Помоги проекту - поделись книгой:
— Но мы не можем идти дальше без Арро! — возмутилась я вслух.
Он, между прочим, так и не появился! Вообще ничего не указывало на то, что он был тут!
— Сейчас я снова развею туман, и мы поищем его следы, — попытался успокоить меня Шерк, хоть и не понял, к чему это было сказано.
— Конечно, мы не пойдём без него, — спокойно уверил меня Двэйн. — Но возможно, нам придётся идти за ним.
— Нам нужно к материнскому древу. Может, там ответ, где Арро.
— Не понимаю, как он пропал. Будто растворился! — нахмурилась Уна. — Я попытаюсь считать с земли его магический след. Если обычный не отыщется.
Она прошла дальше вокруг того места, где недавно стоял водник.
— Не расходитесь далеко! — предупредил Двэйн, осматривая поляну, на которой сидела птица. — Страшная смесь магии. Будто это место накопило самые разные её виды — и это создало путаницу. Смотрите, тут ещё перья!
— Где? — Уна сразу пошла к нему.
Мы с воздушником — следом.
— Постой! — предупредил её Двэйн.
“Не надо!” — поддакнул филин, кружа над головой магиссы. Но она уже подняла одно.
— Не хватало ещё, чтобы ты снова вызвала это чудовище, — проворчал Шерк, осторожно приближаясь.
Всё вокруг от тумана он очистил, но задачи нам это не облегчило. Пока Уна разглядывала перо, вокруг вновь начало что-то меняться. Дробно задрожала земля, будто под ней что-то заворочалось.
— Брось перо! — рявкнул Двэйн.
И тут вокруг Уны будто бы всё взорвалось. В стороны полетели трава и комья земли. Претемнейший схватил меня за плечи и оттолкнул в сторону — иначе меня тоже зацепило бы. Мы рухнули вместе под одним из деревьев. Купол тёмной магии оградил нас от земляного дождя.
Меня придавило тяжёлым горячим телом Двэйна — я едва могла дышать. Когда вокруг вновь стало тихо, маг зашевелился, приподнялся на локте и смахнул с моего лица растрепавшиеся волосы.
— Целы?
— Пока не знаю. Вы сильно меня придавили… Слезьте!
Мы оба огляделись: вокруг всё было так, будто ничего и не произошло. Никакой развороченной земли, поломанных веток или выкорчеванных деревьев. Кроме одного: мы с Двэйном остались вдвоём. Ни Уны, ни Шерка поблизости не оказалось.
— Что происходит? — слегка запаниковала я. — Надеюсь, их не расщепило на какие-нибудь частицы?
— Я тоже на это надеюсь, — Двэйн не поторопился вставать и окончательно освобождать от своего веса.
Мы так и лежали, почти в обнимку, и выйди сейчас к нам другие подмастерья, они наверняка решили бы, что поймали нас на горячем. Потеряв терпение, я слегка толкнула Двэйна в грудь: пусть поторопится!
Он взглянул на меня недоуменно, будто наше положение сейчас было самым естественным на свете.
— Вы не хотите вернуться? — вдруг спросил Двэйн. — Я подумал, что их могло отбросить обратно к храму.
— Но у нас нет времени это проверять. Пока мы не убедились в обратном, я буду верить, что с ними всё в порядке!
Я поёрзала под ним, чем только привлекла к себе лишнее внимание. Двэйн упёрся ладонями по обе стороны от мменя и провокационно склонился над лицом. Как будто стал получать особое удовольствие от того, как я начинаю краснеть и пыхтеть от смущения. Да, в последнее время моя реакция на него поменялась — и это, похоже, не укрылось от его внимания.
Но, слегка повысив градус между нами, претемнейщий всё же плавно снял щит и ловко, почти по-звериному, встал на ноги. Я опёрлась на его руку и поднялась тоже, огляделась, выискивая Гугла. Куда он опять запропастился?
— Хей! — вдруг грянуло над нашими головами. Я схватилась за сердце. — Отдохнули слегка? Можно продолжить!
Теперь он показался не только мне, но и Двэйну. Претемнейший тоже поднял взгляд на филина, который, сердито нахохлившись, сидел на толстой ветке.
Пришлось следовать за ним: к счастью, его хорошо было видно в полумраке. Чем дальше в гущу леса мы продвигались, тем чаще стали попадаться огромные, поросшие синеватым мхом пни, величиной с хорошую площадку для танцев. Деревья, похоже, срубили очень давно. Порой такие пни больше были похожи на огромные кочки.
— Они остались с тех времён, когда строили Врата Ингимона, — пояснил Двэйн, не дожидаясь расспросов.
— Для сотен лет они неплохо сохранились, — заметила я.
Каждый миг мы ждали, что безумная птица появится снова, но вокруг было удивительно тихо. Тучи становились всё плотнее, и скоро начал накрапывать дождь. Ноги увязли в раскисшей земле. Претемнейший, устав наблюдать за тем, как я с каждой минутой всё больше становлюсь похожа на мокрую кошку, развернул над нами что-то вроде магического зонта.
— Не знаю, насколько огненные маги склонны к простудам, но не хотелось бы, чтобы вы после свалились с жаром.
— Жар я и так могу устроить, — я чихнула.
Двэйн обеспокоенно на меня покосился.
— Поднажмите! — подогнал нас Гугл. — Уже близко.
Мы честно попытались прибавить шаг, и минут через десять вышли в тупик — так показалось. Но на самом деле перед нами выросла не стена, а широченный ствол материнского арморума. Он заслонял почти весь свет своими ветвями, поросшими густой хвоей.
Я не сразу поняла, что обеспокоило Гугла, пока не заметила, что кору от самой земли и почти на человеческий рост покрывает всё тот же странный синеватый мох. Помню, на другом материнском древе я такого не видела.
— Вот! — торжественно подытожил филин. — Смотрите! Древо точно больно. Думаю, поэтому и дух вёл себя так странно.
Двэйн подошёл ближе, внимательно осмотрел ствол со всех сторон и, надев перчатку, осторожно отщипнул кусочек мха. Я подошла ближе и пригляделась к нему вместе с ним. На вид просто мох, хоть и необычного цвета — так я уже готова была решить, пока этот мох вдруг не… шевельнулся!
Он словно выпустил мелкие, как у морской звезды, щупальца, исследуя воздух вокруг себя, и снова их спрятал.
— Мама! — я отпрянула и рефлекторно пульнула в кусочек мха крошечным огненным зарядом.
Двэйн встряхнул руку, и “образец” тут же, шипя, осыпался пеплом.
— Предупреждать надо! — проворчал претемнейший. — Вы точно когда-нибудь меня покалечите! — он выдохнул, успокаиваясь. — Думаю, это влияние Хаоса. Всё, что в этом лесу, напитано магической энергией. И Хаос, вплетаясь в неё, даёт такие неожиданные и вредоносные эффекты.
— Его можно как-то уничтожить? Очистить всё вокруг?
Я задумалась, вспомнив о том Хаосе, что успел “смешаться” и с моей магией. Стало немного страшно и капельку грустно. Что если я не найду способ избавиться от него? Вот так же, преобразуюсь в нечто непонятное? Безумное и дикое?
— Если он проник не слишком глубоко, то я сумею его… купировать. Но, как вы должны помнить из истории Ингимона, полностью избавиться от него порой не удаётся.
— И тогда приходится уничтожать всё вокруг? — нерадостно добавила я.
— К сожалению, да, — развёл руками Двэйн, и не догадываясь о моих тревогах. — Я соберу образцы. мне нужно изучить их. Но хорошо было бы всё же пообщаться с духом этого дерева.
“Всё будет хорошо!” — ментально проговорил Гугл, тихонько наблюдая за мной.
Я только кивнула. И вдруг услышала, будто внутри ствола нарастает некое напряжение. Нечто вроде тихого звона, который самым краем цеплялся за слух. Я протянула руку и коснулась древа ладонью.
В тот же миг нас с Привратником отшвырнуло назад. Потеряв равновесие, мы сели в мокрую траву, а перед нами материализовалась уже знакомая шестикрылая птица.
— Да что вам нужно?! — гневно воскликнула она. — Вы плохо понимаете намёки? Вам тут не рады! Хватит с нас магов! Особенно тёмных…
Она вытянула длинную шею вперёд и угрожающе клацнула клювом прямо перед лицом Двэйна. Даже я вздрогнула.
— Попрошу без угроз, уважаемая! — не растерялся претемнейший, отодвинув очень острый на вид клюв птицы от своего носа. — Что бы тут ни произошло, мы хотим разобраться и помочь… По возможности.
Праматерь ещё некоторое время пыталась его продавить — морально. Но Двэйн — тёртый ржаной калач! — не дрогнул. И наконец осознав, что этого мага голыми руками — то есть крыльями — не возьмёшь, птица отступила. Села под своим деревом, сердито растопырив перья, и укоризненно ткнула в нашу сторону когтем.
— Все маги так говорят. Но сначала были тёмные, которые построили тут Врата и вырубили много наших собратьев. А каждое древо это дух! Каждое срубленное древо — это…
— Мёртвый дух, — закончила я.
Птица подозрительно на меня уставилась.
— Да, — протянула она. — Затем пришли другие маги. Тоже всё рыскали, шастали, выискивали. Пытались открыть проклятые Врата. Но только сами пострадали по своей глупости. А потом… — она задумалась и тряхнула пернатой головой, топорща хохолок на макушке. — Не помню. Всё изменилось. Так что идите своей дорогой и подальше отсюда!
— Мы сможем вылечить лес. И сможем разобраться с Вратами. Только позволь нам пройти, — принялся увещевать её Двэйн. — Я думаю, источник ваших бед именно они. В них наверняка что-то сломалось.
— Не нужна нам ваша помощь! — вновь повысила голос птица.
Типичное обидчивое упрямство… Будет сложно.
Гугл, который сидел над её головой, встрепенулся и, тряхнув крыльями, осыпал на её голову ещё немного волшебной успокаивающей “пыльцы”. Живительная сила здорового леса и частично — моей магии — благотворно повлияла на Праматерь. Она перестала воинственно клекотать.
— А мы думаем — нужна, — осторожно заметила я. — Посмотрите вокруг! Разве здоровый лес должен выглядеть так?
Птица озадаченно огляделась. Но, видимо, синий живой мох ничуть её не смутил. Ну да, мало какой сумасшедший готов признать собственный недуг.
— Я не верю вам! — буркнула она грозно. — Вы, неразумные слабые существа, которым за какие-то заслуги природа отсыпала магии… Вы не умеете с ней обращаться. Власть кружит вам головы и вы начинаете считать, что вам подвластно всё. Это не так. Уходите. Не трогайте Врата.
— Позвольте вмешаться, Праматерь, — заговорил Гугл. — Ваша родственница… Эллукалиота. Она считает, что нам, напротив, нужно пройти дальше. Всенепременно!
— А… — тряхнула головой птица, которая, кстати, так нам и не представилась. — Эта неженка Элла. Она слишком добра к тем, кто уничтожал наши леса так долго! Моё слово последнее. Пойдите прочь!
— Хотя бы скажите, — Двэйн немного приблизился к Праматери, — где наши друзья? Они пропали…
— И хорошо! — оборвала его вредная птица. — Было бы лучше, если бы вы все пропали.
