Жженые карты (СИ)

Данное заявление удивило полковника:

– Могу я узнать, к чему такая секретность?

– Разговор пойдет о четырнадцатом отряде.

Генерал-лейтенант отключился так быстро, что Сергей толком не успел выразить свое непонимание. Он пару мгновений стоял посреди улицы под яркой вывеской бара, вдыхая холодный воздух, пока на языке у него крутилось имя командира этого отряда – Лизы Рашкович. Наверняка что-то произошло, и от этого не стоило ожидать ничего хорошего, в противном случае генерал-лейтенант не стал бы просить его сохранить этот разговор в секрете.

Но другого выхода не было, так что, сняв с уха гарнитуру и поместив ее в разъем наручного терминала, Сергей вернулся обратно в бар.

Даже удивительно, что он за пару минут отвык от душного и плохо пахнущего помещения. Но эта мысль позабылась столь же быстро, как стеклянная бутылка разбилась о стену в паре метров от головы мужчины. Шум голосов и грохот крушащейся мебели стоял такой, что уши закладывало, а глаза лезли на лоб не то от удивления, не то от ужаса. Практически все люди, кто пару дней назад сражались рука об руку на поле боя, в данный момент били друг другу лица с неистовым восторгом. Только старый бармен, выдергивая последние пряди седых волос из головы, готов был замертво пасть от вида этой картины.

Сергей мгновение осматривался по сторонам, не решаясь ступать в это буйное море, боясь, что оно поглотит его целиком. Но ничего другого не оставалось – прежде чем отправиться к генерал-лейтенанту, ему следовало выловить своих ребят, пока из них не сделали рыбные котлеты.

***

Все началось с того, что он просто стоял в стороне и раздумывал, как бы выдернуть Тамару и Николая из драки. Виталий даже не успел заметить, как стал участником массового побоища, и был премного «благодарен» за то, что Сергей оставил его одного разбираться с этим делом.

– Жанна меня убьет… – Откинувшись на спинку автомобильного кресла, Виталий прижал к лицу металлическую флягу, найденную в бардачке машины Сергея. И только потому, что это был единственный холодный предмет.

– Брось, скажи жене, что… – Отведя взгляд от дороги, освещаемой по краям фонарями разделительной полосы, полковник оценивающе осмотрел друга. – Что это боевая рана.

Сергею пришлось вновь переключить внимание на проезжую часть, однако он почувствовал, как парень пытается убить его взглядом.

– Так что у вас там случилось? На этот раз? – Теперь Сергей, осознав, что Виталия лучше не терзать расспросами, обратился к двум людям на заднем сидении.

Ответ он получил не сразу: сначала слуха полковника коснулся чей-то усталый стон, и лишь потом по кабине разлетелся мужской низкий голос:

– Кто-то начал распускать руки…

– Тебя атаковали знойные официантки, и Тамара ринулась на помощь?

– Очень смешно… – Пробормотал в ответ Николай, отчего становилось трудно понять, что его так измотало: алкоголь, сонливость или драка.

– Там, скорее, все было наоборот, – неохотно подключился к разговору Виталий, по тону голоса открыто давая понять, как он недоволен.

Сергей и не удивился, что именно его ребята стали эпицентром недавнего события. Из Николая и Тамары всегда получалась взрывная смесь, если к этой парочке добавить алкоголь. Причина тому заключалась в том, что первый попросту не умел пить – его сносило со второй кружки, – а вторая казалось черной дырой, готовой поглотить все и в любом количестве. Девушка напоминала Сергею черта, прячущегося в глубоком черном омуте, поскольку с первого взгляда и не признаешь в ней сильного, выносливого человека, способного постоять за себя. А вот к Николаю вряд ли кто будет лезть с претензиями, так как его крепкое накаченное тело говорило само за себя. Но он добрый парень, без надобности даже муху не обидит.

Не прошло и десяти минут, как показался спальный район. Сергею не заняло много времени развести ребят по их квартирам, а по сути пришлось разобраться только с Тамарой – ее вышел встретить брат, а Виталий рискнул оставить Николая у себя на ночь, вместо того чтобы везти его в «несемейный» корпус.

