Специалист технической поддержки – 3

— Тогда своего головореза можешь оставить за дверью.

— Скажи своей прислуге уйти, — настоял мужчина.

Пак Сумин подняла бровь, показывая, что совершенно не понимает этой претензии.

— Мой ассистент останется там, где и должен быть. Рядом со мной.

— Это семейное дело, Сумин-ян. Посторонним людям об этом знать не стоит, — продолжил улыбаться Пак Хи Шунь.

— Так я же сказала, это ассистент, а не посторонний. Тем более тут везде есть камеры, — так же гадко улыбнулась в ответ годзилла. — Или ты считаешь, что можешь вломиться ко мне домой и навязывать свои условия?

— Охрана сказала, что это квартира ассистента, — заметил мужчина.

— Этот дом целиком мой, — высокомерно сообщила Пак Сумин. — Впрочем, ты и так это знаешь, да?

Мужчина только усмехнулся, покачал головой и внезапно протиснулся мимо Пак Сумин в кухню.

— Ну, раз уж я у тебя в гостях, то давай поговорим как семья! Вижу, ты готовилась со своим ассистентом ужинать, так, Сумин-ян? — спросил мужчина, демонстративно отодвигая третий стул и усаживаясь на свободное место. Мы с Пак Сумин обычно сидели рядом, чтобы годзилле было удобнее воровать мое мясо, так что сейчас рассадка получилась весьма агрессивная. Брат и сестра лицом к лицу и мое место прямо между ними.

— Чего вы ждете, давайте продолжим, — улыбнулся мужчина. — У вас найдутся приборы? Хотя я могу ограничиться только вином…

— Одну минуту, — включился я в разговор, потому что Пак Сумин была сейчас в таком шоке от подобной наглости, что едва дышала. Я вообще боялся, как бы она не потеряла сознание. — Сегодня ужин простой. Рис, свинина, грибной соус.

— Звучит перспективно, — улыбнулся мне Пак Хи Шунь, хотя его взгляд оставался совершенно ледяным. Такими глазами на меня смотрел его дед несколько недель назад.

— Вина нет, могу предложить воду или пиво, — продолжил я ухаживать за незваным гостем, изображая гостеприимство, пока Пак Сумин сидела на своем месте и собиралась с мыслями.

— Пиво… Не очень люблю. Воды, будьте добры. Скажите, как вас зовут? — поинтересовался мужчина.

— Кан Ён Сок, — ответил я. — Личный ассистент госпожи Пак Сумин.

— Из службы технической поддержки? Я думал, вы помогаете моей сестре только в офисе.

— Я выполняю любые поручения госпожи Пак Сумин.

— Правда? Прямо любые?

— Абсолютно. И любой сложности, — ответил я.

— Вот как… — протянул Пак Хи Шунь, наблюдая, как я наливаю в высокий узкий стакан воды Evian. — благодарю вас.

После того, как на третью персону было накрыто, пришло время приступать к еде, вот только никто так и не шелохнулся.

Первым взялся за палочки Пак Хи Шунь.

— Давно я не брал их в руки… — протянул мужчина. — Знаешь, сестра, в центре открылся прекрасный ресторан французской кухни. Именитый шеф, прямая доставка продуктов из прованса и с севера Италии. Великолепные блюда.

— Мне больше по душе корейская кухня, — ответила Пак Сумин, едва не втыкая палочки в свою тарелку, с таким остервенением она взялась за свой кусок свинины.

— Правда? А я вот по запаху чувствую, что у нас какая-то вариация соуса бешамель… — протянул Пак Хи Шунь, аккуратно, почти аристократически, поднося к носу мясо. — Как интересно… Вы готовили, Ён Сок?

— Да, — ответил я, аккуратно беря с тарелочки с закусками кусочек кимчи.

— Добавьте в следующий раз чуть больше мускатного ореха в соус и следите за консистенцией. У вас он как-то расслоился… И грибы лучше использовать не эти безвкусные, а дикие или лучше белые сушеные, но это исключительно мое мнение… А так… Любопытно. Вполне любопытно.