— Поймите, — я подошла тоже, опасаясь всё же, что пернатая вредина оторвёт от меня кусок побольше своим хищным клювом. — Я потомок Фениксов. Мне нужно туда пройти!
Праматерь оглядела меня.
— Фениксы! Слуги Хаоса! — её голос прогремел над землёй так громко, что я слегка присела.
Это… очень нехорошо — подсказала мне интуиция, засвербев в том месте, которое отвечает за её средоточие. Не на такую реакцию я рассчитывала.
Птица растопырила крылья, и между её перьями пробежались мелкие молнии. Всю её окутало синеватым свечением, к шуму дождя добавился тихий треск электрических разрядов. Фокусы похлеще моих!
Я отшатнулась. Двэйн тоже сделал шаг назад, хватая меня за руку.
— Пусть перебесится, — сказал он тихо. — Что-то, Фениксы ей нравятся ещё меньше тёмных. Неожиданно…
Не то слово, как неожиданно!
Гугл вспорхнул над головой пернатой прародительницы, собираясь, видно, воздействовать снова, но она быстро выловила его острым взглядом. И тут — я вскрикнула — зарядила в него молнией. Филин досадливо охнул, его отбросило в сторону.
Я кинулась было ему на подмогу, но за что-то запнулась.
— Стой! — попытался остановить меня Двэйн.
Из земли вздыбились узловатые корни. Поползли вокруг змеями, цепляясь за ноги. Невозможно было сделать шаг. Сначала они парой увесистых ударов отправили претемнейшего в короткий и унизительный полёт. А затем и меня — так, что рёбра затрещали. Я даже не успела собрать силы, чтобы ответить ей огнём. Признаться, разозлилась уже достаточно.
Падать было ничуть не приятнее, чем летать.
Земля пошла волнами, швыряя меня с места на место, как мячик для гольфа. И через полминуты нас с Двэйном, точно так же, как в этой игре, забросило… Нет, не в лунку, а в какой-то древний пересохший колодец.
Я успела отметить покрытые мхом каменные стены. И запах сырости. А ещё — промозглость, которая впилась через мокрую одежду сразу под кожу. Зубы застучали, пальцы похолодели, как будто из меня выкачали весь огонь.
Я упала на Двэйна, явно отбив ему что-то ценное — судя по глухому вздоху и судорожному напряжению мышц. И мы оба замерли на дне — а сверху нас начало заливать сильнейшим дождём. Я попыталась встать, но на претемнейшем было гораздо лучше, чем на холодной земле.
— Не шевелитесь! — шепнул он. — Пусть успокоится и уйдёт. После разберёмся, что делать.
Я послушно замерла, слушая стук сердца Двэйна, тихо надеясь, что не навредила ему слишком сильно. Обидно будет перекрыть выход такому генофонду…
Нет, я точно ударилась головой, иначе откуда в ней такие мысли?!
Глава 17
Расшвыряв нас по углам, бешеная птица наконец успокоилась. Некоторое время ещё был слышен тревожный шелест её крыльев и гневно-ворчливый клёкот, но затем всё стихло.
К тому времени я начала замерзать даже лёжа на претемнейшем. А насчёт него и вовсе засомневалась: жив ли. Такое количество счастья, что свалилось на него в моём лице, знаете ли, не каждый вынесет. А уж особенно — с достоинством…
— Вы там как? — уточнила я и приподняла голову, чтобы осмотреть “пострадавшего”.
— Как ни странно, вполне неплохо, — бодро отозвался Двэйн. — Вы не пуховое одеяло, конечно, но лучше, чем ничего.
Он смахнул с лица воду и сел, стряхивая меня себе на колени. Я сползла по его груди, как большая холодная капля. Обхватила себя руками и задрожала так, что со стен, кажется, земля посыпалась.
— Почему я мёрзну? — вопросила, глядя в хмурое небо.
И поняла, что давно уже так не мёрзла: меня всегда грел внутренний огонь.
Поделиться книгой: