Помоги проекту - поделись книгой:
Дмитрий Тышевич
СКАЛА УЖАСА
В 15–16 веках Европа была объята священным пламенем инквизиции. Десятки тысяч невинных мужчин, женщин и детей были казнены по обвинению в колдовстве и сговоре с дьяволом. Однако, что бы ни говорили историки, как бы ни отрицали наличие колдовства и злых духов, не все эти обвинения были вымышленными…
Эта история произошла в 1536 году на юго-востоке Германии в местечке под названием Догиндорф. История столь ужасная и трагичная, полная мистики и колдовства, что странствующие монахи Раймунд и Палуданус посчитали своим долгом изложить её на бумаге. К сожалению, до наших дней дошла лишь часть рукописи, и многие эпизоды, а также подробности окончания истории, доподлинно неизвестны.
Зато известно с чего она начиналась…
В дом к одному крестьянину попросилась на ночлег пожилая умалишенная женщина. Крестьянин этот, как и было принято в то время, не отказал убогой и постелил ей в сарае на соломе. Утром он не обнаружил ни женщины, ни своего годовалого сына. Надо сказать, что жену этого несчастного, несколько месяцев назад сожгли на костре за колдовство, и только чудо, что ни он, ни ребенок не разделили её участи.
Как и многие в то время, к колдовству она не имела никакого отношения, но инквизитор Гостиенсис безошибочно определил в молодой рыжеволосой девушке приверженку дьявола.
Пропажа сына нашего героя выпала как раз в ночь на 29 апреля. А как известно, 30 апреля — Вальпургиева ночь — ночь проведения шабашей. В народе ходили поверья, что ведьмы крадут детей, чтобы во время шабаша принести их в жертву «властелину тьмы» и предотвратить, таким образом, конец света.
Полный отчаянья, он поскакал к деревенскому священнику в надежде, что тот поможет спасти сына из лап ведьмы. И вот что он услышал:
— Сейчас, когда кругом пылают костры инквизиции, ведьмы проводят шабаши в самых глухих и отдаленных местах. Однако не любое место подходит для проведения этой церемонии, а только в непосредственной близости от мегалитических сооружений, среди развалин античных храмов, у водоемов, в густых лесах. В наших краях это, несомненно, гора Шрекенштейн, она же Скала Ужаса. Уверен, что шабаш состоится у её подножья. Там ты и найдешь своего сына. Дитя приносят в жертву по окончании шабаша, с первыми лучами солнца, а в наших местах это приблизительно шесть утра. Так что поспеши!
Хоть гора Шрекенштейн и хорошо видна над лесом, но пройти к ней не так просто. Да и, как ты знаешь, барон Дюсенрод, хозяин наших земель, запретил кому бы то ни было приближаться к горе. Говорят, он пытается найти сокровища, спрятанные гуситами в недрах Скалы Ужаса два века назад.
Так вот, скачи на север к горе. Дорога там повернет на запад, уходя в сторону от Шрекенштейна. Тебе же придется спешиться. К горе дороги нет, есть лишь тропы, да и то неизвестно, как глубоко они уходят в лес. Точно знаю, что дровосек (недавно он был у меня на службе) разбил где-то там стоянку. Если найдешь его, возможно, он сможет помочь.
Помни, что во время шабаша окрестности Шрекенштейна наполнит призванное ведьмами зло. Ты должен быть чист душою и взором обращен к Богу. Ты не должен бояться того, что увидишь там. Вера защитит тебя. Возьми вот это…
С этими словами священник протягивает вам библию, несколько церковных свечей и освященный тут же топор. У вас также есть с собой кремень, если понадобится разжечь огонь. Запишите все эти вещи в листок путешественника.
Вы долго скачете до места, указанного священником.
Только к вечеру вы оказываетесь у опушки леса. Если за 12 часов вы не успеете спасти сына, то он погибнет. (Начинайте отсчет времени, сейчас оно равно нулю, и прибавляйте его, когда это будет специально оговорено в параграфе. Если пройдет более 12 часов, то считайте, что вы проиграли, и начинайте заново).
1
Лес перед вами. В сумерках деревья похожи на высоких часовых, молчаливо смотрящих на нежданного путника. Где-то впереди на севере над лесом виднеется темный силуэт горы Шрекенштейн. Блеклая луна осторожно выглядывает из-за неё, словно ожидает, когда же сядет солнце. Из глубины чащи слышится протяжный волчий вой, напоминая вам о том, что путь вовсе не будет легким. Но вы готовы спасти сына любой ценой и не отступите! Идти до Скалы Ужаса придется долго, поэтому не стоит терять время. Осматриваете опушку и обнаруживаете две тропинки, уходящие вглубь леса. Одна ведет, по-видимому, на северо-восток, другая, по которой ходят реже, идет на северо-запад. Нужно делать первый выбор пойдете по правой тропе (на северо-восток) (51) или по левой (на северо-запад) (66).
2
«Да свершится воля Господа!» — с этими словами великий инквизитор Ромарис бросает факел, и сухостой мгновенно воспламеняется. Вначале вы лишь слышите становящиеся все более отчаянными и страшными крики несчастной девушки. А потом её крики заглушают ваши собственные. Пламя взмывает до небес…
3
Обходите гору Шрекенштейн с востока. Примерно через полчаса (прошло полчаса) обнаруживаете крутую извилистую тропу, бегущую по пологому склону наверх. Дождь не стихает, и то и дело небо озаряется вспышками молний. Взбираться приходится довольно долго. Усталость прошедшего дня тяжелым грузом ложится на плечи, подъем дается с каждым шагом все труднее. Несколько раз поскальзываетесь на мокрой траве. Снова и снова слышатся раскаты грома. Но ваша цель неумолимо гонит вас вперед. Нужно лишь еще немного усилий. Где-то наверху уже виднеется огненное зарево: значит, осталось совсем чуть-чуть (прошло полчаса).
Вскоре тропа выводит вас на небольшое плато. Впереди среди деревьев мелькают языки пламени, слышатся голоса. Вот оно!
Сборище ведьм! Дьявольский шабаш! Остается только надеяться, что ваш ребенок еще жив. Дождь здесь, кажется, становится слабее. В небе тучи оставили лишь небольшой клочок звездного неба над поляной. С минуту отдышавшись и достав из-за пояса топор, вы уверенно направляетесь к поляне. Если прошло более 11-ти часов то (52), иначе (79).
4
Хоть непроглядный туман и окутал болото, но вершина Шрекенштейна хорошо видна на ночном небе, и вы, как можете, торопитесь по направлению к ней. Однако болото становится все более непроходимым. Вы уже довольно давно идете по пояс в болотной жиже, увязая в илистом дне и, то и дело, спотыкаясь о подводные коряги. Если дно станет глубже, придется поворачивать назад (прошел час). Вас начинает охватывать отчаянье. Но тут болото словно сжаливается над несчастным путешественником, и вы чувствуете, что почва под ногами твердеет, а вода становится мельче. И вскоре (о чудо!) вы выходите на тропинку, петляющую по болоту, но идущую в нужную вам сторону, в сторону Шрекенштейна. Поблагодарив судьбу и немного отдохнув, устремляетесь вперед (97).
5
Вскоре впереди слышится шум воды (прошло полчаса).
Деревья расступаются, и тропа выводит вас к реке. Течение довольно быстрое, но сама река неширокая, и вы думаете над тем, как же преодолеть возникшее препятствие. Можно, конечно, попробовать переплыть, а можно и побродить в поисках моста. Слева в темноте вы видите, что река разливается в большую заводь, туда идти явно нет смысла.
Можно пойти по песчаной отмели направо, на восток (34), или все же хотите рискнуть и переплыть реку (84)?
