Старс Unique

Кошка ничего не ответила, только попыталась вновь достать меня кинжалом, который успела перекинуть в другую руку. Блеклая, скучная атака, вовсе не похожая на Золотую Лихорадку. Я без труда остановил этот выпад, скрутил руки кошке и завернул за спину.

— Бесполезный, трусливый и слабый клон. Ты не заслуживаешь даже упоминания о великой Клариссе.

— Я часть ее сознания, осколок души, заключенный внутри… А-а-а!

— Молчи, — я приказал крюку схватить клон за разинутую пасть и оторвать кусок. Больше не было желания слушать запрограммированный лепет, который глупцы занесли в голову своей марионетке. — В этом ваш план, Организаторы? Вы пытаетесь смутить, испугать и заставить нас чувствовать страх? Бред. Я раскусил вас — вы не имеете права давать нам такие испытания, что мы не можем выполнить, ведь так? — я схватился за руки Зеркальной Кошки и выломал их, уперевшись ногой ей в спину. Ран, нанесенных с помощью моей версии Шторма хватило, чтобы руки лже-Клариссы с веселым звоном треснули и разлетелись на мелкие части, а их обладательница упала на колени передо мной.

Почему я начинаю понимать это только сейчас? Почему раньше я никогда не задавался правильными вопросами? «Эпоха Звезд» лишь делает видимость того, что перед тобой — непобедимый враг, с которым тяжело совладать. На самом же деле мы побеждали в каждой битве. И действительно сложными боями были те, что мы вели против других игроков. В этом главное коварство инопланетян. Они заставляют сталкивать амбиции игроков и это всегда ведет к печальным последствиям. А эти подземелья — просто способ прокачаться для тех, кто еще не собирается вступать в прямую конфронтацию.

— Забавно. Я ведь действительно поверил в то, что могу вот-вот проиграть. Могу стать очередной жертвой особняка Мирэйн. Но, этого не произойдет. Мы разрушим ваши надежды и заберем сокровища. Станем сильнее и вам придется из кожи вон лезть, чтобы победить нас. Это наша игра, проклятые Организаторы. Вы горько заплатите за то, что выбрали Землю место проведения «Эпохи Звезд».

— Ты проиграешь, человек, — скрипучие слова доносились из разорванного рта Зеркальной Кошки. — Хватит нести бред и провоцировать тех, чье могущество тебе не дано осознать. Ты обычный человек, которому никогда не постичь Организаторов!

— Ага, — я невольно улыбнулся. — Именно поэтому вы так старательно пытались «прогнуть» правила, чтобы выдать мне самого опасного противника в этой комнате. Из всего многообразия игроков в столице, вы избрали ту, что имела единственный, призрачный шанс сравниться со мной. И все равно проиграли.

— Не питай иллюзий, человек, — Организаторы полностью сбросили свои маски. Никакой души Клариссы тут не было и в помине. Очередная театральная постановка, призванная сбить меня с толку. Зеркальная Кошка повернулась ко мне и лицо ее исказила гримаса искренней ненависти.

Все верно — пришельцы ненавидели нас, землян. Именно поэтому они захватили планету и бросили нам такой «вызов». Если бы они могли уничтожить нас залпом Звезды Смерти — так бы и поступили. Но, это, к счастью, оказалось невозможно. Существовали правила, нормы и законы, которые не разрешали Организаторам просто стереть нас с лица галактики. Или, быть может, им нужны были люди — наша раса, которая станет рабами или биоматериалом для исследований или еще для чего. Вариантов было великое множество, а результат один — мы обязаны были проиграть в этой игре. Иначе и быть не могло. Те же игроки, которым вздумалось перечить великим Организаторам — обречены на смерть и постоянные сражения с искусно подтасованными врагами.

— Мы не имеем права изменять комнаты в самом особняке. Тебе повезло, ты выбрал то место, где обязан был появиться Ловкач. Тупая удача, ничего более. Выбери ты соседнюю комнату — был бы уже мертв. Ты не так силен, как тебе кажется, выскочка.

— И кто же ждал меня в соседней комнате, позвольте поинтересоваться.

— Тот, кто уничтожит тебя и всех твоих друзей в будущем, — расхохоталась Зеркальная Кошка.

— Но вы, как обычно, не можете дать прямой ответ.

— Конечно же нет.

