Десерт для динозавра

— Это что за бред? — только и смогла выговорить я, ошеломленно уставившись на друга.

— Я сказал ребятам, что это, скорее всего, ложь. Но в статье напирают на наличие свидетелей и официальную анонимную жалобу от других Мастеров директорскому ИД. — Вит недовольно поджал губы. — Я уже глянул доки, жалоба имеет место быть. А ты сама понимаешь, без доказательств на такие крайние меры вряд ли бы кто пошел…

— Интересно, что у них за доказательства? Я б на них с удовольствием взглянула! — решила я не показывать другу своего беспокойства. Хотя сердце забилось в бешеном ритме, ржа знает, как могли обставить всю ситуацию эти… цвирчьи объедки. Чтоб их в шоколадной глазури утопило! Горячей!

— Уф, прости меня, — вдруг виновато вздохнул Вит.

— А тебя-то за что? — непонимающе захлопала глазами я. — Ты-то тут при чем?

— Ни при чем, — грустно улыбнулся он, — просто в какой-то момент появились сомнения. Слишком уж пишущие уверены в успехе.

— Хм… эм… видишь ли, тут всё не так просто, — все же решила сознаться я. — В какой-то степени я действительно сыграла нечестно. То есть нет, ни фига. Я вынуждена была сыграть там, где вообще никаких игр не предусмотрено. Но все эти зверства, что тут описаны, — точно не про меня. Я ничего никому не подсыпала.

— И в чем же ты тогда обманула соперницу? — вполне спокойно спросил Вит, слегка прищурив глаза.

— Ну… Кекс… то есть Кетцалькоатль, он мое Оружие. То есть уже тогда был им, понимаешь? Еще до того, как в академию пришел… — совсем запуталась я в словах. Эх, неловко как-то первому другу в таком признаваться. А с другой стороны — что за ржа? Как будто я нарочно! — Нефиг было так нагло на мое претендовать, короче. У нас есть причины не афишировать привязку, но не могла же я спокойно смотреть, как она заявляет права! Пришлось подыграть.

— Вау, — выдал Вит, глядя на меня практически восхищенными глазами. — Ну ты даешь, подруга. Значит, к тебе пришло повидаться твое собственное Оружие, а эти курицы на него сразу глаз положили? И ты предложила такое пари… Хитро, Зефирка, — одобрительно покачал головой он. — Только зачем он тогда привязку скрывал? И где ты с древним познакомилась?

— Слушай, Вит, а я точно завела друга, а не подружку? — засмеялась я на его град вопросов.

— Да ну тебя, розовое недоразумение! Это ж древний! Слушай, а дашь мне с ним немного попрактиковаться?

— Что, уже големы надоели, подавай охоты и Оружие?

— Я тебя когда-нибудь придушу! — Он протянул ко мне руки, состроив зверскую рожу, но быстро остыл. — Ладно, потом. Сейчас надо решить, как выбираться из той вонючей ржи, в которой тебя решили извалять. Если у вас всë же есть привязка и нет доказательств, что она не свежая… то ты попала. И еще наркотик этот… значит, про него всë выдумки?

— Если бы… — я закусила губу и мысленно воткнула свой топор в поганого сплетника. — Если бы всë было так просто.

Глава 26

Кетцалькоатль:

Мне не понравилась эта толпа на центральной аллее. Причем она мне не понравилась даже раньше, чем я разглядел в центре розовую макушку. Интуиция.

Конечно, можно было потянуться к Мастеру по связи и просто спросить, что происходит. Но та же самая интуиция подсказала этого не делать.

И я не зря напрягся. Когда ИД академии озвучил требования проверки ауры на наличие следов наркотика, я внутренне заледенел. Если сейчас эти самые следы найдут у Вениара... миссия провалена. Вчерашние старания Зефирки будут бесполезны, я вылечу отсюда как ржа из кузницы, а Наталия следом за мной. Кто?! Кто донес?! Тот, кто подсыпал? Тот, кто продал подсыпавшему? Тот, кто просто хочет воспользоваться ситуацией, чтобы убрать нас?

Но показывать смятение нельзя. Лицо надо держать до конца.