6
Стучите в дверь и вскоре слышите лязг засовов. На пороге появляется улыбающаяся женщина, невысокая, худощавая, средних лет. Впрочем, её улыбка мгновенно исчезает. Похоже, она ожидала увидеть вовсе не вас. «Жак! — нервно кричит она. — Здесь какой-то человек!». Через пару секунд рядом с ней уже стоит крепкий сутулый мужчина с топором в руке и окидывает вас недобрым взглядом. Вы приветствуете хозяев и прямо тут на пороге рассказываете, как вы оказались в этом злосчастном лесу. Дровосек и его жена сочувствуют вам, но и сами выглядят очень обеспокоенными. «Наша дочь, — говорит лесоруб Жак, — часто ходит к тетке в деревню. Вот и сегодня она уже должна была вернуться, а её всё нет. Бывает, иногда засидится в гостях. Но после твоего рассказа боимся, как бы не случилось чего худого. Пойду на опушку встречать её. Да и ты, добрый человек, если вдруг увидишь её по дороге (мало ли какая нелегкая её в чащу занести могла), скажи, чтобы домой поскорее бежала. Анной зовут её, семнадцать годков этой весной стукнуло рыжеволосой чертовке… Не серчай, что помочь тебе не можем». (Если вы встретите Анну, вычтите 8 из номера параграфа). Лесоруб же, выйдя за порог, отводит вас в сторону и шепчет: «Впереди будет мост. Я редко там бываю, но за мостом, если идти по тропе, есть невысокий холм. Его узнаешь сразу по трем тополям, стоящим на вершине. За холмом есть овраг. Так вот, в овраге этом стоит хижина, где живет одна сумасшедшая старуха. Думаю, она тоже из этих, из ведьм. Наверное, прячется в лесу от инквизиции. Может она сможет помочь. Старушка-то она неплохая вроде» (если решите воспользоваться советом и навестить старуху, то когда увидите холм с тремя деревьями на вершине, прибавьте 20 к номеру параграфа). От лесоруба больше помощи ждать не приходится (прошло полчаса) (43).
7
Вы делаете выбор. Одна фигура словно растворяется в воздухе. Оставшийся же человек, не поднимая капюшона, начинает свой рассказ: «Перед тобой инквизитор Бернард.
Родился я в Испании. Отец и мать мои рано скончались и мы с братом стали служить в капелле местного архиепископа. С детства я знал, что посвящу свою жизнь служению Господу.
Пришло время, и, оставив капеллу, мы вместе с моим братом Ромарисом, человеком столь же набожным, как и я, стали странствующими монахами. Позднее мы примкнули к ордену святого Доминика, который являлся нищенствующим орденом.
Их главной задачей была проповедь против еретиков. Члены ордена боролись с еретиками двумя способами: с одной стороны, путём соревнования своей идеологии с идеологией еретиков, и с другой стороны, насильственными гонениями. Со временем мы с братом стали инквизиторами. Ромарис действовал огнем и мечом. Он запугивал, пытал и калечил.
Скольких невинных он погубил уже и не сосчитать. Я осуждал действия брата, предпочитал всегда проводить тщательное расследование, отвергать сплетни и домыслы. В последствии у нас с братом произошла ссора, и он, обвинив меня в сговоре с дьяволом, в том, что я отпустил так много его приспешников (хотя люди эти были невиновны!), добился того, что и я был сожжен на костре. В последнюю минуту брат, все же любивший меня, со слезами на глазах передал мне свое распятие. Держа этот крест в руках, я и сгорел в священном пламени инквизиции». Бернард замолкает…
Вы открываете глаза. Легкий зеленоватый туман все еще стоит над болотом. Но голова больше не кружится, и ощущение реальности вновь вернулось. Холодно и мокро.
Только сейчас понимаете, что лежите в болотной жиже. Так что, это был сон? Всему виною зеленый газ? Кажется, времени прошло не много, нужно торопиться (прошло полчаса)!
Встаете на ноги и только сейчас понимаете, что сжимаете в руке распятие. Распятие Бернарда, подаренное ему братом, золотое, с красным рубином (отметьте эту вещь в своем инвентаре, когда она понадобится вам, прибавьте 10 к номеру параграфа). Значит не сон… Но нельзя больше терять время.
Тропа убегает дальше на север (64).
8
Идете по тропе, когда неожиданно слева от себя в лесу слышите голоса. Разобрать, кто и что говорит, отсюда невозможно. К тому же голоса, удаляясь, стихают. Если хотите сойти с тропы и поискать источник звука (88). Если нет, то продолжайте идти по тропе (24).
9
Вскоре кустарник вдоль берега становится просто непроходимым, и вы прокладываете себе дорогу топором (прошло полчаса). Постепенно вам удается забирать севернее, обходя заводь с запада. К тому же замечаете под ногами листья растения «черный морозник», способного нейтрализовать змеиный яд. В конце концов кустарник заканчивается, а деревья расступаются (прошло еще полчаса). Заводь становится совсем узкой и впадает в реку.
Река частично перегорожена плотиной. С востока она полноводная и довольно широкая, дальше она разливается в заводь, которую вы обходили, и после плотины река представляет собой лишь небольшой ручей, текущий на запад.
Перейти реку вброд за плотиной не составит никакого труда.
Правда, вода ледяная. Окунуться приходится лишь по пояс, и вскоре вы оказываетесь на другом берегу. Гора Шрекенштейн сейчас на северо-востоке от вас, а впереди снова темный лес.
Как вы и ожидали, ни дороги, ни тропы поблизости нет, и вам придется пробираться сквозь чащу. Ночной лес, как не странно, не преподносит никаких сюрпризов. Вы бодро шагаете, приближаясь к Скале Ужаса (прошло четыре часа).
Ветер усиливается. С запада надвигается темная грозовая туча. Что ж, до горы Шрекенштейн осталось идти совсем чуть — чуть. Собрав волю в кулак, вы ускоряете шаг (44).
10
Болото остается позади (прошло полчаса). Под ногами твердая земля. Идти становится легче. Лес здесь довольно редкий, и луна ясно освещает вам дорогу. Вскоре тропа выводит вас к роднику. Бьющий из земли маленький фонтанчик чистой, студеной воды. У вас сразу пересыхает в горле. Хочется пить. От родника кроме той тропы, по которой вы пришли, уходят еще две тропинки. Одна идет на восток (45) и, кажется, никак не приблизит вас к Шрекенштейну, а вторая на север (58), в направлении скалы. Если жажда оказалась сильнее, и вы хотите попить (59).
11
Шаркающие звуки метлы все ближе, и вам кажется, что в лицо повеяло холодом. Отблески пламени начинают отплясывать дикий хоровод на каменных стенах пещеры в такт вашим дрожащим рукам. Из подземного мрака надвигается черная размытая тень. Тук. Тук. Тук. Когда пламя свечи уже готово выхватить из темноты облик преследователя, свеча неожиданно гаснет, погружая вас во тьму. Через секунду адская метла умолкает прямо перед вами, и вас охватывает ледяной парализующий ужас. А еще через секунду в глазах взрываются миллионы искр. Еще никому не удавалось покинуть эти пещеры живым…
12
Вы ступаете очень осторожно, каждый раз выискивая глазами свободный клочок земли, чтобы сделать шаг. Здесь, похоже, тысячи змей, и остается только гадать, почему они все разом выползли ночью на эту поляну? Где-то на середине поляны вы останавливаетесь. Тут просто некуда ступить, кругом медленно шевелящаяся черная масса. Вы видите, что дальше скопление ползучих тварей не так велико. Нужно лишь сделать два больших прыжка… Первый… Второй… Острая боль пронзает ногу, но вы уже не останавливаетесь, пока поляна со змеями не остается позади. И только сейчас, присев, рассматриваете рану. Два маленьких круглых отверстия, из которых тонкими струйками сочится кровь. Все — таки гадюка успела вас укусить. Неужели все зря и вы погибнете на этом болоте, оставив сына в лапах ведьм?
Отогнав мрачные мысли, вы вспоминаете, что нейтрализовать яд гадюки могут листья черного морозника, который наверняка должен расти в этой местности. Только бы удалось найти его! Жить вам осталось недолго (если пройдет больше часа с этого момента, и вы не успеете найти черный морозник, то вы погибнете от яда). Тропа, поворачивая, забирает все больше на восток. Но стоит ли идти по ней, когда жить вам осталось совсем недолго? Возможно, стоит поискать морозник вокруг на болоте (46), или все же пойдете по тропе дальше, надеясь найти морозник по дороге (58).
13
Сворачивает с тропы налево и, продираясь сквозь заросли, идете в направлении звука, внимательно вглядываясь в темноту. Вскоре удается найти источник жалобного писка. Это лиса, попавшая в капкан. Всего лишь лиса! Никакой чертовщины! Вы даже слегка улыбаетесь.
Спасать животных у вас нет никакого желания. Вы собираетесь вернуться на тропу, когда вдруг вашу ногу пронзает сильная боль. Еще один капкан сомкнулся, поймав незадачливого путешественника в свою ловушку. В первую минуту от боли вы чуть не теряете сознание, но затем, собравшись и стиснув зубы, с трудом разжимаете металлические щипцы и освобождаете ногу. Рана очень серьезная, и вы, кое-как перевязав её, встаете на ноги. Боль просто адская, но идти надо. Ковыляя, вы снова выходите на тропу. Нога нестерпимо болит, но чтобы спасти сына вы готовы вынести все невзгоды (теперь вы двигаетесь медленно и в дальнейшем пути всегда удваивайте прошедшее время) (33).
14
Еще шаг и несчастный летит в шумящий под мостом поток. Если хотите попытаться спасти его, прыгнув за ним в воду, то (78), если нет (29).
15
Отбрасываете факел в сторону и тут же сами оказываетесь на земле. Инквизитор вновь обрушивает свой скипетр на вашу голову. «Исчадия ада! Порождения зла! — кричит он. — На костер его!». Полуживого, с разбитой головой, вас подхватывают и привязывают рядом с девушкой.
«Спасибо», — шепчет она. Сквозь кровавую пелену вы видите, как девушка слабо улыбается. Как же она похожа на вашу жену! (2)
16
Обыск нескольких саркофагов ничего не дал: лишь человеческие кости и ничего более (прошло полчаса). Однако в одной усыпальнице вы обнаруживаете забальзамированного человека в монашеской рясе. Вы почти полностью отодвигаете плиту, чтобы лучше рассмотреть тело. Его одежда на груди расстегнута, и там виднеется зияющая дыра. Подносите руку со свечей ближе и склоняетесь над телом. Грудь забальзамированного словно разорвана, и перед вами лежит прекрасно сохранившееся сердце. Повинуясь какому-то неведомому приказу, вы берете это сердце в руку. Что-то с ним нет так! Уж слишком хорошо оно сохранилось по сравнению с остальным телом! Что ж, вы сами не знали, что искали в склепе и нашли нечто необычное. Решаете взять мертвое сердце монаха с собой (это сердце обладает определенной силой, и сейчас она равна нулю, отметьте это на листке путешественника). Теперь же выбирайтесь наверх и возвращайтесь на перекресток (49).
17
Сон уносит вас к подножью горы Шрекенштейн… Вы стоите в каких-то зарослях. Перед вами массивная дверь, которую вы и открываете. За ней гулкие темные пещеры.
Зажигаете свечу и осторожно ступаете в неизвестность.
Впереди широкий каменный туннель. Идти приходится довольно долго, когда туннель вдруг расширяется, и свет свечи выхватывает слева от вас ступени, уводящие вглубь скалы. Дойдя уже почти до самой лестничной площадки, вы явственно различаете внизу сухой стук метлы, которая неравномерно ударяет по каменным ступенькам и, кажется, быстро приближается к вам, поднимаясь все выше. От этих звуков вам становиться не по себе. Поспешите по туннелю вперед (98) или попытаетесь спуститься по лестнице, навстречу страшным звукам (11).
18
Раз тропы дальше нет, придется идти от дома напрямик к горе Шрекенштейн через болото. Это оказывается совсем не просто. Приходится выискивать твердые участки суши и перепрыгивать по ним, постоянно рискуя окунуться в болотную воду (прошел час). Солнце давно село, но на горизонте все еще мерцает слабое зарево. Мир вот-вот погрузится во тьму. В конечном итоге вам, кажется, удается выйти на какое-то подобие тропы (или это просто длинный узкий участок суши?). В любом случае вы устремляетесь по ней вперед, к Скале Ужаса (97).
19
Вы рассказываете, что эта несчастная на самом деле Анна, дочь вашего приятеля лесоруба, который живет тут же в лесу со своей семьёй. Вы молите инквизитора пощадить девушку и отпустить её домой. «Она рассказывала нам тоже самое, — говорит Ромарис. — Я думаю, мы должны провести более тщательное расследование, прежде чем обвинить эту женщину. И мы непременно его проведем. Позже. А сейчас нас ждет более важная миссия». Инквизитор, собрав солдат, покидает поляну в направлении Скалы Ужаса. А вы, откинув наконец факел, перерубаете топором веревки и освобождаете Анну. Девушка почти без чувств падает в ваши объятия.
Придя в себя, она благодарит вас и просит поскорее отвести её к родителям. Вы вкратце рассказываете Анне свою историю. «Тогда я не смею задерживать тебя, — говорит девушка. — Я неплохо знаю этот лес и смогу сама добраться домой». Хоть и боязно отпускать Анну одну, но провожать её домой значит терять драгоценное время. Девушка, махнув на прощанье рукой, исчезает в ночи. (Если у вас есть мертвое сердце монаха, то прибавьте один к его силе).
