Побег из Сент-Ривера

– Какого лешего вас в лес ночью потянуло? Не слышали, что ли, про ловлю оленей и бродячего рядом медведя? – грозно спросил он.

– О том, что стрельба разрешена на территории деревни, точно не слышала, – холодно отозвалась Пенелопа.

– Как в деревне? Быть того не может! – вскинулась бабушка.

– Подтверждаю. В Тумаках никто ни в кого не стрелял. Ночью был замечен медведь неподалёку. Я и ещё несколько добровольцев пошли ловить его, а подстрелили отнюдь не медведя, – сказал Печкин.

– Могу я узнать, кто был в лесу, кроме вас? – попытала удачу Пенелопа.

– Никак не можете. Только мести деревенской из-за подобных глупостей не хватало. Очень советую вам более ночью не бродить где попало. Последствия, сами видите…

Печкин указал рукой на Итана. Пенелопу затрясло от едва сдерживаемого гнева. Кто-то из этих «добровольцев» выполнял указания Хирурга. Возможно, даже и медведя никакого нет здесь и в помине.

– Вам не кажется, что подстрелившему всё же стоит прийти и извиниться? – упёрлась Пенелопа.

Печкин тяжело вздохнул.

– Милочка, ночью в лес пошли почти все мужчины деревни. Ко мне Арсен влетел как полоумный и начал про медведя верещать. Я клич бросил, так что все, кто мог, со мной пошли. Поди теперь разберись, кто стрелял. Каждый, как на подбор, головой качает и всё отрицает, – чуть мягче ответил участковый.

Пенелопа прищурилась, заслышав знакомое имя, а затем медленно кивнула.

– Считайте, что я вам извинения сам принёс, хотя и ваша вина здесь имеется. – Печкин криво улыбнулся.

– Кажется, придётся с этим согласиться, – напряжённо произнесла она.

Он в ответ хмыкнул и натянул шапку обратно на голову.

– Коли всё решили, то я пойду. Хорошего вам дня, Варвара Васильевна, – сказал он и вышел.

Пенелопа проводила его взглядом. История Печкина показалась ей слишком продуманной, будто кто-то уже приготовил еë заранее. В этой деревне никому нельзя более доверять.

Глава 30

После такого пробуждения у Пенелопы ужасно разболелась голова. Ей хотелось спать, но она понимала, что больше не заснёт.

Варвара Васильевна угостила еë чашкой обжигающе горячего кофе. Пенелопа цедила его около получаса, разглядывая людей в окно. По центральной улице много кто ходил туда-сюда. Она несколько раз видела спешащего куда-то Печкина, расторопную секретаршу Лидию Павловну и насвистывающего что-то главу деревни Василия Петровича.

– На вот. Коли всё равно сидишь, то нарви тряпочек, – произнесла Варвара Васильевна, давая Пенелопе ворох старой одежды.

Она спорить не стала и начала послушно рвать еë на указанные лоскуты. Войдя в ритм, монотонные действия начали успокаивать Пенелопу. Бабушка прервала её, только чтобы вручить в обед тарелку с супом. Пенелопа поела и вернулась к своему занятию. Ей показалось, что прошло лишь несколько минут, но оказалось, она просидела с одеждой почти три часа до тех пор, пока та не закончилась.

Итан продолжал спать. Пенелопа подошла к кушетке и села рядом с ним. Он перестал выглядеть смертельно бледным, но всё ещё ни разу не пришёл в себя. Сзади Пенелопы кто-то демонстративно закашлял. Она резко обернулась и увидела смущённого Гришу.

– Я это… стучал, но никто не услышал, – пробормотал он и почесал затылок. – Все Тумаки с утра самого судачат о ночном происшествии. Вы там как?

– Я в порядке. Можно сказать, отделалась простой царапиной. – Пенелопа в доказательство своих слов бодро помахала рукой.

Гриша замялся. Пенелопе он показался чересчур бледным и нерешительным сегодня.

– А он как? – Гриша кивнул на Итана.

– Жить будет, – твёрдо ответила Варвара Васильевна, проходя мимо по коридору.

Спорить с ней, конечно, никто не стал.

Гриша тяжело вздохнул.

– Не надо было мне вести туда тебя, – неожиданно сказал он.

– Твоей вины здесь нет, – серьёзно произнесла Пенелопа.

– Ну как же ж нет, я… – Пенелопа так выразительно посмотрела на Гришу, что он замолчал. – Да-да, надо смотреть больше вперёд, а не назад. Я тут это ещё принёс.

Он поднял повыше пакет, который в руках держал.

– Тут мне сорока на хвосте принесла, что все наши приезжие будто на курорт собрались, а не в Сибирь, и вещей тёплых с собой не взяли, а у меня завалялись, – неуклюже произнёс он.

– Спасибо, – удивлённо и искренне сказала Пенелопа, принимая пакет.

– Да чего уж там. – Гриша наконец впервые за их диалог улыбнулся. – А, кстати, чуть не забыл.

Он ударил себя рукой по лбу, а затем вытащил из кармана конверт.

– Это от наших детей… Ну, в смысле, не от наших, а… Ты, короче, поняла, – чуть смущённо выдавил он.

Пенелопа взяла конверт и вытащила из неë открытку. Каждый из еë новых учеников нарисовал на ней что-то и сделал подпись-пожелание.

– Поправляйтесь. Мы вас ждём. Не болейте, – зачитала Пенелопа несколько из них и растрогалась.

Она же у них почти толком и не преподавала, а они всё равно начали за неë беспокоиться. Возможно, дети – это не так уж и плохо.

Гриша понимающе ей кивнул. Его усталый вид никак не мог дать Пенелопе покоя.

– А у вас там всё нормально? – спросила Пенелопа.

– В школе? Да как сказать… – Гриша замялся, а затем вздохнул. – Мелкое хулиганьё с зажигалкой около учительской играло. Уронили еë за дверь. Механизм заело. Пуф, и всё сгорело. Журналы, книги, альбомы. Ничего не осталось.

Пенелопа удивлённо распахнула глаза. На обычное совпадение мало похоже. Кто-то избавился от информации о Милане? Предположения Пенелопы о связи Миланы и Хирурга всё больше подтверждались.

– Воды, – раздался слабый голос со стороны кушетки.

Пенелопа развернулась, посмотрела в открытые зелёные глаза Итана и чуть не расплакалась от накатившего облегчения. Она тут же собралась и быстро принесла ему стакан с водой.

– Не буду здесь мешаться. Надеюсь, вскоре увидеть тебя в школе, – сказал Гриша и ушёл.

Пенелопа помогла Итану сесть и выпить несколько глотков. Он поморщился, но стойко вытерпел боль.

– Как ты себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила Пенелопа.

– Как олень перед превращением в местную строганину, – выдавил из себя Итан.

Губы Пенелопы непроизвольно сложились в широкую улыбку.

– Раз ты можешь так глупо шутить, значит, жить будешь, – заключила она.

– А я говорила, – проворчала Варвара Васильевна, заходя в комнату с бинтами.

Дальше последовала крайне неприятная для Итана процедура перебинтовывания, при которой он всё же не выдержал и протяжно застонал.

– Ну-ка не ной, как барышня, и не шатайся, будто пьяница, – скомандовала старушка.

Итан сжал зубы и постарался исполнить приказ. Как только Варвара Васильевна закончила, так сразу дала Итану крем-суп.

– Пей медленно и держи лучше левой рукой, чтобы правое плечо не тревожить, – сказала она и ушла.

– Будто в армию попал, – тихо пожаловался Итан, едва бабушка скрылась за углом.

– Отставить разговоры. Я всё слышу, – раздался голос старушки из другой комнаты.

Пенелопа закатила глаза. Итан поморщился и начал есть.

Входная дверь открылась, пропуская внутрь Лео. Он заметил пришедшего в себя Итана и широко улыбнулся.

– Пусть ты и хочешь меня убить, но я правда рад, что ты остался жив, – обратился он к Итану.

– Больше не хочу. Последнее, что я помню – как ты меня куда-то поволок. Предполагаю, именно из-за тебя я выжил, поэтому ты прощён, – проворчал Итан.

– Благодарность принимается, – со смешком сказал Лео. – Пенелопа, ты со мной не прогуляешься?

Она кинула взволнованный взгляд на Итана, но он не успел ничего ответить.

– Иди. Свежий воздух способствует выздоровлению, да и я уже насмотрелась на миниатюру «Девица под окном», – вмешалась в разговор Варвара Васильевна.

Пенелопе не осталось ничего другого, кроме как натянуть на себя принесённую Гришей большую куртку и выйти вслед за Лео на улицу. Погода ни на йоту не улучшилась. Мороз сразу начал кусать Пенелопу за щёки, но в куртке оказалось настолько тепло, что она этого почти не заметила. Лео медленно зашагал куда-то по улице. Пенелопа присоединилась к нему.

– Лора заболела, и Саймон остался с ней, так что от них двоих толку сейчас нет. На Итана надеяться я бы тоже не стал, – начал Лео разговор издалека.

– Значит, мы теперь один на один с Хирургом, – закончила его мысль Пенелопа.

– Я просто хотел узнать, насколько ты мне доверяешь? – Лео остановился и выдохнул облачко пара.

Пенелопа задумалась.

– Не настолько, чтобы умирать за тебя, но пару шишек вполне себе набить готова, – в итоге ответила она.

Лео рассмеялся.

– Хороший ответ, – дружелюбно произнёс он. – В таком случае у меня есть информация от моих друзей…

– Дай угадаю, она связана с пожаром в школе? – перебила его Пенелопа.

Лео удивлённо на неë уставился.

– Гриша заходил днём нас с Итаном проведать, – пояснила Пенелопа.

– И вот ничем тебя не удивить, – проворчал Лео.

– Ну почему же. Я никак не ожидала того, что ты окажешься, сам знаешь, чьим работником. – Пенелопа рассмеялась.

– Ладно, тогда попробую ещё раз. По моим данным, некий Арсений Гайков сегодня должен остаться без алкоголя, – закинул Лео удочку.

– Значит, он готов к нормальному разговору. – Глаза у Пенелопы загорелись в предвкушении.

Лео кивнул и свернул на соседнюю улицу. Пенелопа заспешила за ним. Через минуту Лео остановился у покосившегося забора и толкнул синюю калитку. Пенелопа зашла следом, ощутив чувство дежавю. На дворе снова стоит поздний вечер, вокруг ни души, и только снег под ногами хрустит. Впрочем, хижина впереди выглядела куда более живой, чем дом Гриши. Вокруг неë были следы, разбросанные вещи, а в окнах горел свет.

Лео постучал. Свет тут же погас, но никто не открыл. Лео постучал ещё раз. Вновь ответа нет.

– Арсен, открывай. Это Леонтий с работы, – громко сказал он.

Внутри ни шороха не раздалось. Лео вздохнул.

– Мне что, дверь выбить? – спокойно спросил он.

Ответа не последовало.

– Ладно. Тогда на счёт три. Раз. Два. Три…

Дверь неожиданно распахнулась.

– Не надо. Не выбивай, – тихо проскулил очень высокий и худой светловолосый парень.

– Давай поговорим, – твёрдо произнёс Лео и без приглашения вошёл в дом.

– П-поговорим? О чём? Зачем? – Взгляд Арсена начал истерично бегать по комнате.

Пенелопа зашла внутрь и закрыла дверь. Она оказалась в крохотной комнатке, заполненной различным мусором. Тут и там валялись коробки, бутылки, мешки и упаковки из-под еды.

– Ч-что вам надо? Я ничего не делал. Я ничего не знаю. – Арсен сгорбился для того, чтобы визуально уменьшиться, и начал нервно чесать руки.

– Спокойнее. Мы просто хотим задать пару вопросов, – мягко сказала Пенелопа.

– Вопросов? Каких вопросов? – вскинулся Арсен.

– Я недавно начала работать в школе и узнала о том, что случилось с Миланой. Это очень печально. Ты не знаешь, почему она решила так покончить с собой? – сразу в лоб спросила Пенелопа.

Арсен мрачно и немного истерично рассмеялся.

– Почему? Вы спрашиваете почему? Какое лицемерие. Все здесь лицемеры, которым плевать на других людей, а мы столько для них сделали… Правду говорят: не делай добра – не получишь зла, – сказал он.