Помоги проекту - поделись книгой:
Его рука молниеносно скользнула по её ноге, поднимаясь вверх по бедру. Алиса, вздрогнув от его прикосновения, не смогла сдержать тихого стона.
— Дима… — прошептала она, закусив губу, — не здесь же… И я ещё не готова…
Но он уже не слушал. Пальцами зацепил край её воздушного платья и, подняв кверху, оголил её стройные загорелые бёдра. Алиса затаила дыхание, чувствуя как мгновенно заводится.
— Ты так красива, — прошептал он, глаза уже горели похотливым огнём. — Хочу тебя… прямо сейчас.
Его ладони скользнули по её телу, сжимая грудь, живот, бёдра. Алиса откинула голову, пальцы вцепились в его волосы, они поцеловались жадно, страстно, любовно. Он поднял её на руки и, не разрывая поцелуя, посадил на кухонный стол. Алиса обвила его ногами, прижимаясь. Его руки ловко опустили лямки её платья, открыв вид на упругую грудь с торчащими сосками.
— Ты такая сладкая, — прошептал он, целуя её ареолы, — хочу съесть.
Затем опустился ниже, языком скользнул по её животу, задержался на пупке, затем ниже… Она была без трусиков. Он поцеловал её самое сокровенное место и начал ласкать с таким желанием, что Алиса застонала в голос и выгнулась, сжимая пальцами его волосы.
— Боже, Дима… — просипела она хрипло от накатывающих острых ощущений, — пожалуйста… я больше не выдержу, войди в меня…
Он поднялся и, глядя ей в глаза, медленно пристроился к её истёкшей пещерке. Алиса замерла, ощущая его горячий, голодный взгляд на своём обнажённом теле. Затем почувствовала настойчивое проникновение. Он вошёл в неё медленно, неспешно, но, в то же время, неостановимо. Она застонала, обхватывая его руками и ногами, прижимая к себе ещё сильнее. Он начал двигаться, сначала медленно, затем быстрее, напористее, глубже, грубже. Каждый его толчок отдавался в её теле волной сладостного наслаждения, заставляя извиваться, шептать его имя.
— Да, милый… я так люблю тебя… Да, малыш…
Кухня наполнилась звуками их страсти — стонами, вздохами, шёпотом нежных слов.
В этот горячий момент в гостиную, зевая и потирая глаза, вошла Лона. Волосы растрёпаны, на лице застыло выражение сонного недоумения. Она, сделав вид, что ВСЁ НОРМАЛЬНО, прошла на кухню и, открыв холодильник, достала бутылку молока.
— М-м-м, — протянула она, делая глоток, и только сейчас сделала вид, что заметила Алису и Диму, которые были заняты совсем не завтраком.
— Оу… Вы чем тут заняты? — произнесла она негромко, дабы не спугнуть парочку и добавила с хитрой улыбкой: — А можно и мне такой завтрак?
Алиса, услышав голос Лоны, резко открыла глаза и сглотнула. Дима на миг замер, но не оторвался от неё и продолжил. Сам же взглянул на Лону, которая с улыбкой наблюдала за ними, и усмехнулся.
— Кажется, у нас зритель, — прошептал он, целуя Алису в шею.
— Лона, — простонала та, — выйди, мы немножко заняты… ах…
— Да ладно тебе, — Лона отмахнулась, делая ещё один глоток молока, — не стесняйтесь меня. Я же своя.
— Своя? — Алиса покраснела. — Что ты имеешь ввиду?
— Ну-у-у… — та приподняла брови, а тёмные похотливые глаза заблестели озорным огоньком. — У вас тут горячий завтрак. И… — она сделала паузу, — я бы не отказалась к вам присоединиться.
Она поставила бутылку молока на стол и медленно подошла к ним. Алиса посмотрела на Диму.
— Что думаешь? — прошептала она Диме.
Он усмехнулся и, обхватив Алису за талию, притянул к себе ещё ближе. Поцеловал. После чего произнёс хриплым, соблазнительным голосом:
— Лона, если ты, действительно, хочешь присоединиться… то добро пожаловать.
Брюнетка, услышав его слова, улыбнулась ещё шире. Сбросила с плеч халат, под которым были лишь чёрные стринги, и, подойдя к ним, опустилась на колени рядом. Глаза, тёмные и горящие, не отрывались от Димы.
— Что ж, — тихо сказала она и облизнулась, — спасибо за приглашение.
После чего протянула руку и нежно провела ноготками по Диминой ноге, поднимаясь вверх к его бедру. Алиса, наблюдая за этим, чувствовала, как её сердце начинает биться чаще. Ревность? Волнение? Возбуждение? Она сама не могла понять, что именно чувствует. Дима, поймав её взгляд, наклонился и нежно поцеловал её в губы.
— Не волнуйся, — успокоил он, — я никого не забуду.
И принялся ласкать её грудь, живот, бёдра.
Лона, видя это, протянула руку и коснулась его достоинства. Вытащила его член из взмокшей киски Алисы, провела по нему ладонью вдоль, а затем её влажные горячие губы обхватили его, начав плавные и уверенные заглатывающие движения.
— Лона… ох, — сглотнул Димон от её напора, — ты… вчера в душе была ты… — он не мог найти слов.
— Тише, — вытащила та член из рта и ухмыльнулась, — просто, расслабься.
И её губы снова поглотили
Спустя пару часов Димитрий, накинув чёрные брюки и рубашку, вышел из гардеробной, насвистывая какую-то весёлую мелодию. На кухне его уже ждала Хильда. Стояла у окна, разглядывая осенний сад. Строгая причёска и несменный чёрный костюм горничной.
— Господин, — обратилась она к нему своим обычным, холодным голосом, не оборачиваясь, — ваш завтрак готов. Рабочий автомобиль с водителем также ожидает у дома. Если что-то ещё нужно, дайте знать.
— Спасибо, Хильда, — улыбнулся Димон, подходя к ней. — Алиса говорила, ты уходила по делам? Каким?
Та повернулась к нему, в глазах мелькнул ледяной айсберг.
— Вам точно хочется это знать, господин? Мне кажется, у вас хватает и своих забот.
И кивком указала на дверь спальни, откуда доносился тихий разговор Алисы и Лоны. Димитрий, поймав её взгляд, невольно улыбнулся.
— Возможно, — согласился он, — у меня и достаточно забот. Но позаботиться о своей лучшей помощнице — не менее важная из них.
Хильда что-то недовольно пробурчала себе под нос и отвернулась к окну. Ей было немного обидно. Эта Лона! Только появилась, а уже успела получить от него, так называемую «заботу». А она… она ведь всегда рядом, всегда готова помочь, всегда… — Хильда резко оборвала свои мысли. «Глупости, — подумала она, — он же мой господин. А я… всего лишь его помощница».
Дима, словно почувствовав её настроение, подошёл к ней со спины и неожиданно обнял. Хильда замерла, вся напряглась. Она даже хотела отстраниться, но его руки держали её крепко, а его тепло проникало сквозь тонкую ткань её костюма, так приятно согревая.
— Всё это время ты вела себя хорошо, — прошептал он ей на ухо соблазнительно.
Его рука скользнула по её спине, задержавшись на её упругой попке, обтянутой чёрной юбкой. Хильда вздрогнула, волна мурашек окатила её с ног до головы. Никогда ещё он не трогал её вот так.
— Я давно хочу тебя, — продолжал он, касаясь губами её уха, — ещё как увидел в первый раз. Но… решил не спешить. Дать нашим отношениям налиться, созреть, как чему-то особенному. Поэтому, давай дождёмся момента, и вместе вкусим всё, что между нами накопилось.
Он отстранился и, не дожидаясь её ответа, повернулся, взял рабочую сумку и направился к выходу из дома.
Хильда, оставшись одна, прислонилась к столу. Ноги подкашивались. Щёки пылали. А сердце билось так часто, что она боялась, что он услышит…
— Что же ты делаешь со мной… господин.
Глава 4
В самом сердце Манхэттена, за неприметной дверью подсобки, скрытой в глубине небольшого антикварного магазина, находился секретный штаб ордена «Медуза». Просторный, освещённый холодным светом неоновых ламп, он был наполнен самой современной техникой — мониторы, отображающие данные со всего мира, голографические проекторы, сложные компьютерные системы, карты с отмеченными стратегическими объектами.