Мужчина вернул кусок на тарелку, отложил палочки в сторону и после сделал несколько глотков воды, будто бы желая смыть даже отголоски вкуса и аромата мяса, которые могли проникнуть на его язык. То, как демонстративно он поступил с едой, говорило лишь о том, что сейчас он глумился над нашим с Пак Сумин ужином. Годзилла же в это время вошла во вкус и вгрызлась в свинину с таким остервенением, что казалось, будто девушка вот-вот зарычит как дикий зверь. Или как дикая годзилла.

— Вижу, плебейские радости все еще близки твоему сердцу, сестра, — заметил Пак Хи Шунь.

— Приперся портить мне аппетит, братец? — спросила Пак Сумин.

— Нет, я просто пришел извиниться за то, что произошло с тобой в прошлом месяце. Слышал, это доставило тебе немало проблем… — протянул Пак Хи Шунь, при это бросив на меня короткий, но весьма выразительный взгляд. Этот хлыщ был в курсе моей роли в спасении годзиллы.

— Так это было твоих рук дело? — уточнила Пак Сумин. — Значит, я могу воткнуть тебе палочку в глаз?

— Палочку в глаз надо втыкать моему братцу-дебилу, — ответил мужчина. — Я же пришел просто извиниться и перекинуться парой слов. Убедиться, что у тебя все хорошо. Как я и говорил раньше, ты не отвечала на мои звонки, я начал волноваться.

— Мог отправить письмо с уведомлением о вручении, — ответила годзилла. — Значит, ты так спокойно говоришь о преступлениях Пак Минхо?

— Преступлениях? Сумин-ян, ты очень категорична. Это была просто халатность с его стороны, вот и все.

— Халатность уже не преступление? — уточнила девушка.

— Смотря как посмотреть, — улыбнулся Пак Хи Шунь. — Ты примешь мои извинения от лица Пак Минхо?

— Даже не подумаю. Пусть сам приползет и упадет ко мне в ноги, тогда я подумаю, — фыркнула девушка.

— Ты все еще слишком вспыльчива, сестра.

— Братец, у тебя еще сегодня куча дел, — прямо намекнула Пак Сумин, что Пак Хи Шуню пора выметаться.

— Знаешь, это на самом деле так, — сказал мужчина. — Вижу, у тебя все идет своим чередом. Эта квартира, этот ассистент, эта… еда. Все у тебя, как и всегда, я зря волновался.

Мужчина встал со своего места и, чуть поправив рукава пиджака, неспешно двинулся на выход из кухни.

— Провожать не буду, — бросила, не поворачивая головы, Пак Сумин.

— Даже не надеялся, — улыбнулся Пак Хи Шунь. — В следующий раз пожалуйста, сними трубку. Мне не очень нравится так вламываться к людям. Тем более этот аромат… Мои вещи не очень любят частые стирки.

— Просто сломай где-нибудь на лестнице себе шею, Хи Шунь, — ответила годзилла.

— Ты такая грубиянка, Сумин-ян. Ладно, приятного аппетита. Ён Сок, сестра, — мужчина дважды дернул подбородком, имитируя легкий кивок, после чего вышел из квартиры, даже не потрудившись закрыть за собой дверь. Вместо него это сделал один из охранников.

Пак Сумин сидела не двигаясь, гипнотизируя взглядом тарелку.

— У меня много вопросов к Мун Джину, — наконец-то сказал я, глядя через всю кухню на входную дверь, край которой виднелся с моего места.

— Ты про то, как он прошел мимо охраны? — хмыкнула Пак Сумин. — Это его особенность. Открывать любую дверь ногой. Когда этот ублюдок говорит, даже дышать и думать тяжело.

— Я это почувствовал, — ответил я.

На самом деле, каждый раз, когда Пак Хи Шунь открывал рот, я будто бы застывал на месте, не в силах пошевелиться. Что-то такое было в его интонациях и манерах, что заставляло человека застывать на месте. То ли это гнетущее ощущение опасности от фигуры этого человека, то ли властные высокомерные волны, которые исходили от молодого мужчины. Кан Гванджин внутри меня буквально зарычал, едва этот щеголь появился на пороге. Мне хотелось приосаниться и при первой же возможности отвесить этому человеку пощечину за дерзкие разговоры, но мне приходилось сидеть, опустив взгляд, что бы этот ублюдок ни сказал и не сделал. Нельзя привлекать к себе еще больше внимания.

— Ужин очень вкусный, кстати, — зачем-то сказала Пак Сумин.

— Я знаю, — ответил я. — Правда, твой братец более утонченная личность.

— Он просто эстетствующий сноб и психопат, — фыркнула Пак Сумин, — подай мне банку пива. А лучше две!

Тут я спорить не стал. Просто встал и достал сразу и себе и годзилле по две банки. Чтобы два раза не вставать.

— Знаешь, Пак Хи Шунь из тех людей, кто наслаждается высокой французской кухней и кислым вином столетней выдержки. И закусывают все это вонючим сыром.

— Мне больше интереснее, зачем он приходил, — заметил я, щелкая ключом на банке.

Пак Сумин немного помолчала, сделала пару глотков пива, но все же ответила мне:

— Это было объявление войны, если хочешь. Я же сказала, он эстет. Если бы это было приемлемо, он бы бросил мне в лицо перчатку. Или прислал письмо. Это же Пак Хи Шунь, ему нужно покрасоваться.

— Значит, снова война? — уточнил я.

— А она никогда и не заканчивалась, — улыбнулась годзилла, делая большой глоток пива. — Или ты забыл на кого работаешь?

Я только улыбнулся в ответ и продолжил ужинать. Плохо, что второй из братьев заявился на наш порог и, во всеуслышание вспоминая промашку Пак Минхо, заявил о своем участии в семейных разборках. Хорошо, что он оказался настолько высокомерен, что не смог обойтись без этой бесполезной демонстрации. Если объявление войны — то пора подготовиться.

И в первую очередь я разберусь со сраной системой распознавания лиц, чтобы оповещения доходили сразу же, а не когда незваные гости уже обивают мой порог. Да, сначала это, а потом уже все остальное.

Глава 7

Каждый раз, когда я уезжал на занятия в учебный центр, годзилла занималась с психотерапевтом.

Я ни разу не видел этого мужчину, да и не стремился. Мун Джин и госпожа Юн Хян Ми заверили Пак Сумин в том, что это один из лучших специалистов по травматическим расстройствам в стране, который специализируется как раз на жертвах насильственных действий, так что я в эту тему не влезал. Вместо того чтобы мозолить им глаза, я ехал через половину города в учебку, где катался с инструктором на автодроме или по городским улочкам, отрабатывал парковку и различные маневры.

Сегодняшнее занятие должно было стать одним из последних. В целом, инструктору нечему меня было учить: дома я ездил на чем угодно, начиная от тракторов и старых армейских грузовиков, и заканчивая более-менее современными китайскими иномарками, так что южнокорейские автомобили никакого культурного шока у меня, как у водителя, не вызвали. Конечно, мне было любопытно, каково ездить на коробке «автомат», но и с классической механической схемой переключения передач я справлялся. Помогал и опыт общения с продуктом автопрома Поднебесной, и часы, проведенные за рулем фургона, когда я еще был рядовым и младшим лейтенантом.

Водить мне нравилось. Это было довольно простое, но в то же время увлекательное занятие, доступа к которому я лишился после того, как мое зрение окончательно упало до значения в минус семь. Пока толщина моих очков не слишком пугала командование, я, наравне еще с десятком штатных «водителей» нашей роты крутил баранку, а после возил и нашего командира. Однако с ростом моих хакерских навыков, которые сопровождались пропорциональным падением зрения, за руль меня пускали все реже и реже, и в итоге я стал вечным пешеходом. Уже в качестве капитана и одного из командиров нашей кибер-роты, я имел право на собственный транспорт и водителя, если вопрос касался служебных дел, все же, мои капитанские погоны весили в армейской иерархии довольно много — спецвойска вам не шутка — но былого удовольствия я уже от этих поездок не получал. А самому садиться за руль вместо зеленого пацана было не к лицу.

Так что, посещая учебный центр, я в определенной степени наслаждался происходящим. Моим инструктором оказался мужчина немного за пятьдесят с усталым лицом, не слишком приветливый и немного крикливый, имени которого я толком и не расслышал, только фамилию — Чхва. Так что все эти выезды я просто называл его «господин инструктор Чхва», что целиком мужика устраивало.

— Ну, вот и все, — хлопнул по коленям господин инструктор. — Давай, Ён-кун, паркуй агрегат и заканчиваем. Когда планируешь на государственную комиссию?

— Через пару дней, — ответил я.

— Все вопросы выучил? — уточнил инструктор.

— Все семьсот штук, — кивнул я мужчине, выруливая на парковочное место нашей учебной машины. — Я готов.

— Смотри, пересдача тоже денег стоит! И еще неделю ждать, если провалишься! — наставительно сообщил господин Чхва.

Я сдержанно кивнул мужчине, благодаря того за совет. Ездил я на занятия в своих старых вещах, которые купил еще до более близкого знакомства с годзиллой, так что выглядел я как человек, для которого семь с половиной тысяч вон — ощутимая сумма. Два кило риса! Шутка ли? Конечно не шутка.

— Посмотришь расписание, если захочешь, будешь у меня сдавать площадку и город, я принимаю экзамены в государственной инспекции, — продолжил господин Чхва. — Все четыре маршрута этого года мы с тобой откатали, вроде ты справляешься неплохо, проблем быть не должно.

— Спасибо, господин инструктор Чхва, — склонил я голову.

— Все, выметайся давай, у меня еще два студента сегодня, — махнул на меня рукой мужчина.

Я отстегнул ремень и вышел из машины. Впереди была финальная подготовка к теоретическому экзамену, после пара дней перерыва, и потом — практика.

Но перед этим мне нужно еще сделать уйму дел.

Внезапный визит Пак Хи Шуня меня нехило взбесил. Нет, не разозлил, не обескуражил, не напугал. Именно взбесил. Этот высокомерный пафосный ублюдок вломился в мою квартиру, будто к себе домой, угрожал как мне, так и Пак Сумин. А еще он пренебрег едой, хотя и сам напросился сесть за стол. Нет, про белые грибы он конечно оказался прав — позже я вычитал этот момент в рецептах — да и про мускатный орех тоже все было сказано верно. Но иногда важно не то, что говорят люди, а то, как они это делают.

И вот в речах Пак Хи Шуня я чувствовал явную угрозу. Он сильно отличался от своего старшего братца, который побежал к бандитам из триады, чтобы спихнуть на них грязную работу. Этот противник будет сильнее, опаснее и изворотливее и я просто не могу позволить себе сидеть и ждать, когда же он нанесет свой удар.

Благо, мир вступил в цифровую эпоху, где каждый современный человек оставляет за собой жирный цифровой след. Конечно же, наибольшей информацией обладают технологические гиганты, которые предоставляют в пользование свои сервисы. Службы Kakao, Google, Microsoft. Бесплатная электронная почта, сервисы карт и геолокации, бесплатные операционные системы на смартфонах. Кажется, мы живем в мире благоденствия и доступности, но за все это приходится платить. И платой является информация. О тебе, твоих привычках, перемещениях, образе жизни.

Смартфон подсматривает твою СМС-переписку на уровне системы и собирает данные о том, где ты платил картой. Смартфон подслушивает тебя, чтобы показывать релевантную тагретированную рекламу. Когда ты садишься за компьютер, твой профиль привязывается и к нему, и уже на нем отслеживаются твои действия. Даже если у тебя там стоят рабочие учетные записи, достаточно одного пересечения пары логинов или сервисов, нахождения двух устройств в одной сети и вот, твое рабочее место уже помечено как кросс-девайс. Корпорации всегда знают, где ты находишься и что делаешь, но что самое важное, массив так называемой Big Data или больших данных, позволяет предсказывать твое поведение в будущем. И все это обезличено и почти безопасно, во всяком случае, с точки зрения закона. Каждый человек, у которого есть профиль в социальных сетях, смартфон в кармане и банковская карточка, в системе интернет-гигантов является просто неким «пользователем» с порядковым номером. Это называется «обезличенный профиль». Никакой чувствительной информации, никаких имен, логинов, паролей или номеров банковских карт. Только косвенные данные, которые позволят манипулировать твоим потребительским поведением на всех уровнях. Так сейчас устроен современный цифровой мир.

Я читал, что по последним отчетам более девяноста процентов информации, которую собирают о пользователях, никак не используется и является мусорной. Но ведь остается десять процентов, правильно? А что можно сделать со всей этой информацией, если она перестанет быть обезличенной? Что если собрать по крупицам данные о пользователе, но при этом наполнить их персональными данными? Имя и фамилия, адрес почты, номер телефона, место проживания. Если собрать достаточно много косвенной информации, то рано или поздно ты станешь знать о человеке больше, чем его гипотетический личный биограф.

