Старс Unique

Берримо Кьюро неуловим — он специально подставляет Федору своих Двойников, чтобы Красный Монстр продолжал верить в победу. Ни на секунду не останавливался и бил, бил, бил, бил, пока не разобьет собственные кулаки, пока кровь не затянет мутной пленкой его взгляд и мозг не устанет подавать один сигнал за другим. Берримо знает ограничения человеческой расы, знает их пределы и возможности. Его не страшит встреча с тем, кому повезло найти семиконечную звезду. Потенциал этого игрока раскроется еще не скоро и пока Господин Мирэйн может позволить себе насладиться этой нелепой битвой, а после добавить этого парня в свою коллекцию. И еще троицу его союзников, настолько ослабевших, что даже не решаются вступить в бой. С этим сражением все предельно ясно — Красный Монстр не выйдет победителем. Он умрет в этом сражении, даже не смотря на то, что этот человек продолжает вставать всякий раз, когда великий Шаман уже думал, что победа у него в кармане.

— Почему ты отказываешься подохнуть! — Берримо Кьюро не удержался, когда, в очередной раз, Федор не упал на колени, выпрямился и ударил в ответ, разрывая на части умело подставленного Двойника.

— Нет! — вместо четкого вразумительного ответа закричал Федор и бросился на врага.

Федор.

Тяжело было пытаться разглядеть моего друга в этом существе. С каждым ударом, с каждым ранением, с каждым криком — он все дальше отдалялся от веселого и приветливого парня. Предыдущие метаморфозы, хоть и выглядели куда более дико, сохраняли разум и характер парня. Это же превращение меняло постепенно саму суть Федора — он становился рабом своих эмоций, желания уничтожать и разрушать. И не важно, кем был его оппонент. Вот, наверное, почему он сказал, что я смогу его понять.

Одна эмоция.

Даже не эмоция, скорее навязчивая идея, бьющаяся в мозгу и набирающая с каждым ударом все больше и больше сил. Ты можешь думать только о ней, понимать только ее и жить только ради нее. Я хотел бы приврать и сказать, что не совсем понимаю, на что намекал Федор, но в какой-то момент я вдруг ясно осознал его слова. У меня была Жадность — извращенная, вывернутая наизнанку «эмоция», заставляющая меня никогда не сдаваться. Меняющая сам фундамент моего характера, делающая из меня нечто куда большее, чем я мог себе позволить. Только ради нее я зашел так далеко. Да что там! Только из-за собственной отупляющей Жадности я заставил друзей отправиться в Мирэйн! Вот только у Федора не было ни капли Жадности. Его сердце принадлежало совсем другой музе. Совсем не сложно было догадаться, какое «страдание» закидывало целые охапки бревен в печь его боевого потенциала.

Гнев.

— Рррргаааах! — нечленораздельный, нечеловеческий возглас.

Очередной Двойник разорван на части, короткое ликование, тут же сменившееся разочарованным воем. Это уже не человек — скорее оболочка, внутри которой зверь, мечтающий только об одном: уничтожить врага, разорвать, растоптать и выкинуть тело к недовольным зрителям.

И мы собирались помочь Федору осуществить эту мечту.

— Все готово, Кир. Но у нас только один шанс будет, ты уверен, что получится?

— Не знаю, но мы обязаны попытаться. Сколько еще Федор сможет продержаться? Что, если он уже близок к своему лимиту?

— Что-то не похоже, — хмыкнул Мел. — Но и продвижения в бою не видно. Как бы силен не был наш друг, без помощи своей верной команды он точно не справится.

— Развалим Господина Мирэйна? — предложил я, вытягивая вперед сжатый кулак.

— Уничтожим его, — ответили друзья и пара сложенных кулаков столкнулись с моим. Теперь у нас только один шанс.

— Берримо Кьюро! — я крикнул изо всех сил, срывая голос. — Бесславный ублюдок, который предпочел сохранить свою вонючую дешевую жизнь, вместо того, чтобы сразиться с завоевателями! Неужели ты действительно думаешь, что достоин нас победить?

Быстро.

Я и не думал, что он так мгновенно отреагирует. Двойник Господина схватил Федора, мешая двигаться Красному Монстру: тот ревел и бился изо всех сил, но пока не мог вырваться из захвата. Оригинал же оказался рядом со мной. Трехметровое чудовище, затянутое едким дымом ауры Яко. Хвостатый злобный Кицунэ, чьи налитые жаждой крови глаза уже предвкушали мою смерть.

— Что ты там тявкнул, человечек? — поинтересовалось плотоядное чудище. Я должен был испугаться, наверное?

