Баллады, стихи, сказки

УМ И СЧАСТЬЕ

Повстречались как-то на узкой дорожке Счастье и Ум.

— Уступи мне дорогу, — сказало Счастье.

Ум был тогда еще неопытен, не знал, кто кому должен уступать дорогу.

— С какой стати я буду тебе уступать? — сказал он. — Ты не лучше меня.

— Лучший из нас тот, кто достигнет большего. Видишь вон того парня, что пашет в поле? Войди в него. Если ему будет лучше жить с тобой, чем со мной, я тебе буду всегда уступать дорогу.

Ум согласился и вошел в голову юноши. Как только пахарь почувствовал, что Ум вошел к нему в голову, тут же начал рассуждать.

— Что ж мне до смерти ходить за плугом? Я могу добиться удачи другим, более легким путем.

Бросил он пахать, отложил плуг и пошел домой. Дома говорит отцу:

— Отец, не нравится мне крестьянствовать. Лучше я буду учиться на садовника.

Удивился отец:

— Что ты, Ва́нек, спятил, что ли?

Но потом подумал и согласился: «Ну, коли хочешь, учись, бог с тобой. А хозяйство мое, как помру, получит твой брат».

Так Ва́нек лишился наследства. Но это мало его огорчило. Он отправился к королевскому садовнику и поступил к нему в ученье. Садовник не был щедр на объяснения, но Ва́нек все схватывал на лету. Скоро он уже не слушал садовника, а делал все по-своему. Сперва садовнику это не нравилось, но потом он увидел, что у парня дело спорится, и был доволен.

— Вижу, что ты поумнее меня, — сказал он Ва́неку и разрешил ему все делать на свой вкус.

Скоро Ва́нек так разукрасил сад, что король остался доволен и часто прогуливался там с королевой и своей единственной дочкой. Дочка эта была писаная красавица, но с двенадцати лет онемела — слова от нее нельзя было добиться. Король очень этим огорчался и велел объявить: кто заставит царевну заговорить, получит ее руку.

Нашлось много охотников — королей, князей и иной знати. Все они приходили один за другим и уходили ни с чем: никому не удавалось вызвать царевну на разговор.

— Почему бы мне не попытать счастья? — сказал себе Ва́нек. — Может, мне удастся заставить ее отвечать на вопросы.

Не долго думая, он попросил доложить о нем королю. Король со своими советниками привел его в покой, где находилась дочь-царевна. У царевны была собачка, и царевна ее очень любила, потому что собачка была такая умница — все понимала и во всем слушалась. Ва́нек, войдя в покои, сделал вид, что не замечает царевны, и обратился к собачке:

— Слышал я, собачка, что ты большая умница, вот и иду к тебе за советом. Было нас три товарища: один резчик по дереву, другой портной и я. Однажды шли мы лесом и пришлось нам заночевать под открытым небом. Чтобы на нас не напали волки, мы развели костер и уговорились, что будем сторожить по очереди. Первым был резчик по дереву. От нечего делать он взял чурбан и вырезал красивую куклу. Когда кукла была готова, разбудил портного — тому была очередь сторожить. Портной увидел деревянную куклу и спрашивает: «А это что?» — «Вот видишь, — отвечал резчик, — мне нечего было делать, я и вырезал куклу. А тебе нечего делать, так ты ее можешь одеть».

Портной тотчас вынул ножницы, иглу и нитки, раскроил материю и начал шить. Когда платье было готово, он нарядил куклу, а потом разбудил меня, чтобы я шел сторожить. Я тоже спрашиваю: «Это что такое?» Он говорит: «Видишь ли, резчику нечего было делать, он вырезал куклу, я от нечего делать ее одел, а ты от нечего делать можешь научить её говорить».

Я так и сделал, и к утру кукла заговорила. Утром мои товарищи проснулись, и каждый захотел взять куклу себе. Резчик говорит: «Я ее сделал», портной говорит: «Я ее одел». Ну, а я тоже отстаивал свои права. Вот и скажи мне, собачка, кому эта кукла принадлежит?»

Песик молчал, но тут вместо него заговорила царевна:

— Кому же, как не тебе? Что за толк от неживой куклы резчика? Что за толк от нарядов портного? Ты дал ей самый ценный дар — жизнь и речь. Она твоя по праву.

— Ты сама решила свою судьбу, — сказал тогда Ва́нек. — Тебе я тоже вернул дар речи и дал новую жизнь, и потому по праву ты моя.

Тут один из королевских советников говорит:

— Его королевское величество щедро наградит тебя за то, что тебе удалось исцелить царевну, но жениться на ней ты не можешь, потому что ты простолюдин.

Король тоже говорит:

— Ты незнатного роду. Я тебе дам вместо дочери щедрую награду.

Но Ва́нек и слышать не хотел о награде.

— Король обещал без оговорок: кто заставит его дочь заговорить, тот будет ее мужем. Королевское слово — закон. Если король хочет, чтобы его законы исполнялись, он должен сам их уважать. Король должен отдать за меня свою дочь.