— Потому что боитесь, — поддел я Организаторов. — Вы стараетесь вселить в нас страх, но единственные, по чьим спинам бегут ручьи холодного пота — вы сами. Я прямо чувствую как вы ерзаете в своих удобных сидениях. Вы выбрали не ту расу, чтобы проводить «Эпоху Звезд». Еще не было такой ВиртРПГ, в которой человечество не нашло бы способ возвыситься. Вы дали нам непревзойденное оружие в лице Звездных Ассистентов и мы с легкостью обернем его против вас. Готовы вы или нет, понимаете или только догадываетесь — мы уже практически победили. Еще немного — и оковы, сдерживающие Землю падут.

— Не забывайся, человек. Ты жив лишь потому, что мы позволили тебе выжить.

— Не питайте надежд, безликие Организаторы. Наступит время и я заставлю вас подавиться этими словами.

— Попробуй.

— С удовольствием, — мой верный кинжал врезался ровно в лоб Зеркальной Кошке. Я подпрыгнул и ударил ногой прямо в рукоятку, заставляя лезвие проткнуть насквозь лживый клон. Треск осколков и звонкая песня разрушения и победы. Очередной ключ, заработанный нашей командой и ворох навыков, которые я потерял в этой битве.

Признаться, я ожидал, что эта битва окажется куда интереснее, но зря. Зеркальная Кошка вовсе не была Клариссой, а блеклой копией, не способной на сражение со мной. Я бросил последний взгляд на карикатурного зеркального клона, когда выходил из дверей арены. Мне на мгновение показалось, что я увидел смесь грусти и надежды, горящей в стеклянных глазах, но тут же постарался вытеснить эти мысли из головы. Наверняка Организаторы использовали какие-то дополнительные магические девайсы, которые так сильно влияли на психологическое состояние. Иначе как объяснить страх перед тем, кого ты можешь так легко победить.

— Предельная Концентрация: запрещена…

— Умолкни, — удивительно, но в бою мне даже не пришлось использовать Мгновенное Перемещение, ровно как и Спринт. Я в мгновение ока оказался у Добберквита и схватил его за склизкое плечо, больно сжимая. — Еще одно слово из твоего поганого рта и я вспорю тебе брюхо, уяснил? Выполняй свою функцию и поднимай нас на следующий этаж. Заблокированные навыки я вижу и без твоей помощи.

— Как пожелаете, — смущенно ответил лифтер, приобретая розоватый оттенок.

— Неплохо ты этой кошке навалял, — похвалил меня Федор. — А что за диалог с Организаторами?

— Иногда я чувствую страх перед врагом, хотя справляюсь с ним достаточно легко, у вас такое бывает? — троица друзей невпопад закивали. — Я думаю, это происки пришельцев. Они насылают на нас страха, заставляя «бояться» боссов и других мобов, хотя, по факту, мы всегда на голову сильнее.

— Защитный механизм игры, — задумчиво предположил Мел. Комната пришла в движение и мы уселись по местам. — Я об этом как-то не думал, но твои слова интересны.

— Разве дело не в том, что мы в реальной жизни находимся? — усомнился Гриша. — Ты же в ВиртРПГ не думаешь, что умрешь в игре и в жизни. А тут страх очевиден.

— Нет, тут я с Киром согласен. Представь, что ты в полной броне идешь сражаться против врагов, которые никогда не видели людей в военном обмундировании с автоматами и снайперскими винтовками. Да, может ты и будешь думать о безопасности, но гонора и самоуверенности у тебя будет куда больше. Да, блин, Гриш! Ты же можешь структурные повреждения данжам наносить! У тебя в кармане считай атомные бомбы, а ты говоришь про страх за собственную жизнь?

— Ну если так ставить вопрос, — задумался Маг Пустоты. — То да, соглашусь. Может это и выглядит немного надуманным, но только что это дает. Хорошо, перестанешь ты бояться просто так и что? Как это повлияет на общую игру?

— Вот тебе и ответ, — усмехнулся я. — Общую. В этом оружие Организаторов. Они пытаются манипулировать нами, заставляют бояться, чтобы мы сражались друг с другом ради призрачного шанса получить больше экспы и стать сильнее. Главная опасность тут не мобы с боссами, а другие игроки, которые поддались панике и жажде крови. Они и есть главные противники «Эпохи Звезд».

— Ты прав, но лишь отчасти, — усмехнулся Мел. — Хотя, загадывать смысла нет. Посмотрим, чем реальность будет отличаться от беты.

— Ты о Воротах на десятом глобале? — Мел кивнул в ответ на вопрос Федора.

— Что с ними? Может, пора уже нам все рассказать?

— Это невозможно, я пробовал, — усмехнулся Федор. — Все цензура «запикает». Я даже сам не знаю, что там. Только тот факт, что они влияют на то, как будет проходить «Эпоха Звезд». Все, что было до десятого глобала — лишь подготовка к тому, что будет после.

— А мы только на пятом, — вздохнул я. — Это ж сколько еще до десятого?

— Не так много, как ты думаешь, — усмехнулся Мел. — Оглянуться не успеешь, как перед воротами встанешь. Почти все следующие глобалы уложатся в быструю линейку завершения. Начнем их как семечки щелкать, главное здесь выжить.

— Интригует, — вздохнул я. Что нас ждет на двадцатом этаже Мирэйна? Лифт остановился и Добберквит продолжал молчать. Наш лифтер испугался и решил больше не шутить с судьбой.

*Достигнут финальный этаж особняка Мирэйн.

Поздравляем!

Вам открыто финальное испытание.

Пожалуйста, подготовьтесь и проходите в комнату.

Приглашаются все игроки.*

— Вот как, — мы одновременно повернулись к одной единственной доступной двери. Никаких пиктограмм, никаких подсказок. Мел первым поднялся с места. — Это их финальная попытка уничтожить нас. Они бросят все ресурсы только ради того, чтобы покончить с нами.

— Надеюсь, вы сможете правильно засечь время, — рассмеялся Федор. — Вам не нужно будет ничего делать, с этим врагом я справлюсь в одиночку. Ведь у меня осталась финальная битва, чтобы выяснить, кто из нас с Гришей одержал безоговорочную победу в соревновании, ведь так?

— Пять минут, сорок семь секунд, — Гриша очень серьезно подошел к их соревнованию. — Я дал тебе неплохую фору, думаешь получиться уложиться быстрее?

— Не переживай, я уничтожу любого врага меньше, чем за минуту.

Наша победоносная четверка стояла у больших зеркальных дверей. Финальная битва, последнее испытание на пути к заветному кушу. Куча экспы и крутые артефакты, я едва мог сдерживать Безумие Жадности. Федор собирался взять на себя финальный бой и я не сомневался в своем боевом товарище. У него была непревзойденная уверенность и, судя по всему, она строилась на конкретном фундаменте. Не просто же так он собирался пожертвовать жизнью, чтобы подарить нам надежду?

— Вы сдохните, — начал свою песню Добберквит. — Никто не способен победить Господина. Он втопчет вас в землю и превратит в пыль, — инопланетянин аж трясся от нетерпения. — Вот увидите — все, что вас ждет, это…

— Ты идешь с нами, — я схватил его за щупальце, заломал и метнулся обратно к двери.

— Неееееет!

— Контроль цвета: Синий, — Вандал мазнул-ударил чем-то незаметным по лицу Добберквита и его физиономию закрасило плотной синей коркой краски. Лифтер всеми силами пытался вырвать из моей хватки или хоть что-то прокричать, но потерял такую возможность. — Придется помолчать, пока гнусные земляне будут убивать твоего Господина, — рассмеялся Мел. — Давай, Федь, покажи им всю свою силу.

— Вы только рядом не стойте, а то мне возможно придется на максимуме сражаться. Ты же понимаешь, о чем я говорю, — Федор подмигнул мне, когда мы наконец открыли двери и шагнули вперед, — да, познавший Жадность?

Я не успел ничего ответить. Мы потеряли возможность говорить и двигаться, стоило нам только переступить границы комнаты. Как обычно — скрытая загрузка, от которой никуда не деться. Наша четверка и дергающийся Добберквит, стояли внутри особняка Мирэйн. В этот раз — в его настоящей части.

Это был холл или тронный зал, тяжело было сказать наверняка. Огромное помещение, полностью сотканное из полупрозрачного материала. Точно так же, как и та комната, где мы провели большую часть времени. Кроме того был человек. Хотя нет, никакой это не человек — персонаж, вот как стоило его назвать. Господин особняка Мирэйн, финальный босс всего этого приключения.

