Старс Unique

— Офигеть, — потомственная пиратка на мгновение потеряла дар речи, рассматривая фигуры в подзорную трубу. — Ты полон сюрпризов, Кир.

— Потом похвалишь. Гляди сюда, — я подозвал напарницу. — Двенадцать святош, каждый имеет два варианта изображения, как актеры в древнегреческом театре. Когда у каждого персонажа есть две гримасы: трагедии и комедии.

*Не отвлекайся! （♯▼皿▼）*

— Не отвлекайся, Кир! — они точно спелись.

— Тогда обойдемся без подробностей. Каждому из них я дал кодовые имена и описания полярных изображений. Надеюсь, что не ошибся. Получается двадцать четыре варианта.

играющий с птицами — складывающий на землей палочки

прялка — оплакивающая порезы на пальцах

музыкант с контрабасом — смотритель могил

создатель кукол — плетущий паутину

казначей с монетами — лежащий с монетами на глазах

архитектор с пенсне — копатель ям с пенсне

мать с детьми на руках — одинокая возле крохотных могил

воин с копьем — пронзенный копьем, упавший на колени

шут-жонглер — плачущий на упавшими кеглями

рыбак с удочкой — подающий рыбу

сажающая цветы — с улыбкой держащая охапку мертвых цветов

улыбающийся лучник — лежащий на животе, пронзенный стрелами

— Даже холодок пробежал, — вздохнула Кендра, когда я описал ей всех святых.

— Они же не люди, у них совершенно другие ценности, страхи и так далее. Думаю, мы не сможем полностью осознать их символизм. Нужно просто сделать выбор, основываясь на наших ощущениях. Тебе кто больше приглянулся как тот, кто никак не связан с загробным миром.

— Вот этот, — Кендра не думая указала на кукловода. — Я видела его статую в подзорную трубу. Мерзкий старикашка, выглядит как злодей из детской сказки. О загробной жизни никаких намеков. И еще вот этот, пожалуй, — она постучал по рыбаку. — Ловит рыбу, продают рыбу. Добытчик и торгаш, какая тут связь со смертью?

— Роденти не едят морепродукты, — Знаток решил, что почему-то именно сейчас самое время поделиться со мной такой информацией. — Но твоя логика мне нравится.

— А ты к кому склоняешься?

— Играющий с птицами приглянулся и создатель кукол.

— Птицы и палочки на земле, это же прямая отсылка к загробной жизни, разве нет?

— Подожди, — хлопнул я себя по лбу, сам не понимая, как мог забыть столь важный факт. — Роденти же не хоронят своих мертвых. Они сжигают тела и предают прах в равных частях воде, ветру и земле.

— Тогда рыбак может означать, что он метафора «корма рыбам»? — Кендра действительно схватывала на лету. — Но птицы — символ неба, ветра. Кукольник все еще подходит. Но кто второй?

Взрыв.

Синдикат не собирался давать нам достаточно времени на размышления. Стена пещеры вздрогнула и мощный заряд разнес в клочья поверхность, пропуская внутрь полчища уродливых клонов Синдиката. Они не собирались искать элегантных решений и чтить традиции роденти. Все, чего они желали, это выгода и обогащение, сокровища и артефакты.

В принципе, я хотел все того же, но делал это с уважением! Гордый расхититель гробниц, а не какой-то там босяк из Синдиката.

— Фиговы дела, — Кендра вскинула автомат, целясь в толпу солдат, выползающих бесконечной темной массой из разлома. — Пока они нас не заметили, но это вопрос времени. Выбирай скорее, Кир!

— Стараюсь.

Мой мозг пронзало болью, я старался анализировать, визуализировать, предполагать и искать ответ одновременно. Каждый элемент, каждая дуэт святош роденти. Только за одной парой скрыт верный ход и я обязан его отыскать, я Золотой Кир, а значит не ошибусь. Нужно верить в свои возможности, удачу и знания. С другой стороны у меня всегда есть лишняя «кошачья жизнь». Ну погибну я и что же? Главное — угадать во второй раз.

— Кир, — позвала Кендра. — Время истекло, — и она вжала спусковой крючок отправляя россыпь цельнометаллических искр в сторону солдат Синдиката.

Моя напарница была отличным стрелком. Нескольким бойцам пробило шлемы и они с криками срывались в темную бездну под нами. Но этого было мало, Кендра отщелкнула рожок и воткнула сменный, не переставая стрелять и даря мне последние секунды на принятие решения. Чутье молчало, нутро не давало подсказок, бесполезные героические наставники уже давно не посещали мои мысли, а назойливый кинжал Жадности так и вовсе перестал требовать артефакты, как только мы оказались внутри этой «игры». Может по правилам шкалы реальности они не могли активироваться? Или были еще какие-то ограничения? Жаль нет времени об этом поразмыслить, нужно делать выбор.

Я решил, что ключ к разгадке это Кукольник. Он встречался не так уж и часто и несколько раз оказывался в одинаковых парах, а ведь не могло быть сразу несколько правильных ответов? Поэтому я напрягся и попытался отсечь все повторные арки и оставить только уникальные. Всего три варианта соседей кукольника: прялка, шут и воин с копьем. Оба отчасти относятся к смерти, но только один напрямую.

Прялку я почему-то сразу забраковал — слишком много легенд о богине смерти, специализирующейся на этом инструменте домашнего хозяйства. Оставались шут и копейщик. Но, если шут выглядел супер-загадочно и неуместно, но воин, пронзенный копьем являлся прямой отсылкой к загробной жизни. Или же…

— Сюда, — я схватил Кендру и потянул за собой. Бежать было далеко, а время терять никак нельзя.

Солдаты Синдиката заметили нас и теперь стреляли в ответ, но мы оказались чуть выше, да и вокруг было достаточно темно, плюс неподходящий угол для стрельбы. Пули щелкали за спиной и над головой, но шанс, что нас ранят был минимальным.

— Выбрал? — крикнула Кендра, стараясь перекричать звон попаданий.

— Да, кукольник и копейщик.

— Но парень с копьем же на второй статуэтке мертвый и погибший?

— Я тоже так подумал сначала, — заявил я. — Но что, если это ошибка. Ты увидишь, когда мы окажемся у входа, — мои глаза горели азартом и радостью Искателя. Кендра не смогла устоять.

Быстрый бег, тяжелое дыхание и опасность за спиной — мы бежали так быстро, как только могли! Спрыгнули на необходимый «луч» и устремились к несравненному храму роденти. Я до самого конца верил в правильность своего выбора.

— Я поняла о чем ты! — закричала Кендра, когда мы оказались почти у входа. Статуя копейщика была не мертва — копье пронзило ему плечо, а грозный воин поднимался с колен, выхватывая незаметный кинжал. Символ несгибаемой воли роденти, а не достойной смерти солдата. — Прыгаем!

Один синхронный рывок и мы перемахнули через порог арки, одновременно приземляясь внутри храма роденти. Удалось! За нашими спинами тут же послышался лязг железных прутьев, вырвавшихся из-под земли и запечатавших вход в арку.

*Квест Гробница Великой Плутовки

Задача: Воспользуйтесь подсказкой, чтобы проникнуть внутрь храма роденти

Статус: Провалена, в действие вступает дополнительная задача

Дополнительная задача: Переживете сражение со стражами храма*

Или не удалось? Я ошибся? Но какой тогда был правильный ответ?

— Кир, у нас получилось, мы внутри! — Кендра радостно подпрыгнула и обняла меня. Ее длинная коса игриво подпрыгнула в воздухе, на секунду закрывая обзор, а когда она упала вниз, я почувствовал, как время замирает, а перед нами появляется реальная угроза.

Они медленно выходили из узких улочек, сверкая во тьме широкого коридора зеленым блеском механических глаз. Чем-то похожие на своих создателей, роботы-роденти выглядели вырванными из совсем другой эпохи. Механические стражи этого места, лишенные эмоций и знающие только свою задачу — уничтожить любого, пришедшего в храм неверным путем. Сколько их было? Сотня? Больше? Я сбился со счета, а мой взгляд потонул в море тусклого зеленого свечения механических убийц.

Один из мышиных робо-воинов метнул в нас копье и я едва успел оттолкнуть Кендру в сторону. Бросок такой силы, что тронутый ржавчиной снаряд врезался в плотную каменную кладку и намертво застрял в ней.

— Похоже, я ошибся, — дрогнувшим голосом заявил я.

— Ты думаешь? — огрызнулась Кендра. — Приготовься, будем с боем прорываться.

Она вскинула автомат и дала очередь по роботам. Мышиная железная армия замерла на секунду, когда пули ударили по обшивке, кое-где пробивая насквозь или рекошетя от более плотных пластин. Мы не победим. Это не то сражение, которое можно выиграть, играя по правилам «реализма».

— Отойди, Кендра, — потустороннем голосом попросил я, шагая навстречу смертельной опасности.