— Хм… проверяйте, — привычно бесстрастным тоном ответил я, пожимая плечами и подходя ближе к ИД академии. В том, что на мне не осталось и следа наркотика, я был полностью уверен. Сам буквально час назад у лекарей сидел, Наталия настояла. И все они очень дружно удивлялись, почему в моем железном организме нет и следа от такой монструозной дозы. А ведь по словам наших живодеров дозы, что запихнули в напитки, хватило бы на сотню таких, как Веник, и еще на одного древнего.

Пыль, которую подсыпали мне, была конкретно так усовершенствована. И в отличие от старой версии, следы принятия которой легко определяются по ауре еще месяц как минимум, нынешний наркотик, по подсчетам аналитиков, буквально испарялся бы из организма через сутки-двое, не оставляя следов. И это было действительно… скверно. Статистику наши пока не наработали, оттого неясно — то ли из-за моей силы следы пропали столь быстро, то ли из-за чего другого. А потому проверка моего ученика действительно может стать фатальной. Тут никаких отговорок слушать не будут, мало того, что самовольно решил поиздеваться над ребенком при помощи своих древних теорий, так еще и не уследил за мальцом, а то и вовсе сам его на наркоту подсадил.

— В вашей ауре следов патологических изменений не обнаружено. — Пока я думал, ИД, оказывается, успел просканировать всё, что надо. Я и не заметил. Хотя чему тут удивляться?

Помимо воли мороз в душе чуть-чуть ослаб, хотя я и был в себе уверен. А вот глаза Зефирки, которая явно решила начать копировать мою манеру встречать любые жизненные коллизии с каменным лицом, все же потеплели, она искоса быстро глянула в мою сторону. Маленькая еще, неопытная. Не умеет по-настоящему отмораживаться.

— Где ваш ученик? Вы можете назвать его местонахождение? Датчики академии не фиксируют его присутствия на территории.

Что?! Ах ты ж ржа!

— Как не фиксируют? — тут я всё же нахмурился. — Вчера после тренировки я отправил его к отцу. Он живет на территории академии. — Хм, а вот теперь и мне можно предъявлять претензии: — И куда из ваших владений пропал ребенок?

— Его отец заявил, что сын с тренировки не пришел. Поскольку такое уже бывало — вы проводили и суточные занятия, — он сына не хватился. Поэтому вопрос о местонахождении Оружия адресован вам.

— Ржа, — не выдержав, вслух выругался я. — Его надо срочно найти. Где последний раз вы зафиксировали его сигнатуру? — ИД задумчиво завис, заставляя меня буквально прорычать: — Если хотите — врубайте ваш детектор, ничем я мелкого не кормил и после тренировки отпустил к отцу. Из вверенной вам академии внезапно пропал ребенок, а вы тут политесы устраиваете?!

Больше всего мне не понравился разрозненный гул за спиной, шепотки, встревоженные обсуждения и прочие признаки беспокойства среди собравшихся тут учеников и преподавателей. Это означало, что они Веника тоже не видели, и…

Ржа! А если тот, кто подсыпал наркотик, просто убил малька? Надо было не просто проводить, а сдать отцу с рук на руки!

— Я готова поручиться своей честью, что вчера древний действительно отвел ученика почти до дома и Вениар был в полном порядке, — вдруг раздался серьезный, даже слегка напряженный голос Зефирки. Вот… мелкая! Ну куда лезет?! И ведь даже на шепот за спиной внимания не обращает, а парня, постаравшегося незаметно дернуть ее за торчащую оборку, двинула локтем в живот и сердито что-то нашипела.

— Я тоже считаю, что вы обвиняете не того, — сказала у меня за спиной Наталия, — если уж ребенка кто и похищал, а затем пичкал наркотой, то уж точно не его учитель, присланный, на секундочку, советом.

— Никаких обвинений официально пока не выдвинуто, — спокойно ответил ИД. — Происходит выяснение обстоятельств. Следствие будут вести вызванные хранители. Они и выдвинут обвинения тем, кому сочтут нужным.

— Так что насчет места, где в последний раз он был зафиксирован системой? — Кто вообще додумался поставить директором практически бездушную машину? Руки бы ему поотрывать. Ведь когда-нибудь такое отношение к детям может стать настоящей проблемой.

— Прошу разойтись! — раздался вдруг новый голос, и, оглянувшись, я обнаружил на аллее патруль хранителей — трех Мастеров и трех Оружий в форме стражей совета. — Информацию по последнему местонахождению Вениара Смита передать нам. Оглашать запрещаю.

— Даже так? — Бюрократия всегда вызывала во мне отвращение, а уж сейчас и вовсе приводила в бешенство. — А не пойти ли в…

— Кетц, тише, — одернула меня Наталия. — Уважаемые хранители, на правах древних мы просим у вас возможности участвовать в расследовании.

— Боюсь, это невозможно, — бесстрастно сказал старший патруля. — При всем нашем уважении, в данный момент вы лицо заинтересованное. А господин Кетцалькоатль и вовсе подозреваемый.

— Я не заинтересованное лицо! — Вот кто эту поганку научил изображать наседку и загораживать меня юбками от «злых хранителей»? Если бы не общая ржавость ситуации — выбирал бы между «посмеяться» и «отшлепать». — И уже не подозреваемая, после пройденного теста.

— Сперва хотя бы доучитесь до совершеннолетия, юный Мастер. — Хранитель с усмешкой посмотрел на розовые оборки. — Не волнуйтесь, мы обязательно найдем вашего друга… и ученика, — а это уже нам с Наталией, — и выясним правду.

Зефирка упрямо набычилась.

Ох, кажется, кое-кто сейчас плюнет на всё и заявит о привязке на весь свет. Не знаю почему, но интуиция прямо воет — этого допускать нельзя! И что теперь с мелкой сделать, по розовой макушке стукнуть и в сторонку оттащить? Не вариант. Что ж… раз одну из тайн открывать нельзя, придется открыть вторую. Я уверенно потянулся к скрытому браслету-идентификатору, игнорируя запрещающий взгляд Наталии.

— А что здесь происходит? — вдруг спросили у меня за спиной, и все вокруг разом замолчали как громом пораженные. — Учитель?

Глава 27

Жанна:

Если бы сама не была участницей всех этих событий, сказала бы, что это был кадр из голофильма. Что-то детско-мелодраматично-героическое про древних, с эффектным появлением героя в самый последний момент.

Веник появился вовсе не из воздуха. По его всклокоченному, красному и возмущенному виду было понятно, что он несколько минут упорно протискивался сквозь толпу, а его не пускали, да еще наверняка шикали и шпыняли не глядя, чтоб не лез, слабосилок. По затылку точно пару раз дали, он за него не зря держится. И глаза квадратные — шалые-шалые.

— У…учитель? — снова переспросил он Кекса, с огромным подозрением косясь на опешивших от его появления зрителей и на выстроившихся боевой свиньей хранителей.

— А как же… сигнатура? — спросил самый молодой из них, уставившись в датапад. — Появилась! Или нет...

— Ты где ночью был, недоразумение? — спросил Кекс, проигнорировав вопрос и лишь слегка приподняв бровь. Типа строгий такой наставник, плевать ему, что его только что ржой мазали на глазах у всех, подозревали и всяко допрашивали. Он воспитанием занят. И рукав зачем-то поправляет. — Почему тебя отец по всей академии разыскивает?

— Я не знаю, — растерянно выдало недоразумение. — Я пошел домой. Уже почти пришел… помню, руку поднял, чтобы дверь толкнуть, а… а дальше не помню.

— Голова целая? — это я не вытерпела, влезла и бесцеремонно дернула чудика к себе за руку, чтобы ощупать белобрысую кудлатую башку. — Шишки нет, — доложила пару секунд спустя. — По тыковке не били, значит.

— Нет, меня не били! — заторопился рогатк недоделанный. — Меня просто того… я вот полчаса назад проснулся — а вместо кровати лежу на полке на старом складе в виде оружия. И вокруг никого! — Веник снова вытаращил на нас глаза, показывая, как ему было дико страшно.

Народ вокруг загудел, переговариваясь. Ничего себе, настоящая детективная история! Но мало ж этого — Веника, получается, с полтычка ОБРАТИЛИ. Посторонний кто-то. А он — слабосилок, для которого боевой, или, в его случае, предметный, облик хоть и доступен, но с трудом и не вот так вот: пинком со спины, и раз — уже оружие. А главное — как он обратно сам превратился?! И сюда пришел?

— Может, тебя резонансом приложило, а обративший Мастер как увидел твою форму, так и припрятал подальше, с глаз долой? — хохотнул кто-то в толпе, наверняка не успевший задуматься об обратном превращении.

— Нет, — Веник торопливо замотал головой. — Нету у меня признаков резонанса. Это был совершенно нейтральный Мастер, иначе бы я почувствовал. И вообще не понял… зачем? Я с того склада еле выбрался, там двери были не заперты, но почти заклинены от старости.

— Да ладно, когда это ты Мастеров отличать научился? — прилетело уже с другой стороны. Похоже, народ поверил в придуманную им самим байку и теперь находил новые и новые подтверждающие аргументы, расслабившись.

— Когда надо, — неожиданно огрызнулся белобрысый слабосилок. — Сказано вам, не было резонанса.

— В любом случае, юное Оружие, вам надо пройти тест на остаточные следы наркотика в ауре, — ожил вдруг старший патруля. Вот же нудная железка, а!

— На что пройти? — Веник обалдел так натурально, что даже я усомнилась — то ли пацан гениальный актер, то ли у него от произошедшего крыша поехала и память отшибло. — Зачем?! То есть… если надо, пожалуйста, но я не понял, чего тут вообще… и толпа-то...

— Не суетись, мелкий, — невозмутимо, как всегда, решил ситуацию Кекс. С момента появления этого потеряшки он совершенно успокоился и теперь вел себя со своей всегдашней чуть насмешливой неторопливой внушительностью. Это только я по связи чувствовала, как его на самом деле отпустило. — Так надо. Стой спокойно, пока уважаемый ИД снимет параметры ауры.

— Вся эта толпа тебя потеряла, — зачем-то объяснил мелкому стоявший в первых рядах Вит. — Волнуемся.

— Мозгами заржавели? — опять удивился Веник, но прыгать и мельтешить перестал, послушно выжидая, пока сканирующий голографический луч ИД скользит по его ауре. — Делать вам нечего.

— Ну ты же утешительный приз для проигравшей, а не просто так железяка из подсобки, — поддразнил Витерис. — Первые леди академии тебя разыграли.

— Приз? Я? Разыграли?! — Мелкий сначала уставился на меня, гневно пошевелил бровями, открыл рот, закрыл рот и выдохнул. А потом обратил внимание на Офелию — в ее сторону Вит любезно потыкал рукой, когда про первых леди объяснял.

— А меня об этом кто-то спросил?! Кто б ни выиграл… ржу вам на палочке, а не утешительный! — выпалил он, гневно глядя прямо моей сопернице в глаза.

— Какие мы грозные метелки, — страшно обрадовался Вит под нарастающий гомон зрителей. — Правильно, железка, нефиг баб баловать! А то ишь! Даже разрешения не спросили! На колено не встали и разделить вечность не предложили.

На мой исподтишка показанный кулак он внимания не обратил. Или сделал вид, что не обратил, провокатор доморощенный. И вообще, это я тут главная язва, нечего умыкать мои фразы!

А Офелия, секунду назад презрительно щурившаяся на недостойного слабосилка, от неожиданности задохнулась и вылупилась на него как сова на будильник.

А я не выдержала и начала ржать. А потом вместе со мной начал ржать Вит. А потом остальные. А потом сам Веник. А потом…

— Следов наркотика не обнаружено. Абсолютно здоровая чистая аура Оружия четвертого ранга.

Это ИД сказал. Он ржать не умеет, поэтому, пока все бились в истерике, спокойно досканировал Веника и выдал вердикт.

Как выдал, так выдал. Все сразу перестали смеяться и сделались похожими на очумевшую Офелию с ее пантомимой «Сова и ранний подъем».

Проще говоря, вытаращились на Веника и пооткрывали рты. Потому что у слабосилков ранги от шестого и ниже, а у Вениара еще месяц назад во время квартального тестирования был восьмой.

— Кха! — первым опомнился сам герой сегодняшнего дня и зачем-то пощупал себя сначала за голову, а потом… м-м-м… за задницу. — Точно четвертый?

— Результат уже внесен в ваше личное дело, — ИД был, как обычно, невозмутим и последователен. — На этом считаю инцидент с заявлением о приеме нового наркотика учеником и преподавателем академии исчерпанным. Хранителей нижайше прошу покинуть территорию, а остальных приступить к занятиям по расписанию.

— Подождите, — вдруг молчавший всю дорогу Кекс сделал запрещающий жест рукой, удерживая наладившихся на выход слегка кислых хранителей. — Теперь я хочу сделать заявление. И прежде всего, господа хранители, вам следует опознать и зафиксировать вот это.

И он, шагнув к Венику, выдернул у него откуда-то из-за шиворота странную штуку, похожую на ржавую колючку с растопыренными кривыми шипами.

Глава 28

Кетцалькоатль:

Давно я не чувствовал такого облегчения. Конечно, не всë пошло по заранее оговоренным планам, но главное — мои мелкие оба живы и здоровы. И даже приобрели неплохую популярность у своих сокурсников, судя по оценивающим взглядам юных Мастеров и Оружий.

Как бы то ни было, снова надеяться на удачу я не собирался. А значит, нужно во что бы то ни стало найти таинственных недоброжелателей. Надеюсь лишь, что обе подлянки, как с наркотиком, так и с учеником, провернули одни и те же существа. Иначе слишком уж много врагов на мою древнюю рукоять.

Но вообще… не факт. Тот, кто подсыпал пыль, и тот, кто воспользовался моментом, вполне могут быть разными существами, и мотивы у них могут быть разные. Ржа, всë слишком запутанно.

А вот то, что и директорский ИД, и хранители вдруг резко забыли, зачем они вообще существуют, и вовсе почти вывело меня из себя! То есть если нет следов наркоты, то на все остальные обстоятельства можно плюнуть с горящей звезды?

Я с некой толикой злорадства, впрочем никак не отразившейся на лице, буквально ткнул их носом в притаившуюся на ученике глушилку. Это ж надо быть настолько непрофессионалами, чтобы не заметить то, что буквально под носом. Ведь даже один из младших хранителей вякал про сигнатуру, но на него просто забили. Ржа, ненавижу писать докладные записки начальству, но… изменю собственному правилу. Идиотам необходимо придать заряд бодрости. И мозгов.

— Если не ошибаюсь, — предельно вежливо продолжил я, мысленно окуная хранителей во ржу, как цвирчат, — эта вещь является запрещенной к продаже и распространению. И именно она глушила сигнатуру юного Оружия. Это дело вы… случайно… расследовать не хотите? — я добавил в голос немного низких частот и скрежета металла, чтобы «детки» прониклись. Заколебался уже, если честно, за такими соски подбирать, конец вселенской доброте! Докладная будет красочной… особенно если вон тот клановый Мастерок еще раз зевнет, когда я к ним обращаюсь.

И всë же… не люблю я это. Никакого удовольствия не получаю от вида разом вздрагивающего и чуть ли не присевшего молодняка, стоит каплю силы показать. Ну да, я давным-давно привык не давить на окружающих своей древностью, как, впрочем, и остальные старики. Это считается среди «взрослых» хорошим тоном — не выпускать ауру наружу и не гнуть мелочь в бараний рог одним своим присутствием. Но иногда… надо.

Краем глаза я заметил, как шарахнулись подальше все присутствующие юные Мастера и Оружия. И эта малолетняя дурочка, что спорила на меня, — в том числе. Дошло? Что древнее Оружие — это тебе не престижная игрушка с большим количеством кубов на счету?

Не шарахнулись трое. ИД академии — ему-то что, он, во-первых, голограмма, а во-вторых, сам достаточно древний. Вениар только глаза свои и без того огромные шире раскрыл, но он ко мне, видимо, привык за время тренировок.

А Зефирка… так. Настораживает меня эта блаженная улыбка и предвкушающий блеск в глазах. Ненормальная девчонка, ни капли не испугалась, а наоборот даже — будто кайф словила. И смотрит на меня так, словно я сам — большая вкусная конфета для ребеночка. Хм… почему мне от этого немного смешно и даже азарт просыпается? Ненормальная реакция, как… как в детстве, наверное. Только не в том, которое было до моего двенадцатилетия, конечно, а в том, которое прошло с Майей. Именно она впервые дала мне попробовать разные сладости.

— Простите, древний, — просипел один из хранителей, пришедший в себя, пока я предавался воспоминаниям. — Вы правы. Мы проведем тщательное расследование и…

— Вот и займитесь делом, — вмешалась вдруг всë время молча наблюдавшая за суетой Наталия. — Расходимся, дети. Между прочим, первый урок уже вовсю идет, так что нечего прогуливать. Брысь!

И все моментально рванули по своим делам, надо же. Остались только мы с Наталией, ИД академии и… кто бы сомневался. Зефирка с Веником.