Босс и парадокс

Только я устроилась за своим столом, как услышала тяжелые шаги за спиной. Городцов и не думал отставать. Вошел в отдел и стремительно подошел к своему кабинету. Распахнул ее, бросил на меня быстрый, холодный взгляд и приказал проследовать за ним. Сказал это таким хорошо поставленным голосом, что у меня по спине мурашки побежали. Да чего уж там… У Ольки из руки выпала папка, которую она несла, судя по всему, Изольде Васильевне. А Марина подавилась водой, которую сейчас пила из бутылки. Кирилл так вообще резко перестал клевать носом. Встрепенулся, чуть было не свалившись со стула.

Схватив со стола злосчастную папку с протоколом, встала и пошла за боссом в его кабинет. Чувствовала себя в эти мучительные мгновения неизвестности поросенком, которого ведут на убой. Потому как в самом деле не знала, чем закончится наш разговор с новым начальником. Ничего хорошего, само собой, ждать не приходилось.

— Давайте, — приказал мужчина, как только я подошла к его столу. Босс уже стоял возле него. Протянул руку ко мне, и я вложила в нее папку. Пусть ненадолго, но в кабинете будет царить относительная тишина. Только надо унять бешенное сердцебиение. Тогда точно станет тихо. — Я так и думал, — сказал наконец босс, швыряя папку к себе на стол. — Вы словно не слышите того, что я вам говорю.

— Я вас прекрасно поняла, Сергей Андреевич, — опуская взгляд и снова смотря себе на ботинки, сказала. — И составила протокол именно по тем критериям, о которых вы говорили. Я старалась учесть все…

— Старались, — снова перебили меня, — но по итогу ничего не сделали. Скажите, — мужчина сложил руки на груди, посмотрел на меня мрачно, как всегда, — за что вас здесь держат? Какие ваши главные достоинства? Что вы можете? Кроме того, что тратите свое и чужое время.

— О чем вы? — Я таки осмелилась поднять взгляд на Городцова. Вцепилась бы в его холеное лицо и расцарапала в кровь. — Я работаю здесь не так уж и много, но…

— Но от вас одни неприятности, — закончили за меня.

— Нет, — покачала головой. — Я не то имела ввиду.

— Меня не особо волнует, что именно вы имели ввиду, — продолжил давить на меня мужчина. — Меня беспокоит ваша компетентность и трудоспособность. Понять не могу, где они?

— Неужели вы думаете, что меня бы приняли на работу просто так? Если бы сомневались в моих способностях? — И откуда во мне только смелость взялась. Молчала бы тихо и терпела.

Нет, он точно меня уволит.

— Все может быть, — прищурившись, сказал Городцов. — Зачем-то же этот клоун, с которым вы сегодня обедали, здесь работает. Хотя… сомневаюсь, что то, чем он здесь занимается, можно назвать работой.

- Сергей Андреевич, — я решила сразу прояснить ситуацию, чтобы потом не мучиться от неизвестности и сомнений. — Во-первых, хочу извиниться, что снова стала вашей личной проблемой. Уже не в первый раз, я понимаю…

— Это мягко сказано, — процедил босс.

— Но все же, — я нашла в себе силы уже самой перебить его. — Во-вторых, понимаю, что вы терпите меня лишь потому, что пока не знаете, как лучше меня уволить и…

— Надо же, — он вновь меня перебил, — в вашей голове зародилась хотя бы одна здравая мысль.

— Но дайте мне шанс, — выдохнула. Именно на этих словах вся моя смелость куда-то подевалась. Снова стало неловко. — Мне в самом деле нужна эта работа, — сказала уже намного тише. — И если вы…

— Я уволю вас, если вы будете тратить рабочее время на глупости. Или покажете себя, как далеко не самый лучший специалист. Я жду от своих сотрудников полной выкладки, свежих идей и желание работать даже поздней ночью. Если вы не можете или думаете, что не осилите мои требования, то тогда вам лучше уйти самостоятельно. Пока я сам не подвел вас к увольнению.

— Я сделаю все возможное, чтобы вы в дальнейшем не разочаровывались во мне, — приглушенно пробормотала.

Городцов услышал. Еле заметно кивнул, а потом отпустил, сказав, что протокол он просмотрит еще раз. И оставит в нем пометки и рекомендации. Чтобы в будущем я не тратила на «пустяковую работу» столько времени.

Выйдя из кабинета босса, я не пошла к своему рабочему месту. Маринка уже смотрела на меня взглядом хищницы, которая ждет свою добычу как минимум часа три. Ей хотелось узнать из первых уст, что происходило в кабинете босса. И почему я, судя по всему, вышла оттуда такая подавленная.

Не хотелось утолять ее информационный голод. Вместо того, чтобы утолить ее любопытство, я снова вышла из отдела. Прошла по коридору до конца. Там располагалась женская уборная. Вошла в небольшое помещение, в котором еле помещались три кабинки, две раковины и одна сушилка. К слову сказать, только на нашем этаже так «повезло» с уборной. На других было все более прилично.

Войдя в одну из кабинок (повезло, что все они были свободны), заперлась и… расплакалась. Это было единственное, на что я сейчас была способна. Позволить себе сорваться. Выплеснуть все, что накопилось за последнее время. Избавиться от того, что давило на грудь, мешая нормально вдохнуть. Пусть потом нужно будет снова убивать время на то, чтобы прийти в себя. Выйти из уборной не с распухшим носом и красными глазами, а спокойной и уверенной в себе девушкой. И плевать, что это снова будет игра. Я в который раз буду делать вид, что все нормально. Я к такому уже привыкла.

Выходить из кабинки не хотелось. Поэтому я так и стояла, глотая слезы, и смотрела на запертую дверь. Потом услышала торопливые шаги. В туалет зашли две девушки. Процокали каблуками до раковин, включили воду. А потом защебетали. Или, как оказалось уже через минуту, нагло закудахтали:

— Слышала новость? — спросила одна из невидимок. По голосу определить ее не смогла.

— Какую? — заинтересованное в ответ. И этот голос я так же не признала.

— Новенькая из отдела Васильевны учудила. Снова пришибла нового начальника, — сказав это, девушка противно захихикала.

— Ой, Ленка, ну ты скажешь тоже, — рассмеялись в ответ. — Впрочем, ничего другого от нее ждать и не приходится. Та еще катастрофа. Как ее еще Изольда Васильевна не уволила.

— Светка, да ты что, — возмутилась Ленка. — Она ведь у нее на побегушках была. Принеси то, принеси это. Все делала. Поэтому и держали. А так-то у нее никаких способностей нет. Так что новый начальник быстренько от нее избавится.

— А потом ты переведешься к нему, — захихикала Светка. — И откроешь охоту на сына генерального.

— Эй, — шикнула на нее Ленка. — Это только слухи. Но я склонна в них верить. Иначе с чего бы Городцова выдернули из-за границы? Сидел бы там себе и дальше.

— И упустил бы возможность познакомиться с тобой, — противно хихикая, сказала Светка.

— В любом случае, — последние слова девушки были проигнорированы, — эта неудачница здесь не задержится. А я своего не упущу.

— Не сомневаюсь в этом.

Вода из крана перестала течь. Послышалось противное жужжание. Девушки высушили руки и пошли на выход. С шумом захлопнули дверь и, все так же противно смеясь, пошли прочь. Я же… продолжала стоять в кабинке и гипнотизировать дверь. Слезы сами собой высохли. Плакать больше не хотелось. Наоборот. Было желание выйти и вцепиться в шевелюры тех, кто распускает про меня дурацкие сплетни. Впрочем… никому другому, кроме Маринки, это было не нужно. Да и откуда кому-то из других отделов знать, была я под крылом у Изольды Васильевны или нет. И чую, после того как я сходила с Морозовым на обед, слухов про меня станет еще больше. И нужно будет найти где-то силы, чтобы выдержать их и не сломаться.

В уборную снова кто-то вошел. Занял кабинку слева от меня. Почему-то выдавать свое присутствие не хотелось. Я замерла, боясь даже лишний раз вдохнуть. Потому как точно начну хлюпать носом. Тогда пойдет еще один слух, что кто-то плакал в туалете. Потом кто-то догадается, что это была я. Страшно подумать, что последует за этим.

Только когда я снова оказалась одна, рискнула высунуть нос из кабинки и пройти к раковине. Зеркало, что висело прямо над ней, отражало замученное лицо вполне себе симпатичной девушки. Волосы которой слегка растрепаны, нос был еще немного красным, а глаза выглядели заплаканными. Но если не смотреть по сторонам, то никто и не заметит, что я плакала. Так что можно было выходить. Правда перед этим лучше бы умыться.

В отдел вернулась снова спокойной и собранной. На своем столе обнаружила злосчастную папку. Открыв ее, сразу наткнулась взглядом на размашистый почерк босса. Он говорил о том, что разберет составленный мной протокол. И он сдержал свое слово. В последний раз я видела столько пометок в черновом варианте своей дипломной работы.

Маринка пыталась со мной заговорить. Я снова никак на нее не реагировала. Пора бы ей научиться разговаривать самой с собой. Вероятно, пользы бы было гораздо больше. Если девушка и была недовольна моей неразговорчивостью, это были только ее проблемы. Я решила, что отныне лучше вообще ни с кем здесь лишний раз не заговаривать. Потому как можно было сказать что-то лишнее. То, из чего можно будет раздуть целую сенсацию.

Откорректировав протокол, снова пошла в кабинет босса. Мужчина был на месте. Постучав, дождалась, пока мне позволят войти и, открыв дверь, собственно, вошла. Отдала Городцову отчет и вновь стала ждать, что он скажет на этот раз. Если и сейчас ему что-то не понравится, то… Проще будет поручить столь «ответственное» задание кому-нибудь другому. Той же Марине. Ей, как мне кажется, не хватает работы. Иначе бы у нее не было времени распускать глупые сплетни.

— Хорошо, — наконец проговорил босс, закрывая папку. — Оставляйте.

— Какие будут дальнейшие распоряжения? — чуть склонив голову, спросила.

— Держите, — сказав это, он протянул в мою сторону руку. Двумя пальцами он удерживал желтый листочек, на котором было что-то написано. — Найдите мне необходимую информацию в кротчайшие сроки.

— Насколько кротчайшие, — забирая у мужчины бумажку, спросила.

— Полчаса вам должно хватить.

Если он продолжал так изощренно надо мной издеваться, то у него с каждым разом получалось все лучше и лучше.

Спорить не стала, так как это было чревато последствиями, о которых я сразу же пожалею. Поэтому просто промолчала. Вышла из кабинета, прошла к себе… И снова приступила к работе. Не очень я любила лазить в интернет, но тут не было другого выбора. Приказали раздобыть в кратчайшие сроки информацию, значит, нужно ее искать. Иначе снова нарвусь на неприятности.

Как ни странно, через полчаса никто дергать меня не стал. И через час, впрочем, тоже. Чему я, признаться, была сильно удивлена. У меня появилось время спокойно все закончить. Что я и сделала. Правда через полтора часа. Положила распечатанные листы в папку, встала и вновь пошла в кабинет босса. Как оказалось буквально через пару секунд, находился он там не один, а с Изольдой Васильевной. Однако, мне позволили войти. И сейчас я топталась у двери, не решаясь подойти ближе.

— Вы хотите сделать из моего журнала непойми что?! — возмущалась моя бывшая начальница. — Что вы предлагаете? Как мы можем полностью поменять концепцию? Это же не наша целевая аудитория!

— Ошибаетесь, — покачал головой Городцов. — Никуда целевая аудитория не денется. Наша же задача — ее приумножить, чтобы вырваться по продажам вперед. Через два месяца статистика должна повыситься. Иначе так и будем ползти позади ведущих журналов.

— Но…

— У вас есть еще вопросы, Изольда Васильевна?

Он снова перебивал. Причем, его не волновала, кого именно. Самое главное, чтобы все кругом слушали только его. Его не волновало, кто стоит перед ним. Кто же он на самом деле такой, что позволяет себе подобное?

— Принесли? — игнорируя Изольду Васильевну, спросил уже у меня Городцов.

— Да, — не так чтобы очень уверенно проговорила.

— Ну? — поторопил меня мужчина, снова протягивая руку.

Подошла ближе и передала ему папку. Чую, еще немного, и эти самые папки скоро начнут мне сниться. В кошмарах.

— Пока можете идти.

Это именно те слова, которые я уже, признаться, и не надеялась услышать. Времени зря терять не стала. Вышла из кабинета. Сбежала бы, но тогда бы это выглядело подозрительно.

— Что происходит? — снова не выдержала Маринка.

Она уже привычно перевалилась через перегородку и пристально посмотрела на меня. Надеялась, что я стану с ней откровенничать? Наивно было на это полагаться. Потом снова буду ловить сплетни, касающиеся меня.

— Мне некогда, прости, Марин.

Девушка недовольно засопела. Хотела было сказать еще что-то, но тут из кабинета босса вылетела недовольная Изольда Васильевна. Стукнула с силой дверью о косяк и, пофыркивая, пошла к себе. Она еще что-то умудрялась при этом бормотать, но что именно, было не разобрать.

— Он сумасшедший, что ли? — проговорила подошедшая к нам Олька. — Работает здесь всего пару дней, а уже гоняет Васильевну так, что у нее чуть пар из ушей не валит. Все-таки, пока она была у руля, у нас было все гораздо спокойнее.

— И продажи были низкие, — проговорила я, смотря на закрытую дверь, за которой скрылась бывшая начальница.

Тут и не поймешь, хорошо, что начальник у нас сменился, или все-таки плохо.

Глава 4

Сегодня я тоже сильно устала. Вроде особо ничего не делала, а вымотана была настолько, что снова начала засыпать на рабочем месте. Еле заставила себя подняться из-за стола, собраться и выйти на улицу. Снова уходила почти последней. Почти, потому что босс в очередной раз задерживался. Как и я. Но у меня была причина. А что заставляло его сидеть на работе до позднего вечера?

На улице шел дождь. Сильный настолько, что до остановки, даже если побегу, доберусь вся мокрая. Потом еще до дома по лужам скакать. А там… все как всегда. Так стоит ли торопиться или лучше подождать, пока ливень немного затихнет?

Отошла подальше от стеклянных дверей, чтобы если что, не мешать тем, кто еще остался на работе. Козырек над головой был широким, так что я могла спокойно стоять и не беспокоиться по поводу того, что промокну. Не сейчас, пока не высунула нос на улицу.

Никогда не любила осень именно из-за дождя, который лил слишком часто. У меня из-за этого ботинки не успевали просохнуть. Еще и чихают все ходят… А единственное лекарство, которое я могла себе позволить, это парацетамол. Ну, и лимон.

Простояла я минут пятнадцать, не больше. Да и стояла бы еще больше, если бы не увидела босса, который тоже решил покинуть свое рабочее место.

Отвернулась, надеясь, что таким образом останусь им незамеченной. Глупо было рассчитывать хотя бы в такой малости на удачу. Она давно от меня отвернулась. Так стоило ли рассчитывать на то, что в один прекрасный день, пусть и дождливый, она смилостивится надо мной?

— Василькова, — проговорил Городцов, подходя ближе. — Что вы здесь забыли?

Не вас уж точно.

— Дождь на улице, — сказала очевидное. — Пережидаю.

— Безуспешно, как я посмотрю, — заметил босс.

Кивнула. На мужчину старалась не смотреть, хотя взгляд так к нему и тянулся. Не знаю, почему, но во мне не вовремя проснулось любопытство. Почему он вот такой? С одной стороны грубый, самоуверенный, не прощающий другим ошибки, но с другой стороны… Сегодня он решил пойти мне на уступку. Хотя, мог и не делать этого.

— Пойдемте, Василькова, — снова заговорил мужчина. — Сегодня нам с вами по пути.

— Что вы, Сергей Андреевич, — сразу напряглась я. — Не стоит утруждаться. Я сама доберусь. Не хочу создавать вам лишние хлопоты и…

— Пошли, — в который уже раз перебили меня. — Иначе, уволю.

Прикусила себе язык, потому как чуть было не сказала, куда этому… боссу идти и по какому адресу. После такого его терпение в отношении меня быстро закончится.

— Зачем вам утруждаться? — заупрямилась.

— Я не утруждаюсь, — хмыкнул мужчина. — Нам с вами в самом деле по пути. Вы промокните, заболеете и не придете на работу. И кого мне тогда гонять?

Это что, он сейчас попытался пошутить? Или припугнуть?

Скорее всего, со стороны я выглядела глупо. Стояла и хлопала глазами, не в силах осознать то, что босс только что сказал.

— Пошли, — вздохнув, проговорил Городцов и, схватив меня за руку чуть выше запястья, потащил за собой. Быстро так потащил, что пришлось чуть ли не бежать, перепрыгивая уже образовавшиеся лужи.

Дождь и в самом деле был сильный. В связи с этим, в машину босса я не садилась, а влетала. Упала на сидение и сразу же захлопнула дверь. Получилось сильно. Из-за этого заслужила недовольный взгляд Городцова.

— Вроде слабая, — заметил он, заводя мотор, — внешне. А того и гляди дверь от ваших ударов отлетит.

— Простите, — пробормотала.

Щеки опалил румянец. Было стыдно. Да и, если в самом деле что сломаю, где деньги на ремонт возьму? Сомневаюсь, что босс простит мне очередную оплошность.

— Хватит трястись, словно монстра перед собой видишь, — неожиданно сказал Городцов, смотря на меня прямо.

— Что вы, — постаралась говорить спокойно, — я вообще никого перед собой не вижу.

Зря я это сказала. Потому что на меня снова посмотрели так, будто я пыль под чьими-то ногами. И до самого моего дома со мной больше не заговаривали. Я и сама не пыталась завязать беседу. Было неловко, некомфортно и нервозно.

Да чтобы я еще хотя бы раз села с Городцовым в одну машину?! Никогда! Хватит с меня потрясений.

— Спасибо, — поблагодарила мужчину, выходя из автомобиля. Дверцу я на этот раз прикрывала осторожно. Знал бы кто, чего мне это стоило. Потому что стукнуть ей хотелось как следует, от души и со всей силы.

Городцов тронул машину с места сразу же, как только я отошла на пару шагов. Сам, небось, не рад, что снова вызвался меня подвезти. Это где это вообще видано, чтобы начальство подчиненных до дома подвозило? Исключительный случай. И оттого еще более непонятный.

Я снова шла к дому с неохотой. Уже было плевать и на сильный дождь, и на холодный ветер, пробирающий до костей. Заболею и черт с ним. В такие моменты мне было абсолютно все равно, что со мной случится. Лишь бы была возможность забыться хотя бы на короткий промежуток времени.

***

Сергей