Неокончательный диагноз

– В такую рань все насильники уже спят, мальчики, после тяжелой трудовой ночи! – ответила, улыбаясь, Юленька.

– М-м-м, понимаешь, не всем повезло этой ночью! – сказал красавчик, подав незримый знак своим друзьям, которые тут же стали обступать Юленьку с двух сторон – Извини, малышка, но тебе сегодня не повезло, este es el destino de!

Юленька даже не успела вскрикнуть, как оказалась лежащей на теплом песке, ее стройные ноги были задраны вверх, а трусики и легкий сарафанчик валялись возле нее безмолвными свидетелями.

Первым ею овладел красавчик. Он был резок и груб, мял ее грудь и ягодицы, покусывал ее губы.

Вторым был обладатель татуировки, его ладони сжимали ее лицо, пальцы втискивались в ее ротик, касаясь внутренней стороны щеки, входил он мощно, но не долго…

Третий – небритый – при всей своей брутальности, был нежным и ласковым, его язык настойчиво пробирался к её, возбуждая в ней неподдельную страсть.

– Извини, малышка, что так получилось, надеюсь, ты переживешь это! – сказал красавчик, он, видимо, был заводилой в этой компании – Мы тебя не били, не калечили, в тебя не кончали, не держи зла!

– Буду держать! – зло ответила Юленька, сидя на песке с подтянутыми к груди коленями.

– Ну, хочешь, мы заплатим, компенсируем твои убытки?! Ты нас тоже пойми, дикий пляж, красивая девушка, океан, солнце, молодость, романтика, черт возьми! – сказал небритый.

– М-м-м, компенсировать?! – Юленька подняла глаза на небритого – Ну, что же, можно и компенсировать! Теперь моя очередь!

– Какая очередь? – в унисон, с непониманием сказали парни.

– Получать удовольствие! Я хочу, чтобы вы брали меня одновременно, а не по очереди, кто-то обещал групповое изнасилование, а?! – на губах Юленьки заиграла соблазнительная полуулыбка.

Красавчик лег на спину, Юленька оседлала его сверху, впившись в его губы, в это время небритый аккуратно вошел в нее сзади, его ладони легли на ее обнаженные ступни, чувствуя их мягкость и тепло.

Мужская ладонь потянула ее за волосы и достаточно грубо прервала поцелуй с красавчиком, это был татуированный. Он задрал голову Юленьки, требуя своей доли наслаждения.

Юленька лежала обнаженной на спине под лучами восходящего солнца, подставив легкому бризу свое прекрасное тело, разгоряченное жарким сексом.

– М-да, утро было добрым, какой же горячей будет ночь с этими мачо?!?!

***

– Что, прямо вот трое одновременно? Вы думаете, что будете испытывать от этого удовольствие?

– Не знаю! Я же просто это представляю! – потупив взгляд, ответила Юленька – Для меня важен не только сам процесс, но и окружающий антураж, романтичность обстановки!

– М-да, задали вы задачку! Знаете, за все время моей работы, вы самый уникальный пациент! Всякий раз вы открываетесь с другой стороны, ломая определенную мной структуру вашего состояния и алгоритм лечения! – Виталий потер виски – Значит так, я вам в прошлый раз обещал дать основные выводы и рекомендации, но, боюсь, в свете вашего последнего рассказа они несколько изменятся!

– А предварительные вы можете дать?

–Да, конечно! Первоначально я думал, что у вас особая форма эксгибиционизма. Вы выставляете напоказ свои сексуальные фантазии и получаете от этого удовлетворение. Затем я думал, что у вас аутомоносексуализм!

– Это что такое?

– Половое влечение к собственному телу, при отождествлении его с телом другого человека. Представляя девушек, которых насилуют, надругаются над ними, вы получаете сексуальное удовлетворение, а весь негатив оставляете тому, с кем себя отождествляете.

– А сейчас вы так уже не думаете?

– Нет, сегодняшняя история, несколько выбивается из системы! Давайте так, я еще раз все проанализирую, а пока рекомендую вам отдохнуть, расслабиться и несколько абстрагироваться от сексуальных фантазий и самоудовлетворения.

Релаксация

Она второй час шла по лесной тропе от хутора бабы Аглаи. Если бы не навигатор, указывающий, что движется она в верном направлении, Юленька уже давно бы запаниковала и набирала телефон службы спасения.

