Душа грозы.

— Не переживай, — с некоторым облегчением проговорил Дарий. — Я чувствую угрозу для себя, но не чувствую верной смерти. Быть может, все обойдется ранением или чем-то подобным. В плен к колдунам я не пойду, они не получат меня живым. А уж убить себя я сумею в любой ситуации. Поэтому не отчаивайся и не теряйся ни при каких обстоятельствах.

— Понял тебя, — уже более спокойно отозвался кочевник. — Не вздумай умирать, ты же еще должен подарить свет пяти тысячам волков.

— О таком забудешь, — ухмыльнулся парень, попытавшись вообразить себе, как это все будет делать и сколько литров крови ему на это понадобится.

Поднявшись на каменистый склон, с которого можно уже было рассмотреть аккуратный лагерь темных колдунов, Дарий резко остановился, укрывшись в небольшой впадине меж крупных валунов. Рядом нарисовались ничего не понимающие товарищи.

— Что-то не так? — Вопросительно взглянул на парня Зарт. — Можно проползти еще пару десятков метров, прежде чем окажемся в зоне видимости постов проклятых.

— Нельзя, — ментально ответил громовой волк. — Ты ничего не видишь?

— А что я должен видеть? — Закрутил головой ларанец. Ольд, слышавший ментальный разговор, также стал внимательно рассматривать окружающее пространство, но ничего подозрительного так увидеть и не смог.

Дарий тяжело вздохнул и ментально передал картинку того, что видел сам. Зарт вздрогнул от внезапно открывшегося зрелища.

— И что это?

— Не знаю. Похоже, только я способен видеть этот кошмар. Быть может ловушка, может, охранное заклинание, но соваться сейчас туда у меня нет никакого желания.

— И что будем делать? — подал голос Ольд, ошарашено рассматривавший огромный кокон переплетенных черных нитей неизвестного заклятия, окружавший ровный круг островерхих палаток.

Лагерь состоял из двух десятков мелких шатров и четверки больших походных жилищ. Верхушка каждой из крупных палаток была увенчана тонким металлическим шестом, служившим неизвестной цели. Ранее ни Ольд, ни Зарт подобных украшений еще не встречал. Эти шатры были установлены равноудаленно друг от друга, образовывая своеобразный квадрат в центре круга, в котором находился витиеватый рисунок. И, в завершение, вся эта конструкция покоилась внутри аккуратной сферы, состоящей из непрерывно шевелящихся, словно змеи, живых черных магических нитей, переплетенных между собой в таком порядке, что невозможно определить, откуда все это запитывается энергией и куда посылает сигналы. Вся компания дружно согласилась, что здесь не все так просто.

— Не нравится мне эта площадка с рисунком в центре лагеря, — озвучил общее мнение Зарт. — Очень уж напоминает узоры, которые наша Айна выписывала.

— Смотри, — ткнул Ольд Зарта локтем в бок. Кочевник перевел взгляд в сторону, которую указывал сын кузнеца. Из одной из палаток выскочил оборотень и стремглав понесся в направлении протекавшего рядом горного ручья с ведрами наперевес.

— Интересно они тут службу несут, — хмыкнул ларанец. — Я ожидал немного иного.

— Думаю, причина в этом заклятии, — задумчиво проговорил Дарий. — Нити кокона реагируют на перемещение оборотня. Они касаются его и сразу же успокаиваются. Похоже, это охранное заклинание, способное отличать доверенный круг, имеющий доступ в лагерь, от гостей, явившихся без предупреждения.

— И что будем делать? — Вопросительно взглянул на своего Хъярана Зарт. — От края этой гадости до самого лагеря метров триста. За один наскок не преодолеешь, а если это заклятие еще и поджарить способно нежеланного гостя, то у меня совсем идей никаких не остается.

— Сомневаюсь, что оно может сделать нечто подобное, ведь, кроме врагов, к колдунам вполне могут наведаться и гонцы кочевников с какими-нибудь посланиями… но ты прав. Стоит проверить.

Дарий удобнее устроился в каменистой впадине, которую они выбрали в качестве пункта наблюдения, и тщательно сконцентрировался, выискивая проблески разума более-менее крупного зверья. К сожалению, поблизости не оказалось ничего подходящего, что было не удивительно, учитывая близость огромной голодной стаи оборотней. После нескольких минут тщательного поиска ему, наконец, повезло обнаружить небольшую горную лисицу, в ужасе забившуюся в глубокую узкую скальную щель. С натяжкой, но лисица подходила на роль приманки. Медленно, преодолевая ворочающиеся жгуты звериного страха, парень стал внушать ей, что там, у палаток, есть много вкусной еды, которую вот-вот заполучат конкуренты, оставив ее голодной. Вначале зверь поддавался неохотно, но довольно быстро сдался и вприпрыжку помчался к черным шатрам.

Троица диверсантов замерла, ожидая реакции охранного заклятия на вторжение. Лисица заскочила в границы кокона, темные нити немедленно пришли в движение, пульсируя с такой скоростью, что у наблюдателей зарябило в глазах. Длинная стрела с черным оперением прошила пространство, вонзившись в перепуганного зверька. Из небольшой палатки незамедлительно выскочил колдун в длиннополой черной мантии с глубоким капюшоном, скрывавшим его лицо. Осмотрев подстреленную лису, колдун раздраженно сжег ее в черном и дымном пламени, не оставившем от тушки животного даже пепла, после чего немедленно укрылся в своем шатре. Дарий облегченно вздохнул. Он до последнего момента не был уверен, что его ментальная магия останется незамеченной.

— Похоже, рунный круг служит для контроля этого защитного кокона. Я успел увидеть, как пульсация заклятия была направлена именно к нему.

— Неплохо придумано, — похвалил его Зарт. — Теперь мы знаем две вещи, одна из которых хорошая, а вторая плохая.

— Ты о чем? — Не понял его сын кузнеца.

— Хорошая новость в том, что заклятие не сжигает вторженцев. А плохая… Не все оборотни заняты мелкими поручениями. Судя по скорости и направлению полета стрелы, могу точно сказать, что по периметру скрыта пятерка лучников, а если обратить внимание на точность… Расстояние было приличным, так что я уверен, лучники — оборотни.

— Почему пятерка? — поинтересовался Дарий.

— Это распространенная тактика Ларана. Охраняемая территория делится на пять секторов, каждый из которых контролируется одним стрелком. Таким образом, внимание лучников удобно сосредоточено на относительно небольшом участке, что сводит нашу возможность незаметного проникновения к нулю. Лучник, бивший по лисе, слишком смещен к краю лагеря, чтобы покрывать своим вниманием более одной пятой его территории, но его позиция позволяет ему моментально переместиться, чтобы помочь любому из двоих ближайших к нему стрелков. Могу еще подробнее объяснить, но сейчас не лучшее время. Помимо всего этого, могу предположить, что этот колдун также был одним из дежурной пятерки, поддерживающей связь с этим жутким коконом. Как только мы пересечем границу заклятия, на нас практически одновременно среагируют трое стрелков и дежурные колдуны. Это в первые секунды. В следующее мгновение нам придется иметь дело со всеми колдунами и оборотнями, поднятыми по тревоге. Скажу честно, я не вижу для нас никакого способа успешно выполнить задуманное, даже будь у нас ростовые щиты, которых, впрочем, у нас нет.

Все притихли, подавленные неутешительным прогнозом кочевника. Опытный воин знал, что говорит, поэтому никто не усомнился в его словах. Каждый лихорадочно пытался придумать хоть какой-то выход из сложившейся ситуации.

— Есть только один способ… — Разлепил, наконец, пересохшие губы Дарий. — Назад мы повернуть не можем, слишком многие смотрят на нас с надеждой. Я не имею права подводить всех этих людей. Поэтому выслушайте меня с пониманием и без возражений, это моя просьба. Я пойду первым…

— Что?! — Возмутился Ольд.

— Друг мой, я же просил, — укоризненно взглянул громовой волк на сына кузнеца, от чего тот немедленно прикусил язык. — В облике волка я могу прыгнуть отсюда прямо в центр лагеря, и сделать это так быстро, что никто ничего не успеет заметить. После этого я ударю по лагерю грозовым штормом. Это должно вывести из строя всех темных в радиусе поражения, после чего вы двое должны максимально быстро вырезать выживших. Но что-то не дает мне покоя. Возможно, мое заклятие не сработает. Тогда я использую свет. Да, я помню предупреждение Айны, но другого выбора у меня просто может не быть. Не знаю почему, но я чувствую, как эта странная сила растет во мне с каждой минутой. Я даже представить сейчас не могу, как сильно окажется ее действие, может оказаться так, что задену и стаю оборотней. В этом случае, невзирая на мое состояние, после уничтожения колдунов направляйтесь к ним на помощь. Боюсь представить ту резню, которую устроят непавшие во тьму кочевники оглушенным оборотням. Зарт, я попрошу тебя проконтролировать ситуацию. Даже если я окажусь изранен или мертв, вы не должны отходить от этого плана.

— Я все понимаю, Хъяран. Будь уверен, мы поступим согласно твоему желанию, но постарайся все же не умирать.

— Постараюсь, — натянуто улыбнулся парень. — Ну что, вперед?

— Не нравится мне это, — недовольно буркнул Ольд.

— Не высовывайтесь, пока не выведу из строя всех темных. Если судить по реакции оборотней, на колдунов даже свет может подействовать крайне разрушительно. Так что, если первая атака не получится, не торопитесь мне на помощь, — послал последнюю мысль Дарий, сбрасывая опостылевшие шкуры и принимая звериный облик.

Пару секунд он концентрировался, завершая незаметный призыв грозового шторма. Убедившись, что заклятие полностью готово и может быть использовано по первому желанию, огромный черный зверь, в шерсти которого сейчас не мелькало ни единой искры, исчез из поля зрения друзей и возник посреди замысловатого рунного круга в центре лагеря колдунов, который был принят Дарием за контролирующую часть защитного заклятия. В следующее мгновение громовой волк понял, как сильно он ошибался.

Время тянулось, словно кисель. Дарий активировал заклятие и с замиранием сердца наблюдал, как мучительно медленно рассеивается серая хмарь, скрывавшая до этого момента тяжелые черные тучи, каких в этих местах, вероятно, не случалось еще никогда. Да, наверное, нигде еще не случалось. Слишком уж пугающе выглядела эта плотная, степенно заворачивающаяся в воронку махина. Словно все ночное небо, покинув молочную россыпь звезд, свернулось в тугой яростный жгут, готовое рухнуть на головы жалких мелких существ, имевших несчастье оказаться в центре его гнева.

Тяжелый раскат грома расколол черную тучу, отзываясь в каждой живой душе невыносимым ужасом. По воронке прошла волна мириад раскаленных добела ветвистых молний, которые тут же обрушились на землю. В следующее мгновение вспышка ослепляющей боли выбила сознание из громового волка.

Зарт не видел всей этой грандиозной в своей смертоносности небесной красоты. Для него время тянулось как обычно. Вот Дарий обратился в волка, постоял пару секунд с закрытыми глазами, после чего исчез, появившись в центре лагеря колдунов. Одновременно с этим, небо над головой разорвалось на части с каким-то почти человеческим стоном, и по лагерю ударило неисчислимое множество молний. Однако, по непонятной причине, все они попали в длинные шесты, торчавшие из верхушек самых больших черных шатров. Рунный круг, в центре которого стоял Хъяран, полыхнул грязно-багровым светом, после чего от шестов отделилось четыре невыносимо сияющих луча. Свет был таким ярким, что светлый оборотень невольно зажмурил слезящиеся глаза, чтобы не лишиться зрения, но яркая вспышка просочилась даже сквозь веки, вызвав приступ неслабой боли. Перемогавшись и утерев выступившие слезы, Зарт чуть не охнул, до крови прикусив губу. Рядом болезненно вздохнул также пришедший в себя после вспышки Ольд. Только скорость реакции оборотня позволила кочевнику перехватить бездумно рванувшего к лагерю новоиспеченного охотника. С большим трудом удерживая этого великана, Зарт кое-как умудрился успокоить паренька, чуть слышным шепотом объяснив, что так они ничем не смогут помочь, а только зря погибнут. Нужно думать и искать возможность вмешаться. Она будет, эта возможность, обязательно должна быть, иначе Зарт просто не мог представить, зачем боги все это начали…

* * *

Возвращение в сознание сопровождалось невыносимой болью в каждой клетке тела. Помимо своей воли, Дарий застонал, разлепляя от чего-то опухшие веки. От чего же? Что случилось? Ах да… Все его молнии попали в те самые шесты, а потом, еще более сконцентрировав поглощенные заряды, они все разом обратились в тонкие сияющие лучи… А потом… Потом четыре луча ударили в него…

— Хватит притворяться, я прекрасно вижу, что ты пришел в себя, пес! — Раздался над головой хриплый каркающий голос, после чего чей-то тяжелый ботинок выбил из груди последний воздух.

Дарий не удержал жалобно-скулящего звука, который в этом обличии заменил ему вскрик. Откашлявшись, он постарался сфокусировать зрение на окружающем мире. Все плыло перед глазами, но через пару мгновений ему все стало понятно. Ни один из колдунов не пострадал, все они ощущались толпящимися вокруг его избитого тела. Каким-то образом, вся обрушенная на лагерь сила грозы оказалась направлена на него самого.

— Давай, превращайся в человека, ублюдок! — снова раздался тот же голос. — У нас к тебе куча вопросов! Да и крики боли человека куда приятнее на слух, чем визг побитой собаки. Ну? Я кому приказал?

Очередной удар тяжелого сапога вновь погасил сознание парня.

— Твари! — Прошипел Ольд, наблюдая за происходящим из укрытия.

— Нужно ждать, — холодно произнес Зарт. — Мы должны спасти его, а не глупо подохнуть.

— Да они же его сейчас убьют!

— Не убьют. Темные хотят захватить его живьем, он им для чего-то нужен. Поэтому успокой эмоции и внимательно следи за колдунами. Чтобы вызволить Хъярана из их лап, нам может потребоваться любая информация.

Поток ледяной воды вновь вернул Дария в сознание.

— Ну? Превращайся давай! Или еще хочешь?

— Кузар, не перестарайся! Если он сдохнет, смерть нам всем покажется спасением, — донесся ледяной старческий голос. — Лучше спеленай его, пока не очухался. Полубоги быстро восстанавливаются.

— Как прикажешь, господин.

Дарий лихорадочно пытался найти хоть какой-то выход из создавшегося положения. Все тело болело, мысли путались. В таком состоянии он не мог даже голову оторвать от земли. Медленно, очень медленно организм восстанавливал повреждения. Скоро он сможет совершить молниеносный рывок, оказавшись далеко от этого места, если переживет его, разумеется. Главное, дождаться и не выдавать своего облегчения. На всякий случай он издал еще один жалобный стон, который был все еще вполне натуральным. Парень ощутил на себе липкую сеть, от касания которой все его существо содрогалось в омерзении. Похоже, ему не дадут просто так уйти. Нужно больше сил. Как же медленно затягиваются раны. В правом легком булькало при каждом вдохе. Сломанное ребро неохотно выползало из пробитого органа, вставая на место, но оставляя после себя обильное кровотечение. Не выдержав, Дарий закашлялся, отхаркивая бурую пену.

— Эй, а он не подыхает там? — Раздался еще один неприятный голос очередного колдуна.

— От такой ерунды полубог не помрет, — безжизненно рассмеялся голос, хозяина которого недавно назвали господином. — Именно поэтому его тело идеально подходит для наших целей! Еще три сети сверху!

Еще три? Тогда он не сможет вырваться, даже будучи совершенно здоровым! Необходимо было срочно что-то предпринимать. Собрав остатки воли, почти полностью раздавленной невыносимой болью, Дарий рванул с места, вложив все накопленные силы в этот порыв. Сеть натужно зазвенела и темное заклятие рухнуло, но молниеносного прыжка не получилось. Сеть успела сделать свое дело, остановив его порыв. На второй у него уже не было никаких шансов.

— Взять его! — Взревел «господин».

«Придется заставить их убить меня… В плен не пойду, но вот на суд богов прихвачу с собой как можно больше этих тварей!» — С веселой яростью обреченного на смерть человека, подумал Дарий, сбивая своим внушительным весом ближайшего колдуна. Одним прыжком он упал еще на два силуэта, облаченные в черные мантии, вспарывая когтями худощавые тела. Ошарашенные произошедшим, темные отшатнулись от столь неожиданно пришедшего в себя громового волка. Зверь снова прыгнул, щелкнув челюстями, потом еще и еще. Алая пелена ярости отодвинула сознание на задний план, выставив вперед голые звериные инстинкты.

Облизав окровавленную пасть, волк обвел глазами сбившихся в толпу колдунов, выискивая следующую жертву. Взгляд упал на спокойно стоящего поодаль старика с желтыми, как у человека с больной печенью, глазами. На худом узком лице ярко выделялся тонкий острый нос, придавая ему сходство с причудливой птицей. Старик сформировал в руке нечто, напоминающее тонкое копье, состоящее из первородной тьмы. Неуловимым движением он метнул копье, пришпилив громового волка к земле, словно бабочку булавкой. Дарий взвыл от непереносимой боли, куда страшнее, чем даже та, которую причинила ему его собственная сила. Но спасительное беспамятство не торопилось поглощать измученный разум. Не в силах умереть или избавиться от боли, ему оставалось только беспомощно скрести землю когтями.

— И не надейся, — холодно произнес старик, неторопливо приближаясь к своей добыче. — От этого заклятия ты не умрешь, даже если очень захочешь.

Колдун развеял копье тьмы, но боль не становилась меньше.

— Оно предназначено не для убийства, — продолжил старик, накидывая все новые и новые темные сети. — Оно предназначено для пыток, юноша. После того, как ты испробовал этот мой подарок, я уверен, что бежать и нападать ты больше не сможешь. Хотя, признаться, меня удивляет размер раны, оставшейся в итоге. На людях оно вообще не оставляло ни царапины, а тебя пробило насквозь. Но не беспокойся, я полностью контролирую твои жизненные функции, так что не позволю погибнуть, не послужив перед этим нашему Владыке. Кто там уцелел? — Обернулся он к ошарашенным колдунам. — Отправьте сообщение об успешном захвате цели. И начинайте собирать лагерь. Мы уходим.

Колдуны суетливо забегали, выполняя приказы своего господина. Потеряв к ним всяческий интерес, старик присел на корточки рядом со стонущим волком.

— Ты не очень умен, волчонок. Сунулся в откровенную ловушку! Или думал, мы ничего не заметим в лагере оборотней? Мы все знали с самого начала, мы ждали тебя здесь. Ни один темный бы не попался в такую простую западню, но у вас, светлых, никогда нет времени все хорошенько обдумать… Ты не можешь говорить в этом зверином обличие, но я предвижу твой вопрос, юноша. Если знали, почему не взяли вовремя оборотней на поводок? Мы знаем, что, увидев твою атаку, они сейчас напали на кочевников и методично их вырезают. И это нас вполне устраивает. Видишь ли, у нашего Владыки с этими немытыми дикарями договор. И мы, темные маги, вынуждены следовать ему, защищая каких-то оборванцев, задерживавших нас и отвлекавших от более важных дел! Отдай я приказ оборотням уничтожить кочевников — и меня бы первого лишили кожи и вывесили на воротах умирать под палящим солнцем. Но тут так вовремя вмешался ты! Темные колдуны не в ответе за то, что происходит у кочевников сейчас, верно? Тем более, что еще никто из них не добрался к нам за помощью. Очень удачно. Знаешь, как мы тебя поймали? Это Владыка придумал, он действительно гениален. Сражайся мы с тобой темными силами — ты бы всех убил, даже меня. Так что было решено победить тебя твоей же силой. Мы создали ситуацию, при которой ты был вынужден поступить именно так, как поступил…

— Господин, — прервал полную самодовольства речь старика один из колдунов. — Прошу простить, что вмешался в твою беседу, но зачем ты ему все рассказываешь?

Старик с кряхтением поднялся с корточек и до хруста в спине потянулся.

— Доживешь до моих лет, Зука, посмотрю я на тебя. Иногда старикам очень нужно поговорить с новым собеседником, да и никаких секретов я не выдавал, а ты так грубо взял и лишил меня последней радости.

— Прошу меня простить, господин, но из храма пришел ответ. Все готово к открытию портала.

— Замечательно! — Довольно потер ладони колдун. — Начинайте активацию с нашей стороны!

Дарий слышал неприятный скрипучий голос старика, монотонно что-то ему рассказывавшего, но смысл ускользал от разума, полностью утонувшего в боли. Внезапно в паре шагов от него разверзся большой черный портал. Концы магических сетей, опутавших его плотным коконом, свились в длинный канат, который немедленно скрылся в черном зеве перехода. Тело ощутило движение, а портал неумолимо приближался. Еще пара секунд — и он окончательно угодит в руки темных. Живым. Ну что же… если до последнего момента у него сохранялась призрачная надежда на спасение, то теперь ее не осталось. В сознании всплыло воспоминание о клетке, в которой удерживали ледяного дракона. Нет, если он сейчас попадется, то будет обречен на подобную судьбу. Выбора нет…

Айна сказала, что та сила, ощущаемая им в себе как чистый свет, может убить его во время использования. Здорового. Оказавшись сильно израненным, Дарий не сомневался, что вот в таком состоянии точно погибнет, прибегнув к ней. Пока оставался хоть один шанс, громовой волк не решался этого делать… Теперь шансов нет. Только надежда на то, что Дилай простит его глупую смерть. Зарт, ты обещал…

Шкура уже ощутила чужеродное и злое касание портала. Он закрыл глаза и выплеснул всю силу света, накопившуюся внутри него. Ослепительная вспышка и обжигающая боль. Тело мотнуло из стороны в сторону, перед глазами расцвел разноцветный калейдоскоп. Неожиданно перед ним раскрылась водная бездна, все раны немедленно вспыхнули, словно ожоги. Инстинкт потребовал всплывать, вверх, к воздуху. Лапы рефлекторно попытались загрести под себя воду… Колдовская сеть не позволила совершить ни единого спасительного движения. В легких быстро закончился воздух, тело стало непослушным и чужим. В пасть хлынула соленая вода, с чуть заметным привкусом горечи.

«Ну, вот и все!» — Промелькнула последняя мысль, тут же показавшаяся банальной, и сознание окончательно угасло.

* * *

Зарт не сразу понял, почему колдуны и сопровождавшие их оборотни засуетились. В считанные мгновения лагерь был свернут. Со скрипом зубов наблюдая, как старый колдун истязает его спасителя, ларанец заметил неладное уже к окончанию сборов.

— Портал! — Воскликнул Ольд, выбравшись из укрытия и с двуручником наперевес ринувшись в сторону колдунов.

— Ольд, стой! — Только и успел выкрикнуть Зарт, но его никто не послушал. — Выругавшись на ларанском и паларском языках, светлый оборотень помчался следом за несдержанным юнцом. Темный бы его побрал! Видно же, что ничем они не смогут ему помочь, ничем! Дождались бы магов, те прочитали бы направление портала. Нашли бы, куда забрали Хъярана!

Злобные ругательства, вырывавшиеся через крепко сцепленные зубы, пресеклись на полуслове. Сеть, в которую запеленали громового волка, уже практически скрылась в портале, Зарт уже практически настиг Ольда, а тот, в свою очередь, почти добежал до колдунов, когда мощный поток силы обрушился на всех без разбора. Земля закачалась под ногами и пошла трещинами, из которых местами стали бить высокие фонтаны воды. Колдуны попадали, словно безвольные куклы, самого кочевника, вместе с сыном кузнеца, сбило с ног ударной волной. Закрыв руками голову, Зарт сжался от ужаса и потерял сознание.

В себя они пришли довольно быстро. Все же, они были светлыми, потому мощь чистого света не могла нанести им ощутимого урона. Зарт на четвереньках подполз к ближайшему колдуну и прислонил ладонь к его лицу. Дыхания не было. Мертвец. Рядом приходил в себя Ольд, со стоном поднимаясь на ноги. Его примеру последовал и кочевник.

— Дарий! — Воскликнул парень, бросаясь к тому месту, где минуту назад был темный портал.

— Стоять! — Гаркнул Зарт с такой силой, что сын кузнеца остановился даже помимо своей воли. — Ольд, смотри внимательно! Тела Хъярана нет, значит, есть вероятность, что он выжил. Если ты сейчас полезешь к бывшему порталу, то можешь уничтожить следы, которые потребуются магам для того, чтобы вычислить его местонахождение.

— А если погиб? — Хрипло спросил Ольд.

— Жив он, я чувствую. Считай это звериной интуицией. Сейчас у нас другое задание! Помнишь, чего хотел Дарий? Мы должны закончить дело! А теперь, если ты уже прекратил истерику, доставай свой меч и помогай! Я беспокоюсь за оборотней. Нужно как можно скорее отправиться к ним.

С этими словами Зарт вынул свой клинок из ножен и стал методично рубить головы колдунам. Не все они были мертвы, попадались и выжившие. С особым удовольствием кочевник снес голову мерзкому старикашке, проткнувшему Хъярана каким-то темным копьем. С минуту постояв, Ольд присоединился к неприятной работе. Головы отсекали как выжившим, так и погибшим от удара света колдунам. Ходили слухи, что некоторые проклятые способны поднимать себя из могил, так что рисковать не хотелось. Да и имитировать смерть они тоже умеют.

Закончив с колдунами, они побежали в сторону лагеря кочевников. У Зарта было плохое предчувствие. Хоть бы никого не убило этой последней атакой Дария. Хорошо, что Ольд не может отличить правду, как это делают оборотни… Потому что Зарт ему соврал. Не было у него уверенности, что громовой волк остался жив, но если и нет, то они тем более обязаны исполнить его последнюю волю. Они закончат дело, а уж потом будут оплакивать умерших.

В лагерь кочевников они подоспели вовремя. К облегчению Зарта, выброс силы здесь был слабее, чем в эпицентре, так что от него ни один оборотень не погиб. Но большинство были без сознания. Кочевники тоже отключились, но приходили в себя намного быстрее оскверненных. Мира металась по лагерю, уничтожая всякого кочевника, подававшего признаки жизни, но и она не могла успевать везде. С каждым мгновением все больше ларанцев приходило в себя одновременно, а оборотни продолжали пребывать в бессознательном состоянии. Вот уже первые клинки оказались занесены над беззащитными телами. Вложив свой меч в ножны, Зарт обратился волком и присоединился к поразительно быстрой и крайне обозленной волчице. Позади послышался короткий звон столкнувшейся стали и звук вспарываемой плоти. Не нужно было оборачиваться, чтобы быть уверенным, чья взяла. Обычный ларанский кочевник никогда не сравнится с охотником на нечисть по скорости и силе.

Бой был коротким, но крайне выматывающим. По всей территории разоренного лагеря были разбросаны мусор, предметы обихода, затоптанные шатры. Это если не говорить об усеянной телами мертвецов и бессознательных оборотней земле. Все это создавало препятствия, мешало движению, изматывало. В какой-то момент к схватке присоединились первые очнувшиеся волки. Дело пошло веселее, ведь к тому времени Зарт уже опасался быть убитым — так много врагов нападало на него разом, да и шкурой ощущал он, как натягивались сразу несколько ларанских луков. Подмога поспела вовремя, а где-то минут через десять все уже закончилось. Победители, покрытые чужой кровью с ног до головы, шумно переводили дыхание. Пара вожаков вызвалась проводить Зарта к пленным теснинцам.

— Поговорим в пути, — коротко бросил один из них, на что оставалось только кивнуть и пристроиться рядом. Позади тяжело шагали Мира с Ольдом. Все успели очень устать.

— Значит, говоришь, Хъяран исчез неизвестно куда, и жив ли он, никто не знает? — В который раз задал вопрос Оган.

— Разве от того, что я вновь повторю свой рассказ, что-либо изменится? — Устало посмотрел Зарт на закутанного в шкуры друга. — Прости меня, я знаю, сколько усилий вы приложили ради нашего дела, сколько надежды вам подарил Дарий…

— Перестань! — Оборвал его Оган. — Ты же помнишь нашу маленькую особенность? Нам нельзя соврать. Это умение так сильно, что иногда может принимать форму предсказания. А Хъяран кое-что обещал волкам белого перевала.

— Ты хочешь сказать… — округлил глаза Зарт.

— Я говорю тебе: его обещание все еще ощущается для нас правдой.

— Значит, он жив?!

— И сдержит свое слово. А это так же значит, что где бы он сейчас ни был, Хъяран однажды появится в наших горах. У оборотней много времени. Мы будем ждать.

Услышав радостную новость, Зарт не выдержал. Он шумно и облегченно выдохнул, после чего сжал Огана в железных объятиях.

— Будет тебе! — Весело проговорил вожак, отстраняясь от излишне воодушевленного друга. — Есть еще один важный разговор. Солнце клонится к закату, а поводок, удерживавший нас от нападений по ночам, теперь исчез. Стая очень голодна и не сможет сдерживаться. Поэтому, бери всех пленников и срочно уходи. Стая оставила всех лошадей кочевников живыми специально для вас. Мы возьмем своих волков и поведем их в горы. Если поторопимся, сможем вернуться в свои угодья до превращения, но у меня нет такой уверенности. В любом случае, мы должны отправиться немедленно, иначе этой ночью вам придется отбиваться от нескольких тысяч голодных хищников.

— Мы обязательно еще встретимся с тобой, Зарт, — тихо заговорил второй вожак. — Ты пришел в час отчаяния и принес надежду. Теперь нам есть, чего ждать, за что ты навеки желанный гость у любого очага. Так сказала Великая стая и все ее вожаки.

Зарт молча поклонился, не зная, что ответить. На Белом перевале это считалось самой большой честью…