За огромным столом из полированного металла, на столешнице которого лежали папки с грифом «совершенно секретно», восседала пожилая женщина. Грета Вольфрам — глава ордена «Медуза». Седые волосы аккуратно убраны под фуражку военного образца, худощавое старческое тело облачал строгий, идеально отглаженный военный мундир расцветки слоновой кости. На её плечах покоились погоны с эмблемой «Черепа Медузы».
Каждое утро, ровно в шесть часов, Грета Вольфрам прибывала в антикварный магазинчик, за неприметной дверью которого скрывался один из штабов ордена. Проходила мимо запыленных витрин с фарфоровыми куклами, старинными часами, да пожелтевшими книгами, и открывала секретную дверь в свой, пожалуй, второй дом. За годы службы она привыкла к этой странной атмосфере — контрасту между старинными вещами в магазине и сверхсовременными технологиями в штабе. Ей даже нравилось это несоответствие. Впрочем, у «Медузы» были куда более просторные и защищённые базы, расположенные в разных уголках планеты. Но Грета предпочитала работать именно здесь, в этом неприметном местечке, которое никто не мог заподозрить в причастности к тайной организации. За свои долгие семьдесят семь лет она знала, что истинная власть любит тень. И это было забавно. Почти. Старушка, сидящая в каморке, забитой антиквариатом, могла сменить правительство в любой стране, развязать военный конфликт и уничтожить десяток корпораций. Одним нажатием кнопки.
Бросив беглый взгляд старческих голубых глаз на мерцающие мониторы, отражающие данные со всего мира, госпожа Вольфрам опустилась в эргономичное кресло за своим рабочим столом. Пальцы, несмотря на возраст, ловко застучали по клавиатуре.
К ней бесшумно подошла помощница — высокая, стройная блондинка в чёрном кожаном плаще и поставила на стол чашку ароматного кофе, тихо сказав:
— Госпожа, новое видео доставлено.
— Знаю, — коротко ответила Грета, не отрывая взгляд от монитора. — Выйди и не мешай мне лицезреть жизнь Несущего Смерть.
Помощница склонила голову в знаке послушания.
— Прошу простить, госпожа.
И вышла из комнаты, оставив Грету наедине с мониторами.
На экране одного из них появилось изображение из зала прилёта аэропорта им. Джоанны Кеннеди. Старуха, прищурившись, смотрела на Димитрия. Он шёл через толпу встречающих, держа в руках огромного плюшевого медведя. Уверенная, даже немного надменная походка, и некая лёгкость.
К нему подошла женщина — высокая, стройная шатенка с ярким макияжем. Что-то сказала ему, кокетливо улыбаясь. Тот ответил ей, и Грета, читая по его губам, поняла, что он отклонил её знакомство. Собеседница немного опечалилась от неудачи, но затем кивнула и поблагодарила его за мягкий отказ.
— Правильно, что её отшил! — хмыкнула Грета, откидываясь на спинку кресла. — С чего она решила, что достойна его⁈
Следом на экране появились две девушки, выходящие из зоны прилёта. Грета узнала их — Алиса и Лона — обе наёмницы. Первая входит в круг общения парня, вторая пока нет. Они шли через толпу, разговаривая и смеясь. Алиса, заметив Димитрия, радостно вскрикнула и бросилась к нему в объятия.
— Как она смеет касаться его… — прошипела старуха Вольфрам, её глаза сузились от гнева.
На мониторе Дима обнял Алису и нежно поцеловал в губы.
— Он достоин только лучших женщин, — пробурчала старая. — И я предоставлю их ему.
Она резко прикрикнула:
— Луиза!
Помощница, словно материализовавшись из воздуха, появилась на пороге.
— Да, госпожа?
— Дай мне листок и ручку, — скомандовала Грета. — Мне нужно написать записку.
Та, не задавая лишних вопросов, мол зачем в век технологий устаревшие бумага и ручка, положила их на стол. Грета, взяв ручку, на мгновение задумалась, взгляд был устремлён на стену, на которой висели фотографии. Десятки. Все — с изображением Димитрия в костюме Чёрного Жнеца. Чёрная гротескная маска, изображающая череп, изодранная накидка болотного цвета. Как же он хорош. Как опасен.
— Скоро, — прошептала Грета, — скоро
Она опустила взгляд на листок бумаги и начала писать чётким, размашистым почерком, выводя каждое слово с неимоверным фанатизмом…
Чёрный Gelendwagen плавно въехал на подземную парковку СильверКорп, осветив фарами бетонные стены и ряды припаркованных автомобилей. Димитрий, выключив мотор, потёр уголки глаз и вышел из машины. Взял с заднего сиденья рабочую сумку и, застегнув пуговицу пиджака, направился к лифту. Поднявшись на самый верхний этаж, вышел в коридор и его встретила администратор — высокая брюнетка в белом костюме. Она улыбнулась ему и слегка склонила голову в приветствии:
— Доброе утро, господин Баретти.
— Доброе, — ответил Димитрий, — ночью были какие-то происшествия?
— Нет, господин, — ответила та, подняв голову и взглянув ему в глаза, — всё в порядке.
— Хорошо, — кивнул он. — Сводку с аналитического центра — мне в кабинет. И как прибудет Лорен, сообщите ей, что я её жду.
— Будет сделано, господин, — ответила администратор и отступила в сторону, пропуская его к кабинету.
Димитрий ключ-картой открыл дверь и вошёл в свой просторный офис, залитый утренним светом, проникающим сквозь панорамные окна. Скинув пиджак и аккуратно повесив его на спинку кресла, сам он уселся на гостевой диван, стоявший напротив рабочего стола. Но что-то его не устроило. Он поднялся, подошёл к столу и, вытащив из-под него подставку для ног, снова уселся на диван, уложив ноги на любимую ноголожницу. Красота. Ну и, комфорт тоже. Посидев так с минуту, Дима задумался над проектом «Вдохновение». Хотелось ускорить процесс. Пусть Пенелопа Крауф, как куратор, выглядела надёжным специалистом и обладала немалыми амбициями, но хотелось самому проследить за всем. Где-то ускорить, где-то надавить. Он был готов сделать всё, что от него зависит, чтобы проект увенчался успехом. Остальное — дело Кэтрин Робинсон. Удастся ли ей обуздать мутагенную инженерию? Покажет лишь время.
Внезапно его телефон, лежащий на столе, издал тихий сигнал. Димитрий взял его и улыбнулся, увидев новое сообщение.
Отправитель: Джудит.
«Доброе утро, господин», — гласила подпись под горячим фото.
Он невольно усмехнулся, разглядев пикантную фотку. Джудит знала, как поднять ему настроение, и не только настроение. Димон быстро набрал ответ:
«Славненькие трусики. Это кошечка?»
Отправив сообщение, он встал с дивана. В голове неожиданно родилась интересная мысль. И почему идеи всегда приходят после просмотра трусиков? Вот он — настоящий двигатель процесса!
— Тина, — включил он связь с помощницей секретаря. — Мне нужен таз. Глубокий.
— Господин… — послышался в динамике извиняющийся голос, — Тина приболела, это Камила, я заменяю её сегодня.
— Ясно. Принеси мне глубокий таз или чашу, — повторил он свою просьбу.
— Поняла!
Погруженный в свои мысли Дима вернулся к дивану и снова уселся, закинув ноги на подставку. В этот момент зазвонил второй телефон, стоявший на рабочем столе. Он вздохнул, поднялся и подошёл к нему.
— Господин, вы у себя? — послышался в трубке голос Лорен.
— Да. Жду тебя.
— Сейчас буду, — сказала Лорен и отключилась.
Димитрий положил трубку и, помедлив, снова сел, но уже в кресло за рабочим столом.
В этот момент дверь кабинета открылась, и внутрь вошла Лорен. Как всегда идеально одета — строгий тёмно-зелёный костюм, волосы изящно уложены, деловое выражение лица. Она склонилась в уважительном поклоне.
— Доброе утро, господин.
Поделиться книгой: