Императорский маг

- Сейчас отдыхаем, выезжать, видимо, придется в ночь.

Группа рассыпалась по депо, к Вене подскочил возбужденный Сергей:

- Дядя Веня, я от мужиков вишневских слышал, там адыгов полторы тыщи, а может, и более. Неужели совладаете? Это далеко не банда анархиста Прапора.

- Успокойтесь, юноша, мы рождены, чтоб сказку сделать былью, понимашь ли. Нужно верить в светло будущее, о-о, сам придумал. Шутка. - Сергей неуверенно закивал, всем видом выражая сомнение. Чижов меж тем продолжил: - Вы с Аленой будете на бэтээре сменными водителями, мы с Учителем - командирами нашего славного экипажа. Приказы выполнять четко и быстро, вопросы есть? Вопросов нет. Идите с Аленой в машину, поспите про запас, а мы с Его светлостью покумекаем кой-чего, обсудим, тэк сказать, текущий момент.

Парень дотошно принялся выполнять указание и поволок за руку упирающуюся сестрицу из депо.

Чижов присел на корточки у обшарпанной кирпичной стены, махнув приглашающе Ахерону:

- Отыр, плиз, Учитель, в ногах правды нет.

- Герцог, на каком языке изъясняешься? Переведи, мой магический переводчик озвучил лишь вторую часть твоей фразы.

- Ай, ну че непонятного, "отыр" - садись, "плиз" - пожалуйста. На казахско-английском.

- Ты так много знаешь, Венх, - и Учитель уважительно склонил голову.

Чижов расхохотался, сбрасывая в смехе накопившееся напряжение:

- Это прикол такой, шутка, не обращайте внимания. Давайте обсудим наши дальнейшие планы.

Приземлившийся рядом Ахерон заметил:

- Мне думается, заберем несчастных горожан с собой, здесь они обречены на вымирание.

- Согласен, центральная власть отсутствует, военные неизвестно где, короче труба дело. До слез жалко соотечественников, обидно, такую планету профукали, - Веня от злости скрипнул зубами. - Клянусь, накажу виновных, жутко покараю, англичанам небо с овчинку покажется. И пусть это будет в другом временном потоке, плевать. Не вздумайте меня останавливать.

Ахерон пожал плечами:

- Вы в своем праве, герцог.

Они замолчали надолго, уйдя в себя.

.................................................................................................

Вечер и ночь в Лазаревском прошли спокойно, адыги появились лишь к одиннадцати утра. Встречал колонну один Чижов, остальной народ заховался среди развалин, сторожко прислушиваясь к приближающемуся рокоту множества моторов. Наконец из-за поворота показалась головная часть колонны. Впереди, взрыкивая тысячесильным движком, ломился сквозь сугробы здоровенный бульдозер желто-канареечного цвета. Следовавший за ним скрепер подчищал шоссе. "Строительная техника старая, на солярке ходит, выхлоп тот еще, а вонища-то, вонища", - машинально отметил Веня. Бульдозер взревел раненым мамонтом и, покачнувшись многотонной тушей, остановился в метре от невозмутимого Чижова. Матерясь, из кабины вывалились двое молодых парней, один с автоматом. Угрожающе поведя дулом, отморозок процедил:

- Пшел вон, придурок, а то размажем гусеницами по асфальту.

- Ай-я-яй, грубите, молодой человек, выражаетесь нехорошо, будем наказывать. Оружие на землю, - Веня пальцем ткнул себе под ноги. - И пасть закрой. Епитимью на тебя накладываю, молчать тебе до скончания века.

Напарник, видимо, тракторист, от невероятного зрелища лишь громко икал, а матерщинник положил ствол у Вениных ног и деревянной походкой отправился в сторону побережья. По пояс проваливаясь в снегу, он удалялся все дальше и дальше, пока не скрылся из виду. "Очень плохой человек был - черная душа, черные мысли, - констатировал Чижов. - Так, посмотрим, чем ты дышишь, голубь". Веня наскоро просканировал чумазого тракториста.

- Ладно, грехов немного, крови на тебе нет. Машину водишь?

- Д-да, - заикаясь от испуга, выдавил тот.

- Убери трактор с дороги, но чуть позже, сначала сделай расклад по вашей банде.

Вскоре обстановка прояснилась - всем заправлял матерый уголовник по кличке Пастух, адыг по национальности. В банде примерно тысяча триста бойцов да около четырехсот человек водителей и механиков. В Адыгее стало совсем плохо, голодно - сожрали всех баранов, вот и рванули сюда, к морю. Тут теплее, да и сытнее. Народ в отряде разный - тракторист упорно не хотел произносить слово "банда". Полный интернационал - адыги, русские, татары, хохлы, грузины. Верно выражение "Криминал национальности не имеет". Из-за скрепера вывернулся черный джип. Оттуда горохом высыпались четыре лба в черных очках и солдатских бушлатах. Следом вылез коротышка в котиковой шубе с брезгливым выражением морды лица.

- Дождались, сам пахан пожаловал, - трясущимися губами прошептал парень.

- Быстренько в трактор и делай, что велено.

Веня стоял в расслабленной позе, не глядя на подошедших татей.

- Эт-та что за фраерок нарисовался с железякой на спине, - загоготал пахан, телохранители захихикали, вторя.

Из стоящего за джипом автобуса выскочили три десятка автоматчиков, беря группу на шоссе в кольцо, - никак охрана пожаловала. Веня не стал прибегать к дешевому магическому антуражу, а просто врезал по плохишам ментальным ударом, стараясь не задеть главаря. Телохранители и охранники умерли мгновенно, с глухим стуком попадав на твердый наст. Пастух, стараясь не терять лицо, выхватил из рукава длинный кинжал и, свирепо скалясь, мелкими шажками двинулся к странному чужаку. Нутро матерого уголовника вопило: беги, спасай свою шкуру, но нельзя, подельники не поймут, да и положение обязывает. Чижов с интересом смотрел на самоубийцу с кинжалом:

- Брось ножик, а то поранишься.

Адыг лишь грязно выругался, по-крабьи подкрадываясь к Вене.

- Пора заканчивать цирк, гражданин уголовник, за свои преступления вы приговариваетесь к высшей мере наказания - к смертной казни.

Раздался вопль, и Пастух, тряся обожженной рукой, выбросил в снег раскалившийся вдруг клинок. Веня, применив несложное заклинание, лишил приговоренного почти всего веса, а затем, ухватив того за ногу, подтащил к скреперу. Раскрутив тушку плохиша над собой, хряснул его об угол отвала - голова уголовника разлетелась кровавыми кусками. Молодежь ринулась из бэтээра наружу - блевать. Чижов, отбросив труп в сугроб, невозмутимо отряхивал штаны, впрочем, недолго приводил себя в порядок. Что-то вспомнив, постучал пальцем у виска и вскоре имел очень опрятный вид - бытовая магия в действии.

Призвав на площадь Ахерона, принялись сортировать бандитское войско на чистых и нечистых. От ментального сканирования ни спрятаться, ни скрыться. Если есть на тебе кровь и насилие, отходи влево, если нет - вправо. В итоге к вечеру из двух тысяч пятисот шестидесяти человек, откровенных татей, не застуживающих снисхождения, наблюдалось тысяча сто двадцать три душегуба. Заставив бандитов сложить верхнюю одежду в одну здоровенную кучу, Веня отправил их в сторону побережья с установкой идти по льду Черного моря до Турции. В минус сорок летальный исход обеспечен, а за все в жизни нужно отвечать.

Бессонная выдалась ночь - трофейное оружие вытаскивали из машин и складывали в одно место, сортировать было некогда. От заложниц, коих насчитывалось чуть более восьмисот человек, узнали, что в Вишневке осталось не менее трех тысяч жителей, которых вывезти придется немедленно. Иначе умрут голодной смертью - ОПГ Пастуха вымела под метелку скудные запасы продовольствия. Отправив спасенных девушек и женщин в Лазаревское, посадили за руль всех, кто мог крутить баранку, после чего колонна двинулась в обратный путь. Первым шел БТР, брат с сестрой поочередно менялись, вели тяжелую машину, а Чижов с Ахероном спали по очереди. Дорогу приходилось слегка подчищать - снег сыпал, не переставая.

Эвакуация завершилась через пять дней. Сутки отдыхали в Вишневке. Зато вывезли всех. После короткого отдыха Веня наладился в отложенную экспедицию к полигонам. Водителем - Сергей, Ахерон с Аленой на хозяйстве, кроме того, Учитель взвалил на себя нелегкое бремя коменданта Лазаревского. Народ без твердого руководства оставлять нельзя - здесь разногласий не было.

К предгорьям вела широкополосная бетонка - вояки постарались. Шли с крейсерской скоростью - сто двадцать км/час. Останавливались только три раза - перекусить и по нужде. В восемь вечера прибыли. Шоссе перегораживали бетонные блоки, полузасыпанные снегом. Часовых на блокпосте не оказалось. Магически убрав вес преграды, бэтээром проделали проход и подкатили к запертым железным воротам.

- Щас, дядя Веня, я из ЗИПа ломик достану, замок собью.

- Не суетись, - бросил Чижов и слегка шевельнул пальцами. Внушительный замок с дужкой легированной стали, заскрипев, хрупнул и открылся, приведя паренька в полный восторг. Дальнейшие события, отложившиеся в голове Сергея, попадали под определение "этого не может быть", потому что не может быть никогда.

..............................................................................................

Проехав ворота и примыкающий к ним жиденький забор из двух рядов колючки, нарушители запретной зоны на миг ослепли от внезапно вспыхнувших прожекторов. Уши заложило рявканьем сирены, металлический голос предложил экипажу выйти из машины и улечься мордой в снег, руки за голову. После короткой паузы тот же голос добавил:

- При невыполнении приказа будет вестись огонь на поражение.

Сергей в панике задергался в водительском кресле. Чижов, не обращая на него внимания, принялся методично обыскивать кабину. Наконец, удовлетворенно хрюкнув, вытащил из-под своего сиденья кусок белой ветоши.

- Пойду переговорю с защитниками Отечества, - и не успел Серега открыть рот, вылез наружу через боковой люк.

Нацепив тряпицу на кончик меча, Веня гаркнул во всю мощь:

- Старшего караула ко мне, а лучше офицера! Есть разговор.

Необычный вид уверенного в себе мужчины плохо сказался на пошатнувшейся психике одного из солдатиков. С нечленораздельным криком тот нажал на гашетку крупнокалиберного пулемета. Триста метров для такого ствола - стрельба в упор. От результата заполошной очереди часовые пришли в дикий ужас и уже весь наличный состав караула (пять бойцов) принялись палить из всех стволов. Тут поневоле помянешь нечистую силу, а как по-другому можно назвать происходящее? Пулеметная очередь, где патроны через один трассирующие, обогнула одинокую фигуру и стоящую за ним боевую машину метров за пять и унеслась вправо. Дружные залпы результатов не дали, опустошив по два рожка, воины слегка успокоились. Ну не получилось с первого раза, видимо, одновременное гнутие стволов, да и хрен с ним. Для таких случаев припасен особый сюрпризец. Громкоговоритель вновь радостно ожил и сообщил, что дальше незваным гостям хода нет - трехсотметровая полоса вдоль периметра заминирована. Мины дистанционного управления, а потому валите отсюда, пока живы.

Сергей устал тереть глаза и щипать руки. "Колдун дядя Веня, ой колдун. Ни фига себе магия, пулемет не берет. Эх, мне бы так уметь", - горестно вздохнул паренек, его мечтания прервал объявившийся Чижов.

- Езжай вперед, только личный контакт устранит возникшее недоразумение.

- Но ведь мины?..

- Я их нейтрализовал, на нашем участке они сдохли.

Сергей недоверчиво покосился на своего кумира и передвинул короткий рычаг скоростей вперед. Неторопливо и осторожно БТР подполз к массивным железным воротам, выделявшимся черным пятном среди серых плит высокого забора. Простояв в бесплодном ожидании десять минут - хозяева двери не открывали, Чижов вылез на свежий воздух.

- Не дергайся, жди, - буркнул он напоследок и, придерживая меч, прыгнул на снег.

В караулке царила паника, оператор безуспешно молотил кулаком по пульту дистанционного управления. Мины молчали. Нет, активизировались, справа и слева от широкого прохода рвануло неслабо, но толку-то. На блокпост прибежал разбуженный дежурный офицер - молоденький лейтенантик с рубцом от подушки на щеке. Бессвязный рапорт старшего по смене прервал внезапно появившийся гость - молодой, странно одетый мужчина с мечом за спиной. "Вот гад, прошел все двери с кодовыми замками, однозначно шпиен и диверсант", - мелькнула дурацкая мысль в голове лейтенанта.

- Караул, в ружье! - заорал он сиплым фальцетом. - Арестовать нарушителя, - тут его голос предательски дал петуха, лейтенантик заперхал, закашлялся и замолк.

Солдаты растерянно сгрудились в углу тесного помещения, приказ выполнять - себе дороже. Офицер решительно выдернул из кобуры внушительных размеров пистолет и попробовал сам навести порядок.

- Стоять, лежать, стрелять буду, - ствол в его дрожащей руке ходил ходуном.

- Ну это вряд ли, - поморщился Веня и неуловимым движением вырвал пистолет у перевозбужденного офицера. - Веди к начальству, аника-воин.

Лейтенант послушно повернулся через левое плечо и потопал на выход, Чижов зашагал следом. Идти пришлось недолго, пересекли плац, и вот он, вход в подземный бункер - основные помещения находились глубоко под землей. Опустившись на лифте, пошли слабоосвещенным коридором. В штаб попали после долгих препирательств - часовой не хотел открывать бронированную дверь. Сидя в предбаннике, солдат сосредоточенно раскуривал косяк дури и случайные свидетели ловли кайфа нежелательны. Вене надоели пустопорожние разговоры, пришлось ментально воздействовать на обдолбанного воина. Тот тяжело шел на контакт, но в конце концов дверь открыл. Уловив сладковатый запах конопли, лейтенант коротко без замаха врезал часовому по башке, а потом попинал ногами. Забрав оружие, пригрозил:

- Губой не отделаешься, под суд пойдешь, сволочь.

Здешний начальник, подполковник Карпиченко, сразу не понравился Чижову. Дабы утвердиться в своих подозрениях, тут же прощупал, чем тот дышит. Перед ним предстал махровый ворюга. Карпиченко стал командиром гарнизона случайно - когда грянул Апокалипсис, оказался самым старшим по званию. Раньше служил в должности начальника ВПЧ (вещественно-продовольственной части), где и подворовывал потихоньку. Однако после известных событий развернулся во всю ширь подлой натуры. Подполковник быстро смикитил - продовольствие сейчас все. Сколотив преступную группу из двух прапорщиков и пятерки прикормленных солдат, стали заниматься накоплением халявных богатств. За продукты можно купить многое - так считал Карпиченко и вылазить из богатой норки в ближайшие годы не собирался.

Заставив подполковника собрать офицерский состав на совещание, Чижов по-хозяйски устроился в глубоком кресле, стоящем во главе длинного стола.

- Да, запустите мой БТР на территорию, с водителем предельно вежливое обхождение, он, кстати, сын прежнего начальника полигона.

Дежурный офицер козырнул и исчез. Прибывающие офицеры с недоумением восприняли вопиющий факт, обычно чванливый подполковник, в разговоре закатывающий глаза долу и презрительно цедивший слова сквозь зубы, кардинально поменялся. Совсем другой человек. Лебезя перед незнакомцем, в полупоклоне бегал у торца стола, сдувая несуществующие пылинки. Вене пришлось мысленно пригвоздить Карпиченко к месту. Когда офицеры расположились за столом, а их набралось двадцать с лишним человек, Чижов взял слово:

- Господа офицеры, разрешите представиться - герцог Чижанх, генерал армии, представитель граждан Лазаревского и Вишневки. Прежде чем обсудить с вами сложившуюся ситуацию и планы на будущее, предлагаю послушать подполковника Карпиченко о его неблаговидных делах. Колись, ворюга, - и Веня отдал ментальный приказ.

Подполковник, встав в свой немалый рост и закатив глаза по привычке, стал исповедоваться. Свою преступную деятельность начал после окончания интендантского училища в Н-ской части. Сначала воровал помалу и с большой опаской. Подмазывая нужных чинов, рос в званиях, а затем в результате блестящей аферы попал на хлебное место, сюда. Вот тут-то Карпиченко развернулся по-настоящему - докатился до торговли оружием разным абрекам. В преступную группу входили два прапорщика - Рубан и Иванов, а также пять сержантов. Подделывали счета-фактуры и прочую документацию, продукты воровали тоннами, не брезговали и обмундированием. По мере чистосердечного признания обстановка в зале совещания накалилась до предела. Шкура и сука драная - это самые безобидные эпитеты, которыми офицеры награждали подполковника.

- Тише, господа, тише, - успокаивал их Чижов.

- Вот ведь падла какая, - прошипел сидевший неподалеку капитан. - Нам пайки на треть урезал, а семьям наполовину.

- Итак, подведем итоги. Садитесь, обвиняемый. Предлагаю арестовать всю банду и расстрелять, - предложил Веня. Среди офицеров пронесся невнятный ропот. - Господа, вы, видимо, не до конца оцениваете обстановку, что положено за подобные преступления в военное время? Правильно, высшая мера. Мирное соглашение с нами никто не заключал, а потому приговор - расстрел. - Чижов начисто проигнорировал тот факт, что мир заключать практически не с кем.

Два взвода охраны вскоре притащили избитых прапоров и сержантов.

- Приговор приведем в исполнение у ближайшей стенки, прошу на выход, а мы с подполковником задержимся на минуту. Давай, гнида, выкладывай свои тайники и захоронки. Где, чего и сколько.

Подсунув ворюге блокнот с ручкой, Веня откинулся в кресле. Да уж, количество разворованного жуликами впечатляло. Нехороший человек умудрился скопить капиталец в виде семи с половиной килограммов золота. Засунув драгоценный блокнотик в карман, он поторопил интенданта:

- Пошли, люди заждались.

- Есть, - Карпиченко лихо повернулся, шиворот-навыворот, через правое плечо и, печатая шаг, вышел вон.

На улице у забора застали неприглядную картину - прапорщик Рубан в слезах и соплях обнимал, целуя, зимние берцы конвоира, а тот, матерясь, отпихивал преступника.

- Умоляю, пощадите, - подвывал прапор, - не виноватый я. Я не хотел, случайно получилось. Кирпич с панталыку сбил.

Прапорщик Иванов олицетворял фигуру вселенского пофигизма - он спал стоя, прислонясь к бетонной плите. Ну дык после бутылки спирта вообще море по колено. Заметив появление начальства, солдат расстрельной команды двинул прикладом карабина по хребту Рубана, и скулеж временно прекратился. Приговоренных выстроили у забора, командующий взводом лейтенант пообрывал с них погоны и редкие юбилейные медальки. Майор Воронцов зачитал приговор. Треснул короткий залп, бетон окрасился в кровавые кляксы и восьмерка жуликов отошла в мир иной.

К майору подошел давешний лейтенант:

- Куда прикажете девать трупы, их же нужно утилизировать?

Не успел майор отбрехаться, дескать, киньте за забор, снегом запорошит, всего и делов-то, как тут вмешался Чижов:

- Лейтенант, уводите солдат, остальное не ваша забота. Майор, офицеров на совещание, у нас долгий и серьезный разговор.

Вскоре пятачок у забора опустел, лишь начальник I отдела, капитан Смоленский, притаился за дверью здания, подсматривая в щелку, - должность такая. От увиденного особисту захотелось перекреститься и оказаться отсюда далеко-далеко.

Веня, скороговоркой проговорив заклинание, махнул небрежно рукой, и трупы вспыхнули ярко-белым пламенем. От них осталось лишь восемь бугорков пепла, которые, подчиняясь воле мага, поднялись вверх и, смешавшись с кружащимися хлопьями снега, унеслись под дуновением ветра.

- Чур меня, свят-свят, - капитан трижды перекрестился и, сплюнув через левое плечо, побежал в зал совещания. В том, что он столкнулся с бесовщиной и колдовством, Смоленский не сомневался - ему первому доложили об инциденте у главных ворот. Где это видано - бьют из пулемета в упор, а нарушителю хоть бы что. Не хотелось бы иметь такого врага, ох, не хотелось.

Оказавшись за председательским местом, Чижов принялся знакомиться с офицерским составом. А то неудобно получается, сам представился, а о вас ничего не знаю.

- Называйте фамилию, должность и количество бойцов в подчинении.

Штабных трое - седой майор, капитан со шрамом на верхней губе и лейтенант-адъютант. Гарнизон представлял собой эдакую смесь разных родов войск - четыре дивизиона ПВО, батальон охраны, артиллерийская часть, автобатальон и почему-то рота морпехов. Штабист майор Воронцов хотел было доложить о содержимом арсеналов и складов, но Веня остановил того жестом. Тут особист подал голос:

- Вы, конечно, извините, но нельзя ли взглянуть на ваши документы, подтверждающие ваш статус?

- Да легко, - и Чижов достал из внутреннего кармана камзола круглый пенал. - Вот генеральский патент, а это герцогское свидетельство. Пожалуйста.

Офигевшие офицеры крутили в руках солидные документы с золотыми печатями.

- Но позвольте, - продолжал кипятиться Смоленский, - бумаги на неизвестном языке.

- Совершенно верно, мне вручил их сам император Фраорта, по ходу дела поймете, что это и где это. Итак, начну с главного. Мы, господа, к величайшему сожалению, оказались в глубоком анусе. Перспектив никаких, ядерная зима продлится минимум лет пять-семь. За Кавказским хребтом, в России, радиоактивные земли, и, получается, бежать некуда. Закончатся продукты со складов, все, песец. Многие из вас - люди семейные, есть дети. Они должны иметь будущее. В общем, у меня есть предложение - уйти в другой пласт времени, в век XVI-XVII. Практически вполне осуществимо, заодно посчитаемся с нашими обидчиками англичанами. От них все зло.

Офицеры дружно удивленно охнули. Посыпались вопросы, какие гарантии и т. д. Веня терпеливо отвечал и объяснял. Наконец взял слово въедливый особист:

- А что мы будем делать там, в прошлом?

- Жить, - коротко отрубил Чижов. - Строить новую империю, мощную империю, чтобы без ее позволения ни одна зарубежная сволочь чихнуть не посмела.

- Вы, конечно, будете императором? - слащавым голосом поинтересовался Смоленский.

- Нет, мой Учитель, весьма достойный и умный человек.