Скала совсем близко. Ушедший вперед инквизитор с отрядом, возможно, будет очень кстати, когда (если) вы доберетесь до шабаша (прошел один час). Собравшись с мыслями и стряхнув с себя воспоминания последнего часа, уверенно шагаете вперед (44).
20
Вы делаете выбор. Одна фигура словно растворяется в воздухе. Оставшийся же человек, не поднимая капюшона, начинает свой рассказ: «Я демонолог Джеймс Маррел. Много времени я провел за книгами и экспериментами, ища средства борьбы с проявлениями темных сил. Одним из таких проявлений была одержимость человека бесами. Инквизиция казнила таких людей при малейшем подозрении. Одержимых можно было распознать по неестественно зеленым глазам. У них появлялись звериные повадки, а голос их становился низким и утробным. Иногда некоторое время человек мог сопротивляться бесу, но в конечном итоге зло всегда побеждало. Однако мне, благодаря знаниям в алхимии и демонологии, удалось добиться некоторых успехов, и я научился изгонять бесов из тел несчастных, оставляя человека живым. Я создал специальные зеркала. Бес, увидев в таком зеркале свое отражение, в ужасе оставлял тело одержимого и, как я надеюсь, возвращался в ад. Но однажды я встретил человека… Глаза его словно пылали огнем. От его голоса волосы вставали дыбом. Я не сомневался, что он одержим. Однако, увидев мое зеркало, он лишь рассмеялся.
Как я ошибался, думая, что бес повелевает его телом! Он был рожден одержимой женщиной, и никогда не был человеком.
Это было исчадие ада во плоти! От его руки я и погиб».
Джеймс Маррел замолкает…
Вы открываете глаза. Легкий зеленоватый туман все еще стоит над болотом. Но голова больше не кружится, и ощущение реальности вновь вернулось. Холодно и мокро.
Только сейчас понимаете, что лежите в болотной жиже. Так что, это был сон? Всему виною зеленый газ? Кажется, времени прошло не много, нужно торопиться (прошло полчаса)!
Встаете на ноги и только сейчас понимаете, что сжимаете в руке небольшое зеркальце. Зеркало Джеймса Маррела, изгоняющее бесов (отметьте эту вещь в своем инвентаре, если перед вами будет человек, одержимый демонами, и вы захотите воспользоваться зеркалом, прибавьте 12 к номеру параграфа). Значит не сон… Но нельзя больше терять время.
Тропа убегает дальше на север (64).
21
Торопясь к цели, вы и не заметили, как забилось, ожив в заплечном мешке, мертвое сердце монаха. Теперь же оно подарило вам вторую жизнь…
Открываете глаза. С неба льет дождь, смывая с вашего лица грязь и кровь. Вы лежите на сырой земле, один, среди потухших костров и остывающих тел. Вокруг стоит мертвая тишина. Стало светлее. Солнце уже взошло, хоть и скрыто от взора темными тучами. С трудом встаете на ноги. Перед вами алтарь. На нем лежит ваш ребенок, ваш маленький сынишка, которого вы так и не смогли уберечь. Сердце монаха спасло вас, но не помогло вашему сыну. Вы берете маленькое мертвое тельце на руки, шатаясь и спотыкаясь, бредете прочь.
Куда угодно. Прочь отсюда. Капли дождя смешиваются на вашем лице с горячими слезами. Покойся с миром сынок, возможно с мамой тебе будет лучше…
22
Зажигаете свечу и смело переступаете порог. Два десятка ступеней вниз и вы оказываетесь в комнате полной усыпальниц, стоящих по обе стороны, вдоль стен. Здесь жарко и душно, и по вашему лбу скатываются первые капли пота.
Хотите осмотреть усыпальницы (16)? Или не будете тревожить покой мертвых и поспешите покинуть это место и вернуться на перекресток (49)?
23
Тропинка начинает уходить все больше влево, а скала Ужаса, соответственно, остается справа от вас (проходит час).
К тому же на болото опускается вечерний туман. Вас охватывает волнение. Возможно, тропа идете не туда, а время сейчас играет против вас. Продолжите упрямо идти по тропинке (77), или сойдете с тропы и пойдете через болото прямо по направлению к Шрекенштейну (4).
24
Тропа уверенно ведет вас в направлении Шрекенштейна.
До скалы идти совсем немного, и вы торопитесь, как можете.
Поделиться книгой: