Двенадцатый жнец 2

— Верно, — кивнул священник. — Но получить его можно только после проверки на демоническую сущность, — добавил он. — Вы готовы её пройти?

— Готовы, нам скрывать нечего, — ответила Рена.

— Я уже давно живу на белом свете и поверь мне девочка, людям всегда есть что скрывать, — покачал головой священник. — Если человеку скрывать нечего то это означает только то, что священник давший ему благословение не сильно углублялся в его сущность. Но в нашем захолустье полно грешников, которые никогда не смогут получить работу в столице. Так что им совершенно без надобности получать золотое благословение.

— А благословение бывает разных видов? — удивилась Рена.

— Конечно, — усмехнулся священник. — Например в этой деревне все поголовно грешат и если их подвергать проверке на золотое благословение, то их всех нужно сжечь на костре. Кто-то ворует у соседа кур, кто-то спит с чужой женой, а кто-то распускает сплетни. Грешат все и если всех казнить, то королевство прекратит своё существование. Без людей наполняющих казну нет и королевства. Поэтому вы будете проходить проверку только на деревянное благословение. Его достаточно, чтобы посещать даже столицу, а вот жить и работать в ней людям с деревянными благословениями запрещено.

Священник подвёл их к каменному кресту выполненному в виде двух перекрещенных молний. Более длинной вертикальной и короткой горизонтальной. На концах короткой молнии были закреплены цепи со следами ржавчины на звеньях. Но кроме креста с ржавой цепью, рядом находилась ещё и стальная клетка.

— А в чём заключается проверка, вы будете нас пытать? — осторожно спросила Рена, глядя на довольно устрашающего вида крест и клетку.

— Это смотря с какой стороны посмотреть, — ответил священник, ставя перед крестом два ведра воды.

— Распятие с цепями да клетка, тут с какой стороны не посмотри, а в любом случае попахивает пытками, — не согласилась с ним Рена.

— Для деревянного благословения достаточно омовения святой водой и окуривания ладаном. Если вы не демоны то для вас это вряд ли можно будет назвать пыткой. А вот если наоборот, то эта процедура будет весьма болезненной и скорее всего закончится смертью.

Священник открыл замок на клетке и посмотрел на Амадея.

— Давай здоровяк не стесняйся и полезай в клетку, — обратился он к нему. — Если ты окажешься демоном то я не хочу чтобы ты мне тут всё разнёс, — добавил он.

— Вполне логично, — вынужден был с ним согласиться Амадей и полез в клетку.

Священник закрыл за ним дверь и запер её на замок, убедившись в том, что Амадей надёжно заперт в клетке, священник обратил взор на Рену. Сняв с себя плащ, она подошла к кресту и позволила себя приковать цепями.

— Ну, вроде всё готово для проверки, — произнёс он и ещё раз проверив замки на двери клетки и цепях Рены сел за стол.

Достав из ящика стола толстую книгу, чернильницу и перо, священник никуда не спеша и со знанием дела аккуратно макнул перо в чернила.

— Итак давайте уже начнём проверку, — произнёс он, поднеся перо к книге. — Ваши имена?

— Амадей, а её зовут Рена.

— Амадей и Рена, — повторил священник и аккуратно начал выводить их имена на пустой странице. — Вы демоны или одержимы демонами? — поднял он на них взор, после того как вписал их имена.

— Нет мы не демоны и не одержимы, — ответил Амадей.

— Каждый отвечает сам за себя, — поправил его священник.

— Нет я не демон и не одержима демонами, — ответила Рена.

— Ясно, — кивнул священник и опять долго выводил в книге полученные им ответы.

— Владеете ли вы магией или колдовством?

Рена хотела сказать, что владеет, но встретившись со взглядом Амадея ответила нет.

— Это хорошо, — кивнул священник. — Магией могут пользоваться только высшие чины ордена или гончие, простым мирянам она строго запрещена, — пояснил он.

Наконец закончив выписывать буквы в книге он поднялся из-за стола и запалив кадило начал окуривать им клетку с Амадеем, а затем перешёл и к прикованной к кресту Рене. Реакции на ладан он не увидел и вернувшись к столу опять принялся долго выводить на странице собственные наблюдения. Закончив с этим священник зачерпнул ладонью святой воды и брызнул ей на Амадея.

Понаблюдав за ним несколько минут он одобрительно хмыкнул и проделал тоже самое с прикованной Реной. Она тоже никак не отреагировала на святую воду.

— Отлично, вы прошли проверку, — произнёс он, тщательно вытирая о полотенце руки, после чего скрылся за дверью возле алтаря.

Его довольно долго не было и Рена с немым вопросом во взгляде посмотрела на Амадея, но он лишь пожал плечами. Им пришлось ещё какое-то время подождать пока священник опять не появился. Кряхтя от сосредоточенного напряжения он долго возился с замком клетки, а затем столько же времени потратил, чтобы снять цепи с Рены. Наконец покончив с этим он вернулся к столу и вынув из кармана два металлических медальона с деревянными крестиками внутри переписал их номера в книгу.

Амадею достался медальон с номером триста один, а Рене триста второй. Надев медальон на шею, Рена взяла со стула плащ и надевая его поинтересовалась, а зачем священнику нужно было приносить целых два ведра святой воды если он обошёлся лишь несколькими ладонями?

— Окажись вы демонами, то я бы использовал её для вашего мучительного убийства, — ответил он, закрывая книгу. — Теперь у вас есть благословение, не теряйте их и вы сможете спокойно путешествовать по всему нашему огромному королевству.

— А кто такие сёстры? — уже на выходе спросила Рена.

— Орден «Сёстры гнева» единственное, что сдерживает демонов и защищает нас от пучины Ада. Только на них мы и уповаем, после того мрака, который был до их появления. Они следят за всем и не стоит их гневить, поэтому ведите себя скромно и сдержанно, а главное не упоминайте об орденах проклятого времени. Историю их вы можете узнать только в крепости-монастыре и из уст одной из сестёр гнева. Это мой вам совет как людям, которые прибыли из далека и хотят узнать подробности нашего королевства.

Попрощавшись со священником жнецы направились в трактир, где по их предположениям уже должны были приготовить им ужин. На самом деле они не сильно хотели есть, кролик, который им достался от сбежавших от них странных людей вполне удовлетворил их потребности в пище. Рена пока ещё не совсем привыкла к отсутствию аппетита, хотя они шли практически весь день.

— А зачем мы заказали ужин, если можем теперь обходиться без еды недели, а-то и месяцы? — спросила она у Амадея.

— Мы не должны отличаться от простых людей, а если мы не будем есть или пить, то скорее всего начнём вызывать подозрения. Ты наверное уже догадалась, что наш мир несколько изменился и будет лучше вообще не упоминать о том, кто мы на самом деле. Я не провидец, но что-то мне подсказывает, что теперешние люди не сильно обрадуются встретив жнеца, а уж тем более сразу двоих.

— Выходит нам нужно быть тише воды ниже травы и быстро узнавать и учить правила нового мира, — подвела итог Рена.

— Верно, — кивнул Амадей. — Я обещал вернуть тебя обратно и чисто технически я выполнил обещание, но вот в знакомый тебе дом мне вернуть тебя не удалось.

— На самом деле это уже не так страшно да и что здесь может пойти не так? — махнула она рукой.

«Очень многое», подумал Амадей, но решил не озвучивать свои мысли и молча направился к трактиру. Хозяин заведения их не подвёл и едва они переступили через порог и после того, как он увидел на их шеях медальоны благословения он распорядился подавать ужин.

Ужин затянулся, ведь Рена не испытывая никакого голода вынуждена была через силу запихивать в себя еду. Но единственное, что ей морально помогало в этой ситуации это то, что в случае травм эти запасы энергии пойдут на восстановление организма. Хотя сейчас проблем пока не намечалось, но глубоко внутри она догадывалась, что её мир совсем не такой, каким она его помнила.