Здание главного штаба подразделения находилось на окраине городка, оплетенное сетью навесных дорог для поездов. Даже в такой поздний час транспорт продолжал переправлять жителей из пункта «А» в пункт «Б», хотя по большей части вагоны пустовали. А в штабе жизнь не затихала никогда, к черному ночному небу тянулся шпиль многоэтажного здания, сквозь стеклянные окна которого на улицу проливался электрический свет.

Миновав контрольно-пропускной пункт, Сергей оставил машину на парковке. Оказавшись в просторном холле, он моментально оказался у зеркальных дверей лифта, и спустя пару минут уже стоял на пороге кабинета генерал-лейтенанта Волкова.

Непосредственный начальник Сергея, пятидесятишестилетний генерал-лейтенант Евгений Волков, мужчина крупного телосложения, сидел за своим рабочим столом, выводя подпись на каком-то документе. Высокий, под метр девяносто ростом, его темно-серые глаза прятались под тяжелыми веками, массивный подбородок скрывала короткая серебристая борода.

Генерал-лейтенант, не отрывая взгляда от бумаг на столе, жестом велел Сергею не медлить и зайти внутрь. Тот молчаливо устроился в жестком кресле, полагая, что ему придется подождать, пока мужчина закончит с работой. Но в следующий момент паузу, которую порой разбавлял топот ног, доносившийся из коридора, оборвал генерал-лейтенант:

– Ты что, сел за руль выпившим?

Вопрос звучал не осуждающе, Сергей понял это по тому, что у собеседника за долгий день просто не осталось сил выносить кому-то очередной выговор.

– Нет… – Как ни в чем не бывало ответил Сергей, в свойственной привычке протянув последний слог – явный признак лжи.

– Открыто врешь и не краснеешь, – внезапно хлопнув по документам тяжелой рукой, чего полковник явно не ожидал, генерал-лейтенант Волков тяжко вздохнул и откинулся на спинку стула. – Я же прекрасно знаю, когда ты начинаешь лапшу на уши вешать.

– Ничего не скроешь от вас, командир.

– Бывший командир, – подметил мужчина, поднимаясь с места, – и новый начальник, как это парадоксально не звучало бы.

– Поэтому вы именно меня вызвали?

– Догадливый. – С толикой сарказма отозвался генерал-лейтенант, захватив со стола широкий планшет, который вскоре оказался в руках Сергея.

Лейтенант не стал тратить время на долгие расспросы, поэтому включил устройство и увидел досье на группу Лизы Рашкович, приложенное к описанию задания, на которое ее отправили несколько дней тому назад.

Эту женщину Сергей знал очень хорошо, даже слишком хорошо, и причина, по которой он сейчас изучал информацию на планшете, была лишь одна – когда-то они с ней служили в одном отряде под командованием генерал-лейтенанта Волкова.

– Так о чем вы хотели поговорить? – Обрел голос полковник. – Что-то случилось с четырнадцатым отрядом?

– Хороший вопрос. – Остановившись напротив собеседника, произнес генерал-лейтенант. – Мы и сами понять не можем.

Услышанный ответ вынудил Сергея обратить на мужчину удивленный и непонимающий взгляд. Это ему не понравилось, его сковала слабость, но он не подал виду, поинтересовавшись бесстрастным голосом:

– То есть? С ними все в порядке?

– Пф-ф… – Казалось, генерал-лейтенант Волков не знал, с какого бока подойти к обсуждению этой темы. – Вчера в 23:31 по московскому времени с наручного терминала майора Рашкович был отправлен сигнал «SOS». Группа быстрого реагирования прибыла к месту из Сочи примерно через час. Они нашли майора Рашкович раненную, без сознания.

«Жива», – облегченно вздохнул про себя Сергей, опустив задумчивый взгляд к полу.

– А остальные члены группы?

