Николая, – они просто ждали, когда Сергей все расскажет им сам. Но, в отличие от них Антон всегда уделял особое внимание каждой новости, что способна отразиться в электронном виде на мониторе компьютера. Такова его работа, как связующего звена всего отряда, информатора. Поэтому ему удалось самым первым узнать причину, по которой именно их отряд отправили на выполнение данной миссии.

– Какого черта ты не сказал нам об этом? – Сперва ошарашено, но затем с большим уклоном на негодование, чем злость, обратился парень к командиру. – Это был четырнадцатый отряд?

Поначалу Тамара не поняла, что так смутило ее брата в этом четырнадцатом отряде, но осознание ударило ей по голове так внезапно, что от неожиданности она вспрыгнула с место. Стул со скрежетом отлетел назад.

«Какого черта?!» – С пылом, на который она была только способна, хотела закричать девушка, для пущей убедительности ударив кулаками о стол, но что-то вовремя одернуло ее сделать это. Болезненно сжав кулаки, она отвернулась в сторону, силясь не разразиться в следующую секунду нецензурной бранью.

– Я один, похоже, не в курсе, что не так с четырнадцатым отрядом? – Оглядев всех присутствующих, как бы между прочим поинтересовался Николай.

– Четырнадцатый отряд возглавляет Лиза Рашкович.

– А-а, – с неловкостью протянул парень, думая что-то добавить, но его опередила Тамара:

– Вот поэтому мы и не должны ехать сюда! – Воскликнула девушка, сжав от злости челюсти. – Она наша мать, а ты нам даже ничего не сказал об этом?! Просто повез сюда?!

– Там…

– Что, «Тамара»?! – Не успокаивалась она. – Значит, она единственная выжила, и это твое оправдание?! Мы сейчас должны быть с ней, а не…

– Я знаю! Думаешь, мне тоже так радостно?! – В ответ повысил голос Сергей, и после его оглушительного оклика в вагоне повисла звенящая тишина. – Генерал-лейтенант не оставил мне выбора, – более спокойно продолжил мужчина, – на данный момент нет достаточно подготовленных отрядов, чтобы разобраться с этим делом.

– Значит, менее подготовленные отряды лучше отправлять сразу в пекло? – Дерзко подметила Тамара, начиная ощущать, что ее снова бросает в дрожь от одной только мысли о смерти молодых ребят под жгучими лучами ближневосточного солнца.

– Твоя мать возглавляла один из таких отрядов, и, заметь, их не направляли заграницу, а отправили сюда.

Спорить с этим бесполезно, поэтому девушка обессилено опустилась на стул, с которого спрыгнула мгновение тому назад.

– И все же… – Нерешительно подал голос Антон. – Мы не самый лучший вариант для этого задания. У нас есть личный интерес.

– Тем лучше. – Отозвался Сергей. – Будете усерднее стараться.

– Так в чем конкретно состоит наша миссия? – Подал голос Николай. – Мы террористов разыскивать будем или расследовать нападение на четырнадцатый отряд?

– Первостепенной задачей стоит расследование нападения на четырнадцатый отряд, а также исчезновение двух его членов. – Подытожил Сергей и, взглянув на время, отображаемое на наручном терминале, добавил: – Если вопросов нет, то начинайте сборы. Прибываем на место через пятнадцать минут.

Глава 3

ВИТАЛИЙ

Он бы никогда не поверил в то, что у ветра может быть солоноватый привкус, если бы не ощутил это явление на собственной шкуре. Но прежде чем распробовать истинный вкус морского бриза, Виталий проникся сыростью и прохладой осеннего дня. Обычно погода в этих краях держалась теплая даже в октябре месяце, а золотые краски лишь подпаливали редкие макушки деревьев. Однако сейчас, едва выбравшись из вагона, солдат понял, что их будет встречать вовсе не та атмосфера приморского города-курорта, некогда наполнявшая эти места.

Поезд пришлось остановить у самого подъезда к вокзалу, сразу вслед за знакомым военным составом «пятерочкой», на котором также прибыла и их команда. На всех пяти вагонах – отсюда и название – яркой краской выделялся номерной знак, обозначающий то или иное подразделение отряда специального назначения. Краснодарские поезда носили на своих бронебойных корпусах цифры от сорока до пятидесяти семи, и на данный момент дальнейших путь шестой группе преграждал один из таких составов.

– Как и подтверждали ранее, вспомогательная группа уже здесь. – Отметил Виталий, обращаясь непосредственно к Сергею, который напряженно осматривался по сторонам.

Парень не мог винить в этом своего командира, по сравнению со всеми местами, где им довелось побывать за последнее время, Краснодарский край казался оглушительно тихим и спокойным, непривычным во всех смыслах. Здесь не поднимались в воздух песчаные бури, воздух обдувал лица влагой и холодом, а далеко вперед тянулись густые зеленые джунгли. Солнце здесь скрывали тяжелые серые облака, скользящие по самым краям поросших лесом гор.

– Известно, где они сейчас?

– Двадцать минут назад докладывали о том, что осматривают место, где обнаружили майора Рашкович. – Сообщил Виталий, добавив: – То есть в нескольких километрах отсюда. Мы как раз проезжали это место.

– Ясно. – Мужчина отреагировал не столь дружелюбно, вероятно, придя к выводу, что их группа проделала лишний путь. И, обернувшись к открытой двери вагона, из которой выглядывал Антон, о чем-то перешептываясь с сестрой, он воскликнул: – Так, хватит болтать, мы выдвигаемся! Тамара, поторопи Тамахина.

Девушка что-то пробормотала в ответ, но ветер отнес ее слова прочь, хотя по угрюмому выражению лица и дальнейшим крикам, адресованным вглубь вагона, стоило догадаться, что ей тянущееся ожидание также не по душе. И когда показался Николай, выскочивший довольно внезапно, Сергей уже обратился к Антону:

– Как только закончишь сканировать местность, сообщи.

В ответ парень утвердительно махнул рукой, принявшись выгружать на занесенную пылью и мусором платформу оборудование для запуска миниатюрного беспилотника.

Не став дожидаться, когда Тамара и Николай нагонят их, Сергей жестом указал Виталию двигаться вперед к выходу с вокзала.

Пока ветер игриво трепал макушки деревьев и выметал пыль из дыр в зданиях, оставленных пулями и осколками от взрывов, брюнет пытался связаться с группой, прибывшей на место раньше их. Сигнал искажали помехи, даже когда они с друзьями покинули привокзальную площадь, спустившись к избитой ямами дороге, о положительном результате не могло идти и речи. Никто не отвечал на любые его попытки наладить связь. Но чем дальше от места прибытия они с группой отходили, тем меньше хотелось заниматься разговорами и больше смотреть по сторонам.

Их окружали невысокие, но прошедшие через огонь и жар войны полуразрушенные и обветшалые здания. Кирпичная крошка, гильзы и осколки разрывных снарядов усеивали улицу подобно праздничному конфетти на вечеринке, все замерло в пугающей тишине, замолчало на веки, застыло подобно мошке в золотистой капле смолы. И когда в небе воспарил беспилотник, по всем правилам считающийся бесшумной стелс-моделью, Виталий непроизвольно вздрогнул от громкого рычания.

– Здесь только фильмы ужаса снимать.

Как ни странно, но брюнет полностью поддерживал Тамару в данном случае.

– Эй, парень, слышишь меня? – Обратился по терминалу через наушный микрофон к Антону Виталий, первые секунды выслушивая в ответ лишь скрежет помех. Но когда он расслышал голос собеседника, то попросил: – Можешь что-нибудь сделать с этими помехами?

– Могу. – Поскольку канал связи являлся общим, разговор прослушивала вся команда, которой довелось принять к сведению последующую информацию: – Но чем дальше от меня вы станете уходить, тем сильнее будет шум. Со времен войны здесь еще осталось несколько глушащих установок – беспилотник как раз успел зафиксировать пока две.

– Пока? – Нерадостно переспросил Николай. – Сколько же здесь этих штук всего может быть?

Однако не успел Антон ответить, как его прервал Сергей, посчитавший свой вопрос наиболее важным, чем предыдущий:

– Ты сможешь их как-нибудь отключить дистанционно или подавить сигнал?

– Не требуйте от меня невозможного, – после недолгих раздумий отозвался парень, – если минувшие годы не смогли отключить эти установки, то я и подавно не смогу, тем более это не потребуется – в моих силах защитить нашу частоту от их воздействия.

– А как нам связаться с остальными группами? – Добавил Сергей.

– Когда встретитесь, то настройте наручные терминалы на одну частоту, а лучше загрузите им программу, которая есть у вас. Так вы сможете увеличить радиус действия терминалов, но чем ближе вы подойдете к установкам, тем чаще будут появляться помехи. И используйте только беспроводную связь, иначе передача данных займет слишком много времени.

В исполнении Антона эта фраза прозвучала, как самый что ни на есть очевидный факт, о котором каждый должен знать. Виталия это отчасти повеселило, порой непонимание парня, что окружающие его люди не владеют теми же навыками обращения с техникой, становилось до абсурдного забавным. Правда, остальные члены команды не разделили бы его мнение, ибо Тамара, например, едва сдерживала ругательства на языке, чтобы не разъяснить брату, что конкретно ей непонятно из вышесказанного.

Что не говори, но команда у них собралась разношерстная. Каждый из них обладал теми или иными качествами, которые у другого даже в самых темных уголках души не отыскались бы. Сергей довольно спокойный и дружелюбный мужчина, часто позволяет себе с невинной улыбкой выпутываться из всевозможных ситуаций, как то произошло день назад во время его разговора с генерал-лейтенантом Волковым. Антон и Тамара, что и говорить, полные противоположности друг друга: если первому присуще нотки меланхолии, то вторая являлась истинным примером сангвиника. Но вот Николая Виталий не смог разгадать как личность, поскольку тот представал то в образе «своего парня», то закрывался ото всех и избегал любых разговоров. О себе же брюнет в двух словах мог сказать, что он все бы сейчас отдал, чтобы побыть со своей семьей – это многих удивляло, особое сочетание броской пленительной внешности и просто нрава. Но иногда, стоит признать, у Виталия руки чесались заехать кому-то, а именно Тамаре и Николаю по макушке, за их чрезмерное стремление окрестить его графом Дракулой.

– Сюда.

За размышлениями Виталий и не заметил, как Сергей оторвался от их группы на несколько метров вперед. Он ушел с проезжей части влево, направившись к площади, на которой свою деятельность развернуло несколько людей в знакомых черных костюмах.

Группа поддержки, прибывшая на сорок третьем поезде за несколько часов до их прибытия, уже изучала место, где обнаружили в бессознательном состоянии майора Лизу Рашкович. Сергей направился к одному из солдат, находившемуся неподалеку от дороги, перегороженной каменными разбитыми плитами, обмотанными колючей проволокой. Пока он о чем-то разговаривал с незнакомцем, также, вероятно, пытаясь объяснить ему необходимость передачи на его терминал программы Антона, Виталий, как и остальные члены его отряда, решил осмотреться вокруг.

По большей части ничто не вызывало особых вопросов кроме черного бронированного фургона, одиноко стоящего посреди пустой площади. Поблизости от машины разместились еще два человека, встретив которых, Виталий предпочел приветливо улыбнуться и озадаченно окинуть транспорт долгим взглядом.

– Что тут вообще произошло? – Полюбопытствовал он, однако в ответ собеседники беспомощно развели руками.

– На этот вопрос может ответить только майор Рашкович. Мы можем лишь догадываться.

– Так какие у вас догадки? – внезапно подключилась к разговору Тамара, при этом голос ее прозвучал довольно требовательно, если не сказать – грубо. И, заметив смятение мужчин, она поспешно добавила: – Извините, я просто… майор Рашкович – моя мать.

– Что ж… жаль, что так получилось, – похоже, подобное откровение только сильнее загнало собеседников в тупик. – Но хорошо, что она выжила.

Понимая, что разговор чересчур быстро свернул не в ту сторону, Виталий принялся спасать положение.

– Так какие у вас предположения? Есть зацепки, указывающие на ту или иную группировку?

– Как я ранее и говорил, ничего. В этом вся и проблема… – Отозвался мужчина, блондин с серыми глубоко посаженными глазами, который до этого сохранял молчание. – Ни гильз, ни пропаж, а только… это.

Отойдя в сторону, тем самым оказавшись напротив кузова фургона, солдат озадачено представил Виталию и Тамаре изрешеченные дверцы, но сквозь толстый слой металла прошли не пули – складывалось впечатление, будто его прорезали острым ножом.

Дотронувшись до вогнутых отверстий, что говорило о попытках врага пробраться в фургон с улицы, парень внимательно осмотрел каждое повреждение, после чего полюбопытствовал:

– А это вообще возможно так пробить кузов?

– Ну, судя по результату… – Не без доли сарказма подметила Тамара, заслужив в ответ не самый приветливый взгляд со стороны брюнета.

– Но самое интересное здесь. – Оторвав солдат от изучения повреждений на дверцах, второй мужчина обошел машину и остановился у ее боковой стороны, на которой проступала едва заметная вмятина. На черной краске металла не было заметно следов крови, чего не сказать о сером асфальте, накрытым тонкой пленкой засохшей багровой жидкости.

– Вы уже успели увезти тело?

– В том то и дело, – нерадостно отреагировал на вопрос Виталия блондин. – Не было никакого тела. Только это пятно и вмятина.

– А также следы, – сказала Тамара, автоматом указав на полосы, тянущиеся от общей массы крови в противоположную от машины сторону. – Тело унесли.

– Но майора Рашкович не тронули. – Подметил парень, но данная новость его явно не радовала, и все потому, что это никак не вязалось с общей картиной. – Да еще и эти следы на кузове… К тому же, я не понимаю этого.

– Чего «этого»? – Полюбопытствовала Тамара.

– Вот, – указав на едва заметную вмятину, повторил Виталий. – Словно тело кто-то метнул в машину. А учитывая то, что металл здесь намного прочнее, чем у обычных фургонов… Наш противник должен быть очень силен.

Пару мгновений девушка задумчиво изучала каждую из деталей, представшую перед ее взором, пытаясь сформировать некую картину или хронологию событий.

– И зачем им уносить тела?

– Им? – переспросил один из солдат, прибывший на место за несколько часов до отряда Сергея.

– Как и сказал Граф, здесь…

– Кхм-кхм, – Тамара говорила довольно спокойно и обыденно, совсем не заметив, что допустила в разговоре одну из ошибок, которую Виталий терпеть не мог, а именно свое прозвище, которое они с Николаем на официальном уровне включили в свой лексикон.

– В общем… – Словно прервавшись из-за жужжания надоедливой «мухи» – причем так и оставшейся испепелять ее мрачным недовольным взглядом, – девушка поспешила завершить свою мысль: – Вряд ли один человек мог с такой силой прижать нашего пропавшего товарища к фургону. Ах да… Что насчет нападавших? Они оставили хоть что-нибудь после себя? Гильзы от пуль, следы обуви или… протектора колес на дороге?