День, да что там день, – раннее утро и день выдались тяжелыми: на своей малолитражке она выехала к хутору бабы Аглаи еще в пять часов утра. Шесть часов пути до городского поселения Опочка, оттуда еще почти час до хутора. Вроде и транспорта утром немного, а все-таки дорога вымотала и физически и морально. А цель визита Юленьки в эти места как раз и была связана с моральным истощением, постоянной депрессией, недовольством собой и окружающими.

Как-то на днях коллега по работе, Ленка, заметив, что Юленька находится на грани срыва, и антидепрессанты уже не помогают, рассказала ей, что подобная история несколько лет назад произошла с ее старшей сестрой Светой. Та на все плюнула, взяла отпуск на неделю и уехала к бабушке Аглае – отдохнуть, побыть наедине с природой, оттаять душой и телом от сковывающих объятий сырого, черствого города, который высасывает все тепло, оставляя в душе лишь пустоту.

Бабушка приехавшей внучке очень обрадовалась, а когда узнала о ее проблеме, поступила достаточно мудро, не сказав, как обычно все старики в такой ситуации: «С жиру беситесь, рожать вам надо!», а направила ее прямиком к Старцу. Светка Старца посетила и после этого её как будто подменили, никакой нервозности, дерготни и лишних телодвижений. Само олицетворение спокойствия.

Юленька, может быть, послушала бы эту историю, покивала бы головой, да и забыла, если бы не одно "но"… Она была знакома со Светой, и эта женщина восхищала ее своей самодостаточностью, индивидуальностью, изящной иронией и особым взглядом на простые, казалось бы, вещи. Сразу после разговора с Ленкой Юленька связалась со Светланой и решила разузнать поподробнее про этого Старца. К сожалению, Света ничего толком не поведала, лишь сказала:

– Он врачует душу через тело, а тело через душу! Встреча с ним может кардинально изменить твою жизнь, и не мне решать, нужно тебе это или нет?! Лично я получила то, что хотела и ни сколько об этом не жалею!!! – и повесила трубку телефона.

Ну, что сказать, – заинтриговала, и этот флёр загадочности склонил авантюрную натуру Юленьки к тому, чтобы потратить свои выходные дни на посещение таинственного Старца.

Баба Аглая Юленьку знала, так как та не единожды приезжала к ней на хутор в компании с Ленкой, а потому, сытно накормив завтраком, одобрила ее решение посетить Старца и подробно объяснила дорогу (маршрут Юленька тут же нанесла на карту навигатора) и отправила ее в дорогу с напутствием:

– Ты, когда по тропе пойдешь, будь внимательна, там в трех местах развилки будут, так ты держись все время правой стороны и не бойся ничего, в августе лесное зверье сыто, на человека нападать зазря не будет! Идти туда верст девять, так что за пару часов дойдешь…

Все-таки сидячий образ жизни дает о себе знать (периодические тренировки в фитнес-клубе не в счет), и уже через двадцать минут ноги стали тяжелыми, хотя идти было достаточно удобно по… сложно было назвать тропой проложенную через лес утоптанную дорожку шириной не менее метра, но и полноценной дорогой ее тоже не назовешь: машина точно не проедет. Вообще, очень даже интересно, откуда она здесь взялась, не зверье же ее протоптало, идя на водопой через густой лес?!

Через небольшой промежуток времени Юленька втянулась в ритм ходьбы, погрузилась в себя, в свои мысли. День выдался достаточно жарким для второй половины августа, она сняла курточку и обвязала ее вокруг талии, легкий лесной ветерок шумел в листве, и периодически ласкал кожу Юленьки легкими прикосновениями прохладных пальцев, соревнуясь с жаркими поцелуями солнечных лучей, которые пробивались к разгоряченному ходьбой телу сквозь кроны деревьев. Тропа сделала очередной поворот и оборвалась на краю большого… пустыря, луга?!?! Юленька не знала, как описать открывшееся ее глазам сюрреалистичное зрелище. Среди густого смешанного леса, местами покрывшегося предосенним багрянцем, расположился ровный обжитой участок размером больше футбольного поля. На участке с одной стороны стояли бревенчатый дом и несколько хозяйственных построек, с другой стороны был разбит фруктовый сад, а демаркационной линией между ними служил пересекающий территорию ручей с огромным прудом. От леса участок отделял простой забор из жердей, который обычно устраивают в местах для выгула скота.

В дальнем углу сада виднелось несколько пчелиных ульев, а за домом – два крупных парника и огород. Завершающим штрихом этой пасторальной картинки служил одинокий косарь, в руках которого был не новомодный бензиновый триммер, а обычная коса-литовка, которой он скашивал траву вдоль ограды, планомерно двигаясь вдоль нее.

Юленька подошла вплотную к ограде, и неизвестный косарь оказался в каких-то трех метрах от нее. Он стоял к ней спиной и не замечал ее присутствия, полностью отдавшись работе. К стрекоту кузнечиков, пению лесных птах и шуму ветра добавлялся ровный гул косы, срезающей траву. Торс мужчины был обнажен, и Юленька непроизвольно залюбовалась игрой мышц под загорелой кожей, взгляд ее остановился на шраме в виде звездочки под правой лопаткой…

– Перестаньте меня рассматривать – неожиданно послышался приятный мужской баритон, от неожиданности Юленька даже вздрогнула. Голос принадлежал косарю, который сейчас обернулся и смотрел на нее пронзительным взглядом серых глаз – Если я стою к вам спиной, вовсе не означает, что я вас не чувствую…

Незнакомец нагнулся, подобрал с земли охапку сена и протер ею лезвие косы, а затем подошел к Юленьке.

– Вы заблудились?!

– Не знаю! – честно ответила Юленька, глядя в глаза собеседнику, который оказался на голову выше нее.

Порой бывает такое: идешь себе по улице, никого не трогаешь, тебя никто не трогает, и идешь ты по этой улице уже не в первый и даже не в сто первый раз и вдруг – бац, какой-то аромат, запах – как якорь из прошлого, выдергивает тебя, разогнавшегося, из сиюминутной толкотни жизни, до головокружения возвращая детские эмоции и переживания из времени, когда деревья были большими, будущее радужным, а небо синим-синим… Так и сейчас, на Юленьку накатило это необычное чувство! От незнакомца пахло свежескошенной травой, теплым хлебом и… мужчиной! Мужчиной не в том смысле, который в него вкладывают сейчас: дорогой парфюм, крем для рук, лосьон для ног и прочее, и уж тем более не вонью доминирующего самца! Это был запах трудового пота чистого, здорового мужского тела. Юленька до шестнадцати лет каждые летние каникулы проводила в деревне у бабушки с дедушкой, у которых было приличное подсобное хозяйство – корова, овцы, куры… И дедушка с отцом половину лета занимались заготовкой сена на зиму. Это были Настоящие мужики, и когда они возвращались с покоса домой на обед, от них пахло так же… ну, может, еще запаха махорки для полной аутентичности не хватает…

– Вас как зовут? – вопрос незнакомца вернул Юленьку в реальность.

– Ой, простите, меня зовут Юленька, и я ищу Старца! Не подскажете, как его найти?!

– Юля…

– Не-не-не – перебила незнакомца Юленька – Не Юля и не Юлия, я Юленька, у меня даже в паспорте так написано. Все очень прозаично, я родилась во времена горбачевской перестройки, и тогда детей называли уже как хотели, а мой папа, когда пришел получать свидетельство о рождении на новорожденную долгожданную дочурку, на вопрос: «Как дочку назовете?», так и ответил: «Юленька!», а сотрудница, которая заносила данные в свидетельство, так и записала… Папа не проверил, а когда мама заметила, было уже поздно… они посидели, подумали и решили оставить, как есть!

– Хорошо, Юленька! – на его суровом мужественном лице появилась улыбка, – рассказанная история явно его позабавила – Вас же баба Аглая сюда направила?!

– Да, а как вы догадались?

– Ну, только она называет меня Старцем, остальные местные жители зовут меня Знахарем!

– Ого, а я думала, вы будете постарше! – Юленька еще раз оценивающе оглядела незнакомца. Не более сорока пяти лет, и то: выдают лишь морщины на лице и седина, а атлетично развитому, подтянутому телу позавидовали бы многие двадцатилетние спортсмены.

– Наши ожидания не всегда совпадают с реальностью! – незнакомец вновь улыбнулся – А если быть объективными, то они, как правило, вообще не совпадают с реальностью!

– Это да! – Юленька отвела взгляд от лица собеседника, посмотрела на его мускулистую грудь, кубики пресса, лишь потом осознала, что это не совсем деликатно, – разглядывать незнакомого мужчину и, покраснев, продолжила – Просто, если бы вы были седовласым стариком, мне было бы проще рассказать о своих проблемах и… и вообще! Кстати, а имя-то у вас есть?

– Имя у меня есть, но оно очень сложное, мой отец тоже был не прост, поэтому называйте меня Знахарь! И предлагаю перейти на «ты», согласна?! Вот и договорились! – Знахарь снова улыбнулся, и Юленька отметила, что белозубая улыбка очень красиво смотрится на загорелом мужественном лице – А свои проблемы мне можешь не озвучивать, я и так их вижу. Да, и к тому же, максимум, что ты сможешь сформулировать, это то, что у тебя депрессия! Пойдем в дом…

Юленька пролезла между жердями ограды и неспешно пошла к дому рядом со Знахарем.

– А это что за домик? – ткнула Юленька пальчиком в двухэтажное строение, стоящее на берегу рукотворного пруда.

– Это баня, сейчас немного передохнешь, перекусишь, и мы сюда вернемся!

***

… Юленька сидела за столом в садовой беседке, пила терпкий чай с легкими нотками смородины, малины и мяты, вечерний ветерок периодически разбавлял аромат чая то запахом скошенного разнотравья с луга, то благоуханием спелых яблок из сада… От чашки поднимался невесомый парок, она поставила ее на стол и посмотрела на мужчину, сидящего перед ней и, с наслаждением вдохнув всей грудью, нарушила молчание:

– Как же хорошо! Давно я не чувствовала такого спокойствия и умиротворения!

– Все дело в эрзацжизни и псевдоценностях! – Знахарь намазал хлеб медом и протянул его Юленьке – Люди перестали получать удовольствие от обычных вещей!

– Мысль не нова! Знаешь, я вообще не любительница такой дешевой философии! – сказала Юленька, откусывая от мягкого ноздреватого куска хлеба с включениями каких-то семян и орешков – И, обычно, такие разговоры сразу прекращаю, но сейчас готова слушать даже это!

– Относительно ощущения жизни человеком в современном социуме я все сказал, добавить мне нечего!

– Ты обиделся что ли?! Не надо, я не хочу, чтобы между нами пробежала черная кошка!!!

Юленька действительно испытывала к Знахарю ранее неизвестные ей чувства и совершенно не хотела причинять ему боль ни случайно, ни тем более намеренно.

Днем, после легкого обеда и отдыха он повел ее в баню. Издалека здание казалось небольшим, но, по факту, баня оказалась даже больше дома, где жил Знахарь. Больше всего Юленьку поразило наличие в бане большой деревянной емкости – офуро, как в японских банях.

Знахарь заставил Юленьку раздеться донага, потом принять душ и только после этого пустил в офуро, наполненную горячей водой, крепко заваренной на сосновой хвое, придающей воде оттенок жженого сахара. В парилку он ее не повел, мотивируя это тем, что после ходьбы по лесу и тёплой воды тело и так расслаблено. Далее она расположилась на палатьях в помывочной, и он тер ее обнаженное тело настоящей мочалкой из луба так, что мыльная пена летела во все стороны, а кожа аж скрипела. Она не раз была в хамаме, и там ее тоже терли мыльной варежкой… но то варежкой, а то жесткой мочалкой!!! Ощущения были на грани боли и наслаждения, пикантность ситуации придавало то, что на Знахаре тоже не было одежды, зато после того, как он смыл с нее пену, она почувствовала себя по-настоящему чистой, покрасневшая кожа дышала, кровь интенсивно циркулировала, из мышц ушла усталость…

Ну а далее был массажный стол на открытой террасе за баней. Буквально через минуту, как он стал массировать ее тело, она испытала какой-то неведомый ранее вид оргазма. Наслаждение накатывало волнами, под кожей носились табуны мурашек, а когда он добрался до головы, блаженство накрыло ее полностью, оборвав все нити, связывающие с реальностью, кроме его голоса, который что-то говорил, вплетаясь в звуки ветра, пения птиц и жужжания пчел на пасеке. Она растворялась в окружающей природе, его сильные пальцы направляли волны удовольствия из одного участка тела в другой. Волны накатывали одна на другую и взрывались у нее в мозгу, и тогда его непонятные слова превращались в символы и знаки огненно-золотистого цвета и проецировались на ее разум в виде теней, которые тут же смывались новой волной наслаждения и выдувались вихрем блаженства.