– Один из них был найден мертвым в паре метров от нее. – Указав на планшет в руках Сергея, генерал-лейтенант попросил открыть фотографии с места происшествия. Через пару мгновений оба уже рассматривали неприятные глазу картины растерзанного в клочья тела. – Остальных продолжаем искать.

– Кто напал на них? – Судя по пейзажам на фотографиях, Сергей определил это место как Краснодарский край, и это лишь растормошило его страх. – Мертвая зона… На них напали боевики?

– Хм… – Напряженный вздох генерал-лейтенанта не понравился полковнику, и последующие слова подтвердили его опасения: – Я делаю тебе большое одолжение, Сергей, спрашивая об этом. Но ты готов взять это дело?

– Почему вы спрашиваете?

– Потому что не уверен, что твоя группа справится. У вас будет личный интерес к этому делу, поэтому и спрашиваю.

– С этим не спорю, – согласился Сергей, – но куда целесообразнее направить другую группу на расследование этого дела.

– Спросил я только из солидарности. – Слегка раздраженно отозвался генерал-лейтенант, сложив руки на груди. – Поскольку никого другого отправить не могу – некого.

– Прям совсем некого? – Недоумевал мужчина.

– Есть кого, но этот «кто-то» мало чем отличается от зеленых юнцов, которыми руководила майор Рашкович.

Теперь Сергей понял, почему в последнее время мужчина прибывал в плохом настроении – ему, как и многим другим, не особо пришлось по душе распоряжение о разделении старых отрядов на мелкие группы, состоящие по большей части из молодых малоопытных ребят. И учитывая обстоятельства, Сергей мог признать, что какими бы личными мотивами не руководился он или его ребята, они все же являлись более опытными бойцами. Исключением мог быть только Николай, но он проявил себя с наилучшей стороны.

– Что ж… Если все так, как вы говорите, то почему вы не смогли найти остальных людей?

Встречный вопрос генерал-лейтенант Волков расценил как согласие к дальнейшему сотрудничеству, поэтому он позволил себе победоносно ухмыльнуться.

– А проблема в том, – продолжил он, – что сигнал от датчиков исчез – возможно, их уничтожили.

– Тела или датчики?

– Мы как раз над этим ломаем голову. К тому же, в том регионе до сих пор работают глушащие установки. Они подавляю сигналы практически любого рода. – С очередным намеком на недовольство подметил генерал-лейтенант. – В общем, грузи свою группу на самолет – инструктаж проведем завтра утром на месте.

– Да… – Угрюмо прошептал себе под нос Сергей, будучи неуверенным в том, что до утра его ребята, да и он сам, успеет протрезветь и прийти в себя. Но выбора не оставалось, поэтому он с уверенностью во взгляде подтвердил готовность приступить к этой миссии.

Глава 2

ТАМАРА

Болела ли у нее голова? Нет, это больше похоже на полет в воздухе при отсутствии гравитации, в то время как тебя пытаются втиснуть в костюм не твоего размера. Примерно такое чувство преследовало Тамару на протяжении нескольких минут. Девушка думала, что спит и ей это снится, но затем едва уловимая тряска стала до жути реалистичной. Вот только чувство, что ее придавил рояль, никуда не делось.

Вчера вечером они явно перебрали, и что это за традиция – каждый раз идти в бар праздновать возвращение на Родину? Сергей говорил, что ни в коем случае нельзя пренебрегать возможностью почувствовать себя живым героем, вырвавшимся из ада, необходимо почувствовать второе рождение. Но только в их случае рождались они не в первый, и не в двадцатый раз, чему Тамара несказанно радовалась по вечерам, однако на утро, такое как сейчас, была готова умереть. Ясное дело, что никто не просил ее напиваться, и все же ничего она не могла с собой поделать – то ли от радости, что выбралась живой с зоны боевых действий, то ли от страха, что в любом случае придется туда вернуться вновь.