— Всего лишь факты, Господин Кьюро. Ваша семья сражалась за выживание, бесстрашно они теряли жизни, не желая преклонять головы и сдаваться на милость завоевателям. Ни один из них, кроме вас, Берримо Кьюро, Позора Семьи.

— Ты ни черта не знаешь! — резкий удар, способный пробить мою грудную клетку и вырвать сердце. Шаг сквозь Пустоту и я уже в другом месте.

— Я знаю куда больше, чем вы можете себе представить. Знаю, как вы визжали, словно побитая шавка, когда Организаторы вторглись в особняк. Как заливались слезами из каждого глаза и на коленях умоляли сохранить вашу жизнь и коллекцию. Бредни глупца, не знающего реальную ценность вещей.

— Умолкни! — еще один прыжок, еще один удар. Он разорвал только воздух, несмотря на все изящество атаки, а я вновь спрятался в Шаге, оказываясь на другом конце комнаты. Мельком глянул на друзей — они были готовы. Еще одна провокация, а затем — еще один шаг.

Федору, наконец, удалось схватить за руки Двойника, но он все еще делал вид, что не может справиться с захватом. Один взгляд от опьяненного Гневом Монстра. Затянутые жаждой крови глаза, в которых еще остались осколки разума и надежды. Я должен понять его, должен помочь. С помощью Юки я попросил отправить одно быстрое сообщение так, чтобы оно четко проявилось перед взглядом Федора.

*Жди моего сигнала!*

Я не был уверен до конца, но мне показалось, что громадина с выдающимися мышцами украдкой кивнула, всецело полагаясь на наш рискованный план. Это означало лишь одно — силы Боевого Монстра на исходе.

— Я почти обессилен, — крикнул я, привлекая внимание разъяренного Берримо. — А ты даже со мной не можешь справиться. Понятно, почему ты не стал драться, Трус из рода Кьюро! С такими способностями ты стал бы лишь посмешищем, а не защитником. Шутом, а не героем.

— Я заставлю тебя подавиться этими словами, — тихо прошипел Господин Мирэйн и кинулся ко мне, мечтая вспороть мне брюхо когтями. Я даже не успел скомандовать Шаг сквозь Пустоту.

Способность сама собой активировалась за один кадр до того, как когти Берримо дотронулись до моей куртки. Я бы умер, если бы Юки не позволила себе лишнего и не активировала навык без моего ведома. Спасибо, моя Звездочка.

*Всегда пожалуйста. (˘ ³˘)♥ Не отвлекайся!*

— Ты слаб, Берримо Кьюро. В отличии от нас, — полный ненависти возглас вырвался изо рта Обезьяны. Я остановился как раз на самом краю блекло-желтой пентаграммы. Мел и Гриша закончили последние приготовления. Я увидел сообщение:

*Мы готовы. Начинай.*

— Мы защитим свою Землю. Уничтожим пришельцев и выиграем в «Эпохе Звезд». И уж явно не ты станешь для нас главным врагом. Всего лишь боссом, который откроет путь к своим сокровищам. Сдохни, Берримо Кьюро. Как и подобает грязному безродному псу.

— Ты только и можешь, что убегать. Гляди, что умею я! Печать Запрещения: Шаг сквозь Пустоту.

*Он нам только что навык вырубил! 〣(ºΔº)〣*

— Как приятно видеть страх в твоих глазах! — Обезьяна загоготала. — Готов умереть, человек по имени Кир?

— Иди и покажи, на что способен, блохастый, — я вытащил кинжал, навык владения которым потерял.

— Умри, — столь элегантное, четкое движение, что я вдруг почувствовал непостижимый укол зависти. Даже не думал, что монстр будет способен на такое выверенное движение, наполненное грацией и скоростью. Очевидно, что он с легкостью мог бы разделаться с любым из нас, но он продолжал играться, пока я его не спровоцировал. Теперь он будет только убивать.

— Цвет Золотой: Подчинение.

— Ледяные Оковы. Пустой Лед: Оцепенение.

Украшенные золотом ледяные оковы вырвались из земли в то мгновение, когда Берримо Кьюро почти дотянулся до меня. Он застыл, а его морду исказила гримаса непередаваемого отвращения.

— Как нелепо, — огрызнулась Обезьяна, потерявшая возможность двигаться. — Вы удержите меня лишь на секунду, но зачем? Я отключу все ваши навыки и уничтожу.

— Ты многовато болтаешь, — никакой техники владения, я просто всадил ему кинжал прямо в подбородок, заставляя уродливую Обезьяну завизжать. — Круши Ломай Боевой Монстр. Круши Ломай!

Федор вырвал руки Двойнику и прыгнул. В последнее мгновение я увидел истинный страх в лице Берримо Кьюро — ту самую эмоцию, что он испытал, когда впервые столкнулся с Организаторами. Обиженный, испуганный, слабый мальчишка, не нашедший в себе силы, чтобы противостоять захватчикам. Я увидел мольбу в его глазах, различил крик о пощаде, так и не слетевший с губ. Он вновь пытался провернуть тот же трюк, выжить и молить победителей о снисхождении. Федор молотил его тело, разрывал на части и не собирался останавливаться.

— Меня зовут Золотой Кир, — крикнул я. — И я не собираюсь протягивать руку помощи слабакам, позволившим захватчикам победить. Встреть свою судьбу, как подобает, Берримо Кьюро. Сдохни ради нашей награды.

— Сокрушитель Богов!

И вновь Юки спасла меня, активируя навык. Я оказался рядом с друзьями как раз перед тем, как Федор ударил. Сообщения о структурном повреждении подземелья чуть не закрыли действительно важное. То, в котором говорилось о победе над Берримо Кьюро и выполнении основного квеста Особняка Мирэйн. Нам полагался доступ в сокровищницу и сто миллионов опыта.

Мы победили.

*Структурное состояние подземелья: Критическое.

Необходимо присутствие Оценщика.*

Это что еще за новости? Господин Мирэйн сдох — его расщепленное тело от непревзойденной атаки Федора исчезло, остались только грязные кляксы и осколки золотого льда. Финальный босс уничтожен, но вместо награды мы получаем какого-то оценщика? Неужели пришельцы настолько нас боятся?

Небеса разверзлись.

Это, конечно, очень глупо и изъезжено звучит, но что поделать? Ведь именно это и произошло. Потолок комнаты словно исчез, превращаясь в сверкающий мириадами звезд портал, который разрезало наискосок черной линией. Сквозь этот надрыв и спустился тот, кого система назвала Оценщиком. Не слишком высокий — около двух метров, что сильно выбивалось из присущего «Эпохе Звезд» гигантизма. Гуманоид в плотном черном боевом костюме. Он напоминал солдата из самого привычного фантастического фильма: брюки, куртка, шлем и множественные бронированные вставки на коленях, локтях и так далее. Этакий клишированный солдат будущего. На шлеме обнаружился узор, сверкающий синим светом, выполненный в форме пятиконечной звезды. Это выглядело достаточно комично, но улыбаться вовсе не хотелось. Как только он появился, я четко понял — с ним невозможно будет справиться. Он не просто на другом уровне или что-то такое. Он словно из другой вселенной, где существует иной распорядок сил. И в этой вселенной мы не могущественнее стайки муравьев, повстречавших человека.

Я понимал это, ровно как и Мел, Гриша. Но не Федор. Он все еще находился в состоянии Боевого Монстра. Поэтому, когда одна цель была повержена, он тут же переключился на другую. Прыгнул на Оценщика, как только тот приземлился и неведомая сила, сковывающая наши движения, отступила. Прыжок, сжатый кулак, молниеносный удар, разрушительный молот, попавший прямо в лицо Оценщику.

Грохот, дым, искры, крик ярости, сменившийся воем боли.

Оценщик перехватил запястье Федора и сжал. Кости треснули и тело Боевого Монстра мгновенно потеряло весь лоск титанической силы и разрушительной энергии. Он обмяк всем телом, рухнул на колени и опустил голову. Настолько простым и легким было движение Оценщика — он будто соломинку пальцем надломил, а не остановил одного из сильнейших игроков столицы.

— Признаков грязной игры не обнаружено, — с разочарованным вздохом произнес Оценщик. — Игрок Федор с помощью подбора подходящих классов смог выйти на более высокий уровень физической мощи, чем обычно. Лимитеры не превышены, правила не нарушены. Босс побежден в соответствии с законами «Эпохи Звезд». Все игроки получат награду за завершение подземелья Мирэйн, — оценщик повернулся к нам, звезда на его шлеме приветливо сверкнула. — Приятной вам игры, «Золотой Век».

Оценщик кивнул и метнул нам обмякшее тело Федора. Существо пожало плечами и подняло голову вверх, поднимаясь к потолку. Туда, где вновь открылся портал.

— Оценщик? То есть, это даже не боевой Орден, так? — прошептал Мел, взглядом провожая инопланетянина.

— Представители Боевого Ордена настолько сильны, что вы не смогли бы даже смотреть на них, — донесся до меня голос Добберквита. Почерневший лифтер сидел у «мокрого места», оставшегося от его Господина. — Идемте, я отведу вас в сокровищницу, победители.

И мы отправились за ним следом. Победившие, но лишенные радости и надежды.

Глава 29. Дары Мирэйн

Зеркала, стекла, прозрачные стены — все это уже не впечатляло. Мы угрюмо топали следом за Добберквитом, который плелся по широким коридорам, уронив голову и волоча длинные руки сероватого оттенка. Гриша насвистывал примитивную мелодию, достаточно нескладную, стоит заметить, а мы молчали и думали каждый о своем. Стоило Оценщику исчезнуть, а подземелью засчитать нам победу над боссом — все запрещенные навыки вернулись, очки здоровья восстановились и Федор вновь оказался жив-здоров.

— Кто это, блин, был? — спросил он как только пришел в себя. Вообще, слова он использовал куда более жесткие, но смысл, я думаю, понятен. Боевой Монстр оказался недоволен и огорчен до глубины души бесчинствами, которые творили Организаторы.

— Такое уже было раньше, — вяло заметил Добберквит. — Когда особняк проходили много зеркальных лет назад. Тогда на последнем этапе тоже вмешались люди из [Удалено]. Впрочем, тогда Оценщик обнаружил следы нечестной игры и жестоко покарал нарушителей.

— Значит, мы единственные, кто завершил Мирэйн без уловок?

— Не единственные, — ответил лифтер. — Но вас не так много, так что можете наслаждаться своим триумфом.

Он разрешил нам радоваться, но даже самые банальные улыбки никак не могли найти путь к нашим уставшим лицам. Это подземелье изматывало — слишком прозрачные стены, слишком стеклянный пол. За эти двадцать этажей мы пережили десятки приключений, а сейчас мозг словно пытался переваривать все увиденное и пережитое, сложить в аккуратную, складную историю и сохранить в библиотеки памяти, но путался в ситуациях, персонажах и фактах. Я даже успел задуматься — так ли важно было запомнить все именно один в один, так, как все было на самом деле? Или, когда мы начнем рассказывать эту историю друзья, не грех будет и приврать да приукрасить? Хотя, какая, к черту, разница? Наши друзья переживают за то, чтобы мы выжили и им плевать на то, какие приключения или злоключения мы тут пережили. Вот она — настоящая правда.

[Я]: Оль, Кать, простите за выходку. Мы прошли подземелье, идем за наградой. Можете посылать за нами Фенрира — скоро будем.

[Катя]: Я тебе так вмажу, мало не покажется.

[Я]: Хорошо, Кать.

[Оля]: Фенрир уже в пути, бежит по координатам. Слишком долго не выбирайте награды — у нас тут не все гладко.

[Я]: Понял.

— Опять тебе всыплют? — поинтересовался Мел.

— Главное, чтобы не насмерть, — криво усмехнулся я. — Мы завершили самый сложный данж глобального уровня, а в награды получим сотню тумаков. Вот это награда!

— Вика тебя пристрелит, скорее всего, — Гриша перестал насвистывать и повернулся к нам. — Думаю, ее даже никто не будет пытаться остановить.

— Кто такая Вика? — Федор еще не было знаком с моей девушкой.

— Скоро узнаешь, не рассказывайте ему. Хочу посмотреть, как быстро он от смеха помрет, когда Кира начнут арбалетными болтами шпиговать под завязку.

— Звучит опасно, Кир. Может тебе помощь потребуется? — Федя быстро подхватил шутовскую волну.

— Спасибо, сам как-нибудь справлюсь. Добберквит нам далеко еще? Времени в обрез, там, в реальном мире, происходят великие дела! И нам не терпится стать их частью!

— Уже пришли, — спокойным, тусклым голосом ответил лифтер, останавливаясь перед очередной непримечательной дверью. Единственной отличительной чертой у двери оказалась замочная скважина с фамильной гравировкой дома Кьюро. — Финальный ключ, финальная награда.

— Три сокровища каждому, ведьм мы согласились на дополнительные условия и с честью выполнили их.

— Я буду чтить наш уговор, — кивнул инопланетный осьминог, отпирая дверь и пропуская нас внутрь. — Не забудьте подобрать сферы, расположенные на зеркальных пьедесталах. Это персональная награда — сто миллионов очков опыта, полагающиеся прошедшему особняк Мирэйн.

— Пришло время очередного апгрейда, — кивнул своим мыслям Гриша.

— Ух, веселье только начинается, — усмехнулся Мел.

— Разве могу я стать еще могущественнее? — корча из себя дурачка задавался вопросом Федя.

— У тебя все в порядке? — спросил я посеревшего лифтера. Добберквит от неожиданности дернулся и поднял голову, долго пытаясь понять, собираюсь я издеваться над ним или нет.

— Не знаю, ради чего ты задаешь этот вопрос. Мой Господин мертв, вы одержали победу. Идите и празднуйте.

— Твой Господин воскреснет, как только мы покинем особняк. Время для вас остановится и вы вновь станете ожидать игроков, которые окажутся достаточно глупыми или самоуверенными, чтобы попытать счастье в сложнейшим из подземелий.

— Человек, — тихо вздохнул Добберквит. — Ты пытаешься успокоить меня, напоминая о том, что мы находимся в тюрьме вне времени и жизни? Напомнить о том бестолковым, лишенном надежды существовании, которое мы влачим? Спасибо, что попытался подбодрить меня, человек. Я не шучу, мне действительно приятно слышать, что мы были врагами еще несколько минут назад, а сейчас ты испытываешь ко мне что-то, что можно назвать «состраданием», но это лишнее. Ты был прав в своих словах — мой Господин действительно слаб. Он не смог дать отпор завоевателям и судьям. Склонил голову и сохранил лишь свою никчемную жизнь. Особняк Мирэйн когда-то был жемчужиной галактики, а стал «самым сложным подземельем пятого глобального уровня». Смех! Уже через несколько Глобальных Уровней каждый из вас станет втрое сильнее Господина. Тот факт, который мы не смогли уяснить. То, что ты держишь под сердцем, — он постучал меня по груди, — делает тебя непревзойденным. Каждого из вас. Без этой вещицы вам никогда не победить кого-то вроде Берримо Кьюро. Но это не важно. Знаешь, что важно?

— Что же? — я не собирался останавливать лифтера. Его пробило на неожиданный разговор и я точно знал, к чему это приведет. Чувствовал, как внезапно активировался навык Свой среди Чужих.

— Тот Оценщик, который схлопнул твоего дружка как тряпичную куклу. У него, как и у Господина — нет Звездных Ассистентов. Он — обычный рядовой в их армии, может чуть более титулованный и получивший неплохую должность, но не более. Но вот в чем загвоздка — среди Организаторов есть и те, у кого внутри такие же Звездные Ассистенты.

— Да не может быть! — я не выбирал реплики, говорил то, что подсовывал мне в мысли Свой среди Чужих. — Почему же Берримо не возьмет звезду и не станет сильнее? Если он такой крутой без Ассистента, то ты представь, на что он будет способен с ним?

— Невозможно это, — погрустнел Добберквит. — Звезды положены лишь тем, кто принимает участие в игре. Вы тоже узники, только еще не до конца понимаете это. Конечно, у вас есть шанс победить, но он столь призрачный, что я не стану о нем даже распыляться. Я вот что тебе посоветую, человек по имени Кир — стань легендарным. Стань сияющим, стань популярным. Заставь всех обратить свои взоры на тебя. Тогда, даже когда человечество проиграет и Земля достанется завоевателям — они сохранят тебе жизнь.

— Спасибо за совет, Добберквит. Но, позволь мне задать тебе всего лишь один вопрос. И умоляю — ответь на него правдиво.

— Что ты хочешь спросить? — заволновался Добберквит. Навык был еще не так сильно прокачан, я не мог рисковать, но и не задавать такой вопрос не имел права. Слишком подходящий случай, слишком разговорчивый собеседник.

— Ты знаешь о них? О тех, кто победил в «Эпохе Звезд»? Такие существуют?

— Да, — краски вокруг нас с инопланетянином будто померкли на мгновение. Они слушали и наблюдали. Они были недовольны. Они не имели права вмешиваться. — Крохотное число, столь незначительное, что ты посмеялся бы, узнай правду. И все же — они существуют. Те, кто смог победить в «Эпохе Звезд». Среди них даже есть легенды. Насколько я знаю есть две расы, полностью уничтожившие эту игру.

— Скажи мне, кто они. Может, я смогу найти их. Спросить у них совета, — резкая боль в висках. Навык не сработал. Я видел, как меняется цвет Добберквита, как он наливается свинцовой уверенностью и лиловой злостью. Моя настойчивость лишила меня очередной подсказки. Или… Я чувствовал, что существует еще один шанс. Крохотная возможность, которую открывал навык Свой среди Чужих. — Я вас понял, господин Добберквит. Вы хотите награду в обмен на информацию, что ж, я подумаю о том, что смогу вам предложить. А вы — подумайте над ответом, господин Добберквит.