— Стой, ты что задумал. Кир? Не смей! — крикнула девушка, тут же понимая мою задумку. Она увидела горлышко зелья, сжатое в моем кулаке, схватила меня за плечо и попыталась развернуть к себе, но я не дался.

— Это я ошибся, Кендра! Я не позволю тебе умереть из-за меня! Это моя ошибка и моя битва! Отойди! — рявкнул я сорвавшимся голосом, даже всплакнуть смог. Да мне за такой отыгрыш должны приз киноакадемии врубить.

Кендра отпустила, отшатнулась от меня, не находя ответа. Я встал перед полчищем железных роботов, готовых разорвать меня в следующую секунду просто потому, что таков был приказ.

— Сейчас, твари, — я разразился хриплым криком. Вырвал пробку и опрокинул малое зелье исцеления в рот.

А вы что думали? Я стану рисковать и пить непроверенный эликсир? Ха! Зачем? Моих родных характеристик за глаза хватит, чтобы уничтожить все это подземелье секунд за двадцать. И все же, я сделал вид, что меня затрясло. Бросило в лихорадку, почти вырубило. Я с силой выронил пузырек и он разбился об пол. Старина Кир свалился на бок и затрясся в приступе актерской игры высшего калибра, а испуганная Кендра кинулась ко мне, не зная, как и помочь.

Один из роботов роденти прыгнул вверх, перехватил копье двумя руками и собирался пронзить глупого врага, валяющегося на земле. Следующее мгновение и он пронзит меня, а после расправится с Кендрой. Холодное пламя безразличных глаз, зубастая пасть, раскрытая в беззвучном крике, имитирующем боевой клич его создателей.

В этом момент обязан был произойти стоп-кадр, камера обязательно облетело бы поле брани, зафиксировала бы нас в горизонтальном положении: лежащия на земле Кир, положившая его голову себе на колени Кендра и воин роденти в воздухе. Секунда на то, чтобы оценить ситуацию.

Следующая секунда.

Одни движением я поднялся с пола, выхватил трофейный нож Синдиката и ударил по механической крысе, превращая ее в мириад ржавых обломков. Успел шагнуть вперед, будто ступая сковзь железную пыль уничтоженного робота. Если бы механические истуканы умели чувствовать — сейчас бы они до смерти испугались.

Но они не умели. Поэтому раскрыли рты и бросились на врага, получившего в их глазах наивысший приоритет. Я перехватил нож лезвием назад и чуть пригнулся, готовясь сорваться с места.

— Истинный Танец Теней: Смертельная Ночь.

Я сорвался с места, двигаясь со скоростью в полтора Маха и уничтожая каждую железную крысу одним прикосновением кинжала. Я улыбался и чувствовал необычайную легкость и радость. А все потому, что «шкала реализма» даже не шелохнулась в сторону желтой зоны, оставляя удивленную Кендру наблюдать с разинутым ртом, как ботан превратился в машину уничтожения.

*Чертовски умно (o_ _)ﾉ彡☆*

Спасибо, звездочка моя. Золотой Кир вернулся.

Глава 9. Игра в прятки

Полная свобода движения, желаний, стремлений. Я мог быть где угодно и делать, что захочу. Даже этот «серый» убогий нож из вселенной обычных вещей и слабых людей не мог скрыть моего потенциала. Просто инструмент, не более того. Которым я мастерски вскрывал одно механическое тело за другим.

Лязг ржавого железа, скрежет разрубленных винтов и перебитых металлических труб. Тихая возня недобитых механоидов и тускнеющие зеленые взгляды.

Клянусь, ты чувствовала то же самое, Великая Плутовка! Ты издевалась над обитателями этого места, каждым движением указывая на пропасть в ваших возможностях. Они метали в меня копья, старались держать строй и действовать согласно заложенной программе. Какая немыслимая глупость! Разве может столь ничтожное создание состязаться с существом, превзошедшим человеческий предел?

Их строй выглядел последней надеждой. Около двадцати механических роденти, чьи глаза сменили цвет на красный, сбились плечо к плечу и ощетинились длинными копьями. Они держали оборону посреди обломков своих поверженных братьев, подсознательно понимая, что их ждет.

— Если это ловушка, — прошептал я, стоя перед одним из роботов. — То вы явно не готовились к тому, что в нее попаду именно я.

Скрываться? Бежать? Вновь ускользать в Тень и без сопротивления уничтожать роботов? Это было уже слишком скучно. Не хотелось больше тратить силы и время на тех, кто этого не заслуживал. Я убрал армейский нож и подошел к кучке выживших роботов, вытянув руки в стороны.

— Кир, что ты делаешь! — крикнула из-за спины Кендры. — Действие сыворотки закончилось? Тебе нужна помощь?

Тревога, надежда, страх, уверенность, просьба — как можно было включить так много эмоций в пару простых предложений? Те, кто прорабатывал персонаж Кендры Кенвей — постарались на славу! Но ей не стоило беспокоиться, то, что она увидит дальше — станет отличной завершающей сценой. Пусть мы и перестали быть приключенческим экшеном и превратились в супергеройский боевик.

— Не беспокойся, Кендра, — крикнул я, подходя ближе к механическим защитникам. — Уже почти конец.

Вместе воя — лязг и скрежет разинутых ртов. Роботы увидели безоружного врага и «переключили» режим. Они не пугались безоружных целей, глупо считая, что смогут с ними совладать. Победный рев им подошел бы очень кстати, но еще лучше сработал бы полный разочарования и ужаса крик. Десять копий попытались пронзить меня одновременно. Они остановились на месте, не в силах перебороть магнетизм Контроля Артефактов. Я заставил каждое острие двинуться в одну точку, сложиться хаотичным узором и вытянул ладонь, почти касаясь смертельно острой поверхности древнего оружия.

— Добро пожаловать в легендарный храм роденти, Кендра Кенвей, — волна контроля заставила острые перья копий сорваться с железного древка и врезаться в тела удивленных механических защитников. Шквал обезумевшего металла резал, рвал и разрывал на части ничего не понимающих роботов.

Не будь они грудой бесполезного металла — я мог бы даже погрустить из-за их незавидной судьбы. Встретить столь непобедимого противника и не иметь никакой возможности ему противостоять. Все закончилось куда быстрее, чем я себе представлял. Чуть меньше минуты на Танец Теней, чтобы уничтожить большую часть механических монстров и Усиленный Контроль, чтобы превратить в пыль оставшийся отряд. Безоговорочная победа Золотого Кира.

— Ничего себе, ты в порядке? — Кендра испуганно заговорила, после того, как последнее стальное «перо» упало на землю, закончив свой разрушительный танец. — Эта сыворотка так сильна?

— Да я сам в шоке, — пошутил я.

— Ты же все еще ты, да?

— Никаких изменений, — я повернулся и использовал мгновенное перемещение, чтобы оказаться рядом с Кендрой в мгновении ока. — Кроме этого.

— Ой! — девушка испугалась, аж подпрыгнула на месте. — И как тебе? Не тяжело справляться с такими возможностями?

— Не-а, даже весело. Чувствую себя свободным, понимаешь? Могу делать все, что захочу.

— Ты, пожалуйста, слишком сильно с ума не сходи только. Постараешься?

Я едва удержался от того, чтобы не ляпнуть, мол да я так себя буду в разы адекватнее вести, теперь, когда мне не надо силу прятать, но сдержался. Радость от «распечатанных» возможностей била ключом и нужно было следить за тем, что говоришь, пока стрелочка «реализма» не дернулась вправо и не пробила красную область.

— Рассказывай, пожалуйста, как себя чувствуешь. Вдруг эффект от сыворотки только временный и ты почувствуешь слабость или еще что, когда время истечет. Я слышала о всяких военных эликсирах, если это один из них, да еще и такой сильный, то эффект «отмены» должен тебя просто с ног свалить. Повезет еще, если ты в кому не впадешь.

— Пока что я отменно себя чувствую, — признался я.

Кендра была права, отчасти. Если бы я выпил настоящий состав, то получил бы весьма неприятные штрафы. К счастью, я смог обмануть кендру и систему игры, разыграв неплохую сценку. Перебарщивать с возможностями не стоило, но в остальном — я мог творить все, что вздумается.

— Надеюсь, тебе просто повезло. Или у тебя какой-то иммунитет, который позволяет сыворотку принимать без последствий?

— То есть, теперь я мутант? — рассмеялся я.

— Откуда мне знать? Я тебя толком и не знаю. Приняла в команду, привела в древний храм. Что дальше будет — я не знаю. Одно понятно, на тебя хотя бы можно положиться. Идем?

— Веди, Кендра Кенвей. Это — твое открытие, — я шутливо поклонился и отошел в сторону, вытягивая руку в приглашающем жесте.

*Да уж, Хитрость Лисы у тебя явно на месте.*