Каникулы Карпинчо

– А так же, как пальцы, – и Фёдор положил на пол одну морковку. – Сколько тут морковок?

Карпинчо осторожно спросил:

– Один?

Линка и Петя решили промолчать, и Фёдор ответил:

– Да, молодец. Верно. Только не «один», а «одна». Потому что морковка – «она».

Карпинчо подумал и просто кивнул головой.

– А теперь? – Фёдор добавил ещё одну морковку.

– Два?

– Правильно, только если морковок, то две.

Карпинчо опять кивнул, а Фёдор добавил третью морковку.

– А теперь?

– Три. Или тре?

Тут все облегчённо засмеялись, а Фёдор успокоил Карпинчу:

– Нет, дальше всё будет так же. – Он выложил четвёртую морковку рядом с первыми тремя. – А теперь?

– Теперь четыре? – сказал Карпинчо. – Правильно?

– Да, – подтвердил Фёдор. – Можешь их съесть, упражнение закончено.

– Ура! – воскликнул Карпинчо и с удовольствием сгрыз все морковки. При этом он приговаривал: «Одна (хруп-хруп), две (хруп-хруп), три (хруп-хруп), четыре».

– Хорошо, – сказал Фёдор. – Теперь давай считать пальцы на задней лапе.

Карпинчо сел поудобнее и вытянул вперёд заднюю лапу.

– Ну, давай, считай, – предложил Фёдор.

– Один, два, три… а где же «четыре»? – Карпинчо растерялся, посчитал снова:

– Один, два, три… Я, наверное, неправильно считаю, да? Или у меня палец пропал? – испугался он.

– Нет, Карпинчо, – утешил его Фёдор. – Всё ты правильно считаешь. Просто у карпинчей на передних лапах по четыре пальца, а на задних – по три. Так уж вы устроены!

– А почему? – заинтересовался Карпинчо. Он сразу успокоился, но загадка-то осталась.

– Не знаю, – развел руками Фёдор. – Петя, может, ты знаешь?

Петя задумался ненадолго.

– У предков карпинчей, которые тоже жили в Южной Америке, было по четыре пальца, и на передних лапах, и на задних. И они очень много времени проводили в воде. А потом, когда карпинчи стали больше ходить по земле и меньше плавать, на задних лапах один палец понемногу пропал. Так удобнее ходить по твёрдой земле.

– Да, правильно – подтвердил Фёдор. – Так у многих бывает. Вон у предка лошади, гиппариона, было по три пальца на каждой ноге. А сейчас только один, и вместо когтя – копыто!

– Знаю-знаю, – проворчал Карпинчо. – Одна лошадь на меня чуть этим копытом не наступила.

Потом Фёдор объяснил Карпинче, что такое «больше» и «меньше». Карпинчо добросовестно ответил на все вопросы, вроде «что больше – два или четыре». Фёдор уже устал, а Карпинчо просил ещё задачек.

Тут Петя посмотрел на часы и сказал:

– Поздно уже, надо Карпинчу проводить в домик, и тебе, Линка, пора домой.

31.

Прошло ещё несколько дней.

Линка приезжала в зоопарк каждый день, иногда с Настей, иногда с мамой. Карпинчо выучил весь алфавит, научился считать до десяти, и в этот день Фёдор решил, что пора ему заняться арифметикой. Петя тем временем сидел за компьютером, писал статью про удивительного зверя Карпинчу. Он писал каждый день, и каждый день что-то новое.

– Карпинчо, ты знаешь, что такое сложение? – поинтересовался Фёдор.

Карпинчо помотал головой: нет, не знаю.

– Это такое специальное умение, называется «действие арифметики», – объяснил Фёдор. – Например, у тебя было четыре морковки, а я дал тебе ещё две. Сколько у тебя стало?

– Не знаю – Карпинчо немножко растерялся. – Ну, больше двух, это точно. И даже больше четырёх!

Олег, который в этот день тоже был в научном отделе, пришёл в восторг.

– Гляди, Фёдор! – закричал он. – Карпинчо открыл важный математический закон!

Карпинчо совсем смутился:

– Ну, что ты дразнишься?

– Нет-нет, – поспешил на помощь Олегу Петя. – Ты действительно только что открыл важный закон: если к числу прибавить другое, то получится больше.

– Это что, я сам открыл? А раньше этого не знали? – не поверил Карпинчо.

– Знали, конечно. Но главное, ты до этого додумался сам, – сказал Фёдор. – Ты очень способный ученик.

Карпинчо довольно зафырчал: «Ф-р-р-р-р-р!», и шерсть на загривке у него поднялась дыбом. Потом он спросил:

– Так сколько стало морковок?

– Карпинчо, ты знаешь, что опыт – основа науки? – спросил Фёдор вместо того, чтобы ответить.

Карпинчо растерянно посмотрел на Линку, и она незаметно ему кивнула. Карпинчо приободрился:

– Да, знаю!

– Ну давай тогда делать опыт, – предложил Фёдор. – Олег, у тебя морковки есть?

– Конечно, – откликнулся Олег. – Я же не такой растяпа, как ты, всегда всё нужное беру с собой.

Он покопался в рюкзаке, достал пакетик с маленькими морковками, вынул две штуки положил перед Карпинчей.

– Сколько морковок, посчитай.

– Одна, две, – посчитал Карпинчо.

– Хорошо. А здесь сколько? – и Олег положил в другую кучку четыре морковки.

– Одна, две, три, четыре. Четыре!

– Очень хорошо. Теперь сложим вместе две кучки, – и Олег придвинул первую кучку ко второй. – Считай, сколько вместе?

Карпинчо посчитал, бормоча себе под нос.

– Шесть! Правильно, шесть? – переспросил он обеспокоенно.

– Правильно – подтвердил Фёдор. – Значит, сколько будет два прибавить четыре?

Карпинчо задумался, потом почесал задней лапой за ухом.

– У нас получилось шесть. Но я не знаю одну вещь.

– Какую? – заинтересовалась Линка.

– Я не знаю – каждый раз будет получаться шесть или не каждый?

Фёдор пришел в полный восторг.

– Так-так! – воскликнул он, – давай ещё раз проверим. Как будем проверять?

– Ну как? Надо ещё опыт сделать, наверное?

Тут уже все, и Фёдор, и Олег, и Линка, и Настя во все глаза смотрели на Карпинчу. Даже Петя отвлёкся от своего компьютера и повернулся на табуретке.

– Олег, – попросил Фёдор, – дай ещё несколько морковок!

– Я тебе, конечно, дам, мне не жалко. Но это уже будет последняя порция.

Ещё раз проверили. К четырём прибавить два – по-прежнему получалось шесть. Но Карпинчо всё ещё сомневался.

– А если мы возьмем не морковки, а что-нибудь другое? – спросил он. – Ну, например, яблоки?

– Яблок у нас сейчас нет, но давай возьмём карандаши? – предложил Петя.

Карандашей в кабинете было много. Проверили ещё два раза, и каждый раз получалось шесть.

Заодно оказалось, что если к двум прибавить четыре, то получится тоже шесть. Карпинчо опять удивлялся. Ему вообще всё больше нравилась арифметика.

Наконец, все устали, наступил вечер, и Карпинчо с Линкой, как обычно, пошли погулять и пожелать спокойной ночи всем знакомым зверям.

– Ну что, Карпинчо, тебе нравится учиться? – спросила Линка.

– Очень, – честно сказал Карпинчо. – Помнишь, я тебе завидовал, что тебе задают уроки? И правильно делал, что завидовал! – он немножко еще прошёл, о чём-то думая, а потом сказал:

– Ты знаешь, у нас в Аргентине очень хорошо. Так красиво, и такие в пампасах запахи, и столько других карпинчей, и река, и озёра. Но вот таких учителей нет.

– Я думаю, есть, – возразила Линка. – Например, Мигель – я точно знаю, что он бы тебя с удовольствием всему учил.

– Наверное, – согласился Карпинчо. – Но я же не знал! Я его и видел-то несколько раз.

– Вот вернёшься, познакомишься с ним, и учись дальше, – предложила Линка. Тут у неё прямо сердце сжалось, причём от двух разных причин.

Во-первых, непонятно было, откроется ли снова вход в волшебную долину. А если нет? Линке даже не хотелось об этом думать, так ей становилось жалко Карпинчу.

А во-вторых, если всё пойдет хорошо, то Карпинчо рано или поздно распрощается и уйдёт к себе, к своему стаду, в пампасы. И когда они снова увидятся? И увидятся ли вообще? Линка решила вообще об этом пока не думать. И уж во всяком случае, не надо было огорчать такими мыслями Карпинчу.

И вообще, пора было ехать домой. А вдруг завтра откроется вход в долину? Тут Линка подумала: но ведь тогда Карпинчо больше не будет ходить на свои уроки. Это будет хорошо или плохо?

Всё было очень сложно, и она решила подумать об этом вечером. А лучше всего, наверное, поговорить с мамой. Не получится сегодня – не страшно, завтра суббота, мама на работу не идёт.

32.

Но вечером родители пришли поздно – на студии была запись. А утром её разбудила Настя. Даже не толкала, не стаскивала одеяло, просто сказала обычным голосом:

– Линка, дверь открылась! – и Линка мгновенно проснулась и вскочила. Сбросила одеяло, нырнула под Настину кровать и увидела полоску света вокруг двери.

– Ура! – закричала Линка. – Бежим скорее в долину!

– Линка! Ну, подумай сама – куда ты побежишь в таком виде? Прямо в пижаме? А родителям сказать не хочешь?

Линка с неохотой согласилась, и вместо долины побежала на кухню, где мама уже готовила завтрак.

– Мама, там дверь открылась! В долину, – уточнила Линка.

– Так побежали скорей! – воскликнула мама и сняла сковородку с плиты. Но тут она увидела Настю, которая стояла в дверях с укоризненным видом.

– Мама, и ты туда же! Всю воспитательную работу мне портишь, – сказала Настя сердито. – Во-первых, надо папе сказать. Во-вторых, надо решить, кто идёт, а кто остаётся дома, на всякий случай. Ну, и в-третьих, обсудить заранее, что мы там можем найти, как подготовиться. Учишь вас, учишь…

– Ладно, не ворчи, – засмеялась мама. – Давай жарь оладушки, вон тесто, сковородка уже горячая. А я пойду папу разбужу.

Папа, видимо, тоже вскочил сразу. Во всяком случае, в кухню он пришёл через пару минут, ужасно лохматый, и сначала путал слова.

– Значит, двери открылись, можно идти кусaть. То есть, косить – поправился он. – Где мои грабли? Побежали!