Дерзкая. Тайный поцелуй

Это называется мужчина стандартный, бабнековидный.

* * *

— Так, наша красотка подготовлена?

С такими словами Дейв буквально врывается в операционную, где Амирана уже ввела наркоз кошке. Я стою в маске и перчатках, ожидая каких-то приказаний. Но Дейв лишь бросает на меня короткий взгляд и говорит:

— Наблюдай, Адри.

Эй, я не разрешала ему так называть себя! Но возмущение проглатывается под наплывом других эмоций. Я хочу увидеть как он работает! Это сродни…сродни болезненному любопытству, когда наблюдаешь за целующейся парой. И завидуешь, что у них есть личная жизнь. Я правда на таком себя не ловила и не ловлю. Но тут понимаю, что не могу оторвать взгляда от Дейва. Только могу смотреть то на его лицо, сейчас скрытое под маской так, что видны лишь глаза, то на его руки. Пальцы у Дейва сильные и гибкие, двигаются быстро и уверенно. Я и глазом не успеваю моргнуть, как он делает разрез, вытаскивает матку, яичники, бросает ее в лоток. Амирана стоит наготове, подавая нужные инструменты. Я вижу, что работают они друг с другом давно и понимают друг друга с полуслова.

Вот Дейв уже зашивает разрез, я смотрю на то как игла буквально мелькает у него в руках. И понимаю, что у меня дрожат руки. Мне хочется сейчас быть на его месте, а не исполнять роль табуретки с глазами.

— В норме. — сообщает Дейв, распрямляясь. Я вижу, что глаза у него горят. В них тот же энтузиазм, который есть внутри меня.

Кажется, я поторопилась убедить Картера, что смогу спокойно смотреть на работу других. Сейчас мне хочется завизжать изо всех сил: "Я тоже хочу работать! Я тоже хочу спасать животных"!

Но лишь прикусываю язык и малость морщусь, радуясь, что под маской не видно. После чего иду выполнять поручения Амираны: убрать операционную, пока она устраивает кошку в стационаре.

До обеда мы успеваем сделать еще две операции, все достаточно простые. А я понимаю, что ногти мои несчастные уже практически впиваются в ладони. Дейв после утреннего разговора относится ко мне в лучшем случае как к ожившей мебели. Он работает с Амираной, а я стою и слушаю, и смотрю. После операций мне полагается привести все в порядок, а во время просто не отсвечивать, как сообщает Дейв.

Плевать, буду стоять, буду улыбаться, мне надо выучиться и получить лицензию. И если для этого надо находиться рядом с хамоватым мужчиной, так тому и быть. Странно, что с Амираной он ведет себя совершенно по-другому. И улыбается, и отпускает шуточки, даже во время операции. А со мной — сухой тон и короткие взгляды. Даже не подходит особенно близко.

А вот ланч решил преподнести сюрприз. Я как раз стою неподалеку от выхода и размышляю куда удрать перекусить, когда вижу Дейва. Он идет прямо ко мне, внутри опять все начинает подрагивать. Чертовы феромоны!

— Адриана, привет, как первый день.

Я вижу как лицо Дейва чуть вытягивается. Эту фразу произносит не он, но голос чем-то похож. Оборачиваюсь и вижу Картера. Теперь то я знаю, что они родственники и от того внешнее сходство еще сильнее бросается в глаза. Разве что Картер одет модно, в стиле "кэжуал". А Дейв сейчас в джинсах и черной футболке.

А я меж двух огней.

— Привет. — улыбаюсь Картеру. — Все отлично, привыкаю к месту.

— Пообедаем? Тут неподалеку отличное кафе. Вьетнамская кухня…ты к ней как относишься?

— Я…

Меня перебивает крайне мрачный голос Дейва.

— Моя ассистентка перекусит в нашем буфете, Картер, у нас много работы. Так что по кафе разъезжать нет времени.

— Ты сам сказал, что у меня есть сорок минут! — возмущаюсь я. — Потому что сегодня плановые операции.

— Но это не означает, что все должно идти по плану. Привезут тяжелое животное, где счет идет на минуты, ты мне понадобишься. И что, я буду бегать и искать тебя по окрестностям?

— Не перегибаешь? — спрашивает у него Картер негромко.

Я же стою и только радуюсь, что вокруг никого нет: кто на ленче, кто в кабинете, кто с пациентами. Иначе слухов не оберешься. А мне слухи не нужны, я работать хочу.

— Не перегибаю. — спокойно парирует мой нач…мучитель. — Я просто говорю, что мне ее руки могут понадобится в любой момент, вот и все. Так что извини, но давай ты пообедаешь со своей женой, ок?

Я на миг закрываю глаза, а вокруг все грохочет. Ф-ф-фак! Картер не сказал про себя маленькую вещь: он женат. Кольца на пальце нет, в разговоре жена ни разу не упоминалась. А я еще с ним немного флиртовала!

Для меня женатые мужчины — табу, тройное табу, мать его!

— Прости, Картер, — говорю ему, — пожалуй, я все же отправлюсь в местный буфет. Не стоит мне идти наперекор начальству в первый же день. Хорошего дня.

"Привет жене", — ехидно добавляю мысленно.

И как после такого верить мужчинам? Один встречается, но при этом залипает на других, второй вообще женат, но об этом молчит и обольстительно улыбается. Возможно, я себе навыдумывала, но кто знает.

— Одним словом — р-р-р-рродственники. — тихо рычу себе под нос.

Буфет, кстати, здесь очень неплохой. Я беру сэндвич и суп-пюре, стакан с кофе и сажусь у окна. В зале кроме меня еще пара-тройка сотрудников. Вот и все на этом. Отлично, не придется ни с кем поддерживать милый "small-talk".

Только обрадовалась, называется. Я даже не успеваю прожевать первый кусок, как в буфете появляется Дейв. И да, я прекрасно вижу, как за ним следят все женские взгляды.

Если его игнорировать он свалит?

— Картер к тебе подкатывает?

— Моя личная жизнь не входит в круг рабочих обязанностей и объяснений.

— Брось, а? — морщится Дейв. — Я знаю Картера, он изменяет направо и налево.

— Это не мое дело. — отвечаю сухо. — Я не обсуждаю никого и не сплетничаю. Особенно с начальством, особенно за ланчем. Что-то еще?

Дейв разглядывает меня в упор. Я тоже смотрю и не собираюсь отводить взгляд. Ну почему он вызывает внутри такое ощущение? Точно я выпила сильногазированный коктейль. И пузырьки щекочут, щекочут изнутри.

— Приятного аппетита. — сообщает он, наконец.

Встает и уходит. Я еще пару секунд смотрю ему вслед, пожимаю плечами и снова откусываю сэндвич. Есть я хочу, впереди еще много работы.

Как в воду глядела. Ленч только успевает закончиться, а нам уже везут тяжелую собаку. Пожилой возраст, куча хронических болячек, артрит. И, как вишенка на торте, перелом задней лапы.

— Как? — задает вопрос Амирана.

Мы вместе с ней осматриваем собаку и расспрашиваем хозяйку. Кабинет первичного осмотра отделен от лобби прозрачным стеклом, я вижу, что там сидят еще двое. Но их случаи, видимо, не такие срочные.

Пока хозяйка лабрадора Микки подробно объясняет как тот сдуру решил перепрыгнуть через забор, я старательно вбиваю с компьютер все данные. Амирана осматривает пса и делает вердикт:

— Мы забираем Микки к доктору. Если возникнут дополнительные вопросы, я выйду к вам.

Лабрадор несмотря на размеры весит немного. Мы перекладываем его на каталку и увозим. Я оборачиваюсь, ободряюще улыбаюсь его хозяйке. Хотя на душе неспокойно. Так неспокойно, что приходится опять прикусывать язык. Амирана пыталась как-то подбодрить хозяйку Микки, но я вижу, что ситуация не слишком радужная. Если верить рассказу, у лабрадора проблемы с почками, периодически случается цистит и расстройство желудка. Также я слышу что-то про пару эпиоприступов и картина ну совсем перестает нравится. Наркоз при подозрении на эпилепсию. Да ф-ф-фак!

Причем не могу же ничего сказать. Мое дело молчать и улыбаться.

Или все же нет?

Глава десятая

— На подхвате у Амираны. — командует Дейв, входя в операционную. Он лишь на мгновение смотрит на меня, а затем все внимание переключает на пса.

— Так, что тут у нас?

Пока Амирана ему рассказывает, я разглядываю лабрадора. Мне что-то активно в нем не нравится. И дело не в хронических болячках и неестественно вывернутой лапе. Что-то царапает сознание, не дает стоят и спокойно следить за подготовкой к операции.

— … бессонница. Хозяйка говорит, собака в последнее время часто бродит, вздыхает, скулит.

— Черепушка!

Восклицание срывается с моих губ быстрее, чем я успеваю сообразить. Причем подгадываю же момент, когда Амирана и Дейв молчат. Потому слово точно повисает в стерильной тишине операционной. И все взгляды скрещиваются на мне. Даже лабрадор смотрит. Микки молодец, не рычит, не пытается укусить, только лижет руки и чуть поскуливает, когда нога начинает совсем уж беспокоить.

— Ты сейчас выругалась или хочешь что-то сказать? — интересуется Дейв.

— Внутричерепное давление. — отвечаю ему, а инстинкт выживания орет заткнуться. Но я же дурочка, не обращаю внимания на такие мелочи.

— Надо узнать у хозяйки Микки подробно как именно он ходит по ночам. Если скулит, ходит кругами и никак не может найти подходящее место, то это очевидные признаки внутричерепного давления. В принципе оно возможно при наличие эпилептических припадков, но тут возможно может также быть сердечная недостаточность. В таком возрасте не редкость. В таком случае наркоз следует пересматривать. И…

— Понял. — прерывает меня Дейв. — Амирана, порасспрашивай хозяйку Микки, я пока тут его осмотрю.

Амирана посылает мне сочувствующий взгляд, перед тем как выйти из кабинета: "мол, приятно было познакомиться, я тебя не забуду". Дверь закрывается, а я сглатываю. Незаметно так, хотя особой вины за собой не ощущаю. Но от взгляда Дейва и впрямь не по себе.

— Я не вмешивалась. — говорю быстро. — Просто изложила свои мысли и все.

— Предлагаю следующий вариант: свои мысли ты будешь излагать вне стен клиники.

— Но я же права!

— А это мы еще посмотрим. — обещает Дейв с каким-то зловещим смешком. — Ты не лазила в мою голову, Адри…

— Адриана. — цежу сквозь зубы. — Мы на работе.

— То есть, вне работы ты Адри? Ок, договорились. Так вот, Адр-р-риана, — он точно раскатывает на языке мое имя. — кажется у нас уговор насчет того, что ты должна.

— Я думала ассистентка все же имеет право голоса.

— Когда ее попросят высказать мнение. И явно не под руку.

— У меня были стажеры. — я стараюсь говорить спокойно. — И порой они выдавали очень даже интересные теории.

— Я предпочитаю практику. — Дейв склоняется над Микки, явно давая понять, что разговор пора заканчивать. Я пару секунд разглядываю темноволосую голову, понимаю, что бить врача глупо и опасно, после чего перевожу взгляд… на хирургические инструменты. Нет, нельзя думать о кровопролитии. Так что в итоге, до возвращения Амираны, я смотрю в потолок. А Дейв общается с Микки и называет его "хорошим мальчиком".

И тем не менее, от торжествующей улыбки удержаться невозможно, когда медсестра сообщает те симптомы, что я и предполагала. А это значит, что Микки надо проверить сердце более скурпулезно.

В итоге с собакой мы возимся долго. Но ногу оперируем, ставим гипс и передаем его хозяйке. Та ждет питомца уже с мужем. Тот выписывает круги по лобби и литрами пьет кофе. А при виде Микки бросается к нам.

А время уже подбирается к пяти вечера. А это значит, что смена Дейва подходит к концу. Я понимаю, что с непривычки у меня уже гудят ноги и чуть ноет в висках. А ведь раньше и целый день проводила в клинике. Тем не менее внутри ровная спокойная радость. Я уверена, что справилась. После того случая с Микки, стараюсь держать язык за зубами.

— Адриана, идем поговорим.

Дейв перехватывает меня на выходе из уборной. Еще так с деланным вниманием оглядывает и предупреждает:

— У нас тут окон в туалете нет.

— Я в курсе. О чем поговорим?

— О нас с тобой. — вздыхает Дейв. — Но не то, что ты успела подумать, а о совместной работе.

В коридоре сейчас шумнее, чем утром. Мимо пробегает Амирана, уже в куртке. Она сдала пост вечерней медсестре и торопится забрать сына из садика. Я с завистью смотрю ей вслед. Мне хочется есть, хочется снять кроссовки и плюхнуться на диван. Желательно с чем-то холодным. И вытянуться.

Но вместо этого мы заходим в крошечный кабинет, где помещается лишь стол да пара кресел. ну и узкие полки на одной из стен. Окно за спиной Дейва закрыто зеленоватыми жалюзи, потому ощущение, что я очутилась в аквариуме.

В таком пространстве находится рядом с Дейвом не слишком хорошая идея. Внутри снова пузырьки, снова логика сталкивается с феромонами. Я смотрю на нахмуренные брови мужчины, на то, как он постукивает пальцами по столу. Эти пальцы сегодня творили чудеса на операционном столе. А у меня в голове одна картина: как они лезут мне под блузку. Это странно, потому что сам Дейв определенно не мужчина моей мечты. Его кузен гораздо привлекательнее, обходительнее и улыбчивее. В нем я не ощущаю той колючести, что есть в Дейве.

— Кажется, я знаю, кто победит в номинации "поедание глазами".

Фраза Дейва действует как пощечина. Оказывается, я все это время стою и смотрю на него. А этот тип стоит по другую сторону стола и с такой коварной ухмылочкой подмигивает.

— Адриана. — опять он выделяет мое полное имя. — Я думаю для нас обоих будет лучше, если ты все же откажешься здесь работать. В противном случае придется обвинить тебя в сексуальном домогательстве.

— Это шутка?!

"Конечно, это шутка", — облегченно хохочет что-то внутри меня. И в этом хохоте нотки истерики.

— Я шучу вне работы. — сообщает Дейв. — А сейчас моя смена как раз подошла к концу. Так что да, шутка. Тем более я не стану сопротивляться если что. Но так как романы на работе — табу, то давай ты устроишься в другую клинику? Я могу дать рекомендации, хорошие рекомендации.

— Не совсем понимаю. — я тоже опираюсь о стол.

И теперь наши лица совсем близко друг к другу. Я даже вижу, что глаза у него не бездонно-темные, а точно с легкими зеленоватыми точками. Как у кошки.

Ага, кошак… мартовский.

— Дейв, — продолжаю фразу, не убирая взгляда, — я не думаю, что это будет проблемой. У тебя есть девушка, я к занятым парням не пристаю. Это первое. Второе — ты не в моем вкусе.

— И именно поэтому ты три раза облизала губы с того момента как мы вошли в кабинет?

— Здесь сухой воздух.

У меня сейчас уши воспламеняться!

— В Ванкувере всегда высокая влажность. — напоминает Дейв.

Его взгляд откровенно смеется и… затягивает.

В своей жизни я люблю совершать идиотские поступки. Причем не специально, а по вдохновению. Тогда они какое-то время даже кажутся нормальными. Пока не накатывает отрезвление.

Так и в этот раз. Резко подаюсь вперед, так, что теперь ощущаю дыхание Дейва. Прямо на своих губах. Кажется, еще миллиметр и смогу коснуться его губ своими. Что тогда произойдет? Локальный взрыв? Рождение новой Вселенной? Многоразовый оргазм?