Стратагемы. Стратегии войны, бизнеса, манипуляции, обмана

Очевидно, что эффективность управления зависит от того, насколько квалифицированные кадры её обеспечивают. Кроме того, имеет значение дисциплина, лояльность персонала к первому лицу, сработанность коллектива.

Но некоторые руководители от монархов до бригадиров сантехников доводят своих подчинённых до совершенно невыносимого состояния. Обычаи таких руководителей, как правило, заключаются в том, что их подчинённые или подданные постоянно подозреваются в предательстве, финансовых злоупотреблениях, неуважении к патрону и прочих грехах. Проводятся совершенно немотивированные дисциплинарные акции, наказания, вводятся жёстко регламентированные правила и инструкции, присутствует абсолютно немотивированная агрессия, применяется совершенно необоснованное насилие, причём в отношении наиболее честных и преданных слуг или подчиненных.

Все варианты самодурства мы описать не можем, но можем привести рекомендации кардинала Ришелье по данному вопросу, сделанные им для короля Франции Людовика XIII:

«Для того чтобы ваши советники были максимально эффективными, в общении с ними нужно придерживаться четырех вещей.

«Первая – чтобы ваше Величество доверяло им, и они об этом знали.

Вторая – чтобы ваше Величество приказало им говорить с вашим Величеством свободно и чтобы ваше Величество обеспечило им возможность делать это, не подвергаясь опасности.

Третья – чтобы ваше Величество проявляло к ним определённую терпимость и щедрость, и чтобы они были уверены в том, что их услуги не останутся без вознаграждения.

Четвёртая – чтобы ваше Величество признавало и поддерживало их достаточно открыто для того, чтобы они не опасались ни хитрости, ни силы тех, кто желает им гибели».

Всему миру известны такие качества немцев, как последовательность, скрупулезность и склонность к системе и порядку. В ГДР к концу 90-х годов XX века очень активно и качественно работало Министерство государственной безопасности. К 1989 году им было завербовано 260 тысяч человек в качестве агентов из числа 12 миллионов взрослого населения, проживающего в ГДР. Зачем? Затем, что количество агентов являлось одним из показателей успешной оперативной работы. Какой смысл был в наличии такой армии агентов? Как показали дальнейшие события – никакого. Основной противник – Федеративная Республика Германия одержала победу и поглотила немецкое социалистическое государство. Без войны и без массовой поддержки собственных агентов.

Каждое государство собирает налоги. Если налоги слишком маленькие, государство не может нести необходимые расходы, если налоговое бремя слишком велико, то гибнет экономика. Из средства процветания государства налоги превращаются в мощнейший разрушительный фактор.

Во времена Ельцина размер налоговых ставок постоянно рос, придумывались дополнительные варианты налогообложения, но размер реальных налоговых отчислений падал. Когда в очередной раз ставка увеличивалась, а «должного» эффекта не наступало, предпринимались и другие действия. В первую очередь это касалось увеличения налогового аппарата, создания налоговой полиции и других многочисленных государственных служб и органов. Реально собираемость средств не возрастала, дополнительные ведомства съедали дополнительные государственные деньги. Многие сферы бизнеса почти полностью ушли в теневой сектор. Но разросшуюся армию чиновников это вполне устраивало, теневики стали платить им, а не государству.

Самый негативный эффект заключался в том, что реальная экономика России приходила в упадок. Вся страна видела абсурдность создавшейся ситуации, но никто ничего не мог сделать до ухода Ельцина.

Может быть, подобное положение вещей для России в новинку? Нет. В 1647 году чиновники, желая выслужиться перед казной его царского величества и снискать себе расположение, предложили, чтобы во всей России с соли, стоившей первоначально за пуд 2 гривны, бралась ещё 1 гривна пошлины. Было подсчитано, сколько тысяч подобный налог приносил бы ежегодно в казну. Однако через год пришлось вычислять, сколько тысяч было потеряно на солёной рыбе (её в России употребляли в пищу больше мяса), которая сгнила, не будучи из-за дороговизны соли просолена как следует. Соли, кроме того, стало продаваться гораздо меньше, и, оставаясь в пакгаузах, она превращалась в рассол (от сырости) и расплывалась.

Заключение

Знание стратагем не является гарантированным средством для достижения успехов в жизни. Миллионы людей знают правила игры в шахматы, но гроссмейстеров единицы. Мало знать стратагему и понимать, когда она уместна, может потребоваться сила духа, которой ты не располагаешь, или такой масштаб личности, которому ты не соответствуешь. «Знать» и «мочь» далеко не всегда совпадают, также как «казаться» и «быть». «Быть» часто важнее, чем «знать». Что важнее: Цель или Путь?

В некоторых случаях твоё поражение означает победу, и наоборот, победа может означать поражение. Иногда хитрость недопустима, а применение уловок может свидетельствовать о твоей слабости. Иногда важнее бесхитростная уязвимая прямота, чем утончённые интриги. Бывают ситуации, когда для сохранения жизни остаётся два пути: схитрить, совершить поступок, перечёркивающий всю твою прошлую жизнь, но остаться живым, или остаться самим собой, но ненадолго. Извечный вопрос: что лучше – живая собака или мёртвый лев? Одну истину из этого вечного вопроса, впрочем, можно извлечь: некоторые львы на поверку оказываются собаками или шакалами…

Для того чтобы побеждать, нет необходимости в стопроцентной защите от обмана. Сильный человек зачастую является более доверчивым, чем слабый, и это разумно. Сильный может позволить себе право на ошибку, которое основано на его человечности и вере в то, что вокруг него в основном честные и порядочные люди. Каждый идёт своим путём, стремится к своим целям, видит свой мир. Каждый находит или не находит в стратагемах своё, соответствующее своему пути и масштабу.

Сунь-цзы. «Искусство войны» (извлечения)

Война – это великое дело государства, основа жизни и смерти, Путь к выживанию или гибели. Это нужно тщательно взвесить и обдумать.

Война – это путь обмана.

Поэтому, даже если ты способен, показывай противнику свою неспособность. Когда должен ввести в бой свои силы, притворись бездеятельным. Когда цель близка, показывай, будто она далеко; когда же она действительно далеко, создавай впечатление, что она близко.

Изобрази выгоду, чтобы завлечь его. Сотвори беспорядок в его силах и возьми его. Если он полон, приготовься; если он силен, избегай его. Если он в гневе, беспокой его; будь почтителен, чтобы он возомнил о себе. Если враг отдохнувший, заставь его напрячь силы. Если он объединён, разъедини его. Нападай там, где он не приготовился. Иди вперёд там, где он не ожидает. Таковы пути, которыми военные стратеги побеждают. Но о них нельзя говорить наперёд.

Когда оружие притупилось, а дух угнетён, когда наши силы истощены, а запасы израсходованы, тогда удельные князья воспользуются нашей слабостью и поднимутся. Даже если у тебя есть мудрые полководцы, они не смогут ничего достичь. Поэтому я слышал об успехе быстрых военных походов и не слышал об успехе затяжных. Ни одно государство не извлекло выгоды из длительной войны. Те, кто недостаточно понимают опасности войны, не могут понять и выгоду от войны.

Тот, кто преуспел в использовании армии, не набирает людей дважды и не перевозит провиант трижды. Если получаешь снаряжение из своего государства и опираешься на захват провианта у врага, то запасов будет достаточно.

Метод использования войск следующий: наилучшее – сохранить столицу государства врага, на втором месте – разрушить его столицу. Наилучшее – сохранить его армию, на втором месте – разбить ее. Наилучшее – сохранить соединения врага, на втором месте – уничтожить их. Наилучшее – сохранить подразделения врага, на втором месте – уничтожить их. Наилучшее – сохранить «пятёрки» врага, на втором месте – уничтожить их. Поэтому одержать сто побед в ста сражениях – это не вершина превосходства. Подчинить армию врага, не сражаясь, – вот подлинная вершина превосходства.

Поэтому высшее пресуществление войны – разрушить планы врага; затем – разрушить его союзы; затем – напасть на его армию; и самое последнее – напасть на его укреплённые города. Поэтому тот, кто преуспел в военном деле, подчиняет чужие армии, не вступая в битву, захватывает чужие города, не осаждая их, и разрушает чужие государства без продолжительного сражения. Он должен сражаться под Небом с высшей целью «сохранения». Тогда его оружие не притупится и плоды победы можно будет удержать. В этом стратегия наступления.

Стратегия ведения войны такова: если сил в десять раз больше, чем у врага, окружи его; если в пять раз больше, атакуй его; если в два раза больше, раздели свои силы. Если силы равны, можешь с ним сразиться. Если сил меньше, перехитри его. Если тебя превосходят, избегай его. Поэтому упорствующий с малым станет пленником большого.

Вот пять признаков, из которых можно узнать о победе:

Тот, кто знает, когда можно сражаться, а когда нельзя, одержит победу.

Тот, кто понимает, как использовать большие и малые силы, одержит победу.

Тот, у кого верхи и низы горят одним и тем же желанием, одержит победу.

Тот, кто, будучи полностью готов, ждёт неподготовленного, одержит победу.

Тот, у кого полководец способный, а правитель не мешает ему, одержит победу.

Таковы пять путей узнать победу.

Поэтому сказано, что тот, кто знает врага и знает себя, не окажется в опасности и в ста сражениях. Тот, кто не знает врага, но знает себя, будет то побеждать, то проигрывать. Тот, кто не знает ни врага, ни себя, неизбежно будет разбит в каждом сражении. В древности те, кто преуспел в войне, прежде всего делали непобедимыми себя, чтобы ждать момента, когда можно покорить врага. Непобедимость заключена в самом себе; возможность победы зависит от врага. Поэтому тот, кто преуспел в войне, может сделать непобедимым себя, но не обязательно может заставить врага покориться. Поэтому сказано, что стратегию победы над врагом можно познать, но не всегда можно применить.

Поэтому победоносная армия сначала осознаёт условия победы, а затем ищет битвы; проигравшая армия сначала сражается, а затем ищет победу.

Тот, кто преуспевает в войне, ищет опоры в стратегической мощи, а не в людях. Поэтому он может выбирать воинов и использовать их стратегическую мощь.

Когда грабишь какую-либо местность, раздели добычу с войсками. Когда расширяешь свою территорию, раздели выгоду. Держи под контролем стратегическое равновесие сил и продвигайся. Тот, кто первым поймет тактику обходного и прямого, одержит победу. Такова стратегия боевого сражения.

Пребывая в порядке, ожидай беспорядка; в спокойствии ожидай шумного. В этом путь управления разумом.

Стратегия ведения войны такова: не приближайся к высоким горам; не сталкивайся с теми, позади которых холмы. Не преследуй мнимо отступающих. Не нападай на воодушевлённые войска. Не заставляй армию быть приманкой. Не препятствуй армии, идущей домой. Если окружаешь армию, должен оставаться выход. Не дави на изнурённого врага. Такова стратегия ведения войны. Тот, кто говорит почтительно, но усиливает приготовления, будет наступать. Тот, кто говорит воинственно и продвигается поспешно, отступит. Тот, чьи лёгкие колесницы первыми развёртываются веером в стороны, готовится к битве. Тот, кто ищет мира, не ставя никаких предварительных условий, следует стратагеме. Тот, чьи войска мечутся, но кто располагает свою армию в боевой порядок, выполняет заранее намеченное. Тот, чьи войска то наступают, то отходят, заманивает.

Тот, у кого воины постоянно собираются малыми группами то здесь, то там, перешёптываясь между собой, утратил власть над армией. Тот, кто часто раздаёт награды, находится в глубоком затруднении. Кто часто накладывает наказания, находится в сложном положении. Тот, кто вначале жесток, а потом боится людей, являет собой образец глупости.

Тот, кто направляет посланников с предложениями, хочет передышки.