— Эй, слуги, связать его! — закричал советник. — Тот, кто говорит, что король должен, оскорбляет королевское величество и заслуживает смерти. Ваше величество, соизвольте приказать этому злодею отрубить голову.

— Отрубить ему голову, — сказал король.

Ва́нека тотчас связали и повели на казнь. Пришли на лобное место, а там их поджидало Счастье. Говорит оно тихонько Уму:

— Вот, смотри, до чего ты довел человека. Сейчас ему из-за тебя отрубят голову. Уступи-ка мне место.

Как только Счастье вошло в Ва́нека, меч палача переломился у самой рукоятки. Не успели принести другой, как примчался из дворца гонец. Скачет, трубит, машет белым флажком. А за ним королевская карета — для Ва́нека. Оказывается, царевна за это время уговорила отца, что Ва́нек прав, королевское слово нельзя нарушать. Если же Ва́нек незнатного рода, то королю ничего не стоит сделать его князем. «Ты права, — говорит король, — пусть будет князем».

За Ва́неком тотчас же послали королевскую карету, а на казнь отправили того советника, что настраивал короля против Ва́нека.

Ва́нек обвенчался с королевской дочерью. А когда они ехали из церкви, по дороге попался им Ум. Увидев, что ему придется встретиться со Счастьем, Ум опустил голову и отошел в сторону. С той поры при встрече со Счастьем Ум всегда уступает дорогу.

ТРИ ЗОЛОТЫХ ВОЛОСА ДЕДА-ВСЕВЕДА

Быль или не быль, — только жил однажды король. Любил он в лесах на зверей охотиться. Погнался он раз далеко за оленем и заблудился. Кругом никого, наступила ночь, и король обрадовался, когда увидел на вырубке избушку. В ней жил угольщик. Король спросил, не согласится ли угольщик вывести его из лесу на дорогу; а он ему хорошо заплатит.

— И рад бы вывести, — ответил угольщик, — да, видите, жена у меня на сносях, того и гляди разродится. Но могу я уйти. Да и куда вы пойдете в такую пору? Ложитесь лучше на сеновал, а утром я вас провожу.

Скоро после того родился у угольщика сыночек. Король лежал на сеновале, не мог заснуть.

В полночь засветился внизу, в горнице, свет. Поглядел он сквозь щель в потолке и видит: угольщик спит, жена его лежит словно без памяти, а возле ребеночка стоят три старушки, совсем белые — у каждой в руке свеча горит.

Первая сказала:

— Я этому мальчику предсказываю, что он встретит великие опасности в жизни.

Вторая сказала:

— А я ему предсказываю, что он из всех их цел выйдет и долго жить будет.

А третья сказала:

— А я ему предсказываю, что он женится на дочке, которая родилась сегодня у того короля, что наверху, на сеновале лежит.

Тут старушки свечи погасили, и стало тихо. Это были волшебницы.

Королю словно меч в грудь вонзили. Он не спал до утра. Все думал, как быть, что сделать, чтобы не случилось того, что он слышал. Когда рассвело, ребенок стал плакать. Угольщик встал и видит, что жена уснула навеки.

— Бедный ты мой сиротка... — стал он горевать. — Что мне теперь с тобой делать?

— Отдай мне своего малютку, — сказал король. — Я позабочусь, чтобы ему хорошо было. А тебе дам столько денег, что до самой смерти хватит, не нужно будет угли жечь.

Угольщик обрадовался, и король обещал прислать за малюткой. А когда он вернулся в свой замок, ему с великой радостью доложили, что у него родилась прекрасная дочка. Это случилось в ту самую ночь, когда он видел трех волшебниц. Король омрачился, позвал одного из своих слуг и говорит:

— Ступай туда-то и туда-то в лес, — там в избушке угольщик живет. Отдай ему эти деньги, а он даст тебе ребенка. Возьми того ребенка и по дороге утопи его. А не утопишь, сам воды отведаешь.

Слуга пошел, взял малютку, положил его в корзинку и, переходя по мосту широкую и глубокую реку, бросил его вместе с корзинкой в воду.

— Прощай, непрошенный зять! — молвил король, когда слуга рассказал ему об этом.

Король думал, что малютка утонул, но он не утонул, а поплыл в корзинке по воде, будто в колыбели, и не просыпался, словно его кто убаюкал, — пока не приплыл к избушке рыбака. Рыбак сидел на берегу, чинил сети. Видит, по реке что-то плывет, прыгнул в лодку, догнал и вытащил из воды ребеночка в корзинке. Принес его к жене и говорит.

— Ты все хотела сыночка. Вот он: нам его река принесла.

Жена рыбака обрадовалась и стала ходить за ребенком, как за своим собственным. Назвали они его Плавачком, потому что он к ним по воде приплыл.

Река течет, а года бегут, и мальчик превратился в красивого молодца, — такого, что нигде ему равного нет. Как-то летом случилось, что в ту сторону король на коне заехал, один, без свиты. Было жарко, захотелось ему пить и свернул он к рыбаку, чтобы свежей воды напиться. Когда Плавачек подал ему воды, подивился король, на него глядя.

— Ладный молодец у тебя, рыбак, — молвил он. — Кто ж это — сын твой?

— Нет, не сын, — ответил рыбак. — Ровно двадцать лет назад он приплыл к нам маленьким ребеночком в корзинке по реке, а мы его вырастили.

У короля в глазах зарябило; он побледнел, как полотно: понял, что это тот, кого он велел утопить. Но тотчас опамятовался, сошел с коня и промолвил:

— Мне нужно послать кого-нибудь в свой королевский замок, а при мне никого нет. Не может ли этот молодец сходить туда?

— Ваша королевская милость прикажет — и парень сходит, — ответил рыбак.

Король сел и написал своей королеве письмо: «Того юношу, которого я к тебе посылаю, прикажи не медля мечом зарубить: это мой злейший враг. К моему возвращенью чтоб было исполнено. Такова моя воля».

Сложив посланье, король запечатал его и перстень свой приложил.

Плавачек тотчас пустился с посланьем в дорогу. Путь шел густым лесом, и он не заметил, как сбился с дороги и заблудился. Бродил он по чащобам, пока не стало темнеть. Тут повстречалась ему старушка:

— Куда путь держишь, Плавачек?

— Несу посланье в королевский замок, да заблудился. Не скажешь ли мне, бабушка, как выйти на дорогу?

— Сегодня уж не дойдешь, темно, — ответила старушка. — Оставайся у меня ночевать. Не у чужой будешь; я ведь твоя крестная мать.

Парень согласился, и не успели они сделать несколько шагов, как очутились перед красивым домиком, словно он сразу из-под земли вырос. Ночью, когда парень спал, вынула у него старушка из кармана посланье и положила туда другое, в котором было написано: «Того юношу, которого я к тебе посылаю, жени не медля на нашей дочери: это мой суженый зять. К моему возвращенью чтобы было исполнено. Такова моя воля».

Как прочла это послание королева, велела тотчас устроить свадьбу, и обе они с молодой королевной не могли на жениха наглядеться, так он был им по сердцу. И Плавачку его царственная невеста понравилась.

Через несколько дней приехал король домой и, как увидел, что случилось, страшно разгневался на свою жену за то, что она сделала.

— Да ведь ты мне сам велел женить его на нашей дочери прежде, чем вернешься! — ответила королева и подала ему посланье.

Король взял посланье, посмотрел на почерк, на печать, на бумагу — все было его собственное. Велел он позвать зятя, и стал его спрашивать — как было дело? Куда он заходил по дороге?

Плавачек рассказал, как он шел по лесу, как заблудился в лесу и остался ночевать у своей старой крестной матери.

— А какая она с виду?

— Такая и такая.

И понял король из его слов, что эта та самая старушка, которая двадцать лет тому назад присудила его дочери быть женой угольщикова сына. Думал он думал, а потом и говорит:

— Что случилось, того не изменишь. Но даром ты моим зятем все-таки быть не можешь. Если ты хочешь быть мужем моей дочери, то должен ей в приданое достать три золотых волоса Деда-Всеведа.

Король думал, что так ему верней всего удастся от своего постылого зятя отделаться.

Плавачек простился со своей милой и пошел, а куда — и сам не знает. Но так как крестной матерью его была волшебница, то ему нетрудно было найти дорогу. Шел он долго и далеко, по горам — по долам, через воды — через броды, пока не пришел к синему морю. Увидел он там лодку, а в ней перевозчика.

— Бог в помощь, лодочник седой.

— Дай боже, пешеход молодой. Куда путь держишь?

— К Деду-Всеведу за тремя золотыми волосами.

— Ого! Давно я жду такого посла. Уж двадцать лет перевозом тут занимаюсь, и никто заменить меня не приходит. Коли ты обещаешь мне спросить Деда-Всеведа, когда придет конец моей работе, я перевезу тебя.

Плавачек обещал, и перевозчик перевез его.

После этого подошел он к большому городу, но был тот город ветхий и печальный. Возле города встретился ему старик с палкой в руке, который еле ноги волочил.

— Бог в помощь, дедушка хилый!

— Дай боже, юноша милый! Куда путь держишь?

— К Деду-Всеведу, за тремя золотыми волосами.

— Ах-ах-ах! Такого посла мы тут давно ждем. Я тебя должен сейчас же к нашему королю отвести.

Пришли они туда, король и говорит:

— Слышал я, что ты идешь послом к Деду-Всеведу. Была у нас тут яблоня, приносила она молодящие яблоки: кто такое яблоко съест, пусть он хоть одной ногой в могиле стоит, — омолодится и станет как юноша. Да вот уж двадцать лет, как не приносит та яблоня ни одного плода. Если ты обещаешь Деда-Всеведа спросить, как нам этой беде помочь, награжу тебя по-королевски.