Глаза слипались, веки с трудом поддавались открытию, каждая мышца при движении отдавала ноющей болью. Тамару раздражало это чувство, когда тело требовало еще несколько минут сна, а сознание ставило перед фактом необходимости подъема. Поэтому девушка не сразу сообразила, где находится и почему у нее из руки тянется прозрачная трубка от капельницы. Секунд пятнадцать она вдумчиво всматривалась в бледно-розовую жидкость, наполняющую пластиковый пакет, которая медленно поступала по направляющей к ее венам. А затем внезапно пелена забвения разлетелась подобно стогу сухих листьев в ветреный осенний день.

Длинное, но довольно узкое помещение, не отличающееся ярким освещением и разнообразностью убранства, подсказало Тамаре, что она находится не только не у себя в комнате, но и вообще не в доме как таковом. Перед ее взором предстал стандартный жилой вагон для пяти человек с четырьмя пустующими кроватями, тянущимися от нее по левую руку в ряд. Легкая тряска и едва уловимый звук биения колес о стальные рельсы также говорили о том, что поезд пребывал в движении, что отправило желание отоспаться на задний план.

Вытащив иглу от капельницы из руки, девушка опустилась голыми ступнями на холодный пол. Ее длинные спутанные волосы цвета древесной коры, которые она поспешила привычным жестом зачесать пальцами, опустились на обнаженные плечи. Плохое предчувствие не позволяло Тамаре вздохнуть с облегчением, поскольку, оказавшись в военном поезде, она могла ожидать только одного – вновь оказаться в зоне боевых действий. Но по протоколу группу, прибывшую из горячей точки, не могли отправить обратно воевать в течение ближайших трех недель.

– Это должно быть какая-то ошибка, – остановившись напротив зеркала, пробормотала себе под нос девушка, облокотившись дрожащими руками о края небольшой раковины.

Сердце с каждой секундой все сильнее било по ребрам, каждый новый вдох неприятно щекотал легкие, разогревая панику. И не понятно, отчего голова пошла кругом – от похмелья или же ощущения приближающейся истерики. Москва, бар, самолет, поезд – она ничего не помнила.

Нет, она не хотела возвращаться обратно. Только не теперь, только не сейчас, когда ей едва удалось вырваться из пучин ада. Ей страшно, она боялась неизвестности. Почему она в поезде, и где остальные, раз уж их везут на точку сбора?

– Нет, это какая-то ошибка, – с большей убедительностью произнесла Тамара, сосредоточившись на холоде, что царапал ее голые ноги и ладони.

Всему должно быть какое-то объяснение, согласно протоколу их не могли кидать в очередное пекло, даже не проинформировав. Поэтому, плеснув водой в лицо, темно-золотистая кожа которого этим утром покрылась нездоровыми бледными пятнами, девушка посмотрела на свое отражение. Белки покраснели от неспокойного сна, но в этих близко посаженных глазах цвета темного шоколада Тамара пыталась найти успокоение.

– Не время паниковать, – к собственному удивлению, голос ее прозвучал уверенно и спокойно, – сейчас мы все выясним.

Помимо обычной одежды, в которой она прожигала вчерашний вечер в душном баре, Тамара обнаружила черную униформу вместо знакомого защитного костюма бежевого цвета. С одной стороны, это не могло ни радовать – если нет одежды, предназначенной для ведения боя в жарких районах Ближнего Востока, значит, поезд не направляется в горячую точку. Однако наличие черного костюма также не делало жизнь более сладкой.

Но пугать себя собственными мыслями Тамара не проявила желание, поэтому, захлопнув дверцу шкафчика с неожиданной силой, она поспешила одеться и отправиться на поиски любого живого человека, который помог бы ей разобраться в ситуации.

Монотонный стук колес о рельсы проникал сквозь толщу металлического вагона, отведенного под командный пункт, в который перешла девушка. Небольшой стол, интерактивные доски и компьютеры – иными словами, все, что необходимо для работы с получением и обработкой данных. Помещение освещали искусственные источники света, бьющие по глазам стерильной голубизной, в то время как все окна скрывал плотный слой жалюзи.

– Я уж думал, что придется тебя будить.