– Не обижайся, хорошо?! – она еще раз посмотрела на Знахаря, невозмутимо пьющего чай, на белую футболку, обтягивающую его крепкий мускулистый торс и выгодно подчеркивающую ровный загар – Просто я знаю, чем такие разговоры заканчиваются…

– И чем же? – приподняв левую бровь, в удивлении спросил он.

– Слушай, у меня много знакомых, большинство из них люди творческие, мнящие себя недооцененными гениями и любящие вести философские диспуты "ни о чем"! Как же тебе объяснить? – Юленька несколько задумалась, ища нужную формулировку и, не найдя ее, продолжила – Давай на конкретном примере?! Была я как-то в гостях у такого "философа", ему едва за тридцать лет перевалило, живот отрастил, к тому же курит и каждый день пиво пьет. Вышли мы компанией на лестничную клетку – они покурить, я "свежим" воздухом подышать. Дом хороший, кодовый замок на входной двери, а в подъезде и на лестничной клетке мочой воняет. И вот стоит этот "философ" в компании себе подобных и клеймит каленым железом и страну, в которой жить невозможно, и людей-баранов, которые правительство страны этой свергнуть не могут, и вообще, «валить надо за границу»… На мой вопрос: «А кто в подъезде нассал, кто покурил и хабарик в окно выбросил, кто живот до колен отрастил,– правительство?», очень сильно обиделся и в гости меня с тех пор не приглашает! Для таких людей "дешевая философия" стала оправданием их никчемности, лени и инфантильности, ведь проще всего спихнуть все на судьбу-злодейку…

– Все-все-все! Я понял, не заводись! Ты сюда приехала за спокойствием, но опять начинаешь нервничать! – Знахарь успокаивающе положил свою ладонь на руку Юленьки.

– Это да, завожусь я с пол-оборота! Мне надо отвлечься, расскажи какую-нибудь интересную историю!

– Хорошо, расскажу! Уже ночь опустилась, смотри какое небо звездное! – Знахарь задрал голову вверх и посмотрел на небо. Через секунду его примеру последовала Юленька. – Ты в каком месяце родилась?

– В ноябре!

– Значит, по знаку зодиака ты или Скорпион или Стрелец! Смотри – Знахарь ткнул рукой в небо – Созвездие Скорпиона полностью расположено на млечном пути, восточнее расположен Стрелец, а вот если посмотреть севернее Скорпиона увидишь созвездие Змееносца! Знаешь, в честь кого оно названо?

– Нет, я даже не знала, что такое созвездие есть! Это же не зодиакальное…

– Так вот, это созвездие названо в честь Асклепия – бога врачей.

– Мне казалось, что Эскулап – бог врачей – поежившись от свежего ветерка, заметила Юленька. Знахарь снял со спинки стула свою ветровку и накинул ей на плечи.

– Это одно и то же имя! Только Асклепий – греческое, а Эскулап – римское. – Знахарь плотнее запахнул куртку на Юленьке – Я обещал тебе рассказать интересную историю, слушай!

Давным-давно, еще до Троянской войны, жил-был известный врачеватель – Асклепий, он был сыном смертной женщины и бога Аполлона. Большинство древнегреческих героев имеют в родителях кого-нибудь из богов Олимпа, и Асклепий не исключение. В общем, жил он мирно, человеком был добрым, женился, деток завел, людей лечил… но однажды, к нему в руки попала фляга полная крови из правого бока Медузы Горгоны. Кровь из левого бока – яд, а из правого – лекарство. Так вот, Асклепий с помощью этой крови стал оживлять умерших. Это очень не понравилось Зевсу, и он быстренько убил Асклепия, пока его папенька, Аполлон, был занят другими делами. По мне, так Зевс напрасно это сделал, крови во фляге оставалось всего несколько капель, можно было Асклепия и не умерщвлять, он максимум воскресил бы еще десяток человек. Ну, да ладно, – Боги, что с них взять?! Тем временем, фляга хранилась в доме Асклепия, его сыновья Махаон и Подалирий возмужали, унаследовали от отца его дар врачевания и, когда началась война, примкнули к войску Агамемнона. Так как мать у братьев была царицей, образование они получили соответствующее и меч в руках держать умели. А после битв использовали свой лекарский дар на полную, что, понятно, не очень нравилось троянцам. Флягу с остатками крови Горгоны они взяли с собой, и она им пригодилась: Махаона два раза убивали в битвах, но его брат Подалирий, с помощью чудодейственной крови, его воскрешал. Как тебе известно, греки не смогли взять Трою и поэтому придумали трюк с троянским конем, в чреве которого, благодаря своим воинским талантам, оказались и братья. История проникновения в Трою греками известна, поэтому пересказывать не буду! В общем, во время битвы в спину Подалирия попала стрела, и Махаон, думая, что брата убили, влил ему в рот последнюю каплю крови Горгоны, отправил брата к кораблям, а сам остался в городе удерживать захваченные ворота. А теперь самое интересное: классическая версия, изложенная Гомером, утверждает, что греки взяли город, но, фактически, этого не произошло. Троянцы отбили ворота, Махаон погиб, а Одиссей бежал и пятнадцать лет не возвращался на родную Итаку, сгорая от стыда. Греки вернулись на родину ни с чем. Раскопки Трои Генрихом Шлиманом, проведённые более ста лет назад, как раз подтверждают версию того, что греки Трою не взяли…но это уже другая история, вернемся к Асклепию. После гибели он попал в царство мертвых, но за свои заслуги был оттуда вызволен и принят на Олимп в статусе Бога – покровителя врачей. Думаю, без папы Аполлона здесь не обошлось. Вот такая история.

– Прикольно! Люблю такие истории!!! – сказала Юленька зевая.

– Все, пора спать! Ты завтра как?

– Надо возвращаться, в понедельник на работу! Только не знаю, как лучше, утром выйти или днем?!?

– Зачем ходить, в сарае два велосипеда есть, за сорок минут до хутора бабы Аглаи доедешь, там велосипед оставишь, а я при оказии заберу! Только, если рано утром надумаешь уезжать, меня дома не будет, – я с утра в деревню по делам уеду, вернусь часам к десяти! Позавтракать чем, думаю, найдешь!

– Угу! – через зевоту ответила Юленька.

В доме она упала на свою кровать. В подушку были добавлены травы и аромат ромашки, полыни и васильков ласково положил свои ладошки ей на лицо. Ощущая эти легкие прикосновения, она провалилась в глубокий безмятежный сон…

***

Знахарь вернулся раньше запланированного срока. Предрассветный туман, покрывающий белым одеялом луг, уже растаял в солнечных лучах, но солнце еще не иссушило капли росы, и луг искрился, как будто неведомый хлебороб под пологом ночи засеял его тысячью самоцветов.

Он принял бодрящий душ, за ночь вода, нагретая солнцем, успела остыть, насухо растерся махровым полотенцем и, одевшись, вошел в дом. На столе стоял приготовленный завтрак: еще горячая яичница в чугунной сковороде, на тарелке – нарезанный хлеб и сыр со слезой. Заварочный чайничек издавал приятный аромат крепко заваренного черного чая с большим количеством мяты.

– Прямо угадала, чай, как я люблю! – подумал Знахарь и заглянул в приоткрытую дверь комнаты, в которой ночевала Юленька.

Она лежала обнаженной на кровати, повернув голову в сторону приоткрытой двери. Их глаза встретились, и ее губы беззвучно прошептали:

– Иди ко мне!

Стоило ему наклониться над ней, как она припала к его губам, руки ее стали усиленно помогать ему избавляться от одежды… мгновение, и тела их сплелись в танце, которому уже миллионы лет. У Юленьки было много мужчин, но Знахарь был другим: он был не лучше и не хуже, просто – другим… Она как будто растворялась в нем, отдаваясь движениям его сильного мускулистого тела – плавным, как выверенный бег стайера. С ним она не получала неистового, исступленного, но кратковременного эмоционального взрыва, нет. Это было глубокое погружение в невесомость, в бескрайнюю бездну удовольствия, где не было счёта времени, где она могла находиться с ним часами…

Когда уже перевалило за полдень, и они сидели в тени яблонь в удобных шезлонгах, эмоционально и физически истощенные, но удовлетворенные, Юленька спросила:

– А что ты вчера говорил про псевдожизнь?

– Ну, это же «дешевая философия», которая тебе очень не нравится!

– Ну, все-таки?! – Юленька опустила глаза на плюхнувшееся прямо возле ее ноги яблоко, взяла его в руки и втянула ноздрями прохладный, свежий аромат белого налива.