С её точки зрения прошло довольно мало времени, но вот здесь похоже прошли годы. Они вместе с Амадеем перенеслись в будущее, которое несколько отличается от того мира, который она помнила. Жнец расплатился с трактирщиком серебряной монетой, которая у него оставалась с того момента, когда Каликс их забросил в Ад.

— Такие монеты теперь у нас не принимают, вы их где нашли, на поле брани? — удивился трактирщик.

— Да, — солгал жнец. — Мы паломники и как ни прискорбно это признавать, но у нас закончились деньги. А когда мы случайно зашли на поле усеянное доспехами я увидел эту монету и подумал, что она может иметь какую-то ценность, по крайней мере за ужин ей можно будет расплатиться.

— Вы ребята паломники похоже вообще бесстрашные, — ухмыльнулся трактирщик, но монету забрал. — Вот вам на первое время, высыпал он на стол с десяток медных монет. Это не много, но на первое время хватит, по крайней мере на хлеб и воду вы можете рассчитывать. Когда доберётесь до крепости-монастыря вам придётся обходиться без посещения трактиров. Цены я там слышал просто огромные, но вы ведь не за едой туда направляетесь, поэтому запастись провиантом вам лучше заранее.

Монеты, которые им отсыпал трактирщик имели на одной стороне изображение креста в виде перекрещенных молний, а на другой цифры, говорившие о цене монеты.

— Вашу монету я переплавлю, чтобы никаких проблем не возникало, а-то можно и на неприятности нарваться со стороны закона, — объяснил он, убирая серебряную монету себе в карман.

Рена понимала, что трактирщик их банально обманывает, но они были вынужденны играть роль паломников мало разбирающихся в местных правилах и ценах. Амадей тоже ничего не сказал, но его молчание было объяснимо, ведь как она помнила у него практически везде есть вложения в банки, которыми он может спокойно воспользоваться. Именно поэтому Рене было не так обидно, когда их в наглую обманывали на деньги.

Трактирщик им предоставил небольшую комнату в которой они вполне комфортно разместились. Рена в эту ночь спала спокойно и умиротворённо. Никаких демонов она не опасалась, а если таковые и появятся, то Амадей разберётся с ними, но главное, что она наконец-то оказалась дома. Вернуться в крепость-монастырь было её мечтой и несмотря на все изменения сама крепость по прежнему должна была оставаться прежней.

Рене хотелось опять увидеть эти высокие и неприступные стены, где она в детстве так много времени проводила глядя на окрестности. Размышляя над этим у неё неожиданно защемило сердце. Ведь она уже никогда не увидит экзарха воспитавшего её и остальных догматов, которые присматривали и тренировали её в крепости.

Трактир они покинули рано утром и направились к крепости-монастырю. Амадей хотел как можно быстрее добраться до неё, чтобы прояснить сложившуюся ситуацию в королевстве, которым теперь полностью руководит орден «Сёстры гнева». Раньше были догматы теперь сёстры, но догматы так откровенно не брали власть в свои руки. Возможно и сёстры не имеют такого влияния, какое им приписывают местные жители, ведь они находятся далеко от столицы королевства и в основном общаются только с орденом сестёр, а это может накладывать некоторые огрехи в восприятие ими окружающего их мира.

— Ты думаешь у нас могут возникнуть проблемы с новым орденом? — спросила Рена, когда они удалились на достаточное расстояние от деревни.

— Я этого не исключаю, но хочу верить в обратное, — ответил Амадей. — В любом случае нам необходимо найти с ними контакт. Без их помощи мы вряд ли сможем подготовить этот мир к новому вторжению демонов. А из того, что я слышал из уст падшего он просто так не собирается уступать этот мир Отцу и обязательно попробует захватить его полностью, чтобы спокойно присоединить к остальным.

Глава 20

Экзарх Калиста

Чем дольше они находились в своём, но таком непохожем на прошлый мир, тем больше он им не нравился. Рена как ни старалась, но так и не могла найти знакомых примет своего прошлого. Большинство людей, которые им встречались были хмуры и подозрительны. Завести с ними разговор вообще не представлялось возможным, особенно если это происходило за пределами поселений. Они почему-то считали, что этот момент вообще недопустим.

Так как проблем с питанием теперь Рена не испытывала, денег которыми их снабдил трактирщик вполне хватало. Одежда им была не нужна, а из еды вполне хватало и куска хлеба один раз в неделю. Но несмотря на это, Рена по прежнему скучала о тех временах, когда она жила в одной из дорогих гостиниц. Как ни крути, а горячая ванна в номере даже жнецу вреда не принесёт.

Головой она понимала, что стала жнецом, но вот внутреннего ощущения жнеца пока у неё ещё не появилось. Хотя всё шло именно к этому, ведь Рена уже перестала обращать внимание на то, что у неё практически исчез аппетит. Единственное от чего она не отказывалась это от стакана воды. Но с другой стороны и без неё она вполне могла обойтись.

На ночлег они останавливались в заброшенных домах, а если была хорошая погода то вполне могли заночевать и под открытым небом. Эта ночь обещала быть именно такой. Из той встречи, что произошла между ней и Богом она мало, что запомнила. Ей казалось она помнит практически всё, что произошло в той таверне, но оказалось, что ей это только казалось, а на самом деле в её памяти сохранились лишь отрывочные воспоминания.

— Амадей, я даже не знаю как это сказать, — обратилась она к нему, после того, как они расположились под широкой кроной древнего дуба.

— Не знаешь так не говори, — пожал он плечами и прислонившись спиной к стволу дерева закрыл глаза.

— Нет я так не могу, мне почему-то кажется, что я начинаю постепенно забывать всё, что со мной происходило раньше.

— В каком смысле ты начинаешь забывать? — открыл глаза Амадей. — Ты не помнишь, кто ты или забыла, где мы были до того момента, пока нас не вернули в этот мир?

— Нет, ничего такого, просто мне казалось, что я помнила гораздо больше из той встречи в таверне, а теперь у меня только отрывочные воспоминания. Да и по правде сказать, я даже в них не уверена, а вдруг это всего лишь сон.

— Нет это не сон, да и с памятью у тебя тоже всё нормально, — ответил Амадей, опять закрывая глаза. — Давай об этом поговорим утром, а сейчас постарайся хорошенько выспаться.

Рена не хотела сейчас беспокоить Амадея, но едва утром он открыл глаза она немедленно напомнила ему об его обещании рассказать о проблемах с её памятью. Амадей поднялся и после того, как потянулся посмотрел на Рену.

— Идём по дороге расскажу.

Выйдя на дорогу они направились в сторону крепости-монастыря и Рена уже видела над кронами деревьев возвышающийся крест храма, а вскоре показались и сами грозные стены крепости.

— С твоей памятью всё в порядке, — произнёс Амадей, когда лес начал редеть и дорога их вывела к потрясающему виду крепости-монастыря. — Дело в том, что твоя душа покидала тело и в некотором смысле прошлая Рена умерла.

— Я как-то не думала об этом с этой точки зрения, — задумавшись над услышанным, произнесла Рена.

— По идее у тебя должно было быть другое тело, но я сохранил его поместив в него божественное пламя, — продолжил Амадей. — Я сделал это, чтобы вернуть тебя домой и здесь похоронить. Мне было больно, я не предполагал, что потеряв тебя я получу такую сильную рану на сердце. Божественное пламя сохраняло тебя и на короткое время ты находилась во сне. Пламя не позволило тебе окончательно умереть, но и живой ты тоже не была.

Рена остановилась от пронзившей её голову сильной боли, но боль оказалась краткой и она подняла взор на взволнованно смотревшего на неё Амадея.

— Я… я вспомнила, ты всё время со мной разговаривал, но я… я не могла ответить.

Рена прижалась к Амадею и уткнулась лицом ему в грудь. Жнец почувствовал, как его рубашка намокла от её слёз. Рена плакала беззвучно и если бы не влага, то он мог бы и не догадаться о том, что она плачет. Единственное, что он мог сделать это стоять и осторожно гладить её по волосам.

— Память души, людям она недоступна, но ты жнец и иногда она будет делиться с тобой воспоминаниями, — прошептал Амадей.

— Это было… невыносимо, — ответила Рена, по прежнему уткнувшись лицом в грудь жнеца.

— Знаю.

Рене потребовалось ещё немного времени, чтобы успокоиться и справиться с нахлынувшими воспоминаниями. Теперь она помнила всё, что происходило с ней от её смерти до того момента, когда она оказалась в таверне и увидела Бога. Справившись с эмоциями Рена несколько раз глубоко вздохнула и лишь затем отпустила Амадея.

— Я думала жнецы не так эмоциональны, но видимо я неправильный жнец.

— Отец вернул тебе прошлое тело, а с ним и частичную эмоциональность человека, — пояснил Амадей. — Точнее говоря некоторую составляющую твоего прошлого тела, — уточнил он. — В твоей крови сейчас течёт божественное пламя. Я мог его поместить в твоё тело лишь на время, но Отец наделил тебя им навсегда. Теперь твои раны будут затягиваться с такой же скоростью, как и у меня. А получив доступ к памяти души ты стала полноценным жнецом.

— Но в таком случае теперь нам нужно найти двух арбитров, а где их взять если ордена «Догматов» больше не существует? — задала логичный вопрос Рена.

— Ангелы больше сюда не придут и арбитры в этом мире уже не нужны. Как и сказал последний ангел с которым мы разговаривали, этот мир умирает. И суровая правда состоит в том, что мы лишь продлеваем его агонию. Хотя возможно я и ошибаюсь, ведь не зря тебя сделали вторым жнецом, может не всё и потеряно.

Примерно к середине дня они подошли к крепостным стенам. На входе в крепость Рене было странно видеть другую стражу. Для неё всё, что здесь произошло ощущалось, как что-то совсем недавнее. И за всё то время, что они шли к крепости ни единого догмата им так и не встретилось. Их уже давно нет, но в отличии от разума сердцу всё ещё не удавалось избавиться от этого дискомфорта и она пыталась отыскать хотя бы силуэт напоминавший бойца ордена.

Новой стражей оказались рыцари закованные в полную броню с закрытыми шлемами. На чёрных плащах красовались красные кресты всё из тех же перекрещенных молний. В отличие от прошлого раза Амадея никто не проверял на принадлежность его к демонам. Видимо благословение, которое висело на его груди и у Рены, являлось реальным доказательством его непричастности к рогатому сословию.

Преодолев пропускной пункт они оказались внутри стен крепости. Им требовалась аудиенция с новым экзархом. Амадей пока не хотел раскрывать кем они на самом деле являются и просто хотел прощупать обстановку. Хотя Рена и сомневалась в том, что им позволят пообщаться с экзархом на прямую, но Амадей надеялся, что им каким-то образом удастся это сделать.

Для начала им предстояло пройти краткий курс истории проклятого времени ведь без этого их не пустят за второй круг стен. Но это касалось только тех, кто имел деревянное благословение, обычные жители крепости-монастыря были избавлены от этого, а вот плебеи должны были каждый раз выслушивать эту историю.

Для жнецов подобная процедура была весьма полезна, ведь они должны знать по каким законам живёт новый для них мир. Курс начинался после того как набиралось двадцать обладателей деревянных благословений. Историю читала одна из сестёр гнева и её вид для Рены показался не совсем уместным. Как ни крути, а это была крепость-монастырь и в то время, когда здесь воспитывалась Рена те немногие монахини носили несколько другую одежду.

А вот сестра гнева всем своим видом показывала, что она готова любого порвать, кто усомниться в её словах. Кожаное облачение, которое было практически идентичной копией облачения рыцарей ордена охраняющих вход и вообще довольно много попадавшихся им навстречу. Но в отличии от металла у сестры броня была выполнена из тонкой кожи. Смотрелось это эффектно, но вот противостоять мечу оно вряд ли может.

Сестра гнева оказалась весьма привлекательной, по крайней мере Рена точно знала, что большинство мужчин пускают слюни едва её видят. Но вот суровый взгляд обладательницы кожаных доспехов и небольшой шрам на правой брови, обладали отличным останавливающим эффектом.

На поясе сестры висели узкие ножны с коротким мечом, эфес, которого был украшен красными крестами. И всё это великолепие покрывал чёрный плащ со всё тем же крестом из молний. Дождавшись, когда рыцарь отвечавший за количество человек в группе подаст ей сигнал о полном комплекте она направилась ко входу в довольно просторное здание.

Раньше этого здания не было, Рена помнила, что на этом месте располагалась небольшая площадь для послеобеденной молитвы. А теперь она стояла перед входом в капитальное строение созданное из камня. Внутри него оказалась отлично нарисованная панорама с изображением противостояния между демонами и людьми. В первых рядах стояли догматы и разведчики, а позади них огромное королевское войско. Правда огромным оно казалось только до тех пор, пока взгляд не выхватывал противоположную сторону.

Сонм демонов выбравшийся из разлома был лишь малой частью того войска, которое продолжало появляться из разлома. Судя по картине занимавшей всю стену, у человечества просто не было шанса на выживание, но видимо догматом как-то удалось сдержать этот дьявольский напор. Прежде чем начать сестра выдержала небольшую паузу. Картина действительно производила неизгладимое впечатление и в ней был прорисован каждый мелкий элемент, включая даже выражение лиц.

— Вы видите, что произошло двести лет назад, — произнесла сестра, обведя взглядом поражённых картиной людей. — Так может произойти и вновь если люди продолжат грешить, но орден «Сёстры гнева» подобного не допустят. Я могу со всей ответственностью это заявить.

Сестра опять обвела присутствовавших суровым взглядом и никто из обладателей деревянных благословений с ней спорить не решился. Удостоверившись в том, что она полностью завладела вниманием слушателей, сестра продолжила.

— В то далёкое время когда дьявол решил вторгнуться в наш прекрасный мир и послал к нам легионы демонов противостоять им пришлось только нескольким орденам проклятого времени. Самыми действенными из них являлись орден «Догматов» и орден «Королевские разведчики». Они выступили против демонов в полном составе. Ни единого воина не осталось не вовлечённым в это сражение и оно длилось ровно четыре месяца.

Сестра опять обвела присутствовавших строгим взглядом.

— По окончании сражения им удалось остановить продвижение легионов дьявола, но за время сражения эти два ордена оказались полностью уничтожены. И только подоспевшее королевское войско смогло покончить с остатками демонов. Но и ему это удалось не с первой попытки и больше половины королевского войска полегло в том кровавом сражении.

— Догматы остановили легионы демонов и за это они стали проклятыми? — не смогла удержаться от вопроса Рена.

— Моё имя сестра Эва я являюсь одной из «Гончих гнева» и будь на моём месте обычная боевая сестра вы бы уже были мертвы, — произнесла она. — Продолжи за меня, — обратилась она к рыцарю ордена. — А вы следуйте за мной, — повернулась она к Рене и Амадею.

Не произнося больше ни единого слова сестра вышла на улицу и направилась прямиком к храму. Эва шла с такой скоростью, чтобы следовавшие за ней Амадей и Рена могли спокойно за ней поспевать. Рена хотела ещё много чего спросить у гончей, но Амадей успел её одёрнуть за рукав прежде чем она открыла рот.