Издалека он напоминал обезьяну, которая вырвалась из клетки, сбежала и попала в жилой дом, где поспешила напялить на себя мешковатую мантию бордового цвета, просторные штаны-шаровары, нелепые жесткие деревянные ботинки и широкополую шляпу. У Господина Мирэйн были длинные уши, растущие строго горизонтально. Шляпа покачивалась на них, балансируя на небольшой голове. Обезьяна обладала длинным, крючковатым носом, россыпью из шести черных глаз и двумя ротовыми отверстиями, расположенными в нижней части овала лица под наклоном в сорок пять градусов. Когда Господин решил заговорить, то его словами оказались хрустящими, как ломанное стекло и неприятными для слуха.

— Выходит, выходит, вы добрались до самой вершины? Даже, даже прихватили с собой Добберквита? Интересно, интересно, — хоть ему и было «интересно», он предпочел к нам не поворачиваться. Только немного голову наклонил, чтобы мельком взглянуть. — Четверо, четверо. Слабые, слабые. Скучные, скучные. Ради, ради чего вы здесь?

Загрузка была окончена и мы вновь могли говорить и двигаться. Обезьяна-господин занимался выбором стеклянных книг посреди зеркального шкафа. Он находился в самом дальнем углу комнаты, но его фразы доносились скрипучим эхом и отчетливо звучали в ушах, не позволяя быстро отогнать недоброе наваждение. Тот самый страх, который мы обсуждали несколько минут назад.

— Он сильный, — уверенно проговорил Федор, разминая пальцы и плечи. Крутил запястьями и приседал. — Все, готов. Старайтесь не мешаться, договорились?

— Будем прятаться изо всех сил, — хохотнул Мел. — Разорви его, Боевой Монстр.

— Таков план, — кивнул Федор и его лоб усеялся бесчисленными глазами, что сделало его очень похожим на Господина Мирэйн.

— Нет, нет желания говорить? Впрочем, впрочем, это ожидаемо. Ограниченные, ограниченные особи найдут место в моей коллекции.

— Око Разрушения. Нулевая Форма. Безграничный Потенциал. Боевой Потенциал. Избранный Путь: Гнев. Отказ от ограничений. Я ненавижу тебя, Господин Мирэйн.

Кожа Федора приобрела лиловый, яркий оттенок. Он увеличился в размерах, разросся. Руки, ноги и спину переплели жгуты невероятных мышц. Боевой Монстр превратился в сгусток ярости, готовый вступить в битву в любой момент.

— Ненависть, ненависть? Ты, ты слишком слаб, чтобы я всерьез рассматривал такие заявления. Я, я…

«Стеклянные» слова Господина растаяли посреди эха лопающихся зеркал. Кроваво-красный шлейф от движения Федора застыл в воздухе — одним движением он оказался рядом с глазастой обезьяной и утопил здоровенный кулак в лице монстра. Взрыв потряс стены зала, а перед глазами вновь появилось сообщение о структурной целостности данжа. Вот только ни Федор, ни Обезьяна не собирались останавливаться. Я думал, Господин не переживет такого удара. И уж точно не выживет после целой серии. Я смотрел на то, как красные кулаки врезаются в тело создателя сложнейшего подземелья пятого глобального уровня. Как дрожит босс под непрерывным камнепадом из кулаков, способных расколоть саму ткань мироздания. Казалось, победа была уже у нас в руках.

Потому так сильно было мое удивление, когда Господин Мирэйн перехватил кулаки Федора и удержал их своими длинными, крючковатыми пальцами.

— Интересно, интересно. Ты, ты станешь достойным дополнением в моей коллекции.

— Ты сдохнешь! — заорал Федор нечеловеческим голосом.

— Это, это вряд ли. Истинная, истинная форма: Яко.

Чего, чего?

Глава 28. Разрушитель Надежд

Этот противник предполагался как мини-рейд-босс, рассчитанный на четверых ослабленных, но все еще умелых игроков. Инопланетная Обезьяна должна была стать финальным гвоздем в наших «виртуальных» гробах. Вряд ли системой предполагалась легкая победа игроков, Организаторы не ожидали, что найдутся герои, способные после двадцати этажей схлестнуться еще и с Господином Мирэйна.

Создатели «Эпохи Звезд» и не мечтали, что однажды в двери непроходимого подземелья постучится кто-то, вроде Федора.

И все же, даже этот непревзойденный монстр не смог пересилить финального босса. Я почувствовал жуткое отвращение, стоило мне только увидеть темную, склизкую духовную ауру, покрывшую все тело Обезьяны. Истинная форма: Яко — прямо противоположность моему навыку. Зенко была формой героя Света, сияющего в боях, побеждающего Тьму и защищающего своих друзей. Правосудие, защита и героизм — вот, что являлось основой этого навыка. Именно поэтому Юки предупреждала меня о моментах, когда я применял Истинную форму. Скрытый параметр кармы, который определял финальный вариант. Я мог стать таким же, как был этот Господин Мирэйн. Хорошо, что не стал.

Угольная духовная форма, клубы отвратительного дыма и кроваво-красные глаза, сверкающие опасным блеском. Пять хвостов за спиной, отбивающие нетерпеливый ритм. Высший Йокай, обладающий всеми теми же навыками, что и я, но на куда более совершенном уровне. Я хотел рассказать Федору, предупредить его об опасностях, с которыми друг может столкнуться в битве против Кицунэ, но не успел.

Только я хотел заговорить, как Федор ударил. Зарычал, как свирепый зверь, сорвавшийся с цепи, и обрушил на голову Обезьяны увесистые кулаки. Такой удар мог бы превратить самый бронированный из танков в труху, но Темный Кицунэ играючи блокировал его. А потом произошло то, чего я боялся больше всего.

— Двойник, — тихий, хихикающий звук, лишь отдаленно напоминающий речь.

Этот бой не был рассчитан на одного игрока. Мы вчетвером должны были прийти в ловушку и, в идеале, сохранить хоть какие-то навыки. Тогда и только тогда у нас был бы шанс противостоять этому монстру. Вот только мы не могли сдвинуться с места. Каждый удар, каждое движение оппонентов сотрясало само пространство вокруг нас. Нам троим под силу было только просто оставаться на месте, чего уж говорить о том, чтобы присоединиться к дуэли!

Но мы были просто обязаны что-то сделать. Не стоять же истуканами, пока нашего друга избивает Господин и его Двойник!

— Мы можем хоть как-то помочь, Гриша, Мел? — стиснув зубы спросил я.

— Мана есть, но заклинаний не так много, — Гриша даже не пытался делать вид, будто может выдержать такое напряжение. Он уже давно уселся на пол и подумывал о том, чтобы вообще прилечь. Добберквит, кстати, распластался полупрозрачной медузой и старался лишний раз не отсвечивать.

— В эту мясорубку я не сунусь, — покачал головой Мел. — Можем попробовать зацепить его отсюда чем-нибудь дальнобойным. Ты со своим контролем можешь метнуть что-нибудь в Обезьяныча?

— Конечно, жаль я этот навык в бою потерял. Могу только метнуть на веру, вот только перед взглядом все усыпано сообщениями о структурных повреждениях данжа, но этот бой, похоже, даже Организаторам не остановить.

— У меня есть идея, — Гриша причмокнул так звонко, как будто только что нашел спрятанную у зубов ириску. — Это много урона не нанесет, но вот может заставить Господина остановиться. Ты нас слышишь, Федь? Нужна тебе такая помощь.

— Да! — гром его слов, даже сквозь голосовой чат, оказался столь оглушительным, что у меня виски защемило. Это уже был не человек — настоящий Боевой Монстр, каким-то непостижимым образом сражающийся на равных с непобедимым Господином.

— Стой-ка, — я на мгновение задумался. Финальная комната, дальше только сокровищница и невообразимые призы. Нет больше надобности сдерживать потенциал.

Особняк Мирэйн основан родом Кьюро более тридцати Зеркальных Лет назад. Страстные коллекционеры, они заработали известность и сколотили свое состояние, добывая редчайшие экземпляры из самых дальних уголков мироздания. Семья обладала уникальной возможностью «вырезать» и «сохранять» в своих зеркалах осколки вселенных, миров, событий, существ, злодеев и героев. Способные Шаманы и духовные практики, семейство Кьюро тщательно оберегало свои секреты и наращивало боевой потенциал зеркальными десятилетиями. Каждый Зеркальный Год, для справки, соответствует примерно десятку тысяч лет на земле. Их могущество достигло своего пика когда, неминуемо, родной мир Кьюро подвергся вторжению и суду путем «Эпохи Звезд».

Изначально великие Шаманы, Кьюро могли сражаться на равных с сильнейшими из представителей Организаторов. По крайней мере, так они считали до того, как встретились с самыми слабыми из Ордена [Удалено]. Род был уничтожен, а его представители казнены. В живых было решено оставить лишь одного из них — самого молодого Лорда Берримо Кьюро, которому досталась великая честь создания подземелья. Его родной дом был переделан под стать «Эпохе Звезд» и коллекция семьи Кьюро была сохранена и увековечена, переродившись в «карманной мультивселенной». Берримо Кьюро, он же Господин Мирэйн — единственный живой представитель рода величайших Шаманов уничтоженного мира. Он же — единственный выживший в своей версии «Эпохи Звезд». Его потенциал считается достаточным, чтобы представлять угрозу Организаторам и целостности «Эпохи Звезд».

— Класс, — похвалил Мел, когда я завершил синхронный пересказ информации, появившейся у меня в памяти сразу после активации Знатока. — Супер-пупер навороченная Обезьяна, заточенная в собственном доме, куда родня наворовала отголоски чужих миров? Как это поможет нам его победить?

— Победить? — я хитро ухмыльнулся. — Нет. Привлечь внимание? Да. Ты думаешь о том же, о чем и я, Гриш?

— О, — задумался Маг Пустоты. — Ого! Да, та же техника, что и в замке Дракулы?

— Именно она. И ты, Мел, должен тоже все понять.

— Сожжем последний потенциал ради этой победы?

— Финальная комната, можно разойтись не на шутку.

— Тогда попробуем, — кивнул Мел и они с Гришей приступили к приготовлениям. А мне оставалось только следить за битвой и ждать подходящего момента.

Битва. Это слово плохо подходило к действию, свидетелем которого я стал. Представьте себе, что крошечный, но немыслимо могущественный человек сражается со здоровенным пришельцем, который превосходит его во всем: в силе, скорости, магическом потенциале, регенерации, реакции, мастерстве, опыте и так далее. И этих пришельцев еще и двое. Они вальсируют, хаотично движутся, выбирая острые, непредсказуемые углы, вылетают из теней, бьют и исчезают вновь. Каждый их удар — это уникальный шедевр, невероятный пример высокого боевого потенциала. Господин Мирэйн прогибается в прыжке, вытягивает спину, переворачивается, закручивает ногу и его жесткая пятка врубается в висок Федора: вздутая багровая вена на голове парня тут же взрывается, разлетаясь алыми брызгами, кости трещат и ломаются, Федор оступается и практически заваливается на бок.

Красный Монстр останавливается, сжимает кулаки, кричит, но крик его больше похож на рев чудовища из преданий древности, останавливается в ненормальной позе, практически завалившись набок и тут же отвечает очередным ударом. В отличии от симфонии атак последнего из рода Кьюро — удар Федора прост и даже скучен. Никакой высокой формы, никакого мастерства. Просто кулак, размером с добротную кувалду, летит в сторону удивленного инопланетянина, преодолевая сверхзвуковой предел. Звуковая волна рвется, зрители глохнут от взрыва, кулак набирает еще больше скорости, практически шипит и разгорается от нечеловеческих нагрузок. Костяшки дотрагиваются до живота Берримо Кьюро, заставляя инопланетянина замереть в воздухе. Взрывная волна боли сотрясает спину последнего из своего рода, позвонки скрипят и распадаются внутри, превращаясь в ломанные игральные косточки. Спина раздувается до размеров воздушного шарика и лопается, раскидывая по площади кусочки костей — будто попкорн, который забыли вынуть из микроволновки, прорвал тонкую бумагу упаковки и разлетелся по комнате. Федор не успевает даже отпраздновать победу — очередная вероломная атака Берримо Кьюро приходится по коленям Боевого Монстра.

Тот, кого Федор уничтожил прошлым ударом — Двойник, а не настоящий противник. Обидно, но с этим ничего не поделаешь. Красный Монстр разворачивается, превозмогая боль в ногах и наносит размашистый, неточный удар. Берримо ловко уворачивается и на секунду замирает. Их вновь двое, Господин и его Двойник и невозможно понять, кто из них настоящий враг. Федора, впрочем, это не способно остановить: он лупит по земле и вновь прыгает вперед, рвется в бой, старается достать и разорвать Господина Мирэйна не думая ни о чем, кроме самого сражения.

Эта дуэль напомнила клипы испанских тореадоров, их выверенные, ловкие движения, с помощью которых они легко вальсируют вокруг сгустков ярости и мышц. Разъяренным быкам нужно всего одно легкое касание — и слабые люди в ярких костюмах разлетятся на части. Они смогут порвать их тела рогами, растоптать кости копытами и выкинуть лишенную дыхания оболочку к трибунам. Туда, где ликующие зрители хлопают всякий раз, когда бык промахивается и очередное копье вонзается в его измученное тело.