Тамара никак не отреагировала на замечание Сергея, сидевшего на противоположном конце стола с планшетом в руках. Мужчина слегка улыбнулся, однако девушка, уперев руки в бока, опасливо полюбопытствовала:

– Куда мы, черт возьми, едем?

– Новое задание. – Как ни в чем небывало отозвался полковник, опустив взгляд на сенсорный экран.

Подобная непринужденность неприятно хлестнула Тамару по груди, вынудив крепче сжать кулаки и как можно медленнее усесться на соседний стул, чтобы не выдать своего расположения духа. Но металлические ножки с таким лязгом ударили о пол, что все старания пошли насмарку.

– Это я поняла. – Нервно сообщила девушка. – Но какого черта мы вообще куда-то отправились? Мы же только позавчера вернулись с границы, так какого…

– Прямой приказ генерал-лейтенанта. – Оборвал на полуслове собеседницу Сергей, догадавшись о дальнейшем содержании пылкой речи. Он отложил электронное устройство в сторону. – Я обо всем расскажу через десять минут, когда твой брат закончит настраивать технику.

– Генерал-лейтенант Волков? – В смятении откинулась на спинку стула Тамара. – Но почему он?.. Он же знает правила, он…

– Это я настоял.

– Что?! Зачем?!

– Поверь, – резко, но не повышая голоса, вынудил умолкнуть подчиненную мужчина. – Если бы я этого не сделал, у вас было бы больше проблем.

– Что?..

– Поэтому я и говорю, – поднявшись с места, Сергей беспомощно развел руками и направился в противоположный Тамаре конец вагона. – Будет проще, если я все объясню вам через минут десять. Посмотрю, как дела у парней, и вернусь – тогда и произведу четкий инструктаж.

Так девушка и осталась сидеть в растерянности с открытым ртом, надеясь, будто подходящие слова сами слетят с языка. Командир покинул ее компанию довольно быстро, в то время как Тамару мучило отсутствие ответов.

Поднявшись с места, она принялась отмерять вагон широким шагом, одновременно раздирая ногтем заусенцы на пальцах, чтобы хоть как-то себя успокоить. Но в один момент девушка остановилась, словно пытаясь прислушаться к звукам, долетающим до нее сквозь толщу металла. А затем, внезапно подбежав к окну, она подняла железные створки жалюзи. Солнечный яркий свет ослепил ее на мгновение, но удивление от открывшегося пейзажа синей глади Черного моря, мелькающей сквозь высокие заросли, оставило ее без слов.

– Какого черта?..

Лет так восемьдесят назад от одной мысли о Черном море у людей всплывали приятные воспоминания о летнем жарком отдыхе. Сейчас же маленькое пятно на карте мира вызывало ассоциации лишь с ужасом и смертью, разрушениями и болью, которые обрушила на южное побережье война. И пусть конец ее, Первой волны, официально ознаменовался 2057-м годом, местность, что растянулась на десятки километров в округе, до сих пор носила статус Мертвой Зоны.

От собственных мыслей Тамару отвлек звук открывающейся двери, однако она не подала виду, что это ее хоть как-то обеспокоило. Девушка лишь краем глаза посмотрела в сторону, заранее подогрев в себе пылкое чувство раздражения, дабы пролить его на командира. Однако вместо Сергея, с осторожностью любопытной кошки в вагон зашел Николай, появление которого успокаивающе подействовало на Тамару.

– Чего осторожничаешь? – С грустной усмешкой полюбопытствовала брюнетка, обернувшись к новоприбывшему.

Парень выглядел не менее помятым, чем его соратница: те же круги под глазами и бледность кожи, а коротко стриженные светло-русые волосы и того успели непонятным образом превратиться в птичье гнездо.

– Вчерашнее дает о себе знать, – и, подчеркнув серьезность сказанных слов, приложив руку ко лбу с болезненным видом, он добавил: – никогда не помогали мне эти капельницы.

– Так зачем было столько пить? – С заботливой улыбкой полюбопытствовала Тамара, беря пример с собеседника и присаживаясь за стол.

– Поскольку думал, что сегодня у меня будет выходной.