Да ты будешь знать о цели больше, чем сама цель о себе знает.

И первый виток этой бездонной информационной спирали называется OSINT — Open-source intelligence, или исследование по открытым источникам.

Люди так надменны, они вываливают в публичный или около-публичный доступ невероятные объемы информации. Незначительной, бесполезной и совершенно безопасной. Пока кто-нибудь всю эту информацию не соберет воедино, не сведет в единый профиль для того, чтобы познакомиться с человеком поближе.

Пак Хи Шунь стал моей OSINT-целью. Чтобы нащупать точки и направления, на которые стоит нацелить векторы моих будущих атак, мне стоит собрать максимально подробный первичный профиль этого ублюдка. Сколько у него почтовых адресов? Модель и номер телефона? Привычки? Геолокации? По крупицам, я аккуратно воссоздам цифровой слепок жизни этого засранца, после чего приступлю к более решительным действиям.

Почему я выбрал OSINT, а не прямой взлом?

Я не знаю, сколько у меня будет попыток и насколько хорошо защищен цифровой периметр Пак Хи Шуня. Если он сноб и эстет, то может немало внимания уделять и цифровой гигиене. О человеке намного больше говорит не его личная переписка, а то, пользуется ли он инкогнито-режимами и одноразовыми виртуальными картами для совершения платежей. Наличие менеджера паролей KeePass или любого другого софта подобного рода скажет мне о человеке больше, чем все его СМС-сообщения, отправленные с личного телефона. Цифровая гигиена — это способ мышления, подход к жизни, граничащий с паранойей. Есть люди, которые предпочитают прятаться на виду, а есть те, кто ревностно подчищают за собой любые цифровые следы. Мне нужно понять, к какому типу относится ублюдок Пак Хи Шунь.

Я ехал на метро в сторону дома и размышлял, с чего же мне стоит начать. Первое — собрать всю публичную информацию о Пак Хи Шуне. Статьи, новости, заметки. Он был наследником крупной корпорации, этого добра должно быть в сети достаточно. Дальше — сложнее. Необходимо найти личные профили в социальных сетях, но с этим мне может помочь годзилла, точнее, ее смартфон. Если Пак Хи Шунь писал ей через мессенджер — а он делал именно это, ведь в рабочей почте никаких писем я не нашел — то там должен быть номер его телефона. Это была мощная отправная точка, которая позволит мне нашерстить немало информации.

В сети было достаточно как и легальных, так и не очень чистых на руку OSINT-сервисов, которые запускали поисковых ботов по указанной тобой информации. Номер телефона один из важнейших ключей, который поможет мне повысить эффективность поиска данных, которые я потом увяжу в общий профиль.

Следующий шаг, после того, как вся публичная информация из сети будет извлечена — атака на головной офис Pak Industries. Мне не хотелось этого делать, но сейчас это был наиболее эффективный вектор, которому мне стоило следовать. Если я проникну в офисную сеть, то смогу вытащить IMEI телефона Пак Хи Шуня и его охраны, может быть, даже, смогу провести незаметную атаку и подсадить на его смартфон червя, который будет слать мне в режиме реального времени информацию обо всех контактах и перемещениях. Но прежде чем лезть так глубоко в личное пространство своего противника мне стоит получить его публичный образ.

— Я пришел! — крикнул я с порога, сбрасывая ботинки и опуская на пол пакет с едой из ресторана, которую я прихватил на ужин по пути домой.

Пак Сумин не откликнулась, только махнула мне рукой. Девушка сидела на диване, поджав ноги, и пялилась в экран смартфона. На экране телевизора шла какая-то дорама, которую годзилла вряд ли даже слушала — просто белый шум на фоне. Лицо Пак Сумин было немного опухшим. Как я подозревал, во время сессий со специалистом девушка частенько плакала. Но я вопросов не задавал, а она — ничего мне не рассказывала.

— Сегодня было последнее занятие, на следующей неделе поеду сдавать экзамены, — сообщил я годзилле, проходя мимо нее в спальню, переодеться.

— Еды взял? — коротко бросила девушка. — И когда практический экзамен сдаешь?

— Взял шашлычков и набор из морепродуктов, это сегодня было блюдо дня, — ответил я. — А на практику пойду после зачета теории. Думаю, еще через пару дней.