Помоги проекту - поделись книгой:
– Да, котенок, вот так, чувствуешь его в себе?! – услышала Юленька знакомый голос. Она открыла глаза и увидела его.
– Блин, я что, опять не закрыла дверной замок?!
– Ага, а я смотрю, ты уснула, лежишь вся такая сексуальная, раскинув ножки и эротично приоткрыв губки, вот и решил воспользоваться моментом – он вышел из нее – Давай сменим позу, встань на четвереньки…
Юленька встала на четвереньки, выгнула спину и в предвкушении закрыла глаза. Он вновь вошел в нее, пытаясь пробиться все глубже и глубже, а в ротик, между сексапильных губ ее брал Безликий, Он всегда появлялся в такие моменты, когда она закрывала глаза…
– Ну, а что, они неплохо дополняют друг друга, грубость и нежность, напор и деликатность, лед и пламя! – подумала Юленька, просовывая ладонь между своих идеальных ножек, чтобы дотронуться до его мошонки, а ее язычок в это время облизывал горячую плоть незримого Безликого.
***
– Кто такой Безликий? – Виталий пристально посмотрел на девушку, ее губы были идеальной формы (почему он не замечал этого раньше?) и манили его. Глядя на них, он почему-то почувствовал укол ревности, хотя прекрасно понимал, что все рассказанное лишь плод ее фантазии.
– Я не знаю! Я редко представляю себе конкретного мужчину во время самоудовлетворения! Есть некий безликий образ: он сильный, гибкий, горячий, от него приятно пахнет. Часто он груб и жесток, иногда нежен и мягок, но всегда безлик!
– Но ведь это ваш вымысел, вы нарочно не дорисовываете его облик до конца, чтобы не разочароваться или вы просто не хотите персонифицировать героев ваших фантазий?
– Если я представляю, что у меня близость с несколькими мужчинами, то, как правило, среди них присутствуют конкретные люди!
– М-да, задали вы задачку, надо будет провести серьезный анализ нашей сегодняшней беседы!
– До встречи, Виталий Сергеевич! – Юленька мило улыбнулась, чуть дольше обычного посмотрела на доктора и вышла.
Юленька уже давно покинула кабинет, а свежеиспеченный кандидат медицинских наук сидел и, не моргая, смотрел на закрытую дверь.
– Какая у нее красивая линия бедер и ножки стройные, такое ощущение, что это другой человек! Или дело в моем восприятии? – пробормотал Виталий себе под нос и положил перед собой ее медицинскую карту. Взяв ластик, стер написанный простым карандашом предварительный диагноз и написал новый. За последние два месяца, что Юленька приходит к нему на прием, это уже четвертая правка – Очень, очень запутанный случай, а ягодицы у нее какие упругие, как два мячика!
Спрут
Юленька стояла на палубе, облокотившись на фальшборт белой стофутовой моторной яхты, и смотрела на горизонт, где огненно-красный шар солнца погружался в теплые воды океана. Полный штиль, это здорово!
Всего каких-то пару дней назад они, веселой компанией из двенадцати молодых туристов, зафрахтовали похожую яхту, чтобы рвануть из небольшого рыбацкого селения расположенного недалеко от Пунта-Кана на Пуэрто-Рико. Недолгое морское путешествие, которое должно было продлиться не более двенадцати часов, из-за разыгравшегося шторма и некомпетентности капитана, закончилось на каком-то необитаемом острове. Без топлива, без рации, без понимания, где находишься. Радовало одно, остров был достаточно большим, с запасом пресной воды и фруктовыми деревьями.
Днем на горизонте появилась эта яхта-красавица, которая своими гибкими, хищными обводами рассекала волны, как горячий нож масло, держа курс точно на остров. Когда яхта бросила якорь недалеко от острова, на палубе появился высокий загорелый мужчина в возрасте с седой гривой волос и бородой эспаньолкой.
– Господа, я капитан яхты «Спрут» Себастьян Грумет, ваша яхта в порядке? – обратился мужчина по-английски, к стоящим на берегу туристам и горе-команде зафрахтованной яхты.
– Сэр, мы попали в шторм, держа курс из Доминиканы на Пуэрто-Рико! – ответил один из туристов – Вы не могли бы нам помочь?
– Ого! – удивился капитан – Как вас помотало, вы находитесь на острове в дне пути от Бермудских островов, почти в полутысяче миль от вашего основного маршрута! Чем я могу вам помочь?
– Нам бы топлива, аккумуляторов для рации…
– К сожалению, это невозможно, я прошел точку невозврата и топливом поделиться не могу! – прервал говорившего капитан – А аккумулятор у меня вообще один! Я могу вам предложить лишь провизию, а также взять на борт четырех человек и доставить их в Пуэрто-Плата. В службу спасения мой помощник уже обратился, так что через два-три дня вас отсюда заберут.
Посовещавшись, приняли решение отправить с капитаном четырех девушек, в их число попала и Юленька. Если откровенно, она не очень этого хотела, но ее бойфренд настоял. А не хотела она по одной причине, и звали эту причину – Фортачон, один из трех матросов с зафрахтованной яхты. Ночью, когда все выбрались на берег и уснули беспробудным сном от усталости и пережитого стресса прямо на остывающем песке пляжа, Юленька не была исключением и уснула, лежа на животе. Проснулась она от того, что кто-то лег на нее сверху, через мгновение трусики оказались спущенными до колен, а в ее лоно ворвался "незваный гость". "Гость" резвился почти час, и было непонятно, что больше заводило Юленьку, толи наглость и грубость матроса, толи ощущение того, что в любой момент кто-нибудь может проснуться и увидеть дергающегося на ней матроса…
– Прошу прощения, леди! – коверкая английские слова, отвлек Юленьку от воспоминаний помощник капитана – Капитан ждет вас в своей каюте!
Каюта капитана располагалась в надстройке, и, поднявшись по трапу, Юленька оказалась в богато обставленном помещении. Интерьер был выполнен в английском колониальном стиле – аристократизм, элегантность, утонченность в мелочах и в тоже время сдержанность. Красное дерево, латунь и бронза, стулья в викторианском стиле, стол из мореного дуба и огромная кровать под невесомым балдахином.
– Юленька, присаживайтесь к столу! – капитан пододвинул стул, Юленька присела, и стюард налил ей в бокал прохладного шампанского. Капитан провел рукой над столом – Угощайтесь, все достаточно свежее и вкусное. У меня к вам серьезный разговор.
– М-м-м, с чего вдруг ко мне, а как же остальные девочки? – Юленька подцепила вилкой кусочек сыра и отправила его в рот – Или с ними вы уже разговор провели?
– На ваш вопрос, Юленька, ответ простой! – капитан закурил сигару, посмотрел на Юленьку через поднимавшийся к потолку дым и продолжил – Ваши подружки это ширпотреб, а вы штучный товар. С ними я даже говорить не буду, а к вам у меня один вопрос, от ответа на который зависит ваша дальнейшая судьба!
– Даже так! Себастьян, вы меня пугаете?
– Во-первых, Юленька, называйте меня Спрут!
– А во-вторых? – Юленька пристально посмотрела в глаза капитану – карие, с длинными черными ресницами, они красиво гармонировали с его седой гривой.
– А во-вторых, я уже давно никого не пугаю… Хотите, кратенько расскажу вам свою жизнь, чтобы расставить все точки над i?
– Да, конечно, Себас… простите, Спрут! Кстати, почему Спрут?
– Вы скоро все поймете и все узнаете! Так вот, моя мать сбежала с Кубы на остров Ки-Уэст, когда к власти пришли барбудос. Не имея средств к существованию, она стала зарабатывать проституцией в нелегальном публичном доме, собственно говоря, там я и родился почти пятьдесят лет назад. Окончил я три класса и с десяти лет подрабатывал на посылках у владельца публичного дома – Хозяина! Когда мне исполнилось двенадцать, подруга матери, она тоже была проституткой, сделала мне подарок – я стал мужчиной, и это яркое, насыщенное эмоциональное переживание определило всю мою дальнейшую жизнь. Я стал коллекционером. Коллекционером эмоций и переживаний, связанных с сексом, соитием, оргазмом… К тринадцати годам в моей коллекции были все проститутки публичного дома, а это без малого полсотни женщин. К сожалению, о моих подвигах узнал Хозяин и его это расстроило. За близость я не платил, а добивался ее иными путями: лаской, уговорами, угрозами или шантажом. У каждого человека есть свой скелет в шкафу, тем более у проститутки. Одна не отдает Хозяину доплату, взятую с клиента за извращенную форму секса. Другая сидит на марихуане, третья подворовывает, и так далее и тому подобное. В сухом остатке: Хозяин хотел меня жестоко наказать, но остался в своем кабинете с ножом в горле, а я убежал из родных пенатов и завербовался на судно торгового флота. Я побывал почти во всех портах этого мира. Количество женщин, которых я познал, превышает тысячу, но со временем я понял, что в эмоциональных переживаниях важно не количество, а качество. И источником этих переживаний должна быть исключительно женщина. Как-то мне пришлось ходить на корабле одной торговой панамской компании. На судне были ужасные порядки, капитан был деспот и наказывал за любой недочет и провинность. Ладно, когда боцман избивал матроса, плохо отдраившего палубу, но, когда они на пару с капитаном изнасиловали провинившегося юнгу, это был перебор. Даже мне, человеку без принципов, это претило, и я покинул судно в ближайшем порту. Кстати, тот юнга оказался отчаянным парнем и жестоко рассчитался со своими обидчиками, но это другая история! – капитан опустил кончик сигары в бокал с коньяком и вновь затянулся, закинул голову и выпустил кольца дыма под потолок – Так вот, я подхожу к цели нашего с вами разговора, сегодня я планирую с вашей помощью пережить еще одно эмоциональное переживание сексуального плана!
Звук пощёчины звонко разнесся по каюте, а на смуглой щеке капитана появился багровый отпечаток ладони. Спрут приложил руку к щеке и, глядя на Юленьку, флегматично произнес:
– Горит, как будто медуза щеку обожгла!
– Вы сами виноваты, капитан! – в глазах Юленьки полыхали огоньки ярости – Я не проститутка, с которыми вы привыкли общаться!!!
За переборкой каюты послышалась возня и женские крики.
– Что происходит? – Юленька встала из-з стола, с целью выйти наружу и посмотреть, что происходит на палубе.
– Не волнуйся, это моя команда твоих подружек раскладывает!
– В каком смысле раскладывает? – абсурд ситуации вывел Юленьку из душевного равновесия, и она снова плюхнулась на стул.
– Да все ты поняла, не строй из себя святую, тебе накидать синонимы к слову раскладывают? Пожалуйста – капитан посмотрел в потолок и стал перечислять – насилуют, трахают, опускают… еще?!
– Нет, я все поняла, но со мной такой фокус не пройдет! – Юленька схватила со стола вилку и вскочила, прижавшись спиной к переборке.
– Ух, сколько экспрессии, у меня даже привстал! – капитан засмеялся и гаркнул во всю свою луженую глотку – Боб, действуй по плану!
Дверь в каюту резко распахнулась, ввалился помощник капитана и, не напрягаясь, вырвал из руки Юленьки вилку, опрокинул ее на кровать вниз животом, придавил сверху всем своим весом и через несколько секунд ее руки и ноги были ловко привязаны к угловым стойкам кровати.
– Вот и все, стоило городить огород? Кстати, руки твои притянуты жестко, а вот положение твоих ног при помощи несложного приспособления, встроенного в кровать, я могу менять от "ноги вместе" до шпагата! Боб, выйди, мне надо подготовиться.
Угол обзора у Юленьки был ограничен, и она не видела, что делает за ее спиной капитан, но скоро почувствовала, что ее тело ловкими движениями профессионального массажиста натирают маслом с легким ароматом пачули и апельсина.
– Понимаешь, Юленька, в современном обществе совершенно разучились получать удовольствие от слияния мужского и женского начал. Знаешь почему? – массируя ее ступни, спросил капитан.
– Отвяжи меня, извращенец! – крикнула Юленька, испытывая противоречивые чувства, все ее нутро восставало против насилия, но тело получало удовольствие от прикосновения сильных мужских рук.
– Потому, что все делают это наспех, между делом, по графику, по требованию супружеского долга, а самый глубокий оргазм, это оргазм, который, прежде чем прийти, в процессе соития несколько раз прерывается не начавшись. Как волна, которая вот-вот достанет до ног, но всякий раз откатывает, не добившись цели! – как будто не слыша Юленьку, продолжил свой монолог капитан.
Его руки все выше и выше поднимались по телу Юленьки: ступни, ноги, ягодицы, спина, шея. Через пятнадцать минут такого массажа она была полностью расслаблена, по голове бегали мурашки, а в каюте приятно пахло апельсином с легкой ноткой пачули.
У нее за спиной вновь послышались какие-то звуки, капитан сел ей на ноги и продолжил разговор:
– Самые приятные вещи на земле находятся на границе со своим антагонистом. Самый приятный запах при малейшем дисбалансе становится вонью, самые приятные ощущения – болью.
А-а-а! – от неожиданности Юленька вскрикнула, что-то холодное опустилось на ее ягодицы, попав точно на ложбинку под поясницей.
– Это лед, глупышка! Точнее замороженная эмульсия, взбитое с водой масло! – послышался щелчок зажигалки, и краем глаза Юленька увидела в руках у капитана свечу – А теперь ты испытаешь ощущения, которые будут находиться на грани фола, если я вылью на кубик льда слишком много горячего воска, тебе будет горячо, если мало, просто мокро.
По ложбинке между ягодиц капля за каплей потекла густая тягучая струйка, каждая капля имела разную температуру, размер, текстуру и вязкость. Когда капли достигали интимных мест, мышцы начинали самопроизвольно сокращаться, вновь вызывая бег мурашек!
– Вот так, маслом смазали, теперь можно и к основному действию перейти! – послышался звук падающей на пол одежды. Между ее умасленных и сведенных ступней стало что-то протискиваться.
– Ого, а детородный орган-то у капитана выдающихся размеров, как бы он меня не порвал! – подумала Юленька, а вслух сказала – Капитан, а почему бы нам нормально сексом не заняться, без этих извращений и пут. Я, в принципе, уже не против!
– Оставь это для матросов! – ухмыляясь, ответил капитан – А я, в какой-то мере, эстет!
Ноги Юленьки под действием какого-то механизма были разведены в сторону, и она почувствовала в себе палец капитана.
– Вот так, моя девочка, сейчас я возьму тебя во всех мыслимых и немыслимых формах, но вначале посмотри на это!
Капитан приблизил свой пах к лицу Юленьки, и она поняла, почему его называют Спрут! Внизу живота капитана была сделана татуировка осьминога, и одной из его восьми ног был детородный орган капитана. Видимо, когда он был не в возбужденном состоянии, все ноги смотрелись соразмерно, но сейчас это выглядело гротескно.
– Слушай, самое главное забыл! – хлопнув себя ладонью по лбу, капитан отошел к столу. Через несколько секунд у губ Юленьки был бокал с шампанским – Щека так и горит, медуза! На, пей!
– Странный привкус у шампанского!
– Конечно, ведь я добавил туда сильного афродизиака! – обворожительно и во все тридцать два белых зуба улыбнулся капитан – А пока он не начал действовать, приоткрой свой сексуальные ротик.
Его плоть вошла между ее губ, а уже через минуту она почувствовала бешенное, яростное желание!
– Все, я хочу!!! – крикнула Юленька, когда капитан освободил ее ротовую полость, и она смогла говорить.
– Потерпи немного, помнишь, что я говорил про секс "на ходу"?!
– Капитан, сволочь, хватит издеваться, возьми меня, как хочешь, я уже не могу терпеть!!!
– Желание леди для меня закон! – капитан подмигнул Юленьке и взгромоздился на нее сзади.
Она чувствовала боль и удовольствие одновременно, волны наслаждения расходились от ее промежности кругами, как от камня, брошенного в воду – от ягодиц к пояснице и коленям, от поясницы к затылку, от коленей к ступням. Время будто остановило свой бег, а где-то на задворках сознания звучала песня:
Капитан лежал на кровати, Юленька лежала на нем, уткнувшись головой в его колени, он гладил ее белые ягодицы, очень сексуально смотрящиеся на загорелом теле, ее ступни были возле его лица, он выпустил в потолок дым и сказал:
– А знаешь, как по-испански будет юнга?
– Не-а! – ответила Юленька, после такого сумасшедшего секса она не хотела говорить!
По-испански юнга – Грумет!!!
***
– И как давно у вас стали появляться такого рода фантазии? Я так думаю, это уходит корнями в детство, да?!
– Да, где-то лет с девяти!
– Сексуальные фантазии, связанные с грубостью и насилием, как правило, возникают у женщин, в семьях которых доминирующую роль занимала мать, а не отец! Мне почему-то кажется, что в вашем случае это не так! – Виталий Сергеевич любовался Юленькой. Легкое платье из невесомой ткани не скрывало, а лишь подчеркивало все ее достоинства. У мужчин, при виде девушки в таком наряде, должно возникать лишь одно желание – размножаться. Еще эти туфли, на высокой шпильке…
– Ну да, не так, в моей семье родители занимали одну социальную ступень! Никто не доминировал, никто не подчинялся, все решения принимались коллегиально!
– Вы видели лишь верхушку айсберга, Юленька! Хотя ладно, речь сейчас не об этом! На сегодня все, жду вас в следующий раз, тогда я дам вам свои рекомендации и основные выводы.
Океан
– Океан? Океан?! Океан! Да, это не сон!!! Я снова здесь! – Юленька целый год ждала этого момента, для нее это был своеобразный ритуал, индивидуальное священнодействие – выйти на рассвете и встретить восходящее над океаном солнышко, ступая по мягкому песку пляжа босиком, вдыхая каждой порой своего молодого тела соленый воздух океана.
Чувства переполняли ее: безмятежность, спокойствие, радость. Все остальное осталось там, на болотах, за тысячи километров отсюда…
– Hey, la belleza de lo que haces en esa madrugada en la playa? – услышала она за спиной приятный мужской голос.
Юленька обернулась и увидела перед собой трех крепких, загорелых, черноволосых парней. Один был с густой трехдневной иссине-черной щетиной, второй – с татуировкой скорпиона под левой грудью, а третий, красавчик с правильными чертами лица и небольшим шрамом над бровью, видимо и был обладателем приятного голоса, потому что с немым вопросом в черных глазах смотрел на Юленьку. Потом, видимо, что-то в голове у него сложилось, и он заговорил на неплохом английском.
– Привет, ты что здесь делаешь в такую рань?
– Встречаю доброе утро, жду прекрасный день и горячую ночь! – ответила Юленька, не задумываясь, благо тоже неплохо говорила по-английски.
– Слушай, это дикий пляж! – вмешался в разговор обладатель татуировки – Я бы на твоем месте встречал утро где-нибудь в другом месте…
– …а то вместо доброго утра встретишь злое групповое изнасилование! – подхватил мысль товарища небритый.
Юленька обвела внимательным взглядом троицу парней. Все были выше среднего роста, со спортивными мускулистыми фигурами, что несложно было оценить, учитывая, что на них были надеты лишь джинсы.
Поделиться книгой: